Умри, несчастная!

№42(792) 21 — 27 октября 2016 г. 19 Октября 2016 1 4

В одной из самых выразительных сцен «Бесприданницы» Мокий Парменыч Кнуров (Анатолий Ященко) использует Юлия Капитоныча Карандышева (Юрий Радионов) как мусорное ведро. Справа безучастно наблюдает Харита Игнатьевна Огудалова (Леся Самаева)

В столичном Театре на левом берегу состоялась премьера спектакля «Бесприданница» по одноименной пьесе Александра Островского. Постановка Тамары Труновой наводит на мысль о том, что молодые современники все еще не могут обойтись без старых классиков, но уже не очень понимают, что с ними делать.

«Жил-был на свете мохнатый шмель» — звучит со сцены первая реплика, и зал прогнозированно откликается десятками смешков. От шмеля, понятное дело, не убежишь: где «Бесприданница», там «Жестокий романс», где «Жестокий романс», там усатый Михалков, где усатый Михалков, там мохнатый шмель, хоть его убей. Убить шмеля еще пару десятков лет не получится, поэтому лучше сразу пошутить на заданную тему и заодно настроить зрителя на правильный лад. В афише сказано трагифарс, а значит, спектакль начнется с фарса, ибо трагедию всегда придерживают под конец.

Украинский театр XXI века многолик, многогранен и многострадален. Его эстетический диапазон как никогда широк — от прилежных костюмных постановок классических пьес в провинциальных театрах до радикальных экспериментов Андрея Жолдака и Владислава Троицкого. Эти двое от драматургического первоисточника, не дрогнув бровью, могут оставить рожки да ножки, им не указ не то что Островский, но и Шекспир. Менее дерзкие, но все же склонные к творческому поиску молодые режиссеры поступают скромнее. Их попытки приспособить классику к современности почти всегда выглядят как компромисс.

Для поколения 30-летних, к которому принадлежит Тамара Трунова, «Бесприданница», пьеса, написанная почти полтораста лет назад, — безусловная архаика. Играть ее всерьез невозможно, все-таки ироничные левобережцы — это вам не академичные франковцы, тем более что и франковцы теперь не всегда академичны. Отсюда следует, что стеб неизбежен, и дальше все зависит от степени его уместности. От того, насколько он остроумный, цельный и каким образом из фарса будут выпекать трагедию, способную взять зрителя за его нежную отзывчивую душу.

Но трагедия — это потом, сначала фарс, фарс, фарс! Вот Гаврила с Иваном рассказывают историю про мохнатого шмеля. Вот Кнуров изображает утренний заплыв, лениво загребая ладошками воздух. Вот Огудалова-старшая мелко трясет телесами, демонстрируя подобострастие, а Огудалова-младшая дробно хохочет, как безумная, чтобы вышло как можно более нелепо. Текст Островского в постановке Труновой — только хрупкий костяк. Мясо спектакля — пантомима, жестикуляция, этюды с предметами, привнесенные режиссерские реплики, комментирующие оригинальные фразы персонажей на хи-хи и ха-ха.

По существу все это сугубый постмодерн, тотальное пересмешничество, самодостаточная игра с основательно потускневшими смыслами, знаменующая безоговорочную победу Мейерхольда над Станиславским. Такое прочтение полностью вычитает из Островского психологию, каждый герой сводится к архетипу, проще говоря — к маске. Паратов — бессовестный жуир, Карандышев — обиженное ничтожество, Кнуров — хозяин жизни, Вожеватов — осторожный шакал, Лариса — влюбленная дурочка. Хорошо, когда актер четко попадает в предложенные рамки, но попадает-то не всегда.

Анатолий Ященко в роли Кнурова с презрительным высокомерием и ленивой манерностью во всяком слове и в каждом движении попадает идеально. Где-то сбоку суетится Вожеватов (Андрей Исаенко), изо всех сил пыжится Карандышев (Юрий Радионов), порой выдает симпатичные скетчи Харита Игнатьевна (Леся Самаева), но они все же на втором плане. Казалось бы, солировать должен Андрей Саминин в роли Паратова, но тут-то и случается когнитивный диссонанс. Потому что Саминин ни разу не Паратов. Вот Михалков, этот чертов мохнатый шмель, — сто раз Паратов. Ему достаточно едва шевельнуть усом, и любая Огудалова уже валяется у его ног. А Саминину шевелить нечем, это не его амплуа.

Диссонансы возникают неоднократно. Когда Самаева под гитарку Саминина поет на три аккорда неуместную Веронику Долину. Когда милый абсурд, коего в спектакле Труновой выше крыши, становится настолько самодостаточным, что напрочь теряет первоначальное обаяние. Наконец, когда фарс засовывают в духовку трагедии и по-дурацки хохотавшая Лариса (Анна Топчий) принимается неистово страдать. Кстати, страдает талантливо и натурально, но как тут поверить, если в ушах продолжает звенеть ее дурацкий хохот из первого действия?

В постановке Труновой немало симпатичных идей и остроумных придумок. В текст Островского и в оформление сцены органично вплетаются фрагменты из классиков, посвященные ревности, мести (это, конечно же, шекспировский «Отелло») и безнадежности возвращения к былым возлюбленным («Не искушай меня без нужды» Баратынского). Отлично работает обыгранный так и этак образ веревок, пут, вожжей, делающих Ларису беспомощной жертвой, рабыней положения. В медленных эпизодах верное настроение создают холодный тусклый свет Татьяны Кислицкой и минималистическое звуковое оформление Александра Кохановского.

Но штука в том, что спектакль воспринимается не по частям, а в целом. А еще в том, что на афише, кроме слов «Бесприданница» и «трагифарс», значится слово «версия». И в чем эта самая версия состоит, что нового предлагается найти в русской пьесе позапрошлого века, увы, непонятно. Остается вывод о том, что современники не могут обойтись без классиков, но не очень понимают, что с ними делать, поэтому делают что могут. Тут вспоминается чеховский «Ионыч»: «Пава стал в позу, поднял вверх руку и проговорил трагическим тоном: — Умри, несчастная! И все захохотали».

Действительно, иногда получается смешно.

Фото предоставлено администрацией театра

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Сто лет «хаты с краю»

Первая попытка создания аутентичного украинского сериала вызвала неоднозначную...

Алло, Смольный!

Как в Николаеве из девочек делают... девочек

«Портал» на Армянской

«Надменные бездельники последней советской поры, циничные и образованные, нежные и...

Комментарии 1
Войдите, чтобы оставить комментарий
Наталия Грабовская
21 Октября 2016, Наталия Грабовская

Статья - банальное театроведческое самолюбование. И как потом доверять такому ресурсу?

- 3 +
Блоги

Авторские колонки

Ошибка