В Нацполиции перезагрузка

№9(762) 4 — 10 марта 2016 г. 03 Марта 2016 2.4

К чему приведет переаттестация личного состава правоохранительных органов?

В органах внутренних дел, называемых теперь Национальной полицией, грядет большая чистка. Со второй половины марта сотрудники Нацполиции Днепропетровской обл. — от рядового патрульного до начальника ГУНП в области — начинают сдавать тесты для прохождения аттестации на право продолжить службу, а с апреля приступают к работе аттестационные комиссии.

Общественные активисты и волонтеры будут использовать переаттестацию для отсева сотрудников, запятнавших себя противоправными действиями при прошлой власти. Но зачастую к увольнению склоняют по политическим мотивам или из-за сведения личных счетов.

В обществе есть и иной взгляд на ситуацию: подменив понятие профессионализма псевдопатриотизмом, новые сотрудники внутренних дел могут не справиться с лавинообразным ростом преступности и потоком оружия, которое попадает в Днепропетровскую обл. из зоны АТО.

Андрей Луговской

Этими опасениями мы поделились с советником главы Нацполиции в Днепропетровской обл., экс-руководителем областного УБОП (Управления по борьбе с организованной преступностью) полковником Андреем Луговским. В чем-то он постарался развеять наши опасения, но в некоторых вещах был вполне солидарен.

— Андрей Владимирович, после недавней погони и стрельбы полицейских на окраинах Киева, закончившейся убийством юноши, общество разделилось на тех, кто по-прежнему приветствует новых полицейских, и тех, кто опасается, что реформа системы МВД приведет к дальнейшему ухудшению криминогенной ситуации, а рядовой гражданин, как и раньше, останется незащищенным. Какое из этих мнений вам ближе?

— Разделение общества на тех, кто за и против новой полиции, действительно имеет место. Обратите внимание на реакцию людей в социальных сетях. Кто-то говорит, что применение оружия полицейским Олейником было необоснованным и неправильным, с чем я в принципе соглашаюсь, а кто-то говорит: посмотрите на опыт США, как они четко и грамотно применяют оружие на поражение, не задавая лишних вопросов.

Я бы все в кучу не сваливал, дождался бы результатов расследования. Но это звоночек для молодых ребят, пришедших на службу в патрульную полицию. Нужно научиться правильно применять табельное оружие. Скажу о себе. Перед тем, как мне доверили оружие, я прослужил в Днепропетровском училище милиции три года. Все это время одним из четырех основных предметов был — «огневая подготовка», где нас обучали тактике применения огнестрельного оружия и обращению с ним.

Поверьте, это были звери-преподаватели. И с тех лет у меня в голове до рефлексов отложились правила обращения с оружием и в каких ситуациях его можно применять, а когда — не стоит.

Ситуацию, которую мы имеем сейчас с реформированием системы МВД, я бы разделил на несколько моментов. То, что реформа назрела, было понятно еще с событий во Врадиевке в 2013 г. Система в том виде, в каком она существовала, была не то что не нужна, она стала опасной для общества.

Но в контексте реформы я бы отдельно говорил о полиции в сфере общественной безопасности, которая является центральным органом исполнительной власти и служит обществу посредством обеспечения охраны прав и свобод граждан, способствует противодействию преступности, обеспечивает публичную безопасность и порядок.

Молодые патрульные полицейские, которых мы встречаем на улице, — это, на мой взгляд, позитив. Нужно понять, что у государства не было времени и денег на безупречную подготовку. Но у ребят есть желание, и это видно. В этом случае время работает на них, и за год они имеют все шансы обучиться, в этом им помогает ГУНП в области.

Другой вопрос — оперативная служба. Это иная специфика. И зачастую — не такая белая и пушистая работа. Что-то мы видим в фильмах, но и они не раскрывают многих подробностей. Уверяю, что за три месяца не удастся воспитать оперативника со своей агентурой, которая создается годами и десятилетиями. Было ранее в оперативной работе такое понятие, как оперативная наступательность, которое подразумевало, что в случае уменьшения либо приостановления комплекса оперативно-профилактических мероприятий рост преступности (что вполне понятно) мог выйти из-под контроля органов внутренних дел.

Задача переаттестации — максимальная перезагрузка оперативного состава. И существует возможность потери органами внутренних дел механизмов воздействия на криминалитет.

И тут предстоит «пахать» засучив рукава как опытным операм, так и молодым полицейским.

Наша общая большая задача — представителей общественности, действующих офицеров, руководителей управлений Национальной полиции — провести переаттестацию должным образом.

— В СМИ обсуждается следующая проблема: при переаттестации сотрудников возникают случаи злоупотребления и сведения счетов с бывшими милиционерами активистами и другими членами аттестационной комиссии.

Сотрудника, конечно, можно обвинить во всех грехах. Сделать это достаточно просто: обвинителями могут выступать молодые люди, покуривающие травку и желающие отомстить своему участковому, или более серьезные оппоненты из преступного контингента. Это частные случаи, но и на это необходимо обращать внимание.

Сотрудникам также важно — кто будет проводить переаттестацию. На данный момент мы знаем, что будет сформировано порядка 18 комиссий, в каждой 6 человек: по 3 от Нацполиции и общественности.

В общем, вопрос переаттестации более чем актуальный и требует глубокого и детального, нежели собеседование с сотрудниками за 15 минут, изучения.

— Буквально на днях в соцсетях обсуждалась страничка в «Одноклассниках» жены руководителя Нацполиции в Винницкой области — его фото в Севастополе на совместном параде кораблей российского и украинского ВМФ, вместе с Николаем Валуевым и другие. Насколько можно говорить о политизации процесса?

— Вы можете четко сказать, когда датированы эти снимки? До известных событий обвинить в неблагонадежности можно едва ли не каждого. И если пойти по такому пути, то можно скатиться к обвинениям всех и во всем. Тут нужно отметить, что после «революции достоинства» и крымских событий изменилась концепция сознания миллионов жителей Украины. Я тоже в детстве рисовал на 23 февраля георгиевские ленты...

— Что считаете недопустимым во время проведения переаттестации?

— Вот, например, я знаю случай, когда на переаттестации в центральном аппарате НПУ сотрудник, считавшийся одним из лучших оперативников, имеющий несколько удачных спецопераций по внедрению под прикрытием в преступные группировки, успешно сдал тесты, но не прошел собеседование. У него спросили:

— А вы где работали до этого?

— В УБОП.

— Спасибо. До свидания.

Таким образом система потеряла квалифицированного специалиста, практика, у которого колоссальный опыт оперативной работы. И подобных фактов немало.

А ведь после событий на майдане и начала АТО сотни и тысячи сотрудников МВД доказали верность своей стране. И это тоже нельзя не учитывать.

Опера Днепропетровского УБОП

— События 2014 года, когда Днепропетровск доказал, что по праву является частью Украины, уже стали историей. Все это происходило на ваших глазах, и, конечно, вы знаете больше нашего. Как работал УБОП в то время?

— 2014-й был очень сложным для всех жителей Украины, потому что трагические события на майдане в корне изменили сознание всех граждан страны.

На тот момент большинство сотрудников органов внутренних дел были дезориентированы. Часть сотрудников «Беркута», которые были на майдане и принимали участие в подавлении протестов, переметнулись, переехали в Крым и заняли там оборонительную позицию. Атмосферу того времени хорошо показывает опубликованная недавно стенограмма заседания СНБО по Крыму.

Мой возврат в Днепропетровск из Киева был связан с тем, что я, безусловно, хорошо знал регион, понимал оперативную обстановку и был дружен с сотрудниками управления. Моя задача была — вывести ситуацию из ступора и обеспечить ликвидацию возможных очагов возгорания организованной преступности.

В апреле 2014 г. приказом МВД я был переведен с должности начальника криминальной разведки ГУБОП МВД Украины на должность начальника УБОП в Днепропетровской области. В самый пиковый момент. Я помню, какая на УБОП легла ответственность по противодействию как организованной преступности, так и экстремизму. А помимо всего — ежедневная подготовка к выполнению плана «Фортеця» по защите админзданий, мешки с песком, инструктаж и подготовка личного состава к отражению возможных атак. Было очень жарко.

— Вы говорите, большинство сотрудников МВД были дезориентированы, но ведь и захватов зданий в Днепропетровской области не было?

— А это уже свидетельство правильно скоординированной работы правоохранительных структур. Следует отдать должное профильному руководству ОГА, а также нашим коллегам из СБУ, которые проводили боевые операции, и добровольческим батальонам. Они тогда только появились, и, не буду скрывать, у нас с ними постоянно возникали сложности. Но эти проблемы были решаемыми. В основном добровольческие батальоны сыграли достаточно позитивную роль.

Хочу отметить, что первая десятка сводного спецподразделения «Сокол» (создаваемого тогда для патрулирования Мариуполя) была из днепропетровского подразделения УБОП, как и первая десятка из числа оперативных сотрудников.

Я горжусь тем, что работал в коллективе единомышленников и друзей. О таком коллективе любому руководителю можно только мечтать. Подчеркну — сотрудники первой десятки вызвались добровольно, хотя мы не понимали, что там происходит. Мирная ситуация — не мирная? Идет стрельба, гибнут люди, проходит АТО.

Могу сказать, что днепропетровские сотрудники УБОП очень неплохо себя показали и были востребованы во время проведения оперативно-розыскных мероприятий в зоне АТО.

— Как вел себя после майдана днепропетровский криминалитет? В некоторых публикациях заслугу по принуждению к патриотизму приписывают Игорю Коломойскому, назначенному тогда губернатором. Криминальных авторитетов якобы вывозили в лес, проводили воспитательные разговоры и т. д.?

— Я, естественно, понимаю, о чем идет речь — о специфическом патриотизме со стороны днепропетровского криминалитета. Но я прямо и просто скажу, что они защищали свои экономические интересы.

Между «донецкими» и «днепропетровскими» всегда существовал жесткий конфликт на самых различных уровнях за сферы влияния. На уровне государственных органов я это прочувствовал лично — работая в Киеве, когда руководители были все донецкие, а к выходцам из Днепра, которых пригласили по профессионализму, относились весьма специфически. Поэтому, повторюсь, ничего личного, кроме как защиты своих экономических интересов, сосредоточенных в немалой степени в финансово-промышленных группах, я не вижу. Абсолютно прагматичный расчет.

— Близость зоны АТО не могла не внести коррективы в деятельность правоохранительных органов. С чем пришлось столкнуться лично вам и вашему подразделению?

— Лично для меня это был период испытания на прочность. Экзамен. Один из примеров: как-то после очередной разработки (разработки в виде проведения задержаний, обысков и т. д. — Авт.) были задержаны и помещены в СИЗО четверо членов ОПГ из зоны АТО. Через несколько дней мы перехватили оперативную информацию от фигурантов, в которой они давали указания своим подельникам на свободе выкрасть начальника УБОП, т. е. меня, для последующего обмена. Поэтому пришлось принимать дополнительные меры личной безопасности. И так было постоянно на протяжении 2014-го.

В целом этот год был характерен тем, что мы изымали много оружия. Столько, сколько мы изымали, с использованием методов оперативно-розыскной деятельности, агентурной сети, офицеров под прикрытием, не изымалось Управлением БОП за все прежние годы вместе взятые.

Например, при проведении спецоперации в одном из домовладений Днепропетровска мы изъяли столько мин, гранатометов, стрелкового оружия и патронов, что пришлось более суток только вести протокол изъятия.

— Это была торговая база или террористический схрон?

— Это был потенциальный источник распространения оружия по Днепропетровску. Где бы оно дальше использовалось, сказать сложно. Но таких складов было достаточно. Почти каждый месяц мы проводили крупную реализацию, иногда и не одну.

Кстати, интересный факт, в 2015 г. после ликвидации УБОП такого количества оружия уже не изымалось. Оружия стало меньше? А так ли это фактически?

И здесь хочется усомниться в целесообразности ликвидации УБОП. Но мы все же надеемся на Национальную полицию и Нацбюро расследований, которые в умелых руках могут стать хорошим механизмом противодействия оргпреступности.

Вы наверняка слышали, был случай, когда к нам из Луганска заехала ДРГ (диверсионно-разведывательная группа), готовившая диверсии на стратегических объектах Днепропетровска. Проехали «тупо» через ж/д вокзал с гранатометами в сумках. Никто даже не обратил внимания на них, кроме сотрудника, внедренного в среду фигурантов, потенциально вынашивавших идеи терроризма. И вот по приказу генерала т. н. Кубанского казачества РФ Вячеслава Петрова, по кличке «Батя», в Днепропетровск прибыли три человека (клички двоих — «Борода» и «Стафф») с целью сбора информации для организации террористических атак.

По прибытии у поезда «Луганск—Одесса» эти личности были взяты в оперативную разработку. Операция проводилась совместно с СБУ.

Ситуация была очень напряженной. Террористы нервничали, а их поведение становилось все более непредсказуемым. Поэтому через сутки, когда мы получили достаточную доказательную базу о преступных приготовлениях фигурантов, было принято решение о задержании террористов. Ими оказались жители Луганской обл. Оганесян и Ключкин, прошедшие снайперскую и саперную подготовку в Ростове-на-Дону.

У преступников изъяли 6 гранатометов РПГ-18 прицельной дальностью 200 м, гранаты ВП-18 к ним и топографические карты.

Среди возможных целей значились здание облгосадминистрации, Мерефо-Херсонский мост и магистральный трубопровод в Тоннельной балке. Кроме того, фигуранты задались дополнительной целью по устранению руководства ОГА.

Мне потом приходилось слышать мнение, что террористы, мол, не настоящие, а фейковые. Но, поверьте, это были совершенно отмороженные ребята. И я скажу абсолютно точно, что они бы реализовали свои замыслы, даже не сомневайтесь. Кстати, в дальнейшем их обменяли на 12 пленных военнослужащих ВСУ. А это о чем-то говорит...

Были и другие спецоперации. В ходе одной мы вели разговор о поставке более 200 гранатометов. Фигуранты готовы были осуществить поставку чуть ли не в промышленных объемах. Но для таких оперативных игр нужны большие денежные средства. И, к сожалению, у государства на эти оперативные расходы средств не нашлось.

В другом случае один из наших офицеров под прикрытием на протяжении восьми месяцев был внедрен в ОПГ с межрегиональными и транснациональными связями, эта группа наладила каналы поставок из зоны АТО оружия и боеприпасов. Фигуранты занималась ремонтом и сбытом оружия на территории Запорожской, Одесской, Херсонской, Днепропетровской областей и Киева.

Лидером ОПГ был житель Мелитополя — Игорь Ярмак, а его подельники — в основном спортсмены-боксеры и выходцы из кавказского региона. Общение с таким контингентом — крайне опасная задача. Они были знакомы с методами оперативно-розыскной работы и вели контрнаблюдение. А прогнозировать их намерения и поведение было крайне трудно. При этом все они высказывали ярко выраженные антиукраинские взгляды.

Наш сотрудник неоднократно, без оперативного сопровождения, ездил с бандитами в лес для испытания качества оружия и осуществлял закупки автоматов, гранат и гранатометов. Кроме того, у него имелась договоренность о закупке нескольких переносных зенитно-ракетных комплексов (ПЗРК). К сожалению, закупку ПЗРК мы не смогли провести из-за тех же финансовых трудностей.

И вот в ноябре 2014 г. во время спецоперации, координируемой ГУБОП, совместными силами УБОП в Запорожской и Днепропетровской обл., УСБУ в Запорожской обл. и Бердянского погранотряда были арестованы 10 членов ОПГ вместе с их лидером. В ходе проведения 56(!) обысков в нескольких областях изъят внушительный арсенал оружия, взрывчатки и наркотиков.

Интересно, что по итогам операции грамотами и благодарностями были награждены почти все ее участники, а вот инициатор разработки и офицер под прикрытием остались без поощрения. 29 декабря 2014 г. представления к их награждению были поданы в Администрацию Президента, но их судьба нам и сейчас не известна.

— Аресты потенциальных террористов происходили в результате оперативных разработок или благодаря бдительным гражданам?

— Мы не Европа, хотя так хотим стать ее частью. Феномен заботливых и наблюдательных граждан у нас отсутствует в принципе. Поэтому все значимые реализации материалов оперативных разработок в нашей стране проводились на основе оперативной информации агентурных сетей.

Иногда приходит оперативная информация о том, что какой-нибудь гражданин выражает четкое намерение в совершении противоправных действий. Включается спецподразделение и начинается разработка.

— До перевода в Днепропетровск вы возглавляли Управление криминальной разведки в структуре Главного управления по борьбе с организованной преступностью. Что это за служба?

— Криминальная разведка всегда была закрытым подразделением. Это не практическое подразделение, его функция — работа со специфическими источниками, т. н. штатными негласными сотрудниками. По сути это офицеры, которые внедрялись в группировки, работали в бандах и поставляли информацию, что позволяло нам достаточно успешно бороться с ОПГ.

Специфика и специализация такого рода подразделений — работа с источниками оперативной информации и проведение оперативных комбинаций и спецопераций.

С 1999 г., когда я пришел работать в ОКР в системе УБОП, запомнился напряженный график работы нашего подразделения. Оперативка иногда начиналась в 23—24 часа, а уже утром — следующая оперативка с планом на день. И я, молодой человек, первое время не мог понять, как люди живут в таком режиме, но спустя несколько лет привык.

На тот момент количество ОПГ исчислялось десятками, и государству было очень важно совладать с оргпреступностью.

К тому времени многие ОПГ от беспредельного бандитизма перешли к экономической легализации. В 2000-х уже росли финансово-промышленные группы. В Днепропетровске, как и по всей Украине, зародился ряд ФПГ, в некоторых случаях с опорой на криминалитет, выдвигавших своих людей в политику и органы власти.

Основная задача криминальной разведки в 2000-х — отслеживать в регионах негативные тенденции и процессы, протекавшие, связанные с укрупнением ФПГ, их легализацией и захватом бизнеса.

Появился и новый вид преступности — рейдерство. В этой ситуации роль криминальной разведки — это системный анализ имеющейся информации и прогноз развития ситуации в динамике. Эту информацию и аналитические обзоры мы всегда докладывали тогдашнему руководству ГУБОП.

Были и реализации очень интересных программ, в том числе совместно с иностранными коллегами. В 2012 г. в координации с Управлением криминальной разведки ГУБОП была проведена спецоперация по ликвидации канала сбыта наркотических веществ (кокаина) совместно с американским бюро по контролю за оборотом наркотиков.

Спецоперация по изобличению международной ОПГ проводилась одновременно в Украине, Польше и Эквадоре. В Тернополе во время получения груза с 30 кг кокаина стоимостью около 6 млн. долл. США был задержан активный участник группировки житель Львова. Еще одного участника группы задержали в Польше и пятерых — в Эквадоре.

Поразило очень серьезное финансирование американцев по этой проблематике. Они выделяют серьезные ресурсы, позволяющие, например, в ходе проведения комбинации предоставить нашему легендированному сотруднику частный самолет для подтверждения легенды состоятельного дилера международного масштаба.

В Скотленд-Ярде

Довелось мне побывать и в Скотленд-Ярде, где мы не только обменивались опытом по противодействию различным видам преступности, но и побывали в лондонской штаб-квартире IBM и компании SAS Memex, которая специализируется на программном обеспечении для спецслужб всего мира. Ознакомились с особенностями расследования дел по международной коррупции, финансовым правонарушениям, а также с техникой сбора оперативной информации в местах содержания под стражей. Принимали участие в курсах по криминальному анализу в рамках международной программы повышения квалификации для органов криминального расследования (ICITAP), которая разработана Департаментом юстиции США.

Перспективной показалась программа I2. Будучи подключенной к интернету, соцсетям и различным базам данным, она позволяла выявить круг контактов подозреваемого лица и буквально разложить человека «по полочкам», в привязке к информационным реестрам. Одним щелчком можно получить исчерпывающую картину о человеке, о его имуществе и связях.

Эта программа могла бы стать прорывом в криминальном анализе, но наша служба была расформирована. Впрочем, все это, я уверен, может, и будет восстановлено.

Несмотря на все сложные процессы реформирования, я вас уверяю, есть действующие сотрудники, которые пытаются вносить новизну и модернизировать повседневную работу полиции. Так, например, специалистами Управления по борьбе с киберпреступностью разработан и предложен к использованию единый общегосударственный дата-центр наивысшей степени защиты, где будет храниться вся информация, внесенная в ЕРДР и соответствующие материалы. В этом случае связь между дата-центром и пользователем (следователем, прокурором, судьей, распорядителем информации) будет осуществляться закрытыми каналами связи в зашифрованном виде.

Внедрение такого дата-центра исключит случаи утраты процессуальных документов, что в свою очередь нивелирует коррупционную составляющую как во время проведения досудебного следствия, так и с судебного рассмотрения. Невозможно будет бесследно уничтожить процессуальный документ или иным способом сфальсифицировать материалы.

— Может ли криминальный анализ помочь спрогнозировать дальнейшую динамику развития криминогенной ситуации, которую многие обычные граждане считают по меньшей мере тревожной?

— Сравнивая криминогенную ситуацию 90-х, 2000-х с сегодняшней, можно утверждать, что нынешняя намного сложнее. Можно прогнозировать очень непростые процессы, потому что, как и в начале 90-х и 2000-х, в стране возникают параллельные институты, которые берут на себя решение тех или иных вопросов, заменяя функции государства.

Сейчас идет война всех против всех, каждый сам за себя с последующим вбросом огромного количества компромата. И тут наступает время внимательного анализа действий и детального прогноза последствий этих действий. Однако это уже более философская тема.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Коломия оголосила суверенітет

«Гройсман, колишній досвідчений міський голова, вже починає забувати проблеми, які...

Владимир ХОЛОПОВ: «На Евро будем биться за медали»

То, что мы сильнее действующих чемпионок континента — было доказано дважды

Судьба телефонистов

Одесса занимает первое место в Украине по числу граждан, официально работающих за...

Украина станет жить лучше, когда власть начнет...

Если у вас нет средств на собственное воспроизводство, обеспечивающее определенную...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Блоги

Авторские колонки

Ошибка