Новая эра отношений КНР—ЕС: когда США не у дел?

№24(823) 16 -- 22 июня 2017 г. 15 Июня 2017 0

Брюссель и Пекин уже реализуют ряд проектов в сфере обороны и безопасности. Следующим шагом может стать совместная операция по борьбе с пиратством у берегов Сомали

Откровенно пренебрежительное отношение Дональда Трампа (как в период предвыборной кампании, так и на старте президентства) к НАТО, открытая поддержка исхода Великобритании из ЕС и популистских партий евроскептиков по всему континенту служат для лидеров Евросоюза серьезным источником тревог.

Совсем недавно — на саммитах НАТО и G-7 в Брюсселе и Италии — Трамп нанес очередной удар по трансатлантическим отношениям отказом от поддержки доктрины коллективной обороны НАТО. Тут же он заявил о намерении вывести США из Парижских климатических соглашений, а 1 июня выполнил данное обещание. Канцлер Ангела Меркель язвительно констатировала: «Времена, когда мы могли полностью полагаться на других, судя по всему, уже в прошлом». Конкретно о США она не говорила, но суть заявления очевидна.

И пока Трамп восстанавливает против себя западных союзников, а Великобритания запускает непростой процесс расставания с ЕС, Китай без лишней шумихи налаживает отношения со странами Запада.

И в Пекине, и в Брюсселе надеются на дальнейшее развитие экономической глобализации: в ходе состоявшегося в Брюсселе 1—2 июня ежегодного саммита ЕС—КНР стороны сумели сформировать новый «зеленый» альянс по борьбе с глобальным потеплением, очевидно, чтобы утереть нос Трампу. На фоне непрестанного углубления раскола в отношениях Евросоюза и США этот момент вполне может ознаменовать формирование новой оси «Китай—ЕС» в глобальной политике.

Валютная ось?

Валютная политика — именно в этой сфере Китай и Евросоюз уже основательно укрепили связи. Пекин традиционно оказывает поддержку евро, играющему роль единственной серьезной альтернативы доллару. КНР диверсифицирует собственные валютные резервы (крупнейшие в мире по объему) и хранит треть сбережений в евро, чуть более половины — в долларах. С 1999 г., когда общая европейская валюта была запущена в обращение, резервы Китая в евро возросли примерно на 30%. Все дело в том, что последние несколько лет Пекин активно менял доллары на евро, и эта тенденция, скорее всего, сохранит актуальность и в будущем.

Процесс диверсификации валютных сбережений Китай ускорил еще в августе 2011 г. — сразу после того, как агентство Standard Poor's понизило кредитные рейтинги федерального правительства США с ААА (превосходно) до АА+ (отлично).

Итогом стало укрепление китайско-европейских финансовых и валютных связей. Пекин начал избавляться от деноминированных в долларах активов, а также наращивать объемы скупки бондов еврозоны (в особенности облигаций правительства ФРГ — German Bunds), считая их более безопасными, чем долговые обязательства казначейства США.

Этот шаг дорого обошелся Соединенным Штатам: Вашингтон вынужденно поднял процентные ставки по ценным бумагам ради привлечения инвесторов. При этом китайская стратегия диверсификации свидетельствует: доллар утратил статус единственной резервной валюты мира. И это крайне важный сигнал для Пекина, стремящегося вывести собственную валюту на международный уровень — с целью избавления от зависимости от монетарной политики и экономических циклов США.

Статус доллара как главной резервной валюты подразумевал, что весь мир нуждается в «зеленых» для проведения платежей. Именно этот факт позволяет правительству США (да и рядовым американцам) получать кредитование по самым низким ставкам. Вот почему поддержка Китаем единой европейской валюты (как противовеса доллару) таит в себе последствия геостратегического масштаба.

Европа же в немалой степени поддерживает валютно-кредитные амбиции Китая. В декабре 2015 г. европейцы единогласно поддержали решение МВФ о включении юаня в корзину валют специальных прав заимствования SDR — международную резервную валютную корзину, куда уже входили доллар США, евро, британский фунт и японская иена.

Данное решение носило явно политический характер: в ЕС стремились выказать дружелюбное отношение к КНР (второй экономике мира) и выразить благодарность за поддержку Пекином евро в период кризиса европейской валюты в 2009—2011 гг. В те годы евро стало мишенью спекулятивных ударов, инициированных связанными с Уолл-стрит банками и хедж-фондами. Китайское же руководство неоднократно предпринимало валютные интервенции, направленные на укрепление финансовых рынков путем выкупа долговых обязательств еврозоны.

Мало того, Европа поддержала решение о включении юаня в корзину резервных валют МВФ наперекор желаниям Вашингтона. В США многие годы утверждали — китайскую валюту следует включать в SDR только в том случае, если Пекин откроет национальный рынок капитала, т. е. позволит компаниям, частным лицам и банкам свободно переводить средства, не обременяя их неоправданно чрезмерным контролем, отпустит юань в свободное плавание и ослабит государственный мониторинг над деятельностью центрального банка.

Ничего из перечисленного выше так и не произошло, но в Европе полагают, что включение юаня в перечень валют корзины SDR подтолкнет Китай к дальнейшей либерализации национального рынка капитала.

Сегодня Европейский континент стал местом проведения максимального количества банковских транзакций в юане. Именно тут сосредоточены офшорные хабы, работающие с юанем: они появились в Будапеште, Франкфурте, Люксембурге, Мадриде, Милане, Париже и Праге. Все происходящее говорит о готовности Европы и далее стимулировать использование валюты КНР.

Торговля и проблема принципа взаимности

А вот в торговых отношениях Китая и ЕС не все так гладко, хотя явное неприятие Трампом глобальной торговли однозначно открыло перед партнерами новые возможности. Общий объем товарооборота ЕС—КНР за 2002—2016 гг. возрос многократно — со 125 до 515 млрд. евро.

Сегодня Китай и Евросоюз ежедневно обмениваются товарами более чем на 1,5 млрд. евро, а суммарный объем двусторонней торговли в 2016 г. (по данным Еврокомиссии) составил 514,6 млрд., практически достигнув показателей товарооборота США—КНР. Более того, ЕС сегодня — самый крупный внешнеторговый партнер Китая, а КНР для Евросоюза остается «номером два» — сразу после США.

Пекин пытается очаровать Европу не только оживленным и мощным потоком товаров, но и инвестициями. Максимум китайских инвестиций поступает именно на континент — даже больше, чем в США. По данным China Global Investment Tracker, совместного проекта Американского института предпринимательства AEI и фонда Heritage Foundation, с 2005-го

по 2016 г. Китай инвестировал в европейскую экономику почти $164 млрд. За этот же период объем американских инвестиций Пекина составил лишь $103 млрд.

При этом Европарламент и ряд стран—членов ЕС все чаще критикуют Китай за несоблюдение принципа взаимности в экономических отношениях. Китай ограничивает приток иностранных инвестиций на внутренний рынок (почти во всех секторах экономики), в особенности в банковской и финансовой сферах.

Европейские предприятия неизменно сталкиваются со сложностями при выходе на рынок КНР, в то время как китайские компании часто пользуются господдержкой — к примеру, в форме субсидий или в виде упрощенных процедур ведения бизнеса.

Все крупные правительственные контракты, как правило, достаются китайским компаниям. Иностранные фирмы (в особенности владельцы хорошо известных брендов и высокотехнологичной продукции) перед допуском на рынок обязаны предоставлять государству массу технических сведений.

Такое положение дел стало толчком к дебатам о росте дисбаланса в отношениях между Европой и КНР. В феврале Франция, Германия и Италия обратились в Еврокомиссию с требованием пересмотреть правила осуществления инвестиций в экономику ЕС, подав Пекину недвусмысленный сигнал о необходимости открытия доступа на китайские рынки. В это время Брюссель и Пекин ведут переговоры по двустороннему инвестиционному соглашению, призванному решить проблему несоблюдения принципа взаимности.

Впрочем, особого прогресса на переговорах не зафиксировано, виной тому — нежелание Китая снимать неторговые барьеры в ряде секторов экономики, представляющих особый интерес для европейских компаний.

Более того, в ЕС не готовы признать рыночный статус китайской экономики. Но если стороны все же придут к согласию по упомянутым вопросам, китайско-европейские отношения выйдут на принципиально новый уровень — за счет остальных авторитетных глобальных игроков. Наиболее заметно пострадают США: скорее всего, приток инвестиций из Китая в Америку существенно сократится.

На саммите ЕС—КНР лидерам ведущих переговоры сторон так и не удалось принять итоговое совместное коммюнике — помешали разногласия в вопросе сокращения объемов глобального производства стали. Китай ежегодно выпускает в 2 раза больше стали, чем Евросоюз, и чиновники Еврокомиссии утверждают, что экспорт китайской продукции ставит под угрозу будущее европейской сталелитейной индустрии и может стать причиной сокращения десятков тысяч рабочих мест.

Укрепление сотрудничества в сфере безопасности

Тем не менее — и на саммите это было очевидно — мнения Китая и Евросоюза совпадают по множеству вопросов. Обе стороны обещают и далее вести борьбу за со-

кращение выбросов в атмосферу и предупреждение подъема уровня воды в Мировом океане — даже без США.

Президент ЕК Дональд Туск четко заявил: «решение США о выходе из Парижских соглашений — огромная ошибка». И уверенно добавил, что «борьба против изменения климата (а также все связанные с ней исследования, инновации и технический прогресс) не прекратится». Пекин и Брюссель договорились о сокращении объемов потребления ископаемых видов топлива, о разработке новых видов «зеленых» технологий, об учреждении фондов для оказания помощи небогатым странам, в особенности африканским, в вопросе сокращения объемов вредных выбросов в атмосферу.

Обсуждалась на саммите и проблема воинственной Северной Кореи: предпочтение отдается мирному варианту ее решения путем углубления диалога и перевода его на многосторонний уровень. Такие слова звучат резким диссонансом недавним заявлениям Трампа, а в Брюсселе и Пекине поведение американского президента считают угрозой для мира в регионе.

Кстати, дружное возмущение относительно стиля дипломатии Трампа впервые проявилось еще 19 апреля в ходе последнего «Стратегического диалога КНР—ЕС» в Пекине. Тогда обе стороны согласовали единое представление о международных отношениях и системе глобального управления. С уверенностью можно говорить о том, что отношения ЕС и Китая будут укрепляться и далее, причем роль мощного стимула играет тенденциозность подхода Трампа к решению вопросов глобального характера.

В подобных условиях ЕС и КНР, вероятно, займутся еще и укреплением связей в сфере обороны и безопасности. Брюссель и Пекин уже реализуют ряд совместных проектов, направленных на предотвращение конфликтов, разрешение кризисов и стабилизацию ситуации.

Так, в ходе военно-морской операции ЕС — NAVFOR, осуществляемой у побережья Сомали, некоторые страны—члены ЕС уже тестируют возможности сотрудничества с КНР. Миротворческие силы Китая и европейских государств действуют под флагом ООН в Ливане, а также в иных операциях под эгидой ЕС и ООН — в Конго, Мали и Южном Судане.

Очевидно, Пекин примет участие в практической реализации доктрин общей политики ЕС в сфере безопасности и обороны — в особенности на Африканском континенте, а также в конкретных совместных войсковых операциях (например, в учениях по борьбе с пиратством или гуманитарных спасательных миссиях).

Более того, выход Британии из ЕС упрощает создание механизма поддержания официального диалога между Военным комитетом ЕС и генеральным штабом Народно-освободительной армии КНР, а в составе постоянной делегации ЕС в Пекине появится специальный советник по вопросам безопасности и обороны.

Лондон неустанно выступал против включения такого эксперта в состав делегации, опасаясь, что подобное решение будет неверно истолковано Вашингтоном и спровоцирует снижение статуса особых отношений Британии и США.

Великобритания неизменно требовала, чтобы Евросоюз оставался исключительно торгово-экономическим блоком, и традиционно отказывалась наделять общеевропейские институты полномочиями и потенциалом, необходимым для трансформации союза в подлинно глобальную силу.

Многие десятилетия Лондон настойчиво добивался от Европы сохранения традиционной конфигурации альянса сил Запада. Эту задачу облегчали взятые на себя Вашингтоном обязательства перед европейскими партнерами. Сегодня упомянутая конфигурация трещит по швам: Британия расстается с ЕС, а Трамп настраивает западных союзников против США. И в этих условиях Брюсселю гораздо проще укреплять связи с Китаем по всему спектру общих вопросов, потенциально способных подорвать глобальное доминирование Соединенных Штатов.

Впрочем, тешить себя иллюзиями не стоит: альянс КНР и ЕС вполне может оказаться простым браком по расчету (а вовсе не прочным партнерством), основанным исключительно на общем неприятии Трампа. При этом толчком к его заключению послужил исход Великобритании из ЕС.

Станут ли новые веяния в отношениях между Британией и США стимулом к трансформации упомянутой выше китайско-европейской «оси» в более постоянное явление? Это покажет время. А пока в отношениях КНР и ЕС открываются новые возможности, всего несколько месяцев назад казавшиеся совершенно невероятными.

Статья опубликована в Foreign Affairs 6 июня 2017 г. © Council on Foreign Relations // Tribune News Services.

Никола КАСАРИНИ,
директор направления азиатских исследований Istituto Affari Internazionali (Рим) и профессор Graduate Institute (Женева). Бывший старший аналитик Института исследований проблем безопасности ЕС — EUISS (2010—2013).

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

СМИ: Трамп прекращает поддержку оппозиции в Сирии,...

Сворачивание данной программы – это один из способов президента США...

В ходе неформальной встречи Трамп говорил с Путиным...

Преимущественно, это был обмен шутками, так же, разговор зашел об усыновлении

Пушков о слухах про «секретную» встречу Путина и...

Член Совфеда России Алексей Пушков опроверг в Twitter слухи о «тайной» встрече...

В Белом доме отрицают «секретную» встречу Трампа и...

Фейковые новости становятся все более и более бесчестными. Даже ужин, организованный...

США могут вернуться в Парижское соглашение

Макрон убедил Трампа в наличии связи между глобальным потеплением и терроризмом

Загрузка...
Загрузка...

Трагедии — наше богатство

Чернобыльская зона номинирована на включение в список культурных и природных...

Футбол-17/18. Путеводитель по сезону

По именам участников вторая лига может конкурировать с Премьер-дивизионом и,...

Ползучая национализация

Настоящее бизнеса крупных предпринимателей, служивших опорой прошлой власти, трудно...

Банан — только с кожурой!

Всем поклонникам смузи (натуральных и полезных фруктовых или овощных напитков,...

Гости из прошлого

В очередное книжное обозрение «2000» вошли романы, в которых прошлое предъявляет...

Экспертное мнение 12 причин победы Кличко над Джошуа

Хотя букмекеры и многие специалисты в предстоящем поединке отдают предпочтение...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Блоги

Авторские колонки

Ошибка