Смысл жизни для хлопов и кобит

№25(777) 24 — 30 июня 2016 г. 22 Июня 2016 4.8

До встречи в Варшаве. Кадр из фильма

В июне на «1+1» с помпой стартовал польский сериал «Девушки из Львова», добившийся хороших результатов в прошлом году в своей стране и, таким образом, учитывая его сюжет, обреченный на показ и у нас. Правда, название было переделано в более жизнеутверждающее «Наши пани в Варшаве». А сам сериал презентован каналом с традиционной победной риторикой, например, дублировавшие польских актрис Ольга Сумская и Ольга Фреймут рассказывали на презентации во Львове о силе и несломленности украинских женщин. Как же, в Польше, то есть в Европе, успех у сериала про украинок! Для такого и название должно быть подобающее, что-то среднее между «какие люди в Голливуде» и «нашим человеком в Гаване».

Ужасная Украина 2013-го

Но совсем другие мысли могут возникнуть при просмотре первых же серий. «Пишатись» гражданам Украины и государству в данном случае совершенно нечем.

Итак, польский телесериал Dziewczyny ze Lwowa режиссера Войцеха Адамчика и сценариста Роберта Брюттера вышел в эфире TVP1 прошлым летом и получил хороший рейтинг. В итоге оперативно приняли решение снимать второй сезон.

Первые 13 серий снимали с апреля по июль 2015 г., но действие было перенесено в 2013-й. Хотя наиболее актуальным вопрос трудовых мигрантов из Украины для Польши стал как раз после евромайдана, в 2014-м и 2015-м, о чем и говорит повышенный интерес польской аудитории к сериалу. Но, естественно, унылую и депрессивную Украину, из которой уезжают главные героини, нужно привязывать к той стране, которая была раньше, при Януковиче. Это не к тому, что из Львова не ездили на заработки и тогда, просто совершенно ясно, что в последние годы для этого значительно больше поводов. Собственно, по статистике Национального банка Польши, в 2015 г. число украинских заробитчан выросло в 2 раза, и речь идет только о выданных разрешениях на трудоустройство; понятно, что огромное количество людей работают нелегально, как, собственно, и героини сериала.

Но польскому телезрителю не обязательно напоминать, что украинцы ринулись к нему в гости, чтобы работать за копейки, после демократических перемен в Киеве. Он это и так знает. Поэтому в «Девушках из Львова» все очень плохо уже летом 2013-го, героини ужасно страдают из-за курса 8 гривен за доллар, ну и всеобщей коррупции и тирании.

К примеру, Ульяна решила продать скрипку, потому что в филармонию вместо нее устроили дочку директора. Полина скучает в обанкротившемся модельном агентстве, которое по уши в долгах — явно в результате отжатия бизнеса кунаками Януковича. Третья львовянка, юная Ольга, на старте сериала в основном издает нечленораздельные звуки по причине влюбленности в Егорко. Тот играет ей на гитаре (внимание!) «Ти ж мене підманула, ти ж мене підвела» — какую еще песню поет под гитару львовская молодежь? Это к вопросу о глубине проникновения в украинскую культуру, в чем раньше модно было упрекать изготовителей российских сериалов. Поляки не мудрствовали лукаво. Так вот, этот Егорко засылает подругу на заработки, сам же концентрируется на рок-н-ролле (вроде вышеупомянутой песни) и нигде не работает.

Четвертая героиня, Света, уже сидит в Варшаве, работает уборщицей то тут, то там и готовится к приезду подруг. Сама она живет далеко не прекрасно, но об этом позже. Главные события первой серии разворачиваются все же во Львове.

И хотя дело происходит до майдана, настроение у героинь уже вполне решительное, мол, «сгорел сарай, гори и хата». Так, скрипачка согласна продать свой концертный инструмент за 4 тыс. грн., хотя ее мама плачет и говорит, что долго копила деньги на скрипку.

Бизнес-леди Полина также задешево распродает мебель в агентстве, правда, преследуя цель кинуть своего парня и делового партнера. Можно сказать, что необязательно идти на такие жертвы перед тем, как преодолеешь расстояние от Львова до польской границы, но в сериале героини делают прежде всего цивилизационный выбор. А он, понятное дело, требует жертв.

Это наглядно демонстрирует история, случившаяся с Ульяной. Перед отъездом к ней пришел пьяный муж (может, бывший), который по традиции украинского дублирования говорит по-русски. Даже когда квоты на украинский язык в кино и песнях достигнут 100%, самые отрицательные персонажи будут говорить на великом и могучем языке «агрессора». Этот русскоязычный муж забрал загранпаспорт скрипачки и уселся в кресло, многозначительно сообщив, что даром его не отдаст. Требовал 200 долл. Таким образом, избранная Ульяной евроинтеграция повисла в воздухе из-за русского алкоголика-мужа.

С ним, конечно, разобрались. Сначала пообещали 100 долл. и «пляшку», потом Полина сделала попытку соблазнить, в итоге подруги убежали от полуголого буяна и умчались на львовской маршрутке. Ну а в конце серии, уже перед погрузкой в автобус, следующий в Польшу, мужа остановила компания юной Оли, которая как раз выпивала рядом. Рок-н-ролльщик радостно ударил его по спине гитарой, а его друг разбил купленную на последние Олины деньги бутылку водки, чтобы изготовить «розочку».

В общем, евроинтеграционная метафора более чем ясна. Особенно с правильной озвучкой от «1+1».

Кадр из фильма

Под сенью варшавских высоток

Итак, птички упорхнули из ненавистной клетки, на границе напоследок столкнулись с вопиющей коррупцией, когда водитель предложил скинуться по 20 долл. на таможню. В дороге им было тревожно, самая молодая сразу начала хотеть домой. Полина на это сказала, что все же не в Америку едем, а к таким же точно славянам, как мы. Ульяна ответила на это скептическим взглядом.

Дальше их показывают уже в центре Варшавы на фоне известных высотных зданий. Девушки с разинутыми ртами смотрят на это великолепие, какого не видели у себя во Львове (и до которого не могли добраться ранее). Получается, все-таки приехали в нечто наподобие Америки — «польский гонор» режиссера явно предлагает понимать сцену примерно так. Конечно, есть нечто забавное в том, что самое известное и высокое из этих зданий — 187-метровый Дворец культуры и науки был построен в Польше по приказу Иосифа Сталина в подарок, то есть на советские деньги и советскими же строителями в количестве 3,5 тыс. человек. Дворец и назывался когда-то в честь Сталина, а после развала Союза поляки неоднократно подумывали снести это напоминание о прошлом (такая себе декоммунизация).

Впрочем, в следующем кадре девушки идут уже по достаточно мрачноватой улочке (хотя все это тоже в центре) к месту жительства Светы. Это дом, назначенный под снос, но, как отмечает их ответственный арендодатель пан Генрик, пока идет суд, несколько лет можно жить. Пан Генрик в летах, такой благообразный польский дед, собирает со всех по 20 долл. оплаты за койко-место и наказывает ни в коем случае не заходить в его кабинет. Как поясняет Света, он график, то есть «митець». Ольга узнает новое слово.

Девушки коротают вечер за бутылкой коньяка (без закуски) в тревоге и волнении. Прислушиваются к крикам из квартиры снизу. Выясняется, что живущий там поляк любит выпить. Правда, отличия в ценностях уже есть. В Варшаве не сосед бьет свою семью, а жена мужа за алкоголизм, а в целом они дружная пара, не без гордости отмечает Светлана. То есть в Польше и алкоголизм с человеческим лицом, не то что у русскоязычного мужа Ульяны.

Со второй серии начинаются лихие приключения в духе польской писательницы Иоанны Хмелевской. В квартиру вламывается спецназ, и выясняется, что дед — график в стиле друга Косого из «Джентльменов удачи», который «за полчаса десятку нарисует». Мошенник Генрик, впрочем, успешно убегает, а девушек выводят на допрос. Тут они неожиданно начинают хором молиться и этим смягчают сердце польского офицера.

Пан Генрик — персонаж все же больше комедийный, и вечером он возвращается в «малину». Девушки сначала выговаривают ему, что он их так подставил и вообще, но престарелый криминальный деятель угощает их четырьмя «тістечками», и украинки все прощают ему. Хотя полицейскому обещали быть его информаторами, но выбирают роль членов преступного «угруповання». Все-таки это ж не украинский криминал, а польский, интеллигентный.

Кадр из фильма

Страдания по «єврочоловіку»

Пришло время работать, но выясняется, что более-менее стабильная ситуация лишь у Светы, а остальные приехали наобум. И вообще предложение значительно превышает спрос. Нужно пойти «до нашей церквы» и там посмотреть объявления, еще можно возле базара караулить машины, приезжающие за украинскими тружениками. Эти машины осаждаются похлеще, чем маршрутки в час пик, работодатель быстро выбирает себе трех-четырех человек «на помидоры» или «на уборку». Ульяне и Ольге пробиться в толпе не удается, зато им тут же предлагают работу в «домі насолоди». Ольга пытается разузнать, что это означает, но скрипачка Ульяна уводит ее.

Кстати, подобными предложениями проникнута большая часть рабочих моментов героинь в первых сериях. Полина, найдя работу по интернету, получает от хозяина специальный сексуальный фартук, в котором она должна убирать его дом. Когда она надела его поверх одежды, тот возмутился, мол, tylko в нем одном и надо работать. Обещал зато не 5 злотых в час, а от 20 и выше.

Когда та же Полина села в первую попавшуюся машину, которая везла-де «на уборку», девушка испугалась, не совершила ли она ошибку. На всякий случай сообщила мужчинам на переднем сиденье, что у нее сифилис. Те сказали, что хвастаться нечем, но привезли ее действительно на работу. Думаю, что у последовательниц Полины в реальной Польше может выйти в подобной ситуации куда хуже.

У Светы тем временем — проблемы со старшим поколением. Дед с болезнью Паркинсона, как оказалось, лихо машет руками в направлении зада украинской уборщицы и далее пытается с ней что-то сотворить, но лишь получает по физиономии. Когда она угрожает рассказать все жене, предлагает ей 50 злотых за молчание. Света советует ему засунуть их в «дупу», но не очень убедительно, явно колеблется. Он дает 100; украинка поучает его, что когда женщина обижается, надо цветы дарить, а не деньги. «Цветы? З глузду з'їхала?» — вопрошает польский дед. В самом деле, кому цветы? Уборщице низшей расы?

При этом сама Света мечтает создать семью с поляком, в частности одним адвокатом. Рассказывая подругам, что она «порядна кобіта», она надевает красную юбку покороче и отдраивает объекту своего интереса квартиру, подает кефир (у него, судя по всему, очень болит голова с утра, как это почему-то бывает у многих поляков), варит кофе и даже делает польский суп журек. «У нього такі лосьйони після гоління, просто єврочоловік», — восхищается Света. К сожалению, у евромужика имеется жена, которая крайне неодобрительно поглядывает на львовскую «прибиральницю» в юбке, больше подходящей для корриды.

Лосьоны — это не единственный признак другого, лучшего мира. На еще одной работе Светлану спрашивает польская бабушка, знает ли она, что чем чистить. Та с гордостью отвечает, что «уже три года в Польше». Это успокаивает хозяйку, которая рассказывает, что предшественница что-то испортила ей полиролем. Ну да, в Польше уже изобрели чистящие средства, это украинские хозяйки сушеным лопухом оттирают свои кастрюли.

Кадр из фильма

Круговорот заробитчан в природе

Что ж, сериал как непосредственно телепродукцию можно похвалить, сделано неплохо, да и со знанием дела (не считая «Ти ж мене підманула»). Хотя и чего-то эдакого, что вызвало жгучий интерес польской публики и что Ольга Сумская описала словами «просто супер», в нем нет. Если брать профессиональные моменты, а не саму тему, чья актуальность понятна.

Кстати, украинские звезды, работавшие на озвучке, похвастались тем, что добавили живой львовской речи. Прежде всего это проявилось в частоте употребления слова «дупа» — центрального понятия нашей жизни. Также часто встречается «хлоп» вместо молодой человек, уже упомянутая «кобита» — девушка, «колежанка» и т. д. Звучит даже более специфичное «грав» в значении «занимался сексом». В общем, Ольга Фреймут с коллегами работают над расширением кругозора украинских телезрителей по части львовской «гвары». Которая, надо сказать, и так активно завоевывает позиции на всеукраинской арене.

В «Девушках из Львова» есть неплохие места, в том числе не комедийные, а драматичные, например общение заробитчанок с детьми по скайпу, когда они обещают брошенным дома ребятам разные игрушки. Сериал легко смотрится, нет затянутости, события развиваются быстро и лихо.

И цель у сериала вроде бы благая, с точки зрения польского ТВ, показать трудные будни украинских работников, напомнить, что они не рабы, а такие же люди, которым просто со страной не повезло. Вот и режиссер отмечал, что поляки и сами такие же заробитчане в других странах, как украинцы в Польше. И в то же время в сериале столько чувства польского превосходства, что сложно понять радостный пафос канала «1+1».

То есть радость польского телепродюсера, а затем и тамошнего телезрителя понять можно — всегда приятно знать, что кому-то куда хуже, чем тебе, и кто-то готов идти на серьезные неудобства, дабы работать в твоей стране. Можно не думать о разных неприятностях вроде сбыта своей же сельскохозяйственной продукции (например, польских яблок в Россию), или что лучшие силы из самой Польши уезжают в более развитые страны. Или о том, что, как отмечает один персонаж, пан Здунек, после выплаты налогов ничего не остается. Да и что украинцы в забитых маршрутках отнимают рабочие места у простых поляков и понижают общий уровень оплаты труда — об этом тоже можно не думать, а радоваться, что ты живешь в Польше, а не в Украине.

Можно шутить и похлеще, в стиле радиоведущих Кубы Воевудского и Михала Фигурского, которые несколько лет назад прославились шутками о том, что «настоящий поляк выгонит свою украинку, не заплатив» и «изнасиловал бы ее, если бы она была хоть немного симпатичной», хотя вообще не в курсе, как она выглядит, потому что заробитчанка «все время стоит на коленях».

Кадр из фильма

Но вот чему так радуются на «1+1»? Гражданки Украины показаны в сериале, конечно, трудоспособными, но доведенными до той крайности, когда человек готов практически на все, даже быть забитыми, терпящими унижения, действительно почти рабынями. Которые спокойно относятся и к sexual harassment, и к придиркам, и к заниженной оплате труда. Понятно, что по ходу дела героини найдут свое личное и общественное счастье, продвинутся и заработают много злотых, в конце даже съездят на евромайдан — как квинтэссенцию нашей евроинтеграции (правда, сулящую им появление большого количества конкурентов в борьбе за места в варшавских микроавтобусах, которые везут на вожделенные помидоры). Но все-таки чем гордиться в данной ситуации Украине? Евроинтеграцией в отдельно взятом гражданине?

Конечно, если для украинских депутатов, приезжающих в Нью-Йорк, образцовым украинцем является паренек, зарабатывающий велорикшей, тогда вопросов нет. Этот сериал по сути руководство к действию, агитация для трудоспособного населения ехать туда, где хоть как-то можно заработать. Дома работы нет, и не нужно. Дома один рок-н-ролл в исполнении Егорко.

Украинского телезрителя сериал должен вводить в истинное положение вещей. И озвучка от Фреймут тут только в помощь. Этот львовский «хлоп» в Польше означает крестьянина-бедняка, в принципе того самого холопа, бедолагу, приехавшего в город на заработки. В Польше есть даже рестораны с простой народной кухней под названием «Хлопське ядло». Вот и наши граждане должны понимать, кто они такие хоть в Варшаве, хоть у себя дома.

Но это ничего, украинцы трудолюбивы и обязательно завоюют польские небоскребы, и заработают много-много раз по пять злотых, и вернутся домой, и засыпят выросших без них деток разными игрушками. А украинское государство и его же телевидение всему этому пора-пора-порадуется.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Трудно быть Кабачком

Многотонная машина с готовностью вторит человеку: обнимает и отталкивает опасными...

Виктория Булитко: «Над «Муму» я рыдала огромными...

Одна из самых обаятельных комедийных актрис Украины чистосердечно признается в том,...

Кино. Трехминутная готовность

Пока чиновники от киноиндустрии размышляют над тем, как сделать кинематограф...

Горький урожай зрительских симпатий

Чтобы зацепить зрителя, нужно нечто большее, чем желание иностранцев показать нам,...

«Тихое» кино для мам

На «тихие» сеансы мам с младенцами приглашает кинотеатр «Жовтень» (ул....

Фабрика слез

Если вы любите душещипательное индийское кино, если в былые годы не пропускали...

В тембре вальса

Сидишь в кинотеатре, слушаешь себя и думаешь: здесь могла бы и лучше сказать, а вот тут...

Я художник, я так вижу!

Сотни школ, курсов и мастер-классов способны обучить базовым навыкам живописи любого...

Кодай нации

Основной постулат методики Золтана Кодая — чтение нот каждым школьником —...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Блоги

Авторские колонки

Ошибка