Борис Ельцин после ГКЧП

№17-18(737) 28 августа — 3 сентября 2015 г. 26 Августа 2015 4.2

На днях мы вновь вспоминали в связи с очередной — 24-й — годовщиной ГКЧП и последующие за ним перемены, во многом определившие то, что происходит на постсоветском пространстве сегодня. Сжатая тогда пружина продолжает раскручиваться, круги от брошенного тогда камня все еще расходятся. На многие вопросы, касающиеся тех дней, до сих пор нет ответа, нет ясности в оценках и трактовках: что же это было? Мы предлагаем вниманию читателей интереснейший анализ этих событий нашего постоянного автора Жореса Медведева (Лондон).

Была ли революция?

В августе 1991 г. мы с женой оставались в Лондоне, заканчивая научные эксперименты. Обо всех сенсационных событиях в СССР узнавали из передач телевидения, по радио и из публикаций в прессе. Моя подписка на «Известия» сохранялась, и я получал свежие вечерние выпуски газеты утром на следующий день. Все британские и американские периодические издания характеризовали введение «чрезвычайного положения» как coup, т. е. «государственный переворот», а быстрое поражение Государственного комитета по чрезвычайному положению (ГКЧП) — как «революцию».

Портреты Ельцина, которого на Западе считали «вождем Второй русской революции», появлялись на первых полосах газет и на обложках журналов
Портреты Ельцина, которого на Западе считали «вождем Второй русской
революции», появлялись на первых полосах газет и на обложках журналов

Вождем этой «Второй русской революции» единодушно считался Борис Ельцин, портреты которого появлялись на первых страницах всех газет и на обложках журналов. По телефону ко мне обратились из США со срочной просьбой: написать статью с анализом событий 19—23 августа для расширенного воскресного выпуска газеты The Washington Post, секция которой о зарубежных новостях в номере от 1 сентября посвящалась событиям в Москве. В моем очерке, отправленном в газету факсом, я соблюдал, однако, умеренность, не называя события «революцией» и не выделяя особой роли Ельцина как нового лидера СССР.

Для меня было очевидно, что ГКЧП не был создан для захвата власти в стране и не пытался ни арестовать Ельцина, ни даже ограничить его деятельность как президента РСФСР. Верховные Советы СССР и РСФСР не были распущены. Члены этого комитета, куда входили вице-президент, премьер-министр и министр обороны, и без того — до его создания — на абсолютно законном основании обладали всей полнотой власти в стране, пока Горбачев пребывал в отпуске.

За день до объявления чрезвычайного положения и создания самого ГКЧП министр обороны Дмитрий Язов 18 августа на своем личном самолете отправил в Крым делегацию, в которую входили его заместитель генерал армии Валентин Варенников, руководитель администрации Горбачева Валерий Болдин, секретарь ЦК КПСС Олег Шенин и несколько других высших должностных лиц. Их миссия состояла в том, чтобы получить одобрение Горбачева на введение ЧП «в отдельных местностях», а фактически — только в Москве.

В воспоминаниях участников событий суждения о характере переговоров с Горбачевым, которые продолжались несколько часов, весьма противоречивы. Однако никто не оспаривал, что Михаил Сергеевич был информирован о плане создания ГКЧП, вел переговоры с прибывшей делегацией и, прощаясь, пожал всем руки. Горбачев отстранился от принятия решений: для него главной угрозой оставался Ельцин, а не Янаев.

Вице-президент Геннадий Янаев после долгих колебаний согласился возглавить ГКЧП лишь 19 августа, когда выслушал доклад возвратившихся из Крыма переговорщиков. В состав комитета вошли основные фигуры правительства: премьер-министр, министр обороны, председатель КГБ, министр МВД и руководитель аппарата президента СССР.

Главной задачей ГКЧП был, повторюсь, не захват власти в стране. А предотвращение намеченного на 20 августа подписания Союзного договора, который отменял Конституцию и прекращал существование СССР как «социалистического» Союза пятнадцати республик. Запланированный в проекте договора «Союз Суверенных Республик» создавал фактически не «союз», а конфедерацию девяти республик, причем не все из них были готовы участвовать на церемонии в Москве.

Необходимость принятия нового Союзного договора или новой Конституции обсуждалась в Верховном Совете СССР с конца 1990-го. После публикации 15 августа 1991 г. «Новоогаревского проекта», одобренного в закрытом порядке Горбачевым, Ельциным и Назарбаевым, Анатолий Лукьянов, председатель Верховного Совета СССР, составил 16 августа срочное заявление, в котором обращал внимание на противоречия между новоогаревской версией и проектом, который обсуждался ранее Верховным Советом СССР:

«Верховный Совет СССР признал целесообразным предусмотреть в проекте Союзного договора наличие в СССР единого экономического пространства, единой банковской системы и закрепления за Союзом собственности, необходимой для его нормального функционирования как федеративного государства. Особо было оговорено требование установления самостоятельных налоговых поступлений в союзный бюджет. К сожалению, эти важнейшие положения не нашли достаточно четкого отражения в опубликованном тексте договора. Об этом свидетельствуют недавние заявления Кабинета Министров СССР, Государственного банка СССР и ряда других союзных органов. Тут, видимо, требуются немалые коррективы в тексте договора».

Лукьянов отмечал еще ряд недостатков «Новоогаревского проекта» и предлагал дополнительно обсудить документ на сессии Верховного Совета СССР:

«Без этого такой наиважнейший для судеб нашего государства документ, как Союзный договор, не сможет в полной мере выражать волю советского народа о сохранении Союза ССР — великой державы, призванной служить интересам граждан всех национальностей и оказывающей серьезнейшее воздействие на международную обстановку во всем мире» (Известия, 20.08.1991).

Но когда — уже после ареста членов ГКЧП — Верховный Совет СССР собрался на срочную сессию 26 августа, проблема нового Союзного договора более не рассматривалась как актуальная. «Гэкачеписты» находились за решеткой, функции правительства СССР выполняло правительство РСФСР, деятельность КПСС была приостановлена и все здания ЦК КПСС на Старой площади в Москве перешли во владение администрации президента РСФСР. Подчинив Горбачева, Борис Ельцин фактически принял на себя функции главы государства, определяя не только внутреннюю, но и внешнюю политику страны.

Социалистическая система, созданная Октябрьской революцией в 1917-м, была объявлена низвергнутой. Фактическим лидером государства стал Борис Ельцин, менявший поспешными «указами» (нередко превышающими его полномочия как президента РСФСР) и политическую, и экономическую инфраструктуру во всей стране. В «команду Ельцина» в качестве ведущих фигур вошли такие люди, как Геннадий Бурбулис, Александр Шохин, Анатолий Чубайс, Сергей Шахрай и Егор Гайдар; они и готовили для него проекты реформ и указов. Вице-президенту Александру Руцкому, генерал-майору военной авиации, отличившемуся в войне в Афганистане, поручались лишь некоторые миссии.

Однако многие из указов Ельцина либо были невыполнимы по юридическим и финансовым причинам, либо могли иметь силу только в пределах РСФСР. Они не принимались во внимание ни на Украине, ни в Белоруссии, ни в других республиках. Более того, они своей радикальностью отделяли РСФСР от этих республик. Не подчинились Ельцину лидеры Туркмении, Таджикистана, Киргизии и президент Казахской ССР Нурсултан Назарбаев.

Деятельность коммунистических партий была приостановлена на территории Украины и Белоруссии, но по инициативе их собственных лидеров. В Узбекистане, например, Компартию УзССР просто переименовали в «Народно-демократическую», и она осталась правящей до настоящего времени (2015 г.). Ее лидер Ислам Каримов, став президентом и фактически диктатором, сохранил власть.

Многочисленные указы Ельцина не имели в этих республиках законодательной силы. Верховные Советы этих субъектов срочно принимали законы об их независимости. Полномочия Ельцина ограничивались лишь пределами РСФСР.

Таким образом, называть происходящие в СССР перемены «революцией» было бы сильным преувеличением. К власти в стране пришел не новый класс, как это было при Французской революции 1789 года или в Российской 1917-го, а лишь новая группа бывших номенклатурных чиновников той же КПСС, не имевших представления о значительно более сложной капиталистической экономике, которую они теперь намеревались создавать в СССР.


В ТЕМУ

Социологическое исследование. У бабули спрашивают:

— Как вы думаете, кто эту перестройку придумал, ученые или Горбачев?

— Конечно, Горбачев.

— А почему?

— Потому что ученые сначала бы на животных опыты провели.


Французская революция уничтожила феодализм, широко применяя массовый террор. Попал под гильотину не только Людовик XVI, но и тысячи аристократов. Февральская революция в России в 1917 г. была крестьянско-солдатской. Она ликвидировала монархию и дворянство. Октябрьская революция считается «пролетарской», свергнувшей власть буржуазии.

При всех этих революциях новые правящие классы, представители и выразители интересов которых приходили к власти, уже существовали как массовые силы и были готовы и способны к вооруженной защите своих политических завоеваний. Это можно сказать и об Исламской революции в Иране в декабре 1979-го, свергнувшей абсолютную монархию шаха.

Окрещенный западной прессой «Второй русской революцией» переход реальной власти в Москве к Ельцину не имел созидательного потенциала. Запрет на деятельность КПСС, которая была к 1991 году не столько идеологической, сколько административно-управляющей системой, разрушал прежнюю структуру и пирамиду власти, не создавая новой.

Объявление о переходе от социалистической к «рыночной», т.е. капиталистической, экономике не могло быть реализовано ни в СССР, ни в РСФСР не только потому, что капиталистический и социалистический способы производства существенно различались по своей материальной структуре, но и просто потому, что ни в СССР, ни в РСФСР не существовал еще предпринимательский класс, ранее обозначавшийся термином «буржуазия».

В 1921-м, когда Ленин столь же неожиданно повернул Россию от политики «военного коммунизма» к Новой экономической политике (НЭП), легализировав частное предпринимательство и торговлю, быстрый экономический успех этой реформы обеспечивался сохранившимися кадрами частных предпринимателей, которых не успел уничтожить террор Гражданской войны. В 1991 г. в СССР людей, способных и подготовленных к частному предпринимательству не в сфере мелкой торговли, а в производственных отраслях, уже не было.

Очень серьезно изменилась и усложнилась сама капиталистическая система, ставшая глобальной. Чтобы перейти от социалистической экономики к «рыночной», следовало отменить в СССР контроль за ценами товаров, раздробить большинство государственных монополий, приватизировать разные отрасли промышленности и коллективное сельское хозяйство, создать кредитную банковскую систему, отменить планирование, ввести конвертируемость рубля, изменить налоговую и таможенную службы, отменить множество государственных субсидий и провести серию других реформ. Это была задача на много лет, требующая огромных капиталовложений. Но для ее решения в СССР не имелось ни кадров, ни финансовых ресурсов.

Было очевидно, прежде всего из опыта восточноевропейских стран, вышедших в 1989-м из СЭВ, что такой переход от социализма к капитализму сопровождается сильной инфляцией и значительным ростом безработицы, обозначенными термином «шоковая терапия». Однако в тех странах «шоковая терапия» оказалась не слишком разрушительной просто потому, что частное предпринимательство не было там к 1989 г. полностью ликвидировано, сохраняясь в сельском хозяйстве и в сферах обслуживания. Кроме того, они при проведении реорганизации получили большую помощь от стран Запада в форме иностранных инвестиций и частичного списания долгов.

Некоторые производственные гиганты, например заводы «Шкода» в Чехословакии, приватизировались с участием иностранного капитала.

Проблемы Ельцина осложнялись еще и тем, что правительство РСФСР не имело эффективного контроля над многими отраслями экономики СССР, прежде всего в угольной, нефтяной, военной и тяжелой промышленности. Инфляция в 1991 г. приближалась к 300%, и множество предприятий были охвачены забастовками с экономическими требованиями рабочих. Ельцин не контролировал Госбанк СССР и не мог проводить эмиссию рублей.

Именно поэтому Горбачев, даже без реальной власти и возможности производить назначения на ключевые посты, сохранял свою резиденцию в Кремле. Он был еще нужен Ельцину для придания легитимности некоторым указам и проводимым реорганизациям.

Газета «Известия»

Августовские метаморфозы «Известий»
Августовские метаморфозы «Известий»

«Известия» считались наиболее информативной и популярной газетой в Советском Союзе, их тираж приближался к 13 миллионам экземпляров, превышая тираж «Правды». Я получал «Известия» в Лондоне по подписке, оформленной еще в 1973 г. Теперь в основном по выпускам газеты 20—24 августа я следил за событиями в Москве.

На страницах «Известий» 20 августа были опубликованы основные документы ГКЧП — «Обращение ГКЧП к советскому народу», датированное 18 августа, и «Заявление Анатолия Лукьянова». Здесь же было опубликовано заявление Комитета Конституционного надзора СССР, обращавшего внимание на то, что распространение чрезвычайного положения на всю страну требует одобрения Верховного Совета СССР. Председатель Верховного Совета РСФСР Р. И. Хасбулатов созывал внеочередную сессию на 21 августа. Председатель Верховного Совета СССР А. И. Лукьянов назначал внеочередную сессию на 26 августа.

Чрезвычайная сессия Верховного Совета СССР. Бывший председатель Верховного Совета А. И. Лукьянов, обвиняемый в попытке государственного переворота, отвечает на вопросы журналистов
Чрезвычайная сессия Верховного Совета СССР. Бывший председатель Верховного Совета А. И. Лукьянов, обвиняемый в попытке государственного переворота, отвечает на вопросы журналистов

А через два дня редакция «Известий» неожиданно внесла коррективы в название издания. В марте 1917 г. газета была основана как «Известия Петроградского Совета рабочих депутатов», но затем «петроградский» ареал расширился до общесоюзного. С 1977-го она называлась «Известия Советов народных депутатов», и справа от этого названия было помещено изображение герба СССР. Слева от названия газеты изображались и ордена, которыми газету награждали в разные юбилейные годы: слева орден Ленина, затем Октябрьской революции, за ним — Трудового Красного Знамени. Над названием размещался традиционный лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» на русском и на языках союзных республик.

В четверг 22 августа слева от названия газеты исчезли изображения всех орденов, а сверху — лозунг о пролетариях. Удалили и герб СССР. В пятницу 23 августа из названия газеты изъяли и сообщение о том, что она представляет собой орган Советов народных депутатов. Отныне это была просто газета «Известия». Ранее издание принадлежало Верховному Совету СССР, а не было акционерной собственностью. Но теперь, со сменой главного редактора, перешло в собственность сотрудников и после перерегистрации стало акционерным.

Это спасло газету от закрытия, но полностью изменило характер публикаций, утративших объективность. Борис Ельцин 23 августа издал указ, прекративший выход газет, которые 20—21-го публиковали материалы и заявления ГКЧП. Был остановлен выпуск газет «Правда», «Советская Россия», «Гласность», «Рабочая трибуна», «Московская правда» и многих других. Прекратилась работа агентств ТАСС и «Новости», их имущество и здания конфисковали. Этот акт подвергся критике даже в «десоветизированном» вечернем выпуске «Известий» от 24 августа:

«...Право власти судить, где информация фактически правдива, а где фактически ложна — первый шаг к диктатуре. Свобода, отнятая у одних, обязательно обернется свободой, отнятой у всех. Оценка газет — дело читателей, а не президентов...»

«Известия», однако, не решились отметить, что ельцинские «указы» незаконны: президент РСФСР не имел полномочий на конфискацию имущества общесоюзных агентств новостей. Решения, связанные с конфискацией имущества, могли принимать лишь суды.

Начало украинских проблем

Введенное в Москве «чрезвычайное положение» не распространялось на Украинскую ССР, и потому создание ГКЧП не вызвало никаких заявлений со стороны руководства этой республики. Председателем Верховного Совета УССР был Леонид Кравчук, секретарь ЦК КПУ по идеологии и член Политбюро КПУ. События в Москве, однако, сильно встревожили Кравчука, у которого сложились очень хорошие отношения с Горбачевым. Дача Горбачева «Заря» возле Фороса находилась на территории Украины.

Михаил и Раиса Горбачевы 17 августа 1991 г.
Михаил и Раиса Горбачевы 17 августа 1991 г.

Неожиданно 22 августа Леонид Кравчук объявил о своем выходе из рядов КПУ и об отставке с поста лидера этой партии. Одновременно с этим он — уже как председатель Верховного Совета УССР — экстренно созвал внеочередную сессию ВС, на рассмотрение которой была поставлена декларация о независимости Украины.

В отличие от не означавших выхода из СССР «суверенитетов», которые объявляли в 1990 г. союзные и автономные республики, на этот раз предполагалось создание действительно нового унитарного государства, выходящего из состава Советского Союза и формирующего собственные вооруженные силы, национальный банк и менявшего символику.

Без Украины «Союз Суверенных Государств» не имел для Российской Федерации реального смысла, превращая РСФСР в заурядную страну, пусть и с большой территорией. Население Украины в 1991 г. насчитывало около 52 млн. человек, треть из которых составляли русские. Четверть всего сельскохозяйственного, промышленного и энергетического потенциала СССР приходилась на эту республику. Особенно чувствительной для России была бы потеря «подаренных» Хрущевым Украине Крыма и Севастополя и отданных ей же Лениным (для «пролетаризации» республики) Донбасса и Харькова. Да и легендарную Одессу, основанную Екатериной Второй на месте отвоеванного у турок поселка, почти все в РСФСР считали русским городом.

Верховный Совет УССР 24 августа почти единогласно принял решение о независимости — «торжественно провозгласил независимость Украины и создание самостоятельного украинского государства». На 1 декабря назначался референдум о независимости Украины и одновременно выборы ее президента, на пост которого претендовал Леонид Кравчук, теперь уже «беспартийный».

Принятие этих решений оказалось полной неожиданностью для России. К объявлениям независимости в республиках Средней Азии в Москве относились спокойно. Но события в Киеве вызвали сильное замешательство в окружении Ельцина. В украинскую столицу срочно направили для переговоров с Леонидом Кравчуком делегацию во главе с вице-президентом РСФСР Александром Руцким. Приглашения из Киева на приезд делегации не было, и цель ее миссии не объявлялась. Кравчук не ожидал визита и не был готов к переговорам. Он на момент прибытия эмиссаров находился на заседании Верховной Рады.

Российской делегации пришлось объяснять цель своего приезда охране резиденции Рады и объявить об отсутствии территориальных претензий к независимой Украине.

Цепная реакция № 66: экономический разрыв между республиками

Политические изменения в СССР, связанные с запретом деятельности КПСС и республиканских компартий, не вели сами по себе к коллапсу Советского Союза как могучей экономической и военной державы. Партийная инфраструктура была важным, но лишь «наблюдательным» или, скажем так, псевдорелигиозным идеологическим фактором жизнеспособности страны.

Государства могут существовать и без идеологий. Основное условие их жизнеспособности — экономика, промышленная, сельскохозяйственная, ресурсная, транспортная и финансовая системы. В условиях плановой экономики СССР нормальная жизнь страны поддерживалась правительством, главным образом его отраслевыми министерствами и главками с их сложной инфраструктурой, распространявшейся во все республики, области и края.

Любой крупный завод, будь то гражданский или военный, работал в комплексе с другими, поставлявшими детали, сырье и энергию. В выпуске продукции, например, Минского автомобильного завода участвовали около тысячи других предприятий, расположенных в десятках областей СССР. В этом отношении социалистическая экономика принципиально не отличалась от капиталистической. Разница состояла в социальной сфере и в наличии в СССР Госплана, обширный аппарат которого координировал работу разных отраслей промышленности.

Парткомы, горкомы и обкомы не имели существенного значения для успешной работы, к примеру, Челябинского тракторного завода или Рижского завода радиоприемников, но и тот и другой зависели от аккумуляторных батареек, изготовляемых в Ленинграде, химические компоненты которых, в свою очередь, могли поступать из других регионов, а нередко и по импорту. Зависимость от импортных компонентов распространялась в 1991 г. на множество производств.

Переход власти в СССР к Ельцину и арест премьер-министра Валентина Павлова и «силовых» министров СССР привели и к отставке всего правительства СССР. Правда, все министры, ответственные за экономику, продолжали работать, но пока как временно исполняющие обязанности. Ельцин решил поставить во главе правительства СССР премьер-министра РСФСР Ивана Силаева и подчинить союзные министерства республиканским (российским).

Это было поспешное и невыполнимое решение, так как у многих союзных министерств не было аналогов в правительстве РСФСР. Любые подобные шаги, затрагивающие экономику, требуют тщательного обдумывания и длительной подготовки.

Но Борис Ельцин и его ближайшие советники разделывались с подобными проблемами лихо, безо всяких консультаций и долгих обсуждений, — общими указами, к которым не прилагались детальные инструкции.

Главный правовой акт, разрушавший экономическое единство страны, готовился в аппарате Президента РСФСР Бориса Ельцина еще до создания ГКЧП, введения «чрезвычайного положения», ареста премьер-министра Павлова и подчинения союзного правительства российскому. Речь идет об указе № 66 «Об обеспечении экономической основы суверенитета РСФСР». Ельцин, прилетев 19 августа из Алма-Аты, срочно подписал его на следующий же день, еще во время действия ЧП. Указ вступал в силу с момента публикации — 22 августа, когда Горбачев уже вернулся в Москву.

Именно этот указ и несколько других Ельцин заставил Горбачева утвердить, не читая, 22 августа на трибуне внеочередной сессии Верховного Совета РСФСР. Этот эпизод публичного унижения Горбачева (чем Ельцин явно наслаждался) транслировали по телевидению и в Великобритании по всем программам новостей. На следующий день его комментировали все СМИ.

На трибуне ВС РСФСР в Доме Советов Ельцин вручил Горбачеву пачку бумаг, объявив, что это — указы президента РСФСР, подписанные 19—21 августа, и потребовал их немедленно утвердить. Среди них был и акт, согласно которому Ельцин временно брал на себя функции союзного президента. Горбачев не успел все эти указы даже прочесть...

«Борис Николаевич, взмолился Горбачев, мы же не договаривались все сразу выдавать, все секреты»... «Это не секреты, — возразил Ельцин, — это серьезно. Специально подготовлен целый блок — указы и постановления, принятые в осажденном Доме Советов. Так и называется. Мы вам вручаем!» (Бурные аплодисменты, шум, свист, выкрики, смех в зале.)

Полного содержания этих документов тогда никто не знал. Текст «указа» об экономических проблемах, судя по его содержанию, явно готовился до создания ГКЧП и не согласовывался с отдыхавшим в Крыму Горбачевым.

Новоогаревский проект создания Союза Суверенных Государств был политическим; он не определял судьбу союзной собственности. Указ Президента РСФСР № 66 обосновывал претензии РСФСР. Приведу некоторые выдержки из текста.

«В интересах многонационального народа Российской Федерации, руководствуясь решениями Съездов народных депутатов РСФСР, Верховного Совета РСФСР и законами РСФСР по обеспечению экономической основы суверенитета Республики,

постановляю:

1. Совету Министров РСФСР:

До 1 января 1992 г. обеспечить передачу и принятие в ведение органов государственного управления РСФСР предприятий и организаций союзного подчинения, находящихся на территории Российской Федерации...

2. Предприятия и организации, расположенные либо осуществляющие деятельность на территории РСФСР (в том числе союзного подчинения), руководствуются законодательством РСФСР и применяют законы и иные акты органов Союза ССР в порядке, установленном законом РСФСР «О действии актов органов Союза ССР на территории РСФСР».

3. Совету Министров РСФСР совместно с Центральным банком РСФСР представить до 1 октября 1991 года Президенту РСФСР предложения по:

формированию золотого запаса, алмазного и валютного фондов РСФСР;

определению доли РСФСР, подлежащей направлению на погашение внешнего долга СССР, а также доли, подлежащей получению при разделении долгов зарубежных стран Союзу ССР;

налогообложению валютных доходов предприятий, организаций и граждан...

4. Совету Министров РСФСР подготовить предложение о приостановлении на территории РСФСР действия Указа Президента СССР от 2 ноября 1990 г. «Об особом порядке использования валютных ресурсов в 1991 году».

Другие пункты «указа» (их было 12) брали под контроль Совета Министров РСФСР разведку и добычу полезных ископаемых на территории РСФСР, промысловый лов рыбы и многие другие отрасли. Лицензии на эту форму активности, выданные правительством СССР, отменялись. Российская Федерация брала их под свой контроль, а также вводила собственные пошлины на ввоз товаров на ее территорию. Указом создавался «Комитет по защите экономических интересов РСФСР при Президенте РСФСР».

Этот акт фактически выделял РСФСР как самостоятельное государство из состава СССР. Действия Леонида Кравчука и ВС Украины, о которых я писал выше, оказывались, таким образом, неизбежной реакцией на решения Ельцина.

Указ Ельцина, опубликованный 22 августа, затрагивал интересы всех республик СССР, так как лишал бюджет СССР основных налоговых и таможенных поступлений и переводил под контроль РСФСР большую часть золотовалютных резервов страны и внешнюю торговлю. И теперь каждая из пятнадцати республик неизбежно должна была для защиты собственных экономических интересов принимать аналогичные указы и национализировать общесоюзную собственность на своей территории, не вступая при этом в переговоры с другими республиками.

Такие мощные индустриальные гиганты, как Экибастузский угольно-энергетический комбинат с самым крупным в СССР и в мире комплексом теплоэлектростанций общей мощностью в 16 млн кВт, переходил в собственность Казахской ССР. Казахстан брал под собственный контроль гигантский угольно-металлургический комбинат в Караганде, закрывал Семипалатинский полигон для испытаний атомных бомб и объявлял своей собственностью космодром Байконур, главный космический центр СССР.

Грузия национализировала все общесоюзные курорты вдоль восточного побережья Черного моря и даже единственный в СССР питомник обезьян, принадлежавший Академии медицинских наук СССР.

В наихудшем положении оказывались республики Средней Азии и Армения, почти не имевшие союзной собственности. Они взяли под свой контроль горные астрофизические обсерватории АН СССР, не будучи при этом в состоянии обеспечить их эффективное обслуживание.

Непосредственно в РСФСР сразу возникла проблема финансирования «атомных» городов, производящих оружейный уран и плутоний и собиравших атомные и термоядерные бомбы и боеголовки для межконтинентальных ракет. Об их существовании Ельцин и его команда, возможно, не вспомнили, а то и вовсе не знали.

Таких секретных городов в РСФСР оказалось 12 — в Свердловской, Челябинской, Горьковской и Томской областях и в Красноярском крае — с общим населением около миллиона человек. Их деятельность финансировалась из фондов Министерства среднего машиностроения СССР, которое прекращало теперь свое существование. Правительство РСФСР вскоре распорядилось перевести все эти секретные «номерные» города на местные областные бюджеты. Фактически это означало лишение их средств к существованию.

Особая проблема возникла и с местами заключения. Сибирские, уральские или дальневосточные лагеря отказывались теперь содержать в заключении, например, граждан Литвы, Эстонии или Грузии. Их этапами отправляли в родные республики, где чаще всего они оказывались на свободе, даже если были осуждены местными судами и за местные преступления. Но Вильнюсу, Таллинну или Тбилиси негде было содержать этих преступников: в пенитенциарных учреждениях для них не хватало мест.

Указ Президента РСФСР от 20.08.1991 № 66 и копирующие его законы, принимаемые в других республиках, создали большие проблемы для 9-миллионного населения Москвы, которая утрачивала статус столицы СССР. Распад экономических связей грозил городу массовой безработицей и перебоями в продовольственном снабжении.

Судьба членов ГКЧП

Поскольку я подхожу в этих воспоминаниях к переломному событию мировой истории — распаду Советского Союза (этот процесс ускорился в августе 1991-го), стоит вкратце рассказать о судьбе некоторых членов ГКЧП и таких людей, как Анатолий Лукьянов, — не входивших в состав комитета, но арестованных и включенных в общее дело о «заговоре».

По этому делу на основе санкций Генерального прокурора РСФСР Валентина Степанкова арестовали 12 человек, каждый из которых относился к числу ключевых фигур руководства СССР. (Арестом министра обороны СССР маршала Язова руководил лично Степанков.) Арестованных поместили в следственный изолятор «Матросская тишина» в общие камеры, но отдельно друг от друга.

В прессе постоянно публиковались требования как можно скорее провести суд над «путчистами» и сурово наказать их. Прокуратура РСФСР обещала представить обвинения в течение месяца и передать дело в Верховный Суд РСФСР.

И я, и Рой пытались внимательно следить за судьбой Анатолия Лукьянова, бывшего председателя Верховного Совета СССР. Он был студенческим другом Горбачева, и я не раз писал о нем, работая над разными изданиями книги о Горбачеве в 1986—1988 годах. Рой состоял с Лукьяновым в дружеских и доверительных отношениях в связи с работой в Верховном Совете СССР.

К Лукьянову пресса относилась иначе, чем к членам ГКЧП, так как он был более известен и популярен. Предъявленное ему обвинение в измене родине было нелепым, и все это понимали. В «Московских новостях» 15 сентября вышло сообщение о том, что председатель ВС СССР отказывается давать показания, считая арест незаконным.

Лукьянов был не только государственным деятелем, но и поэтом. Газета публиковала отрывок из его стихотворения, написанного в «Матросской тишине»:

Жить, чтобы правды добиться,
Чтобы свет увидать,
Чтобы страница в страницу
Эту правду сказать.
Без хулы и оваций,
Боль содравши с лица,
Человеком остаться
До конца, до конца.

Я понимал, что никакого суда — и даже полноценного следствия — по всему этому делу быть не может.

Во-первых, главным свидетелем по делу о «заговоре с целью захвата власти» должен был выступать сам Горбачев, с которым «путчисты» вели переговоры на даче «Заря» 18 августа именно о необходимости введения чрезвычайного положения.

Статьи о «попытке захвате власти» в Уголовном кодексе вообще не было. То, что Горбачев действительно вел такие переговоры, было известно, и обсуждать их содержание на следствии или в суде он бы не захотел. Возникли бы неизбежные противоречия в показаниях.

«Путчисты», посетившие Горбачева в Форосе, утверждали, что по окончании острых споров он, прощаясь, подал каждому руку, сказав: «Черт с вами, делайте, что хотите, но доложите мое мнение». Спрашиваем: какое, кому?.. Но он не уточнил». Горбачев это отрицал. Он 18 августа мог бы еще приказывать, мог бы срочно вылететь в Москву. Начальник его охраны в Форосе Владимир Медведев (назавтра его уже отозвали в Москву) сообщал, что в распоряжении Президента СССР в этот день находились резервный ТУ-134 и вертолет.

Во-вторых, членов ГКЧП публично обвиняли в попытке «государственного переворота» и даже в «измене Родине» на заседаниях Верховного Совета РСФСР 20-го и 21 августа, в заявлениях Ельцина, а затем и в прессе, сразу же после их ареста. Это нарушало принцип презумпции невиновности, о чем постоянно напоминали следователям адвокаты арестованных.

Доктор юридических наук Лукьянов отказывался на этом основании вообще давать какие-либо показания назначенным следователям.

Судить в РСФСР министра обороны СССР Дмитрия Язова, которого как военного можно было обвинять лишь по статье 64 в «измене Родине», никто бы не решился.

Судить председателя КГБ Владимира Крючкова, главного инициатора создания ГКЧП, было тем более невозможно. До назначения председателем КГБ в 1988-м он возглавлял внешнюю разведку СССР. В его распоряжении имелись документы и информация, которые ни Ельцин, ни Горбачев не хотели бы предавать огласке на судебных заседаниях. Между тем Крючкова 21—23 августа в СМИ не только обвиняли в «измене Родине», но объявляли «палачом», «убийцей»... Почти все документы из сейфа в его кабинете, его картотека были собраны и «пропали».

Членов ГКЧП содержали в следственном изоляторе больше года, что было нарушением закона. В конце 1992 г. многих поэтому освобождали под подписку о невыезде. Некоторым требовалось лечение. Анатолий Лукьянов перенес инсульт с временным параличом ноги. Крючкова освободили в 1993-м. Новая Государственная дума, избранная в конце 1993 г., объявила амнистию всем членам ГКЧП, хотя их «дело» выросло уже до объема в 144 тома.

Однако генерал армии Валентин Иванович Варенников, Герой Советского Союза, участник штурма рейхстага в 1945-м, замминистра обороны, командовавший до августа 1991 г. всеми сухопутными силами СССР, отказался от амнистии и потребовал суда. Ведь амнистия означала прощение вины, а не реабилитацию.

Варенников был членом той группы, которая приезжала к Горбачеву в Форос 18 августа, и знал подробности переговоров с Горбачевым о доложенных ему планах введения чрезвычайного положения. Суд над генералом не был открытым и продолжался с перерывами почти год, с апреля 1993-го до марта 1994 г. В качестве одного из свидетелей на процесс вызывали и Горбачева.

Наконец Варенникова оправдали. В оправдательном приговоре, в частности, говорилось:

«Мотивами и целью содеянного им были не корыстные побуждения или личная заинтересованность, а сохранение и укрепление своего государства, что соответствовало воле народа, высказанной на Референдуме 17 марта 1991 года...»

«Достойно нес Знамя Победы всю жизнь!» — такая надпись украшает надгробный памятник Герою Советского Союза, генералу армии, депутату Госдумы Валентину Варенникову на Троекуровском кладбище
«Достойно нес Знамя Победы всю жизнь!» — такая надпись украшает
надгробный памятник Герою Советского Союза, генералу армии,
депутату Госдумы Валентину Варенникову на Троекуровском кладбище

Генеральный прокурор РСФСР — уже не Степанков, незаконно смещенный Ельциным 5 октября 1993 г. (президент не имел права по Конституции РСФСР смещать и назначать генпрокурора РСФСР), а Алексей Казанник — обжаловал оправдательное решение суда, так как оно, создавая прецедент, косвенно распространялось и на других членов ГКЧП. Еще через год 2 февраля 1995 г. Президиум Верховного Суда РСФСР оставил в силе оправдательный приговор Варенникову.

Все эти задержки в исполнении правосудия были неизбежны. Слишком много возникало и других важных событий и сверхсрочных проблем. К этому времени в более обширном следственном изоляторе «Лефортово» находились вице-президент РСФСР генерал Александр Руцкой, Герой Советского Союза, спикер Верховного Совета РСФСР Руслан Хасбулатов. А также немало депутатов Верховного Совета РСФСР, арестованных в здании незаконно распущенного Верховного Совета РСФСР, «Белого дома», горевшего после обстрела его из танков 4 октября 1993 г. по приказу Бориса Ельцина, Верховного Главнокомандующего РСФСР...

Если вспомнить, что из числа упоминаемых в прежних главах этих очерков диссидентов также в «Лефортово» помещались Владимир Буковский, Борис Кагарлицкий и Александр Солженицын, то именно события октября 1993 года можно с полным основанием назвать «государственным переворотом».

А затем Ельциным была отменена и Конституция РСФСР.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Забвение Апостолов

Вероятно, только прогнивший пол останавливает вандалов, не давая возможности выдрать...

Князь Ярема и его поганый клад

Секретные подземные ходы, потайные комнаты, а там — сокровища, сокровища,...

Король и его республика

10 октября исполнилось 27 лет со дня реабилитации Трофима Короля — одного из самых...

Крушение как символ

8 сентября исполняется 102 года со дня совершения первого в мире воздушного тарана и...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Блоги

Авторские колонки

Ошибка