Супервторник может решить многое, а по сути — ничего

29 Февраля 2016 5

Традиция проводить «супервторник» (англ. Super Tuesday) в феврале или в начале марта зародилась только в 1980-х гг. Связана она с желанием многих штатов провести праймериз пораньше, дабы оказать как можно большее влияние на ход внутрипартийных отборов. В этот день праймериз проводятся сразу в десятке или более штатов, и на них порою «разыгрывается» до четверти или даже половины мандатов на партийные конвенты. Оттого с большой долей вероятности триумфаторы «супервторника» станут победителями по результатам всей кампании.

Нынче в «супервторнике» примут участие всего 11 штатов, причем на Аляске в «кокусах» сойдутся лишь республиканцы. Особенное внимание, очевидно, будет приковано к Техасу — одному из самых крупных штатов (по населению он уступает только Калифорнии), а также к Массачусетсу, сыгравшему особую, знаковую роль в истории США. Кроме того, демократические «кокусы» состоятся в Американском (Восточном) Самоа — «территории» Соединенных Штатов, включая Пуэрто-Рико, в самих выборах не участвуют, но все же направляют делегатов на партийные съезды.

Дональд Трамп продолжает свое триумфальное шествие по Штатам. В Неваде он набрал 46% голосов, опередив Марко Рубио (24%) и Теда Круза (21%). Взял верх он и в Южной Каролине — и сделал это наперекор прогнозам, говорившим о том, что религиозные консервативные избиратели Юга скорее отдадут голоса представителю «Движения чаепития» Крузу. Отнюдь, консерваторов «перехватывает» Трамп!

1 марта делегатов на конвент Республиканской партии будут избирать сразу 5 южных штатов (помимо Техаса, также Алабама, Арканзас, Джорджия и Теннеси). Поэтому если Трамп повторит там успех, недавно достигнутый в Южной Каролине, он однозначно закрепит свое уверенное лидерство — сейчас у него в активе намного больше делегатов, чем у всех его преследователей вместе взятых. По состоянию дел накануне «супервторника», из 2472 участников съезда он уже «заполучил» 81, Круз и Рубио — всего по 17, Джон Кейсик — 6, темнокожий нейрохирург Бен Карсон — 4.

Техас, «штат Одинокой Звезды» (звезда изображена на его флаге, который, к слову, послужил одним из образцов для создания флага Кубы) — родной для Круза, и «на своем поле» сенатор, конечно же, рассчитывает дать решительный бой Трампу, «выжав там максимум». Однако эксперты уже начинают сомневаться в успехе Теда даже на его родине! Равно как и во Флориде — этом столь же ключевом штате (4-м по населению), — Трамп, по данным опросов, наголову побеждает местного сенатора Рубио (44% против 28% из числа избирателей-республиканцев). Первичные выборы на полуострове намечены на 15 марта, и победитель их заберет все 99 мандатов делегатов на съезд партии, который состоится 18–21 июля в Кливленде, штат Огайо.

Вообще, на наш взгляд, расклад сил для Трампа весьма благоприятен. Правда, соперники его могут рассчитывать на сторонников бесславно выбывшего из гонки Джеба Буша. Рубио призывает поступить так же Карсона и Кейсика. Но для Рубио куда более правильным решением было бы… сняться самому в пользу Круза!

Здесь все просто: Круз и Рубио идеологически и «имиджево» очень близки друг другу, и, очевидно, они «разрывают» свой электорат — что на руку Трампу. Вот мы видим: в Неваде оба в сумме набрали почти столько же голосов, что и Трамп, — так что, объединись они, наверняка одолели б выскочку-миллиардера! А поскольку в ряде штатов победитель среди республиканцев, вне зависимости от величины его перевеса над другими претендентами, заполучает всех делегатов на съезд (принцип «победитель получает всё»), то такое объединение имело бы решающее значение.

Так, в Южной Каролине Трамп набрал 32,5% голосов против равных 22,5% и у Рубио, и Круза — однако ему достался «приз» в виде всех 50 делегатов от штата!

Видимо, злую шутку с «кубинцами» играет то обстоятельство, что они идут вровень и жестко конкурируют друг с другом не только на этих выборах, но и на перспективу — ведь оба молоды и наверняка захотят выдвигаться в президенты и в будущем, для чего чрезвычайно важно заявить о себе сейчас. Никто из них не хочет уступать. А уступить желательно было бы еще до «супервторника». Теперь же, если Трамп увеличит отрыв, сниматься одному из них, скорее всего, будет уже поздно.

Согласно последним опросам, из тех, кто придет в «супервторник» на участки, за Трампа готовы проголосовать 37%, за Круза и Рубио — по 20%, за Карсона и Кейсика — соответственно 8% и 6%. Этими голосами определятся 595 делегатов, из коих 471 избирается в южных штатах, где и развернется основная борьба. В прошлой статье в рамках спецпроекта мы рассматривали возможность того, что кто-то из пары Круз — Рубио может быть номинирован в вице-президенты в паре с Трампом. Кандидатуру вице-президента утверждает партсъезд — по предложению определившегося кандидата в президенты. Но мы-то понимаем, что это — предмет политических торгов, и здесь очень многое определяют внутрипартийные расклады. Важен и тот момент, что Трамп не имеет политического опыта, отчего просто-таки нуждается в сильном и искусном «втором Я». Вероятно, это обостряет борьбу за «серебро» между Крузом и Рубио, даже если б они теряли шансы на «золото».

На днях Трамп вдруг сделал такое заявление: «Я действительно хотел бы кого-то, кто имеет политический опыт…»; при этом он не исключил возможности того, что этим кем-то может стать кто-то из его конкурентов по гонке. «К некоторым из тех, с кем я имел дело, я испытываю глубокое уважение», — добавил претендент.

Интересный вопрос: а стоит ли Крузу (или Рубио) связываться с Трампом? Это — крайне рискованная игра для молодого многообещающего политика. С одной стороны, есть отличный шанс проявить себя именно под началом такого не слишком опытного президента. Но с другой стороны, экстравагантный Трамп способен таких дров наломать, что, постояв рядом с ним, до конца жизни не отмоешься! Вот он уже и с самим Папой Римским умудрился вступить в заочную словесную перепалку!

…У демократов, по всей видимости, вероятность того, что все станет ясно уже 1 марта, еще выше. Для Берни Сандерса это, в самом деле, будет битва не на жизнь, а на смерть, проиграть которую он не может. Вроде бы, по некоторым опросам, он уже опережает Хиллари Клинтон, причем с благоприятной для себя динамикой. Но, повторимся, его соперница пользуется практически безоговорочной поддержкой т.н. «суперделегатов» — представителей партэлиты, которые участвуют в съезде безо всяких выборов. По сделанным в середине февраля подсчетам агентства Associated Press, с учетом голосов «суперделегатов» Клинтон пока побеждает со счетом 481: 55! (Плюс ее победа в Южной Каролине.) Кроме того, Сандерс не получает поддержки со стороны крупного капитала, его финансовые возможности, таким образом, очень ограничены — и оттого он может попросту не выдержать напряжения борьбы. Так что, если Сандерс не выиграет «супервторник», он, скорее всего, проиграет все.

Историческая статистика не в пользу Х. Клинтон (равно как и Сандерса)

Поразительный факт: за 150 лет после окончания Гражданской войны в США не было ни одного случая, чтоб президент-демократ, отбыв полный срок — не умерев и не погибнув, — передал власть своему однопартийцу. Такая передача происходила только от покойника к вице-президенту (Ф. Рузвельт — Г. Трумэн, Дж. Кеннеди — Л. Джонсон). Тогда как у республиканцев отмечены «связки» Т. Рузвельт — У. Тафт, К. Кулидж — Г. Гувер и, наконец, из совсем недавней истории, Р. Рейган — Дж. Буш-ст.

Выходит, статистика играет против Х. Клинтон, но ежели ей все-таки удастся победить, демократы повторят успех — подумать только! — 1856 г., когда в результате выборов Франклина Пирса сменил Джеймс Бьюкенен.

Главным историческим электоральным достижением Демократической партии следует считать ее 20-летнее непрерывное пребывание у власти в 1933–53 гг. — за счет рекордных четырех избраний Франклина Рузвельта. Зато у республиканцев была «серия» из четырех президентов кряду (Улисс Грант два срока в 1869–77 гг., затем Резерфорд Хейс, далее: умерший от полученного при покушении ранения, не успев толком войти во власть, Джеймс Гарфилд и, в итоге, занявший пост после его кончины вице-президент Честер Артур; в сумме 16 лет, или 4 полных президентских срока).

Показательна и такая статистика. Начиная с Линкольна, республиканцы после полного первого срока переизбирались на второй круг 7 раз (Линкольн, Грант, У. Мак-Кинли, Д. Эйзенхауэр, Р. Никсон, Рейган, Дж. Буш-младший; Мак-Кинли и Никсон, правда, по разным причинам второй срок до конца не отбыли). Кроме того, Т. Рузвельт и Кулидж переизбирались после первого «унаследованного» срока.

У демократов такого рода прецедентов было соответственно 4 (В. Вильсон, Ф. Рузвельт, Б. Клинтон и Б. Обама) и 2 (Трумэн и Л. Джонсон). Еще один член их партии — Гровер Кливленд — избирался дважды, но не подряд (1885–89 и 1893–97).

И снова статистика против Демпартии. Получается, президенты-демократы в большей степени разочаровывали избирателей, чем президенты-республиканцы. Не берусь судить, случайность это или в этом есть некая закономерность, и в чем тут причина. Возможно, она именно в большей склонности демократов к либерализму.

Пожалуй, самый яркий и поучительный пример разочарования в президенте-демократе: история Вудро Вильсона (1856–1924, президент США в 1913–21 гг.). Его политическая карьера складывалась своеобразно. До 54-х лет Вудро ни в какую политику не лез, преподавал себе право, историю и политические науки, руководил Принстонским университетом. Увольнение с должности главы сего уважаемого вуза и втолкнуло его в большую политику. И сразу взлет: в 1911–13 гг. — губернатор Нью-Джерси, победа на президентских выборах 1912 г., переизбрание в 1916-м.

В области внутренней политики Вильсон провел ряд реформ, оцениваемых как прогрессивные (в частности — антитрестовские законы 1914 г.). Во внешней же политике он решил преодолеть традиционный изоляционизм и впервые активно вмешаться в европейские дела. Понятно, что делалось это в интересах набиравшего силу американского капитала — и обосновывалось вильсоновской доктриной о том, что необходимо-де установить «неограниченный доступ к мировым рынкам». 6 апреля 1917 г. США вступили в Первую мировую войну — дабы продиктовать ослабевшим европейским державам свои условия послевоенного мира. Любопытно, что выборы 1916 г. Вильсон выиграл как раз под лозунгом «Он удержал нас от войны»! Однако власть изменила общественное мнение, использовав инциденты с нападениями германских подлодок на суда США, в особенности же — потопление британского парохода «Лузитания», на котором плыло много американцев.

В общем-то, США добились своего, Вильсон выступил главным миротворцем, выдвинув в январе 1918 г. — в обстановке победы большевиков в России — свои знаменитые «Четырнадцать пунктов» мирного урегулирования и став затем одним из архитекторов Версальского мироустройства. Однако лично президент крупно проиграл — в США правящие круги пришли к убеждению, что на Парижской мирной конференции остальные державы Антанты «обделили» Соединенные Штаты, виной чему стала «профессорская близорукость» Вильсона. Сенат так и не ратифицировал Версальский договор, США не вступили в Лигу наций. Популярность президента рухнула; вдобавок, он пережил инсульт, его разбил паралич, и последние полтора года правления Вильсон фактически был исключен из процесса принятия решений. Слабым утешением ему стало присвоение Нобелевской премии мира 1920 г.

Провал Вильсона повлек за собой сокрушительное поражение демократа Дж. Кокса на президентских выборах 1920 г. Несмотря на энергичную кампанию, проведенную кандидатом в вице-президенты Франклином Рузвельтом (тогда еще молодым, полным сил, не инвалидом), Кокс получил всего 9 млн. голосов против 16 млн. у республиканца Уоррена Гардинга.

Можно провести некоторые параллели между В. Вильсоном и Б. Обамой. Оба, в частности, были удостоены Нобелевской премии мира за крайне сомнительные достижения (Вильсону присвоили «нобелевку» за Версальский договор, который уже тогда был расценен наиболее проницательными политиками и мыслителями как шаг к следующей мировой войне). Но по сути их результаты во внешней политике прямо противоположны. Вильсон, как-никак, дал старт процессу превращения США в сверхдержаву, при Обаме же Штаты продолжают мало-помалу, капля за каплей утрачивать статус единственной супердержавы. И частый грозный рык Обамы, что, дескать, Соединенные Штаты были, остаются и навеки останутся таковой, никому в мире не уступив безоговорочное лидерство, не могут скрыть очевидные провалы нынешнего президента по целому ряду внешнеполитических направлений.

Это мы видим и сегодня по Сирии. Вроде бы администрация Обамы активно поддерживает мирный процесс. Но при этом она панически боится того, что Асад с помощью Путина удержится у власти и снова выиграет выборы — и это был бы еще один тяжелый и непоправимый удар по авторитету Соединенных Штатов! Мантры «Асад должен уйти, Асад должен уйти!» не действуют, и оттого определенным политическим кругам США приходится сочинять «план Б», предусматривающий срыв перемирия и возобновление смертоубийства на возрастающих оборотах. В вашингтонской администрации явно идет внутренняя борьба и там явно нет единой концепции по решению как сирийской проблемы, так и украинской.

Несомненно, сам Барак Обама не хочет Большой войны. К удержанию от нее его обязывает хотя бы уже статус нобелевского лауреата! Он хотел бы спокойно, без эксцессов отбыть свой президентский срок, свалив накопившийся (и усугубившийся при нем!) груз антагонизмов на его преемника. Естественно, трезвомыслящую часть человечества волнует вопрос: сменит ли его в Белом Доме «ястреб» или «голубь»?

«Ястребоголуби»

Обаму много критикуют. Высказывалось даже мнение, что он — один из самых слабых президентов в истории США. Конечно, его неудачи играют против Клинтон, тем более что она и сама в бытность госсекретарем сыграла не последнюю роль в обамовских авантюрах (Ливия и др.). Но особенности американского политикума таковы, что, на наш взгляд, указанное обстоятельство не следует преувеличивать.

Ведь там в партиях нет авторитарного лидерства, и каждый политик несет ответственность за себя, а не за других. Это в нашей «недоразвитой демократии» существовали или существуют «партия Януковича», «партия Тимошенко», «партия Кличко», «партия Ляшко» и т.д. — и всякий раз, когда партийный «вождь» «садится в лужу», это подрывает поддержку его политсилы или даже приводит ее к гибели.

Неудачи Обамы для Демократической партии не катастрофичны, и Клинтон продолжает оставаться кандидатом №1. Возможно, кого-то из читателей это очень беспокоит, и он хотел бы увидеть во главе Штатов вместо миссис Клинтон кого-то более миролюбивого. Однако все это больше из области иллюзий, и субъективный фактор победы на выборах того или иного политика не имеет решающего значения.

Недавно выдающийся современный американский мыслитель Ноам Чомски (Хомский) поделился своими тяжелыми раздумьями о возрастании угрозы мировой войны, о росте агрессивности его страны. Коснувшись нынешних выборов, Чомски заметил: «У нас одна партия — партия бизнеса и предпринимательства, в которой две фракции: демократическая и республиканская». По мнению философа, в эпоху господства неолиберализма грани между двумя партиями окончательно стерлись: демократы приняли программу «старых» республиканцев, а в рядах последних верх взяли «неоконы». Дебаты потеряли всякий смысл: кандидаты лишь «кричат друг на друга», а те заявления, которые они делают, «вызывают самый настоящий ужас».

Именно: в американском истеблишменте все различения между правыми и «левыми», консерваторами и либералами, популистами и прагматиками, между «ястребами» и «голубями» очень условны. И не столь уж важно, кто из них победит.

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Ошибка