Четыре урока победы Трампа

№45(795) 11 — 17 ноября 2016 г. 10 Ноября 2016 4.8

STATIC.NOVAYAGAZETA.RU

Вопреки социологическим прогнозам и предсказаниям экспертов следующим президентом США станет кандидат от Республиканской партии Дональд Трамп.

Победа Трампа представлялась практически невозможной, поскольку он проигрывал Хиллари Клинтон и по уровню медийной поддержки, и по объему финансовых ресурсов, которыми располагал в ходе избирательной кампании.

Однако в ситуации, когда в стране накапливается массовое недовольство, традиционные средства избирательной борьбы оказываются неэффективными. Наиболее доступным способом выражения социального протеста становится голосование за кандидата, который представляется избирателям противником существующей системы, поскольку он не боится называть вещи своими именами и делать заявления, не укладывающиеся в привычные политические рамки.

И в такой ситуации кандидату от правящей партии (и вообще политику, связанному с властью) не помогут ни сочувственное отношение телеканалов, ни агитационные сети, насчитывающие десятки тысяч человек, ни поддержка популярных деятелей массовой культуры.

Даже социсследования могут не отражать должным образом реальные электоральные перспективы политика, ставшего лидером протестных настроений. Поскольку многие избиратели буквально накануне голосования могут сами не осознавать, что их ненависть к системе столь велика, что может заставить их проголосовать за политика, вызывающего, мягко говоря, смешанные чувства.

Новый мир с новым Трампом

Первый и, пожалуй, самый интересный урок, который можно извлечь из победы Трампа, состоит в том, что существующая политическая система настолько сильно раздражает американских избирателей, что они готовы поддержать политика, объявившего себя ее противником, несмотря на то, что против него выступают ведущие медиа, предрекающие в случае его избрания всяческие беды.

Это значит, что важнейшие государственные и политические институты США вызывают все меньше доверия у граждан. А потому действия собственной власти как внутри страны, так и на международной арене видятся им все менее продуманными и обоснованными, все больше сомнений вызывает способность государственного руководства действовать в национальных интересах.

Во что могут вылиться подобные настроения, мы хорошо знаем на примере Виктора Януковича, который потерял власть в относительно благополучное с экономической точки зрения время, когда нынешний кризис только набирал силу, а снижение уровня жизни еще не началось. Теперь уже ясно, что социально-экономический курс, который проводил Янукович, мало чем отличался от политики его предшественников (и преемников), но сам бывший президент вызывал более сильное массовое раздражение, чем политики, занимавшие этот пост до него.

Безусловно, американская политсистема намного прочнее украинской, и всплески социального недовольства, способные привести к перевороту (а тем более — к разрушению государства), ей явно не грозят. Однако США занимают в глобальной политической системе совершенно иное место и играют важнейшую роль в мировой экономике, помогая обеспечить ее долговременную стабильность. Поэтому к росту турбулентности в мире может привести не только американский политический кризис (вполне вероятный, если Трампу не удастся восстановить доверие избирателей к высшей власти), но и неспособность нового руководства США проводить последовательный и предсказуемый курс.

В ситуации, когда действия власти вызывают настороженное отношение со стороны собственных граждан, она вынуждена заигрывать с ними, предлагая слишком эффектные или недопустимо простые решения, способные угодить массовому вкусу. Кроме того, наличие внутреннего недовольства часто вызывает желание переключить внимание общества на внешнеполитические проблемы.

http://photo.2000.ua/331_52e2cc0ca49fc388efff38ca8c1a22fd_5043.mp4

Код для вставки видео:

Однако второй урок, который можно вынести из успеха Трампа, заключается в том, что любой политик, в том числе пришедший к власти благодаря личной популярности, вынужден считаться с политическими традициями и с позицией влиятельных политсил, включая своих противников.

Об этом свидетельствует речь Трампа, которую он произнес после того, как стало известно о его избрании. Нужно сказать, что она отличалась как по тону, так и по содержанию от подавляющего большинства выступлений республиканского кандидата во время избирательной кампании. Трамп говорил о необходимости объединения американского общества, о важности уважительного отношения ко всем социальным и этническим группам, о своей готовности прислушиваться к мнению не только республиканцев, но также демократов и «независимых».

Это значит, что в условиях относительной стабильности, которой пока ни в США, ни в ЕС ничто не угрожает, приход к власти политика, опиравшегося на протестные настроения, приведет не к социальному перевороту, а к смещению акцентов (в случае Трампа, возможно, оно будет довольно заметным) во внутренней и внешней политике. Поэтому победа Трампа окончательно снимет страх избирателей перед электоральным успехом популистов, радикальных левых и жестких консерваторов, которые сегодня выходят за тесные рамки политической системы, установившейся в странах западного сообщества.

Трамп существенно расширил рамки возможного, и его победа, по всей видимости, означает конец периода относительной политической стабильности в западном мире.

Соответственно третий урок американских выборов — в осознании неизбежности перемен как в экономической политике западных стран, так и в их поведении на международной арене. Для этого не нужен масштабный геополитический конфликт или экономический коллапс. Перемены — неотъемлемая составляющая экономического и политического процесса как на национальном, так и на глобальном уровне.

Тем, кто, подобно действующей украинской власти, сделал ставку на то, что позиция США и Запада в целом будет примерно такой же, как сейчас, придется либо приспосабливаться к новым обстоятельствам (что в украинском случае чревато болезненными уступками), либо возвращаться к самостоятельной внешней политике. Причем Украине, чтобы проводить активный внешнеполитический курс, потребуется сперва осознать национальные интересы.

Китайский вопрос с российской загадкой

Но пока остается неясным главный вопрос: каким будет внешнеполитический курс Дональда Трампа?

Во время избирательной кампании он выступал с изоляционистских позиций, постоянно подчеркивая, что для него на первом месте стоят американские проблемы, несравненно более важные, с его точки зрения, чем вопросы международных отношений.

Приблизительно тот же сигнал содержался и в уже упоминавшейся первой речи победителя президентских выборов.

Трамп довольно подробно остановился на своей программе создания рабочих мест, которая будет реализована благодаря модернизации американской инфраструктуры. Вновь избранный президент пообещал, что миллионы американцев смогут найти работу, поскольку в стране будут «ремонтироваться и перестраиваться центральные районы крупных городов, автомобильные дороги, туннели, аэропорты, школы и больницы». Кроме того, он заявил, что будет поддерживать инновационный бизнес и примет меры, которые обеспечат экономический рост.

Пока, мягко говоря, неясно, как же все-таки будут решены эти задачи, но цели экономической политики все же были очерчены.

А вот какие шаги будут сделаны в сфере международных отношений, осталось загадкой. Трамп просто заявил, что со всеми странами США постараются установить дружественные отношения и охотно будут сотрудничать с теми, кто станет жить в согласии с США. На практике это может означать все что угодно. Правда, Трамп добавил, что его администрация будет искать точки соприкосновения с другими странами и стремиться к партнерству, а не к противостоянию. Но и это не позволяет понять хотя бы общие принципы формирования будущего внешнеполитического курса Вашингтона.

Скорее всего, их пока ясно не представляет даже сам Трамп, которому, по всей видимости, предстоит расстаться с изоляционистской риторикой.

Можно вспомнить, что Барак Обама, также выступавший за уменьшение вмешательства США в события международной жизни, вынужден был согласиться с усилением американского присутствия в Европе, на Ближнем Востоке и в Юго-Восточной Азии. В противном случае он рисковал вызвать недовольство стратегических союзников США, отношения между которыми все больше осложнялись взаимными противоречиями (как, например, между Турцией и Саудовской Аравией).

Но главное, что большинство влиятельных политических группировок в США выступают против проведения Вашингтоном изоляционистской внешней политики. С этой позицией вынужден был считаться Обама, и Трамп также не сможет придерживаться жесткого изоляционистского курса. Однако это не значит, что он полностью откажется от своих нынешних взглядов.

Трампом по голове, или Почему никто не угадал

Если изоляционистский подход все же возобладает, в наиболее опасной ситуации окажется Китай. Изоляционистская доктрина предполагает, что США, отказываясь от вмешательства в текущие геополитические процессы, препятствуют возникновению стратегических противников. Очевидно, что усиливающаяся военная мощь и растущее международное влияние КНР представляют потенциальную опасность для американского глобального доминирования.

Администрация Обамы, столкнувшаяся с этой угрозой, пыталась противодействовать ей, сдерживая китайскую экспансию, оказывая помощь соперникам КНР, не позволяя Пекину получить контроль над важнейшими торговыми маршрутами, от которых зависит экономическая безопасность Китая. При этом США расширяли взаимодействие с КНР в экономической сфере и не допускали, чтобы конфликты по частным вопросам (в том числе и таким важным, как контроль над акваторией Южно-Китайского моря), создавали угрозу американо-китайского противостояния.

С точки зрения изоляционистов, это слишком сложная и неэффективная политика, которая может завершиться поражением. Они видят выход в том, чтобы подорвать экономическое и политическое могущество Китая, сделав для него принципиально невозможным соперничество с США в сколько-нибудь обозримом будущего. Понятно, что США удастся этого добиться только в том случае, если на помощь КНР не придет Россия. Поэтому будущие отношения между Вашингтоном и Москвой напрямую зависят от того, насколько Дональд Трамп будет верен изоляционистской доктрине.

Накануне политических перемен с непредсказуемыми последствиями

Европейские партнеры США рассчитывают на то, что новая американская администрация будет руководствоваться теми же принципами, что и нынешняя.

В случае проведения Вашингтоном изоляционистского курса с серьезными, практически неразрешимыми проблемами столкнется Западная Европа. Изоляционисты считают, что США должны заботиться о безопасности своих стратегических союзников (и уж тем более о поддержании их единства), только если это связано с защитой американских национальных интересов. Поэтому легко понять беспокойство министра иностранных дел Германии Франка-Вальтера Штайнмайера, который призвал готовиться к тому, что «Америка будет чаще склоняться к принятию решений в одиночку». Однако он выразил надежду, что этого все-таки не произойдет.

Глава МИД Франции Жан-Марк Эйро, подтвердивший свою приверженность стратегическому союзу между Францией и США, заявил, что новой американской администрации придется определить свою позицию по ряду вопросов, в том числе по сирийской проблеме, иранской ядерной программе и Парижскому климатическому соглашению. Проще говоря, Эйро настоятельно посоветовал Трампу отказаться от изоляционистского курса.

Кстати, сенатора Боба Коркера (возглавляющего в настоящее время комитет сената по международным отношениям), которого прочат в секретари госдепартамента при президенте Трампе, трудно назвать изоляционистом. Во время избирательной кампании он критиковал Обаму за то, что при его правлении «США слишком отдалились» от событий в мире. Нужно отметить, что электоральный успех республиканцев, которые не только получили президентский пост, но и сохранили контроль над обеими палатами конгресса, заставит новую администрацию искать согласие между всеми течениями в Республиканской партии. А в ней изоляционисты играют далеко не первую роль.

Но, как и в случае с Китаем, изоляционистская политика по отношению к европейским событиям повысит значимость российской позиции.

Для Вашингтона будет важно прийти к компромиссу с Москвой, чтобы снизить напряженность в отношениях между Россией и Западом, а соответственно — и уменьшить необходимость американского присутствия в Европе.

Понятно, что добиться компромисса с США на условиях, устраивающих Россию, будет довольно сложно. Но Владимир Путин, судя по той речи, которую он произнес 9 ноября на церемонии вручения верительных грамот послами иностранных государств, всерьез на это надеется.

Что же касается Украины, то ее в ближайшем будущем ожидают серьезные политические перемены. Независимо от того, пойдет ли администрация Трампа на компромисс с Россией, новому руководству США будут нужны новые союзники в украинском политическом пространстве. И на эту роль явно не годится нынешняя власть, удерживающая контроль над страной. Администрация Обамы, стремясь всеми средствами избежать дестабилизации Украины, хотя неоднократно и упрекала Киев в коррумпированности и неэффективности, но при этом ради сохранения стабильности в стране мирилась с ситуацией. Политику Трампа же во многом будет определять его бэкграунд крупного бизнесмена, который не колеблется, когда необходимо сменить неэффективных менеджеров в курируемых им проектах.

Страны, неспособные проводить самостоятельную внешнюю политику, в том случае если они представляют какой-то интерес для Вашингтона, останутся и далее зависимыми от воли США при решении внутриполитических вопросов. Но эта зависимость будет выстроена уже на иных принципах.

И это четвертый — пожалуй, самый важный — урок, который может извлечь украинское общество из победы Трампа.

ШУТИМ

Предварительные итоги выборов в США:

Не быть Биллу первой леди!

***

Порошенко предложил Бараку Обаме, уходящему с поста президента США, занять вакантное кресло губернатора Одесской области.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Блоги

Авторские колонки

Ошибка