«Число π» с платочком

29 Июля 2009 0

Свое знакомство с приемами всестороннего раннего обучения и развития детей, разработанными львовянкой Еленой СОМИШ, я начал со знакомства с 5-летним Гошей — в индивидуальном порядке он посещает занятия Елены Григорьевны.

Мальчишка без напряга извлекал корни, вычислял проценты, объяснял мне основы геометрии и тригонометрии, читал и переводил английский текст, из сотни портретов выдающихся писателей поочередно назвал каждого: Бомарше, Флобер, Шекспир... При этом, нужно отметить, Гоша, как и большинство учеников Елены Сомиш, никакой не вундеркинд и не ребенок индиго.

Новая педтехнология: испытано на себе

Вопреки традиционным педагогическим представлениям Елена Сомиш считает вполне приемлемым давать «взрослые» знания дошколятам. Такой вывод она сделала, что называется, на собственном опыте. Ее мать из-за войны не успела получить аттестат зрелости, поэтому позже, когда маленькой Леночке было 4—6 лет, была вынуждена учиться в заочной школе. Заниматься с дочерью и отдельно учить свои уроки у мамы не было возможности. И она все учила вслух: объясняя дочери, сама в этом разбиралась.

Невольный эксперимент закончился тем, что будущий педагог-новатор пошла в школу, зная многое из программы старших классов, но не умея читать. Девочка не могла к двум прибавить три, но знала, что одна вторая больше, чем, скажем, одна десятая, т. е. понимала смысл дробей. Полученный в раннем детстве информационный багаж позволил Елене закончить с отличием строительный техникум и филфак пединститута.

Со своей дочерью Александрой Елена Григорьевна обошлась еще круче, чем с нею ее мама. Чуть ли не с роддома начала показывать буквы, цифры. Как следствие — малютка буквы знала в полтора года: произносить многие звуки не могла, но, когда мама называла ту или иную букву, показывала каждую из них. Дальше пошли таблица умножения, таблица Менделеева, грамматика. Собственно, дочь Елены Григорьевны и стала тем полигоном, на котором были обкатаны многие приемы нетрадиционного обучения.

Позже Елена Сомиш узнала, что она не одинока в своем убеждении обучать маленьких детей всему, что дает школа и даже вуз. Так, известный американский врач Гленн Доман, один из основателей филадельфийского Института развития человеческого потенциала, раннее обучение ребенка чтению или математике также не считал преждевременным: «Образование начинается в 6—7 лет, а вот познание — с самого момента рождения. Маленькие дети испытывают безграничную жажду знаний, и надо очень постараться, чтобы отбить у них всякое желание получать новую информацию».

Ортодоксальная педагогика отрицает подход, который бы предусматривал обучение маленьких детей «взрослому» знанию. Мол, дети не в состоянии воспринимать абстрактные понятия так рано. На самом деле, убеждена Елена Сомиш, дети абстрактным мышлением обладают. И свою правоту обосновывает тем фактом, что «обычные» слова по существу являются сплошной абстракцией, которую все нормальные дети усваивают максимум до двух лет. Значит, вопрос только в том, как абстрактно-научное знание занести в детские головушки и там закрепить.

Елена Григорьевна нашла такие средства.

Перевести на язык ребенка

Для современной массовой школы (во всяком случае украинской) характерно фундаментальное противоречие между рационально-абстрактным характером предлагаемого знания и эмоционально-образной природой восприятия ребенка. В дошкольном обучении и начальной школе последняя еще кое-как учитывается. А вот дальше эта психическая составляющая почти полностью игнорируется. Детей заваливают сухим абстрактным знанием. Большинство школьников внезапный разрыв между конкретным и абстрактным не преодолевают и выходят из школы недоучками.

Один из главных моментов в обсуждаемой методике — использование ассоциации, перебрасывающей мостик от неизвестного к известному, — когда абстрактные понятия уподобляются конкретным и привычным предметам, животным, людям... Речь идет прежде всего о визуальной ассоциативности, ведь, согласно наблюдениям ученых, человек 90% информации усваивает именно с помощью глаз. Елена Григорьевна называет ассоциирование переводом абстракций на язык ребенка, а сами дети ассоциации называют «запоминалками».

Нельзя сказать, что это неизвестно традиционной педагогике. С подобным приемом наверняка сталкивались все дети, изучая алфавит: графическое изображение каждой буквы сопровождалось какой-то картинкой. Скажем, буква «А» иллюстрировалась изображением автобуса. Числа изучались при помощи выстроенных в ряд предметов: яблок, грибочков. Но на этом примеры применения ассоциативности в «нормальной» школе, пожалуй, и заканчиваются. А Сомиш этот прием использует сплошь и рядом: от букв и цифр — до геометрических и химических понятий...

Впрочем, и характер ассоциативного ряда у Елены Григорьевны кардинально отличается от привычного школьного. Она считает, что отождествление, например, буквы «А» с автобусом некорректно: «Нужно не только чтобы слово начиналось на соответствующую букву, но и чтобы тот предмет, который этим словом обозначен, имел с данной буквой какое-то сходство, т. е. должен быть ассоциативным по форме.

— Буква «А» на автобус нисколько не похожа — такое сравнение у ребенка никаких ассоциаций не вызывает. Поэтому у меня «А» — острая верхушка, о которую ребенок, уколовшись, вскрикнет: «А-а-а!» Буква «Т» — табуретка...

В обычной школе (садике) ассоциирование объектов с цифрами не имеет обязательного характера. Там единицей может быть и морковка, и зайчик — налицо обыкновенное отражение количества. У Сомиш каждая цифра обладает индивидуальным качеством. Цифры, например, — члены одной дружной «семьи». «Домашние» выстроены «по старшинству». «1» — это «запеленатый младенец», «4» — «мама с рукою в бок». Все «члены семьи» (с «братиком» — двойкой и «сестричкой» — тройкой, «теткой» — шестеркой и «дядей» — семеркой, «бабушкой» — восьмеркой и «дедушкой» — девяткой) проживают в «домике № 10».

Визуальные «запоминалки» усиливаются слуховыми. Аудиоассоциации часто используют рифму: «Единичка — Синичка; она много спит и никого не меняет при умножении»; «Мама — Четыре, красивей всех в мире»; «Дед — Девятка, голая пятка».

Ассоциированию подвергаются не только предметы и явления, но и все взаимоотношения между ними. Между теми же «членами дружной семьи» происходят какие-то истории — арифметические действия (прибавление, вычитание, умножение, деление). Например, 4 х 5 = 20 — это «мама — 4 и папа — 5 поженились и надели 2 кольца (20)».

В процесс познания привносится сюжет, интрига. Условно говоря, на этом этапе происходит его «театрализация» — Елена Григорьевна даже сожалеет, что наших педагогов не обучают актерскому мастерству и режиссуре. Дети не только выслушивают истории от педагога — они их разыгрывают. В числе прочего мне доводилось видеть, как Саша, Тая и Лиза, устроив хоровод (распростертые руки каждого ребенка символизировали диаметры окружности), изображали число p. Роль недостающего отрезка в 0,14 «исполнял» платочек.

Это представление автору статьи посчастливилось наблюдать на занятии в негосударственном детском саду от еврейского общества «Хесед-Арье», где Елене Григорьевне доверили дошкольнят. На том занятии присутствовало с десяток малышей. Хотя случается, что группа разрастается и до двадцати. Елена Григорьевна справляется со всеми, но это очень трудно. Дети — разновозрастные, с разным уровнем развития. Самая оптимальная численность обучаемой группы — человек 5—6. Индивидуальные занятия не всегда бывают эффективнее групповых — дети порой лентяйничают из-за отсутствия соревновательности.

Такая методика позволяет детям буквально за один урок «схватить» все буквы и различия между ними, а таблицу умножения выучить за две недели — это в крайнем случае! Для справки: действующая школьная программа предусматривает обучение таблице умножения в течение последней четверти второго класса и весь третий класс. Воспитанники Сомиш до школы овладевают (именно — овладевают) знаниями, которые преподаются даже в старших классах.

С детьми у Елены Григорьевны — полное понимание, а вот со взрослыми — не всегда. Мне даже доводилось слышать от одного такого взрослого, что методика Сомиш хороша только для запоминания, но недостаточна для того, чтобы учить детей мыслить.

Несостоятельность таких обвинений могу опровергнуть на примере изучения, скажем, правила о прилагательном. Как этот процесс происходит в школе? Учительница рассказывает (хотя я не единожды был свидетелем того, как учительница из учебника читала): «Прилагательное — это часть речи, которая называет признак предмета». Дальше «на закрепление» детям предлагается выполнить упражнение. Все. А что такое «часть речи», «обозначает», «предмет», «признак предмета»?! Ребенок этого не знает...

Да что ребенок! Вы спросите об этом взрослого или саму учительницу! Традиционно смысл ни одного из этих ключевых слов детям не разъясняется. Вот и выходит, что неизвестное изучается при помощи неизвестного. Поэтому дети это и любое другое правило учат, как китайскую грамоту, зубрят слова, смысл которых не понимают. Сомиш же «копается» с детьми в первоначальном смысле каждого из слов правила. Только после того, как поняты отдельные его составляющие, начинается изучение правила в целом.

Вследствие такого комплексного подхода в обучении научное знание становится второй натурой ребенка, терминология — неотъемлемой частью его обыденной речи. Дети вплетают понятия в повседневное общение. Однажды пятилетняя девочка вместо того, чтобы сказать мальчику, что он тупой, выдала эвфемизм: «Ты что, больше, чем прямой угол?»

С новациями не беспокоить!

Как человек, десять лет отсидевший за партой в школе, два года отстоявший учителем у доски и одиннадцать лет намаявшийся в качестве родителя школьника, могу сказать: система Сомиш работает! Это невооруженным взглядом видно на ее занятиях и доказывается дальнейшими успехами ее «выпускников». Дочь Елены Григорьевны поступила в вуз без экзаменов, после собеседования, так как победила на «малоакадемическом» конкурсе. Другая воспитанница на днях прислала письмо, где сообщила, что поступила в МГУ. Еще двое ребят дали знать своей наставнице, что закончили Оксфорд...

Такая эффективная практика, казалось бы, должна быть подхвачена всем украинским (для начала) педагогическим сообществом и быстро-быстро внедрена повсеместно. Но не тут-то было! Сомиш обращалась в областное управление образования, где услышала, что ее методика «очень индивидуальна» и не все педагоги сумеют ее повторить. А кроме того, предложенное условно пригодно якобы только для начальных классов... (В то же время многие родители, чьи дети занимались у Елены Григорьевны, признавались ей, что они сами отдельные темы по алгебре, физике и другим предметам поняли только после ознакомления с ее методикой.)

Справедлива ли такая официальная оценка? Думается, она скорее прикрывает весьма неприглядные стороны нашей массовой системы образования. Ведь чтобы последняя могла воспринять новаторские подходы, ее нужно решительно реформировать, изменить подготовку самих учителей, изменить, в конце концов, принцип отбора в педагогические вузы.

Система Елены Сомиш удобна для обучаемого, для ребенка. Но она страшно утомительна для среднестатистического педагога. Во-первых, она требует от учителя безупречного владения предметом, любви к своему предмету. Во-вторых — любви к детям и безграничного терпения. В-третьих — индивидуального подхода к каждому ребенку: учитель должен учитывать уровень знаний каждого ученика.

Кто хоть немного знаком с нашими школами, поймет, что методика Сомиш действительно не имеет шансов на массовое внедрение. Да только ли она неприемлема для нашего образования! А признанные в мире педагогические принципы Монтессори нашим образованием — осваиваются?!

Только новатор может оценить новатора! Создатель уникальной методики лечения детского церебрального паралича Владимир Козявкин (Герой Украины, заслуженный деятель науки и техники, доктор медицинских наук, профессор кафедры медицинской реабилитации Национальной медицинской академии последипломного образования), к которому в Трускавец привозят пациентов со всей Европы, издал и распространяет книгу Елены Сомиш.

В широкой продаже книги нет — ее тираж составляет всего 1000 экземпляров, для большего у автора методики нет средств. Хотя потребность такого пособия, по некоторым наблюдениям, налицо. Мама одной из бывших учениц Елены Григорьевны организовала в Бирмингеме школу для русских эмигрантов, где обучает детишек именно по этой книге, а в Москве кузина другой ученицы Елены Григорьевны, пользуясь наработками Сомиш, учит детей в школе для умственно отсталых.

Так что по книге можно заниматься и без специальных тренингов — было бы желание. Хотя с тренингами эффект, конечно же, был бы большим, поделилась Елена Григорьевна с корреспондентом «2000», — ведь в книгу попали не все секреты.

На занятиях Елены Сомиш бывает много иностранных гостей — все уходят «с открытыми ртами». Не исключено, что кто-то где-то также начал применять передовой львовский опыт...


Загрузка...
Загрузка...

Однофазные стабилизаторы являются выгодным решением...

В большинстве случаев однофазные стабилизаторы напряжения обходятся дешевле...

От Вернадского до НАСА

Новая страсть технически развитой молодежи — хакатоны и конкурсы стартапов —...

Ворьё

Защита интеллектуальной собственности явно не входит в число приоритетов украинских...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Блоги

Авторские колонки

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка