Отмыливая майдан

№42(792) 21 — 27 октября 2016 г. 19 Октября 2016 1 4.8

Рекламный плакат к сериалу «На линии жизни» // uakino.tv

Отечественный рынок мыльных опер растет. С каждым запрещенным сериалом, имеющим отношение к России, освобождается местечко для собственного производителя (и, как мы знаем из новостей, корейского).

Украинские изготовители сериалов все это понимают и пользуются моментом, но не только из бизнес-соображений. Они знают, что на них лежит особая ответственность в текущий период: раз-влекая — просвещать, а то и вправлять мозги зрителю. Не исключено, что основная масса нашей телесериальной аудитории и не знает всей правды жизни о ключевых явлениях новейшей украинской истории, а может, сформировала свой взгляд на них исключительно пре-вратно. Вот для них и создан очередной сериал «На линии жизни», действие которого начинается во время активной фазы евромайдана.

Не повторяя ошибок «Не зарекайся»

Картина обещает быть масштабной, художник-постановщик Шевкет Сеидаметов, например, рассказал, что декорации делали целых 9 месяцев. Кроме того, в сериале задействованы более 300 актеров, в том числе известный по роли Амет-Хана Султана в «Хайтарме» Ахтем Сейтаблаев, а также Олесь Заднепровский, Виктория Литвиненко, Вячеслав Довженко, Константин Войтенко и другие, известные киевским любителям театра и украинским ценителям многосерийных телефильмов.

«На линии жизни» выпущен компанией Fresh Production Group для телеканала «Украина». В «сераиле» (так это обозначено на официальном сайте канала, но, наверное, это то же, что и сериал) пока что 32 серии, снятые режиссером Антоном Гойдой. Он известен по лентам «Женский доктор» и «Женский доктор-2», так что для него это продолжение медицинского кино.

Но в целом сериал больше кажется продолжением другого, не так давно вышедшего на этом же канале, — «Не зарекайся». Только там сразу события начинались в Донбассе во время АТО, а тут точка отсчета — драматичная зима 2013/2014. О трактовке общественно-политической жизни страны в фильме «Не зарекайся» писали «2000»: она имела все современные тенденции, но при этом проскальзывало там и нечто объективное. Видимо, потому весной многие патриоты возмущались некоторыми эпизодами и требовали его запретить, экспертная комиссия Госкино даже специально проверяла сериал на «сепаратизм» и всякое такое. Ну а неравнодушные активисты облили офис телеканала «Украина» кровью.

Тогда распространялось видео с нарезкой подозрительных для современного украинского телевидения фраз, но авторы оправдывались, мол, смотреть нужно целиком, тогда все стало бы понятно. Кстати, актер Ахтем Сейтаблаев в интервью изданию «Сегодня» защищал коллег из «Не зарекайся», говоря, что у всех там четкая проукраинская позиция.

В той статье есть еще один веселый пассаж, от автора. «И действительно, если посмотреть кино дальше, а не только фото из интернета — становится ясно — ребенку, который находится в условном киевском плену, ничего не угрожает, скорее наоборот, а сепаратист, который для некоторых оказался слишком положительным, рискуя своей жизнью, спасает киевлянина из плена».

Что ж, это радует, что у ребенка был хороший киевский плен и сепаратист только казался положительным.

Так вот, при работе над телефильмом «На линии жизни», уже с самим Сейтаблаевым, кажется, были сделаны нужные поправки, и этот сериал ни в чем таком не упрекнешь. Тут четкая проукраинская позиция буквально в каждом кадре, разве что отрицательные герои могут высказываться непатриотично, но до запрета и их, в отличие от политической жизни, у нас пока не додумались.

К чему приводит зрада

В центре сериала — военный госпиталь и работающие там врачи. Как говорится в анонсе на сайте канала, «казалось бы, обычный госпиталь оказывается срезом всего нашего общества, выявляя в людях все лучшее и все худшее — от беспримерного героизма и самопожертвования до беспримерной подлости, алчности и низости».

Главный герой, хирург Сергей Задорожный (Сейтаблаев), прибывает из Кот-д'Ивуара, очередной горячей точки, где он предпочитает работать из-за несчастной любви. Заведующий Тарас Петрович (Олесь Заднепровский) очень на него рассчитывает, но не совсем понятно, для чего хирургу идти работать именно туда, где трудятся его несостоявшаяся любовь Ольга (Виктория Литвиненко) и ее муж, его бывший друг Стас (Вячеслав Довженко).

Любовный треугольник — это, конечно, интересно, но для мирного времени. А у нас с самого начала сериала — евромайдан. Поэтому личная жизнь героев, к сожалению домохозяек, только оттеняет главное.

Перейдем к примерам «беспримерного». Уже по дороге из Борисполя Задорожный узнает от таксиста, что в стране неспокойно, «майдан шумит», но самое печальное — появились загадочные «титушки», да еще и с оружием. Стоило помянуть этих созданий, как они почти на глазах врача с таксистом напали на мужчину, пырнув его ножом. Героический хирург в итоге приехал на новое место работы сразу с пациентом, и хотя того не хотели брать в военный госпиталь, все же пробился в операционную и спас жизнь пострадавшему от «титушек». Правда, потом выяснилось, что его убийство заказал бизнес-партнер, которому он наставлял рога. «Як може вплинути зрада на життя людей, і до яких наслідків призводить зрада?» — такой фразой подводится итог серии.

Во второй серии от зрады на личном фронте авторы переходят к более глобальному. После приписки о том, что все выдумано и совпадения случайны, нам показывают двух военных высокого звания. Старший по званию инструктирует, подчиненный, генерал Лаюк, слушает его со страшным выражением лица, вжавшись в кресло. Начальник говорит о выдвижении его бригады в Киев.

— С какой целью? — интересуется командир десантной бригады.

— Ты в центре города был? Цель — защита государственных органов власти и конституционного строя. Выдвижение в полном снаряжении с боекомплектами.

— В любом случае приказ на использование боевого оружия не может быть отдан, — говорит генерал, и видно, что ему все хуже и хуже.

— А ты приказа и не жди. Действуй по обстоятельствам, реагируй на угрозу, и никто тебя потом не упрекнет, — поясняет главный.

Бригадный генерал сползает со стула, вызывают «скорую». В общем, подействовал по ситуации, среагировал на угрозу. Впрочем, в больнице, даже реально страдая от ишемии кишечника, генерал продолжает больше всего переживать по поводу использования боевого оружия в отношении майдановцев и даже навещает своих подчиненных и берет с них слово офицера, что они «не допустят исполнения преступного приказа» и не будут делать «грязную работу».

Очень, надо сказать, положительный военачальник, и офицеры из его бригады тоже. В самом деле, если люди протестуют, не согласны с властью, пусть даже захватывают по этому поводу какие-то административные здания, разве можно по ним из боевого оружия? Это, конечно, недопустимо, и до такого один только кровавый тиран Янукович мог бы додуматься.

Вообще высокие армейские чины, за исключением Лаюка, сыграны неплохо. Хотя и без полутонов. Все четко. Скажем, если друг генерала по Афгану коррупционер, ворующий армейское добро, то он и не является патриотом, не верит в Украину в целом и в ее армию в частности.

Еще интересно показана практика использования военными украинского языка. Скажем, майор Задорожный говорит по-русски, но украиномовному заведующему Тарасу Петровичу в середине серии начал отвечать на государственном языке. Тот со всеми говорил только по-украински, пока к нему не пришел на лечение другой высокий чин, говорящий по-русски. Тут почему-то и Тарас Петрович снизошел до русского языка. Получается, на язык собеседника в армии положено переходить только со старшими по званию.

«Но ведь никогда еще у нас детей не забивали до полусмерти»

Со второй серии разговоры о майдане в больнице становятся все более заметными. Один молодой доктор все время смотрит в ноутбук, рапортуя, «как на Грушевского «Беркут» снова в атаку пошел», и предполагая, что «скоро привезут новых раненых». Медсестры за чаем, конечно, тоже обсуждают политику. Те, что постарше, не одобряют майдан, молодые и красивые — естественно, за.

Одна из не одобряющих, в будущем, видимо, сепаратистка, говорит в сестринской, что зря, мол, «в декабре не разогнали всех, а особо буйных не посадили, доминдальничались». Молодая коллега быстро ставит ее на место, впрочем, отрицательный персонаж не унимается и предлагает всем теперь петь и танцевать на майдане вместо работы, а «коктейли Молотова» — это ж вообще милое дело». Молодая медсестра демонстративно уходит, не удостаивая ответом это замечание. Хотя ответ был бы интересен.

Вместо молодой программную фразу произносит другая сестра из старшего поколения. «Но ведь никогда еще у нас на площадях детей не забивали до полусмерти», — урезонивает она антимайданщицу.

Главный герой поначалу вроде бы интересуется только личной жизнью и даже хочет по этому поводу снова уволиться. Но даже будучи инертным в отношении дел страны в первых сериях, Сейтаблаев, с помощью своего актерского мастерства, все-таки дает понять, что позиция у него «четкая проукраинская». Просто по сценарию ее пока еще рано показывать.

А уволиться ему не дают, в больнице аврал, все время привозят людей с майдана. Любопытно, каких людей привозят в военный госпиталь, если в первой серии хирург чуть ли не с кулаками протащил туда порезанного бизнесмена — гражданского. На майдане получали ранения украинские военные? При этом, когда в госпиталь привезли раненого «беркутовца», для которого не хватило места, Задорожный удивляется и смотрит неодобрительно.

В конце второй серии в больнице появляется некий украинский патриот абхазского происхождения и просит вылечить друга с майдана, у которого рваная рана, а в больницу ему нельзя, потому что «менты пасут». Этим он отличается от всех прочих с майдана, которых всю серию возят в тот же госпиталь.

Доктор Задорожный сначала резко против, потом согласен, в итоге зашивает активиста на дому. Затем возвращается поздно ночью к себе в компании абхазца. Тот без майдана не может ни секунды и предлагает сократить дорогу именно через это место. Рассказывает, что вообще он айтишник и музыкант, и «вот победим, такой концерт на майдане устроим». Все еще нейтральный хирург спрашивает, как иностранца (в таковые он по умолчанию записывает абхазца) вообще занесло на майдан. Абхазец меняется в лице и голосом, напоминающим по интонации знаменитое шариковское «я на колчаковских фронтах воевал», отвечает: «А вы репортаж видели, как студентов избивали? По-вашему, нормальный человек мог после этого дома сидеть? Терпеть дальше всех этих кровопийц, этих ментов, чиновников?»

За этим моментально идет наглядное подтверждение. На героев налетели злые «беркуты» и стали метелить простых прохожих дубинками. А что им еще было делать в те зимние месяцы после многочасовых стояний под «коктейлями Молотова»? Майдан же разгонять приказа не давали, видимо, так только и развлекались и, завидуя «титушкам», отыгрывались на обычных прохожих. По крайней мере в сериале «На линии жизни» реальность именно такова.

Били доктора дубинками по голове довольно долго, по сериальным канонам, это должно обеспечить амнезию серий на 20. Возможно, так и было в сценарии, я, правда, дальше смотреть уже не захотел.

Все то же «звіряче побиття»

Что ж, как и в случае с «Не зарекайся», стоит сказать, что жанр сериала вполне подходит для мифологизации евромайдана. Охват широкий, производство недорогое, претензии к качеству не принимаются (все-таки мыльная опера). Что касается соответствия реальности, то если с этим так плохо у украинских каналов со времен майдана и до дня сегодняшнего, то какие могут быть требования к художественному фильму?

При этом необходимость фиксации достижений евромайдана уже в виде сказок и легенд ничуть не исчезла. Сомневающихся по-прежнему много, действие токов тех лет ослабевает, вражеская пропаганда не дремлет, насмехается, припоминая кастрюли на головах и знаменитые антимоскальские скачки, а всему этому удручают взлетевшие тарифы и существенное падение уровня жизни.

В общем, надо народу напоминать о его великой майданной победе, причем уже без ненужной рефлексии. На уровне самых топорных образцов советской пропаганды.

Взять хотя бы этот тезис о побитых детях-студентах. Казалось бы, сейчас, спустя почти три года, после всех убитых в Донбассе мирных жителей и детей, принимать близко к сердцу те студенческие побои и тумаки нет никакой возможности. Но сценаристы в своем сферическом вакууме продолжают любоваться этой историей, достают с полки, словно хрустальный шар с новогодней деревней, стирают пыль и с удовольствием ставят на место.

С другой стороны, вариантов не так много. Например, молодая медсестра из сериала могла бы говорить своей старшей коллеге что-то вроде: «Да вы не понимаете просто, Агнесса Филипповна, всей силы соглашения об ассоциации с ЕС! Ведь Янукович у нас будущее ворует, словно шапку. Ведь Яценюк по телевизору говорил, по 5 тысяч евро платить будут и зарплаты, и пенсии!»

Или абхазский айтишник сказал бы так: «Достали коррупционеры, на золотых унитазах сидят с золотыми батонами. Вот свергнем Януковича, все честные будут. Депутатами станут Лещенко, Найем, Залищук, они уж не украдут. Президента нового выберем, не какого-то там олигарха, а хорошего человека. Свобода слова будет везде, никаких политических репрессий и цензуры, это точно. А если что, там мы власть опять поменяем, это теперь запросто будет!»

Согласитесь, это звучало бы совсем комично. Хотя не исключено, что в дальнейшем в этом сериале будет сказано и нечто подобное (политики же говорят). Пока же приходится напирать на старое-доброе «звиряче побиття», а все остальное — просто так получилось и все знают, по чьей вине.

Вполне возможно, что и авторы, писавшие сценарий «На линии жизни», не видят никаких противоречий, как и, к сожалению, многие майдановцы. Они ведь вышли на протест против злых ментов и плохих чиновников, бандитской власти. Получается, антимайдановцы были за все вышеперечисленное, значит, они выходят за пределы юрисдикции нормальных людей и их можно бить больнее, чем били майдановцев, сажать, даже если особо не за что, применять боевое оружие и т. д. И все это, конечно, не будет стоить слезинки побитого киевского студента.

Как подметил еще Ювенал, мнения подобны гвоздям, чем больше по ним бьешь, тем глубже входят. Это справедливо и в том случае, если на голове носителя мнения кастрюля, от удара внутри только сильный звон.

Наверное, относись сценаристы (как сериалов, так и майданов) к своей целевой аудитории хоть немного в соответствии с теми идеалами, за которые все стояли и прекраснодушно разносили в массы и соцсети, кино было бы другим. Но сценаристы, судя по всему, нисколько не изменили мнения относительно собственной паствы и кормят ее тем же.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

«Портал» на Армянской

«Надменные бездельники последней советской поры, циничные и образованные, нежные и...

Работа над ошибкой

На прошлой неделе в украинский прокат вышла «Неизвестная» братьев Дарденн, лента...

Какую роскошь наваляли

В этом виде ручного труда главный посыл: не поваляешь, не наденешь. И первое, что...

Сказка, раскраска, игра: три в одном

Книга для детей «Ташенька и кактус», которую написала и проиллюстрировала Слава...

Обманутые ожидания

Во второй половине ноября в украинский прокат вышли фильмы двух видных европейских...

Дизайнеры на куски

1-го и 2 декабря в Днепре намечено масштабное событие в мире моды — шестой сезон Dnipro...

Вводите санкции, графиня

Именно барон Крохбах, делец и острый на язык друг графини, по задумке режиссера и...

А впереди Жванецкий на белом коне

«Жажда перемен — как стояние в пробке, куда угодно, лишь бы отсюда»

Ленин напоказ

Публика штурмовала кассы, желая попасть на «Бал в «Савойе» и услышать...

Комментарии 1
Войдите, чтобы оставить комментарий
Мыкола Питерский
26 Октября 2016, Мыкола Питерский

Смотреть эти горе-патриотические сериалы точно не буду и не будут!

- 0 +
Блоги

Авторские колонки

Ошибка