Oxi и ахи Великой Должницы

№3–4(730) 10 — 16 июля 2015 г. 09 Июля 2015 4.8

Наверное, никогда еще банкротство не превращалось в национальный праздник — греческие политтехнологи показали коллегам подлинный мастер-класс. Как ощущается великолепное и отчаянное финансово-политическое шоу из гущи событий, «2000» рассказала Ирене АРРОЙЯ.

Ирене — киевлянка, более 25 лет назад вышедшая замуж за видного греческого бизнесмена и с тех пор живущая преимущественно в Греции. Сегодня она ведет активную социальную жизнь, благодаря знанию множества языков нередко публикуется, и — это чувствуется во время беседы — чрезвычайно эмоционально и остро воспринимает случившуюся резкую перемену общественных настроений.

— В какой информационной среде страна подошла к референдуму? Какой фон преобладал в местных СМИ, на телевидении — независимые экспертные оценки, популистские политические манифесты?

— Все произошло настолько быстро — подготовка к референдуму и сам опрос, что и многие эксперты, и некоторые заинтересованные структуры просто не успели включиться. Весь информационный фон преимущественно создавался местными СМИ. В Греции до сих пор популярен жанр «окон» — ток-шоу, когда несколько политиков спорят перед публикой (зачастую в не слишком корректной форме). Так что фон был скорее популистский, чем оценочно-экспертный.

— То есть внутри Греции точка зрения финансовых институтов ЕС не была в достаточной мере представлена?

— Пожалуй, что так.

— Как вы считаете, на какой вопрос подспудно отвечали греки на референдуме? Что они на самом деле понимали под своими Nai и Oxi, «да» и «нет»?

— Греки, отвечая на референдуме, имели в виду вопрос «Кто мы в этом мире? Мы еще сохранили собственную волю, или превратились в марионеток? Кто хозяин в нашем доме?»

И ответ на референдуме, и сопутствующие настроения в стране позволяют предположить, что греки вспомнили о том, как они в свое время противостояли туркам, создали сильнейшее в Европе движение сопротивления во время Второй мировой, сбросили хунту и т. д.

80% молодежи сказали Oxi — «нет!» требованиям кредиторов.

— Осознавали ли большинство голосующих подлинные экономические и финансовые аспекты проблемы?

— Да. Греки в общей массе очень политизированы. Они всю жизнь с утра до вечера говорят о политике и экономике, и в основном достаточно информированы.

Конечно, многие понимают, что сразу лучше не станет. Но греки не захотели прогнуться перед ЕС, хотя давление Союза стало невыносимым. Если мы в Греции едим лимоны из Аргентины — это нормально? Если греческое оливковое масло, лучшее в мире, никто не знает — его отправляют сырцом на Италию, где разводят и разливают под чужими марками? Это нормально, когда Европа платит греку 30 евро за то, что тот срежет свое оливковое или апельсиновое дерево? Табак исчез из Греции, хлопок прекратили возделывать, пшеницу больше не растят...

Если объединенная Европа — это единая семья, то почему эта семья так дружно ополчилась на одного из своих старейших членов? Некоторые подозревают, что за этим стоит большая игра США.

— То есть ощущения того, что долг нужно отдавать, у греческой улицы нет? Тогда чей это долг, кому его приписывают для оправдания такого отказа?

— Греки осознают, что долги надо отдавать. Но они не понимают, как проводились расчеты, что долг настолько увеличился. Объяснялось ведь, что Европа пытается помочь справиться стране с другими долгами!

Греки не хотят, чтобы за кредиты и проценты (зачастую навязанные) на их страну оказывалось такое жесткое давление со стороны «родной» европейской семьи, которая еще и диктует, как жить дальше, какие отрасли хозяйства развивать и какие моральные и духовные ценности исповедовать. Они не хотят продаваться за европейские подачки, от которых народу ни тепло ни холодно.

Помощь разворовывали те, у кого миллиарды, — почему платить должен народ? Почему Европа сама не контролировала, на что идут ее средства и инвестиции? Почему вдруг сейчас все прессингуют Грецию?

Поэтому премьер-министр Алексис Ципрас и сказал: «давайте спросим у народа». Должны ли мы снять с себя последние штаны, чтобы только ЕС была довольна?

— Кто, по мнению рядовых греков, теперь должен финансировать социальные расходы страны? Существует ли массово приемлемый, публично обсуждаемый вариант будущего пути из кризиса?

— Пока что нет. Греки говорят так: «Мы сказали «нет», и это уже дорогого стоит». Есть понимание, что надо выработать серьезную программу выхода из кризиса.

— Какая политическая сила в Греции максимально выиграла от данного кризиса? Сможет ли она удержать очки во время последующих неизбежных экономических сложностей?

— Это, конечно, СИРИСА. Надо учитывать, что последние 40 лет Греция была бессменно управляема преимущественно двумя политическими силами (правыми из «Новой демократии» и социалистами «ПАСОК»), и обе они довели страну до нынешнего состояния. Победа леворадикальной партии СИРИСА в начале года была чем-то новым, и нынешний референдум — очередная победа этой силы.

Избыточная политизированность и даже «партиизированность» — давняя беда Греции. Здесь зачастую не спрашивали «кто ты?», а спрашивали «за кого голосуешь?» Греки нередко продавали свой голос. Эту традицию тяжело преодолеть. Поэтому даже по отношению к СИРИСА высказывается множество сомнений — не является ли их политика схемой некой большой непубличной игры?

Поэтому уверенности, что СИРИСА долго сможет пользоваться тем подъемом, который вызвал референдум, нет.

— Как греки в своей массе воспринимают позицию других государств и рядовых граждан ЕС?

— Греки, как известно, отличаются большим гостеприимством — они готовы принять любого. Но не готовы принять мнение любого. Поэтому давление европейских соседей воспринимают очень болезненно. Не менее болезненно и даже агрессивно они относятся к местным политикам, которые повторяют общеевропейскую риторику. Например, Георгиос Папандреу, премьер-министр страны в 2009—2011 гг., как-то назвал греков лентяями. Но ведь греки работают на пару часов в неделю больше, чем остальные европейцы, — была бы работа!

К другим народам у греков нет неприязни. Но к политикам... Какое отношение может быть, например, к Ангеле Меркель, если она за два дня до референдума призывала проголосовать и сказать «за»? Разве это не вмешательство в дела другой страны?

Тот образ «Великой Должницы», который лепят из Греции, не лучшим образом сказывается на отношении жителей страны к ЕС. Многие говорят: лучше бы мы провели такой референдум еще шесть лет назад.

 

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Затягиваем пояса: отказали доноры

Каждый житель Молдовы получал доход 1853,6 лея в месяц, но расходовал при этом 1913 леев....

Аргентина демонстрирует Греции: жизнь продолжается и...

Греция оказалась в более сложной ситуации, чем Аргентина в 2001-м  

В греческом зале

Дело может дойти до голодных бунтов, грабежей и мародерства в супермаркетах  

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Блоги

Авторские колонки

Ошибка