Свисти, рак, свисти

№22(774) 3 — 9 июня 2016 г. 01 Июня 2016 5

И один в пустыне воин. Том Хэнкс в роли Алана Клея в фильме Тома Тыквера «Голограмма для короля»

В прошлый четверг 26 мая в украинский прокат вышел фильм Тома Тыквера «Голограмма для короля» с Томом Хэнксом в главной роли, снятый по мотивам одноименного романа Дэйва Эггерса. Стараниями немецкого режиссера экзистенциальная драма американского писателя превратилась в задушевную смесь комедии и мелодрамы на потешном этнографическом материале.

О том, что Том Тыквер приступил к работе над «Голограммой для короля», было известно еще два года назад, когда роман Дэйва Эггерса только-только появился в русском переводе. Книга замечательная, Тыквер — режиссер далеко не последний, Хэнкс — двукратный обладатель «Оскара» и один из самых успешных актеров Голливуда: что еще нужно для хорошего кино? С учетом вышесказанного в ноябре 2014-го в рецензии на «Голограмму» я поспешил предположить, что «читательские и зрительские ожидания нарушены не будут».

Не то чтобы «грешен, каюсь» — лента у Тыквера вышла если и не достойная, то по крайней мере не стыдная. Тем не менее оговорок будет предостаточно. Во-первых, следует помнить, что хороший роман нисколько не гарантирует хорошей экранизации; более того, зачастую получается ровно наоборот. Во-вторых, если взглянуть на творческий путь Тыквера, то придется признать, что свой лучший фильм, новаторскую и культовую ленту «Беги, Лола, беги», он снял почти двадцать лет назад. И что предыдущей его работой был сильно нашумевший, стомиллионный по бюджету, но претенциозный и масскультный «Облачный атлас».

«Голограмма для короля» начинается почти как комедия. Вечный неудачник Алан Клей, приезжает в Саудовскую Аравию готовить презентацию IT-проекта для тамошнего короля Абдаллы, на каждом шагу сталкивается с презабавными культурными контрастами и обескураживающим несоответствием между своими радужными ожиданиями и унылой саудовской действительностью. Смешно уже в самолете и еще перед взлетом: кругом сплошные арабы в куфиях, читающие хором молитвы, а посередине бедный Алан, совершенно чужой на этом празднике веры.

Дальше Тыквер прилежно следует за сюжетом Эггерса. Он переносит в фильм практически все ключевые эпизоды книги: вечеринку-оргию в датском посольстве, драку между гастарбайтерами-пакистанцами, сцену неудачной интимной близости с коллегой Ханной, ночную охоту на волков, чуть не закончившуюся трагедией, зарождение романтических отношений с доктором Захрой, удаление вполне безобидной опухоли, которую незадачливый Алан готов был счесть смертельной. Вроде бы киношная «Голограмма» почти не отличается от книжной. Но если приглядеться, отличия разительные.

Почти все эпизоды, о которых идет речь, в ленте Тыквера смазаны, прилизаны, словно порезаны цензурой. В книге Алан с риском для здоровья попадает в эпицентр драки — в фильме он всего лишь с удивлением проходит мимо. В книге, выказав свою мужскую несостоятельность, Алан ублажает Ханну пальцами — в фильме этот момент благоразумно опущен. В книге Алан чуть не убивает вместо волка мальчика-пастуха — в фильме он даже не решается выстрелить. Там, где у Эггерса четко акцентированные смысловые и эмоциональные кульминации, у Тыквера какие-то невнятные лакуны.

Главная проблема все же в другом. Если Эггерс изображает терзания своего героя детально и убедительно, то у ограниченного 100 минутами Тыквера на всю эту литературоцентричную психологию элементарно не хватает времени. В результате экранизация лишается глубины, в ней все слишком просто, чересчур плоско и немного пресно. Личностная драма превращается в забавный анекдот, в милую байку о том, что для некоторых стареющих лузеров Восток — дело хоть и тонкое, но вполне себе душевное и даже спасительное. Особенно если у этого Востока эффектная смуглость, густо подведенные глаза и чувственные губы Сариты Чоудри, исполняющей роль доктора Захры.

В финале пути романа и фильма расходятся окончательно. В книге судьба Алана ни малейшим образом не проясняется, Эггерс оставляет героя, потерпевшего очередную деловую неудачу, практически в том же положении, в котором он был в начале истории, если не в худшем: рожденный вечно ползать взлететь не в состоянии. А вот в картине Алану светит и нежное чувство, и духовная метаморфоза, и новые карьерные возможности. Даже секс, спасибо чуткой Захре, начинает потихоньку получаться.

Кстати, важная для книги сцена совместного купания героев в фильме тоже имеется, причем обнаженная грудь Захры от камеры не прячется. Я успел удивиться, но потом вспомнил, что британка Чоудри имеет отнюдь не мусульманское происхождение, да и раздеваться в кадре ей, прямо скажем, не впервой. Впрочем, что там индианка в роли арабки — играющий роль Юзефа, постоянного спутника Алана, Александр Блэк и вовсе белый американец, причем его несхожесть с прочими соотечественниками явно бросается в глаза.

У Эггерса Алан Клей продолжает ждать короля, и это все равно что ждать даже не у моря погоды, даже не дождичка в четверг в саудовской пустыне, а когда рак на горе свистнет, тем более что гор вокруг нет и в помине. А вот у Тыквера Алан-Хэнкс благополучно дождался, и рак таки свистнул. Отчего бы ему не свистнуть, если счастливый финал в Голливуде, пусть и разбавленном поучаствовавшими в создании фильма кинокомпаниями Великобритании, Германии и Франции, по-прежнему предпочтительнее несчастливого.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Сто лет «хаты с краю»

Первая попытка создания аутентичного украинского сериала вызвала неоднозначную...

Алло, Смольный!

Как в Николаеве из девочек делают... девочек

«Портал» на Армянской

«Надменные бездельники последней советской поры, циничные и образованные, нежные и...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Блоги

Авторские колонки

Ошибка