Добрый Киевлянин

№11(764) 18 — 24 марта 2016 г. 16 Марта 2016 3.8

По словам Юлии Зеленской, если раньше переселенцы нуждались больше в материальной помощи, то сегодня — в социальной адаптации

Одноименное добровольческое движение было создано еще в 2013 г. как проект по социальной адаптации трудных подростков, бездомных людей, бывших заключенных, нарко- и алкозависимых, бывших реципиентов центров реабилитации, а также — по развитию социального волонтерства в молодежной среде. Но после начала военных событий в Украине в 2014 г. проект был перепрофилирован для оказания первоочередной адресной помощи вынужденным переселенцам с юго-востока страны.

Вот уже два месяца сопроводителем проекта «Добрый Киевлянин» является Юлия ЗЕЛЕНСКАЯ, знающая проблему не понаслышке — почти 2 года назад она сама почти чудом вырвалась из Краснодона.

Волонтерское движение «Добрый Киевлянин» — это один из проектов Синодального отдела УПЦ по социально-гуманитарным вопросам. И, собственно, работа с вынужденными переселенцами начиналась с Центра гуманитарной помощи, находящегося на территории Свято-Успенской Киево-Печерской Лавры.

Миссия движения

— В этот центр неравнодушные к чужой беде киевляне приносят все, что могут: продукты, одежду, медикаменты, бытовую химию, — рассказывает Юлия. — И затем помощь оказывается всем нуждающимся. Не только беженцам, но и просто малоимущим, многодетным семьям и так далее. Но когда из зоны АТО пошел массовый поток переселенцев, мы поняли, что нужно создать специальный проект, именно для них — людей, бегущих от войны.

Как вынужденные переселенцы, те, кому требуется помощь, узнавали и узнают о существовании добровольческого движения «Добрый Киевлянин»?

— Тогда, в 2014 г., на Центральном железнодорожном вокзале Киева действовал оперативный штаб МЧС. Многие люди прямо с поезда приходили в штаб и там получали информацию обо всех волонтерских проектах, помогавших переселенцам. Там же давали информацию и о нашем лаврском Центре гуманитарной помощи УПЦ, говорили о существовании такого специализированного волонтерского движения. С первой половины 2014 г. стартовал еще один волонтерский проект Украинской Православной Церкви — «Телефон духовной поддержки «Надежда». Люди звонили на горячую линию и узнавали о «Добром Киевлянине» и возможной помощи.

Почему только некоторым категориям оказывалась помощь?

— Наши ресурсы не безграничны, и в первую очередь помогали инвалидам, многодетным семьям из зоны АТО... Одним словом, тем, у кого совсем уж очень тяжелое положение.

Это были верующие люди, православные?

— Не только. Но вы знаете, благодаря нашей помощи многие потом пришли к Богу. Вот представьте — у человека тяжелейшая ситуация, положение просто отчаянное, помощи ждать неоткуда (многие беженцы ехали в никуда — у них в Киеве не было ни родственников, ни знакомых), и тут с ним общаются священники УПЦ. Человек понимает, что он не один. Это первый шаг к Вере.

И вот такие люди, которым уже помогли, рассказывали о движении «Добрый Киевлянин» своим знакомым, те — своим, и так далее. Одним словом, были задействованы «цыганский телефон» и «сарафанное радио».

Вообще информация о нашем добровольческом движении с 2015 г. распространялась по многим каналам. О «Добром Киевлянине» можно было узнать на сайте УПЦ, были созданы группы в социальных сетях — в Фейсбуке и ВКонтакте: там размещается вся подробная информация — что за движение, какая оказывается помощь, кому.

Есть линия поддержки «Надежда», куда люди со всей Украины могут звонить и общаться со священниками, там тоже рассказывают о нашем волонтерском движении. Большая реклама всегда шла на круглосуточном культурно-образовательном, духовно-просветительском телеканале «Глас», в церковных приходах наши волонтеры рассказывали.

Кстати, довольно много к нам приходило переселенцев из Автономной Республики Крым, в основном крымские татары. Это к вопросу — помогаем ли мы только верующим, православным.

Какую именно помощь получают вынужденные переселенцы?

— Изначально проект был нацелен на помощь в нескольких руслах: оказывалась поддержка не только материальная, но и духовная — такова наша миссия.

Что касается помощи материальной, то, как я уже рассказывала, у многих переселенцев в тех городах, куда они приезжали, не имелось ни родственников, ни знакомых. И самые насущные проблемы были — что поесть и где жить.

Наши волонтеры брали на себя кураторство; каждый куратор «вел» несколько семей. Выяснял, что именно необходимо на данный момент, чем можно помочь еще, в чем нуждаются дети. Способствовал в поисках жилья, подыскивал варианты. Узнавал, где есть центры помощи переселенцам. Помогал с поиском работы, написанием резюме, провожал человека на собеседование... Если нужны были лечение, операция, то волонтеры тоже поддерживали чем могли, находили профильные клиники, договаривались о проведении операций по минимальным ценам, собирали средства на лечение...

Одним словом, оказывалась помощь в удовлетворении самых насущных нужд. Когда все более-менее обустраивалось, куратор звонил несколько раз в месяц, узнавал, как дела, спрашивал — не нужна ли еще какая-нибудь помощь. Одну семью волонтеры курировали в среднем на протяжении полугода.

Новые веяния

Много ли людей задействовано сейчас в добровольческом движении «Добрый Киевлянин»?

— Всего около 50 человек, из них 20 кураторов. Еще когда была первая волна беженцев, к нам в штат вошли профессиональные юрист и психолог. Эти люди тоже были вынужденными переселенцами, обратились к нам за помощью. А потом осознали — и они могут помочь и стать людьми, которые не только принимают, но и отдают.

А скольким семьям переселенцев вы помогли за прошедшие почти полтора года?

— К нам обратились более 1,5 тыс. человек, но в итоге в проект вошло 200 семей — наши ресурсы мы решили направить на оказание помощи только самым нуждающимся. Принятию такого решения способствовало и то, что уже к концу 2014 г. государство само наконец-то активно включилось в поддержку переселенцев.

Насколько я понимаю, все первоочередные нужды обратившихся к вам удовлетворены. Чем же теперь занимается «Добрый Киевлянин»?

— Если изначально были одни нужды, то сейчас — другие. Мы постепенно возвращаем проект в свое первоначальное направление — помощь в социальной адаптации. Да, она необходима была и раньше, но когда люди приезжали с одним чемоданом и им требовались жилье, продукты, теплые вещи, то адаптация была на втором плане: главное — банально выжить.

Теперь что? Переселенцы нашли жилье и работу, но многие из них воспринимаются как чужие. Очень тяжело людям в возрасте — там, на Донбассе, ты прожил всю свою жизнь, у тебя были работа, дом, друзья, а теперь ты в другом обществе, где многие относятся к тебе не совсем, скажем так, доброжелательно.

У людей среднего возраста проблем меньше. Если ты понимаешь, что надо кормить семью, строить новый фундамент собственной жизни, а не думать о прошлом, это проходит. Не до воспоминаний — надо вливаться в новое общество.

А вот у подростков, молодежи проблемы действительно серьезные. Их сверстники дают переселенцам понять, что они какие-то не такие, недостойны здесь жить и так далее. Все эти политические моменты... они, к сожалению, накладывают свой отпечаток.

Сейчас «Добрый Киевлянин» в большей мере оказывает духовную помощь, юридическую, консультационную. До сих пор многих вынужденных переселенцев не хотят брать на работу, им боятся сдавать жилье. Вообще мы думаем о реорганизации нашего волонтерского движения: в какое русло направить, возможно, делать больший упор на аналитическую работу и адвокацию прав обездоленных.

Как лично вы, Юлия, пришли к Богу?

— Воцерковляться я начала еще в Луганске. Сама родом из Краснодона, училась в Луганском национальном университете им. Тараса Шевченко (бывший педагогический) на факультете иностранных языков — специальность русский и английский язык и литература.

Закончила 4 курса, получила степень бакалавра. Хотела поступать в магистратуру, была дома на каникулах, но и в Краснодоне начали стрелять — это был конец июня. (В Луганске боевые действия шли уже по-серьезному.)

Тогда, в июне, на неделю сделали «зеленый коридор», и мы через него успели выехать в Харьков. Брали с собой по чемодану — все самое необходимое. А в Краснодоне и дом частный, и квартира.

Почему поехали сначала именно в Харьков? Там родственники?

— Нет, ехали в никуда. Просто взяли билет на первый ближайший поезд. И уехали в Харьков, тем более что город нам был немного знаком и ехать туда казалось не так страшно. Хотела, кстати, там поступить в магистратуру, но моей специальности в харьковских вузах не было, и я поехала в Киев.

Поступила в Национальный педагогический университет им. М. П. Драгоманова. Сначала дали комнату в студенческом общежитии, потом сняла квартиру. Долго искала — люди сразу становились агрессивными, когда узнавали, откуда я. Но все-таки нашелся, с Божьей помощью, хороший человек...

В свободное время приходила в Лавру — молиться за себя и за других. Затем узнала, что моя подруга Юля (мы вместе учились в Луганске) — прихожанка в больничном храме Святителя Луки Крымского, что на территории Украинского научно-практического центра эндокринной хирургии на Кловском спуске (Печерск).

Юля пригласила меня в гости в храм, и там я познакомилась с отцом Владиславом, главой Синодального отдела УПЦ по социально-гуманитарным вопросам. Стала посещать его курсы «Искусство мыслить системно» — о том, как грамотно и системно строить социальные и благотворительные проекты. Именно после окончания этих лидерских курсов я поняла, что хочу посвятить свою жизнь служению Церкви и людям, поэтому теперь я сотрудник Синодального отдела УПЦ.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Крестный ход: почему они идут в Киев

Колонна растянулась до километра. Люди шли целыми семьями

Феодор II: Знаю, что Блаженнейший Митрополит Онуфрий...

Мы все находимся рядом с канонической Украинской Православной Церковью

Обращение Предстоятеля Украинской Православной...

Этот Крестный Ход фактически объединит Украину

Голос с Крита: они не дождутся?

Не осталось без внимание и скандальное обращение Верховной Рады к патриарху...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Блоги

Авторские колонки

Ошибка