Яна Друзь: эту трагедию нужно расхлебывать быстро

№27–28(779) 8 — 14 июля 2016 г. 06 Июля 2016 5

Кадр из фильма «28:94 местное время»

В рамках 38-го Московского международного кинофестиваля показали армянский фильм «28:94 местное время», окончательно вышедший на экраны в 2016 г., но находившийся в работе около 20 лет. Ленту создали супруги Давид Сафарян и Яна Друзь, которые и презентовали ее на ММКФ. Яна Друзь стала сценаристом картины и исполнила в ней главную роль. Родившаяся и начинавшая карьеру в Киеве актриса, которую можно увидеть в таких фильмах, как «Вечный зов», «В небе «Ночные ведьмы», «Черная стрела», рассказала корреспонденту «2000» о своей ленте и связи с Украиной.

В «28:94 местное время», основные события проходят в первой половине 90-х в страдающей от энергетического кризиса в результате Карабахского конфликта и блокады со стороны Турции и Азербайджана постсоветской Армении. Темные годы показаны на примере семьи творческих работников — художника и его жены, делающих куклы для театральных постановок.

Учитывая актуальность энергетических проблем для Украины, первый вопрос Яне Друзь был не совсем о кино.

Супруги Давид Сафарян и Яна Друзь

— Ощущаете ли вы связь между тем, что происходило в Армении в 90-е, и тем, что переживает сейчас в частности Украина?

— Мы все связаны. Нынешние события я считаю трагическими для людей и в России, и в Украине. И эту трагедию нам расхлебывать, причем делать это быстро.

— Все годы после развала Союза взрывается в разных частях. Тогда был Карабахский конфликт, Приднестровье, сейчас дошло и до Донбасса.

— Это все-таки одна огромная страна, кто-то называет ее постсоветским пространством, кто-то — империей, кто-то — империей зла. Можно называть как угодно, названия не могут повлиять на смысл, который нам достался. Каждый из нас живет на своей земле,

— Можно сказать, что в фильме жизнеутверждающее женское начало, которое выводит из трудных обстоятельств.

— Там действительно дуэт. Когда говорят «женское начало», оно должно где-то себя проявить. Если женщина одна, нет никакого женского начала — только выживание. А когда существует такой партнер, как Ашот Адамян, выходит великолепно. Все это основано на его личном опыте. Он оставался в Армении, прожил все это и рассказывал, что было на самом деле. А то, что фильм светлый, это благодаря режиссеру. Все его творчество пронизано только положительным взглядом на жизнь, даже если случаются трагические ситуации.

— Опыт Адамяна, а ваш?

— Свой опыт я приобрела в профессии Я начала сниматься, когда мне было 14 лет, в Киеве на киностудии Довженко. Там работала с режиссерами, которые еще знали Александра Петровича. Опыт от них и партнеров, с которыми работала, очень помог мне представить все то, что я не пережила.

— То есть вы не жили в Армении в те годы?

— Нет. Все думают, что это моя жизнь, но она не имеет ко мне никакого отношения, кроме того, что в целом это затронуло всех нас. Вы упомянули Украину в первом вопросе, где сейчас живут моя сестра, ее дети, и я понимаю, что происходящее совершенно не такое, но очень похоже. Люди должны выживать в ситуациях, к которым они не готовились, когда были молодыми.

За свободу нужно платить, это правда, и мы не знали, какая будет цена. В принципе это нормально. Считаю, что человек должен все попробовать в жизни. Это трагично, но я вспоминаю рассказы родителей о войне, 42-й год, Киев. Это страшно. Сейчас это представить невозможно. Когда разговариваешь с молодыми людьми, они просто не понимают.

Когда будете рассказывать детям, что сидели без света, они вас спросят: «А как же вы заряжали свой телефон?»

— Может быть, это будет мир типа «Безумного Макса», со светом тоже будут проблемы. Вы упомянули о сестре, а какая связь у вас сейчас с Украиной и, может быть, ее кино?

— То, что получено, никогда не исчезнет. Моя старшая сестра — фольклорная певица, удивительный человек, который несмотря ни на что учит детей петь и играть на потрясающем инструменте под названием бандура. Она и меня научила на ней играть. Когда она поет, я всегда плачу. Когда была ребенком, тоже плакала. Она знала это и пела: «Ой сонечко ясне, невже ти втомилось, Чи ти розгнівилось? Iще не лягай!»

В этот момент я не могла понять, почему же мы все должны остаться в ночи. Но солнце встает на следующий день и, надеюсь, оно встанет. Как это будет решаться политически, что произойдет, в каких странах? Птицы не думают о границах, которые перелетают. Иногда они бывают там убиты. Ну что ж... Это страшно. Дай Бог, чтобы этого никогда не происходило, но пока без этого не обходится. Надеюсь, человечество когда-нибудь все же решит этот вопрос.

Фото предоставлены пресс-службой ММКФ

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Зачем Моцарта превратили в Ленина

Тарас Штонда — страстный поклонник Федора Шаляпина и вольно или невольно часто...

Злодейство измерили в гениях

Я впервые видела в оперном спектакле, что еда на столе не бутафорская, а, надо думать,...

Интернационал из Парижа

Четыре из пяти фильмов французского фестиваля сняли именитые режиссеры

Как корейские дорамы захватили мир

По некоторым оценкам, сегодня в поп-культуру Сеул вкладывает около миллиарда долларов...

Классика без избранных

Ткни пальцем в эстрадные хиты постсоветского пространства — непременно попадешь...

Игры с огнем на свежем воздухе

Новички в качестве горючего обычно используют керосин, но лучше вместо него применять...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Блоги

Авторские колонки

Ошибка