Израиль в Сирии защищает свои интересы, а не воюет, — Белоцерковски

№47–48(752) 11 — 17 декабря 2015 г. 10 Декабря 2015 3.7

Элиав Белоцерковски: атмосфера ненависти в палестинском обществе нагнетается умышленно

«В Сирии мои цели я определил. Они состоят в том, чтобы защитить безопасность моего народа и моей страны», — эта фраза израильского премьер-министра Биньямина Нетаньяху, прозвучавшая не так давно в интервью телекомпании CNN, была ответом на вопрос: почему Израиль не присоединился к международной коалиции во главе с США — по примеру Франции, Великобритании, Турции, Канады, Иордании и некоторых других держав.

«Израиль стремится сохранить свободу действий в соседнем государстве», — таков был ответ г-на Нетаньяху тем медиа, которые интересовались: нет ли намерений у Израиля координировать свои действия в Сирии с РФ, особенно после того, как в Тель-Авиве побывала делегация российских военных во главе с начальником российского генштаба.

Граница ни при чем

— Израильский спецназ регулярно проводит операции на территории Сирии. Но сейчас еще добавилось хлопот: как сказал ваш премьер-министр, израильские военные «проводят операции против еще одного террористического фронта, который Иран стремится открыть на Голанах, а также с целью препятствования передачи летального вооружения из Ливана в Сирию». И поскольку Израиль действует самостоятельно, то, вероятно, военный бюджет вашей страны должен быть увеличен многократно? — с этого вопроса мы и начали беседу с Чрезвычайным и Полномочным Послом Государства Израиль в Украине Элиавом БЕЛОЦЕРКОВСКИ.

— Для нас самая главная цель — это обеспечение безопасности Израиля, что само собой разумеется. В связи с этим мы пытаемся, конечно же, разрешить наши проблемы в первую очередь дипломатическим путем. Но, к сожалению, это не всегда удается.

Что касается коалиции... Тут я бы хотел объяснить суть позиции Израиля. В военных действиях наша страна не принимает никакого участия. Но мы не можем не реагировать на новые вызовы и угрозы, исходящие от сирийской стороны, поэтому продолжаем принимать меры для обеспечения нашей безопасности.

Сирия всегда являлась главной опорой «Хезболлы» (военизированная шиитская организация, выступающая за создание в Ливане исламского государства по образцу Ирана. Признана террористической организацией в Канаде, США, Израиле и Египте, частично в ЕС. Авт.).

«Хезболла» много лет продолжает вести борьбу с Израилем. Иногда тише, иногда более активно, но никогда не скрывает цели — уничтожение Государства Израиль.

Так вот одна из наших задач сейчас — пресечь любые попытки поставок оружия в Южный Ливан, где главным образом и дислоцируется «Хезболла». Чаще всего оружие направляется из Ирана, главного спонсора этой организации.

То есть меры, которые мы принимаем в Сирии, — это только для пресечения поставок опасного оружия. Подчеркиваю, никакой другой нашей деятельности в Сирии нет.

— Аннексия Голан Израилем признана недействительной еще в декабре 1981-го согласно резолюции СовБеза ООН № 497. И вот прошло 34 года. Как Израиль, так и Сирия по-прежнему считают Голанские высоты частью своей территории. Я не к тому, что именно сейчас нужно рубить «гордиев узел», но, вероятно, Израиль, осознавая, какая именно теперь может исходить угроза из этого региона, по логике усиливает там присутствие военных?

— Я не стану вдаваться в тактические детали... Но могу сказать: мы очень тщательно следим за тем, что происходит в Сирии, и стараемся быть готовыми к любому сценарию. Голаны — безусловно, территория, через которую могут проникать террористы.

— И через северную границу — с Ливаном — тоже могут. Да и юго-западная — с Египтом — требует большего внимания, чем прежде. А что с восточными рубежами, с Иорданией? Там тоже неспокойно?

— С Иорданией, с которой у нас есть международный договор, спокойная граница. Хотя... Сейчас все может быть, поэтому нельзя исключать, что оттуда никто не проникнет. И все же, по-моему, дело не только в том, кто и с кем граничит. Париж вроде бы далек от тех потенциально опасных мест, о которых мы говорим, но теракт произошел и там.

— Реальной угрозой, исходящей от «Исламского государства», международное сообщество обеспокоилось еще в прошлом году — задолго до терактов на Синайском полуострове, в Бейруте, Париже и Тунисе. И уже тогда проводились соцопросы на предмет: жители какой из арабских стран более всего симпатизируют ИГИЛ? Так вот согласно опросам, проведенным такими организациями, как Независимый институт управления и исследования гражданского общества (Ирак), Арабский центр политических исследований (Катар) и Вашингтонский институт политики Ближнего Востока (США), вырисовалась картина: поддерживают действия боевиков 17% респондентов из числа сирийцев и аж 24% жителей Палестины. Послу Палестины в Украине я задала вопрос: «Чем можно объяснить эти симпатии?» Он ответил, что сомневается в этих цифрах, поскольку палестинцы относятся к ИГИЛ «как к чуме».

Ваше мнение: среди жителей автономии действительно доминируют настроения такие, какие и озвучил ваш коллега?

— Думаю, такие настроения, я имею в виду разной степени симпатии к ИГИЛ, — существуют почти во всем мусульманском мире. Тем не менее граждане Израиля не видят, не ощущают, что именно палестинцы как-то по-особому относятся к «Исламскому государству». Там это не является «мейнстримом». И я бы не сказал, что ИГИЛ — главная проблема в наших отношениях с палестинской администрацией. Существуют гораздо более существенные вопросы, которые могут вписываться в атмосферу, созданную под влиянием крайне экстремистской идеологии.

И все из-за клубники

— Израиль решил прекратить контакты с органами Европейского Союза, имеющими отношение к мирным переговорам с палестинцами, после того как ЕС стал требовать маркировки экспортной продукции с Западного берега реки Иордан. Мало того: Беньямин Нетаньяху дал задание главе МИДа вообще пересмотреть участие органов Евросоюза во всем, что связано с дипломатическим процессом мирного урегулирования конфликта с ПА.

Знаете, со стороны выглядит так, что Израиль пошел на принцип. В сущности какая разница, если клубника, которую вырастили поселенцы на плантациях на Западном берегу, отправляется в Европу с этикеткой «Сделано в Израиле» или «Выращено на территории Западного берега и собрано руками израильских поселенцев»? Но уперся ЕС: чтоб было так и не иначе. Уперся и Израиль: коль вы хотите по-своему, то и не помогайте нам договариваться с палестинцами по другим вопросам.

Скажите, надпись на этикетке стоит того?

— Евросоюз принял это решение как политическое. Мы считаем, что оно неправильное, потому что даже маркировка подчеркивает: продукция, которая идет в ЕС, — это якобы не с территории Государства Израиль... Поэтому мы решили на данном этапе приостановить политические контакты с Европейским Союзом.

— Так он же ваш друг!

— ЕС является одним из главных партнеров Израиля. У нас на 18 млрд. евро, или даже больше, израильского экспорта в Евросоюз. Торговые связи имеют долгую историю.

— Зачем же разрываете?

— Их никто не собирается разрывать. А заявление — с нашей стороны — это акт, который демонстрирует недовольство больше, чем какая-то практическая мера. Но ведь и со стороны Евросоюза такое заявление — своего рода жест, который ничем не помогает мирному процессу.

— Тем более что некоторые страны ЕС, как, например, Греция и Венгрия, отказались выполнять директиву Еврокомиссии по маркировке продукции поселений Иудеи, Самарии и Голанских высот. Возможно, вы понимаете потаенный смысл заявления ЕС? Кто-то может объяснить: что оно дает?

— Что это дает, мне тоже не совсем ясно.

— А что думаете по поводу заявления с трибуны ООН г-на Махмуда Аббаса, лидера Палестинской автономии? Имею в виду то, что он призвал палестинцев не выполнять никакие договора с Израилем. Ну и обвинил Израиль в разжигании религиозных войн.

— Не знаю, что имел в виду Махмуд Аббас, но сейчас в Израиле поднимается своего рода волна терроризма. И толчком для этого главным образом стали высказывания различных палестинских лидеров, которые заявляли, что мы на Храмовой горе изменили статус-кво.

На Храмовой горе существует определенный порядок. Согласно ему, мусульмане могут там молиться, а евреи и христиане — могут только посещать это святое место. Но молиться евреям и христианам там запрещено. Так вот, этот порядок не менялся в течение 50 лет. А затем появились слухи, насколько мы понимаем, они были распространены именно палестинской администрацией, что якобы Израиль отменил правила и сейчас позволяет евреям молиться на Храмовой горе.

Наш премьер-министр однозначно заявил: никаких изменений нет, все остается в силе. Более того, сказал, давайте установим видеокамеры на Храмовой горе, и все смогут увидеть, что нет никаких изменений.

Но, думаю, тут вопрос больше к палестинским лидерам: насколько они заинтересованы погасить эту волну? Или, наоборот, пытаются таким образом добиться каких-то собственных политических кратковременных преференций?

Считаю, эта атмосфера ненависти в палестинском обществе нагнетается, чтобы кого-то подтолкнуть к идее стать шахидом — дескать, если ты погибнешь, то сразу попадешь в рай небесный... Вся эта риторика влияет на людей. Вместо того чтобы сделать ситуацию более умеренной... Вообще такое впечатление, что сейчас ХАМАС и ФАТХ как бы соревнуются между собой — кто более преуспеет в экстремистской агитации.

— По мнению палестинцев, и это было официальное заявление администрации г-на Аббаса, противостояние осенью 2015-го началось из-за того, что израильские полицейские на наиболее массовую пятничную молитву на Храмовой горе не пускали мужчин младше 40 лет. Но, насколько мне известно, такое правило было и раньше. Или я ошибаюсь?

— Такие ограничения вводились не раз. Надо понимать, что Храмовая гора находится прямо над Стеной плача. И время от времени некоторые палестинские группы специально приходят туда, чтобы совершать провокации. Они бросают сверху камни на людей, которые молятся, или подстрекают верующих, чтобы те атаковали евреев. И мы пытаемся все это пресечь. А чтобы пресечь, иногда необходимы такие ограничения.

— А вы-то сами к Стене плача ходили, записки писали? Хоть что-то исполнилось?

— Конечно, писал, но что именно — сказать не могу.

«Никаких аналогий»

— Можете ли сказать, что заявление г-на Аббаса — а речь ведь шла не только о религиозных конфликтах, но и о том, чтоб палестинцы не выполняли мирный договор 94-го года, вообще разорвали отношения с Израилем, — имело практические последствия? Например, на бытовом уровне Израиль продолжал поставлять воду, газ, электричество, или — в отместку — заблокировал?

— Как я понимаю, со стороны Махмуда Аббаса это были просто слова. Одна из деклараций, которые мы раз за разом слышим.

У палестинской администрации есть не меньше интересов соблюдать эти договора, чем у Израиля. Потому что если их не соблюдать, возникнет большая угроза для существования всей структуры ФАТХа. Под палестинской администрацией находятся около 97% палестинцев, которые живут на Западном берегу Иордана.

К сожалению, вместо того чтобы развивать экономические, общественные, политические структуры, демократические институции, администрация ПА главным образом занята обвинениями Израиля в чем угодно.

И сейчас мы фактически находимся на том же этапе, что и десятилетия назад, несмотря на то что были договоренности в Осло. Увы, палестинская администрация не заинтересована, чтобы достигнуть исторического мира с Израилем.

— Зато дошли до флага Палестины в ООН. Ваше мнение: действительно ли подавляющее большинство стран, имеющих представительство в Организации Объединенных Наций, считают Палестину де-факто отдельным государством?

— Не думаю, что это так. Хотя действительно у палестинцев есть автоматическое большинство сторонников в Генеральной Ассамблее ООН. И этого большинства было бы достаточно, чтобы изменить устав ООН, повесить флаг, несмотря на то что Палестина — это не государство. Однако они сумели добиться... Но это не более чем символика. С другой стороны, вместо того чтобы решать конфликт, раздувают его такими действиями все больше.

— Когда Украина осталась без Крыма, а потом начались события на Донбассе, отечественный политикум — на всевозможных ток-шоу — поменял риторику. Все стали говорить: вот смотрите, Израиль постоянно сражается за свои территории, уже сколько десятилетий, фактически с момента основания, и ничего — живет и здравствует. Экономику развивает, социальные программы. То есть и в таких условиях вполне можно существовать...

— Мне кажется, очень опасно проводить аналогию между одной ситуацией и другой. Да, мы живем в состоянии войны со дня образования Государства Израиль. И для нас более принципиальный вопрос состоит в том, что арабские страны вообще не признают право Израиля на существование.

Мало того, мы окружены даже не государствами, а группировками, которые видят только одну цель: уничтожить наше государство. На данном этапе, безусловно, мы сильнее, можем пресечь эти попытки. Тем не менее они не исчезнут...

Более того, недалеко от нас существует государство сильное, мощное, которое также заявляет каждый день, что Израиль нужно стереть с лица земли. Я говорю об Иране... Раз за разом они проводят конференции, где речь идет о том, что на самом деле холокоста вообще не было.

При этом подписанный недавно договор между США и Ираном, в соответствии с которым Тегеран якобы отказывается от производства ядерного оружия, вовсе ничего не гарантирует.

— Но когда у нас говорят «брать пример с Израиля», то это не только из-за исключительной военной готовности. Больше говорят о том, что в Израиле весьма продуктивно борются с коррупцией. Хотя сомневаюсь, что там не дают взяток и не берут их... Но, вероятно, не в таких размерах, как у нас.

— В этом плане для нас существует «западный стандарт»: человек рассчитывает, что правительство, которое он избирает демократическим образом, будет обеспечивать ему определенный социальный, политический, экономический минимум. Это предусматривает также то, что члены правительства и чиновники не будут брать взятки. Но когда это происходит, избиратель уверен: виновный будет наказан.

И при таких стандартах неудивительно, что наказание постигло за коррупционные и другие противоправные деяния и нашего бывшего президента Моше Кацава. Он сейчас сидит в тюрьме...

— ... и бывшего премьера...

— ...Эхуда Ольмерта, которого приговорили к восьми месяцам тюрьмы за взятку. Да, в Израиле знают, что закон один для всех. И его надо соблюдать.

— Из-за кризиса многие правительства урезали финансирование своих посольств. Насколько сократили или наоборот увеличили материальное благосостояние посольства Израиля в Украине?

— Распределение финансов у нас происходит следующим образом. Из госбюджета Израиля выделяется часть, которая идет для финансирования МИД. Но перед этим происходит еще и своего рода борьба между министерствами. Эдакое бюрократическое соревнование, в котором нужно всеми силами и средствами доказать, кому нужен бюджет побольше.

И вот когда все утрясено, бюджет попадает в МИД и уже распределяется внутри министерства. Там тоже происходит состязание, уже между различными посольствами, которые представляют планы работ и говорят: мне на этот план нужен такой-то бюджет, потому что без этого никак нельзя.

Тогда МИД сам принимает окончательное решение, поскольку все запросы удовлетворить, наверное, нельзя. Мозговой центр действует исходя из неукоснительного правила: насколько важны отношения с той или иной страной с израильской точки зрения — такое посольство и получает больший бюджет.

Учитывая, что финансирование нашего посольства из года в год увеличивается, можно смело сказать, насколько для Израиля важны отношения с Украиной.

Давайте познакомимся

Элиав БЕЛОЦЕРКОВСКИ родился 13 декабря 1963 г. в Кишиневе. Когда ему исполнилось 9 лет, семья эмигрировала в Израиль.

Учился в Еврейском институте в Иерусалиме по специальности международные отношения и Ближний Восток. Закончил магистратуру по международному менеджменту Бостонского университета в Израиле.

Кадровый дипломат, более 20 лет служит в МИД: работал в посольствах Израиля в Индии, Греции, на Кипре, в Сингапуре.

В 2014 г. г-н Белоцерковски вручил верительные грамоты главе нашей державы, официально вступив в должность Чрезвычайного и Полномочного Посла Государства Израиль в Украине.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Коломия оголосила суверенітет

«Гройсман, колишній досвідчений міський голова, вже починає забувати проблеми, які...

Владимир ХОЛОПОВ: «На Евро будем биться за медали»

То, что мы сильнее действующих чемпионок континента — было доказано дважды

Судьба телефонистов

Одесса занимает первое место в Украине по числу граждан, официально работающих за...

Украина станет жить лучше, когда власть начнет...

Если у вас нет средств на собственное воспроизводство, обеспечивающее определенную...

Садовой: о сердце и душе

На «Самопоміч» йде дуже серйозна атака. Як, власне, й на місто Львів, і на Садового

Работа как волк

Бывшему прокурору не обязательно идти в армию, но и на пособие по безработице ему...

Батькивщина намерена «их» остановить

Дмитрий Шлемко: «Якщо раніше люди йшли просто протестувати і кричати «мирно,...

Бесплатное право и наши права

В центры бесплатной правовой помощи чаще всего обращаются люди в возрасте от 35 до 60...

Михаил Резникович: Определяется будущее нашей...

Украина, отказавшись от собственного мировоззрения и исторического опыта, рискует...

Страсти по громаде

Наталья БАБИЙ: «Опоненти стали розказувати людям в селі: якщо об'єднаєтесь з...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Блоги

Авторские колонки

Ошибка