Корж: о детях, доме в Конче и скандале с Захаровой

№28-29 (469) 10 - 16 июля 2009 г. 10 Июля 2009 0

Минимум дважды в Верховной Раде его «женили» и столько же «разводили».

Что любопытно, Виктор КОРЖ, экс-министр по делам семьи, молодежи и спорта, депутат, член фракции ПР, замглавы парламентского комитета по вопросам здравоохранения и «спортивный» министр оппозиционного правительства, президент Федерации гимнастики Украины и вице-президент Национального олимпийского комитета, все эти слухи о «женитьбах» и «разводах» не только не комментировал, но вообще на них внимания не обращал.

А «женили» его а) на дочке Андрея Кожемякина, коллеги по парламенту из фракции БЮТ, б) на телеведущей г-же Марченко, нынешней супруге Виктора Медведчука, которая в первом браке была замужем за человеком по фамилии Корж.

Ну, соответственно, с этими же дамами парламентская молва «браки Коржа» и «расторгала».

Спросила Виктора Петровича: он хотя бы знаком с «настоящими» Коржами (с тем, кто в действительности вел под венец дочь Кожемякина, и с тем, кто женился-разводился с телеведущей)?

Нет, говорит, и слыхом не слыхивал.

— Хотя на самом деле, — пошутил собеседник, — жениться нужно два раза. Первый и последний... Но в любом случае мне приятно, что до сих пор произвожу впечатление «потенциального жениха». И не выхожу из этой категории.

Путаница с однофамильцами (только в ВР их трое!) лично на нем сказалась только однажды. Это когда пришел в кассу Верховной Рады получать зарплату.

В ведомости за него другой Корж расписался.

— Который? — уточнила я у собеседника. — Из БЮТ, Виталий Терентьевич? Или из «Регионов», Павел Петрович?

— Уже не помню, — ответил Виктор Петрович.

Тем более инцидента как такового не произошло: бухгалтерия выяснила — по ошибке один Корж расписался за другого.

Деньги «этому» Коржу все равно выдали.

«Самая красивая в Харькове»

«...А вообще-то Корж, — говорит Виктор Петрович, — известная фамилия в медицинском мире. Например, мой однофамилец — директор Харьковского института травматологии, уважаемый специалист не только в Украине, но, думаю, и в мире».

Со своей будущей женой Тамарой Виктор познакомился в мединституте.

«Она была самой красивой девушкой не только в вузе, но и в городе Харькове, — уверен в этом и спустя почти 30 лет супружеской жизни. Хотя наши отношения в институте были довольно сложными. Поскольку я постоянно находился на сборах, пытаясь совместить несовместимое: учебу и большой спорт.

Поэтому короткие встречи с Тамарой в Харькове не всегда носили романтический характер. Впрочем, к пятому курсу мы все-таки поняли, что друг без друга жить не сможем.

Ее отец — доцент Харьковского института коммунального хозяйства, а мама работала на кафедре микробиологии мединститута.

И я до сих пор благодарен ее родителям, что они оставили свои должности, отказались от карьеры, оставили только по несколько часов преподавания в институтах, как только в семье появилось прибавление: наши сыновья, двойняшки.

Все время, пока жена находилась в роддоме, я стоял в больничном коридоре.

Малышей принимали наши коллеги-врачи. И, откровенно говоря, никто из них не давал гарантии: выживут ли дети и выживет ли Тамара?

Просто были очень сложные роды.

Там было все: реанимация, капельницы, целую неделю ей не приносили «бирочки», где проставляется вес, рост детей... Если не приносят, роженица понимает: или не выжил ребенок, или еще жив, но нет уверенности, что так будет и дальше.

Семь суток отчаяний и тревог — вот что я запомнил за те первые весенние дни (дети родились 4 марта), которые простоял в коридоре роддома.

Мне даже кажется, что именно тогда я быстро повзрослел, ветер выветрился из головы. И я понял, что в моей жизни наступает другой этап...

По молодости, особенно когда ездишь со сборной по всему миру, хочется «покрасоваться» среди сверстников. В 70-е годы мы приезжали из-за границы в модных джинсах и с пепси-колой. Это было круто!..

А я ж фактически с 14 лет зарабатывал в спорте, во всяком случае в 16—18 лет — по 200—300, а то и 400 рублей. Очень приличные по тем временам суммы.

Так вот если раньше наиважнейшим для меня был велоспорт и победы в нем, то теперь самое главное — моя жена и сыновья».

Имена мальчишкам, скорее, даже не придумал, а просто первым их произнес Виктор Корж.

— Петр и Алексей! В честь дедушек, — говорит собеседник. — Один малыш был просто-таки копией моего отца, а второй — абсолютной копией отца Тамары... И сегодня мы видим в сыновьях продолжение наших отцов: и в характере качества эти проявляются, в манере поведения. И, конечно, во внешности.

Побежали в разные стороны

«...Несмотря на то что я считался очень перспективным велосипедистом, членом сборной Украины, в то время мне уже присвоили звание мастера спорта СРСР международного класса... Так вот когда стал отцом, решил уйти из большого спорта.

Дети родились не близнецами, а двойняшками. А это значит, что у них — разное телосложение, характер и даже ритм жизни.

Они просыпались в разное время. Точно так же — в разное время требовали кормления и, соответственно, — каждый в «свое» время засыпал. Но учитывая, что оба младенца были крайне активными, то в течение первых 6—7 месяцев мы, родители, практически не спали.

Если один ребенок просыпался 5 раз в сутки, то и второй — столько же. Причем каждый из них, просыпаясь, тут же старался разбудить и брата...

И мне казалось, что когда мальчишкам исполнится по году, они начнут ходить, — нам будет легче.

Но они не пошли, а сразу побежали, причем в разные стороны.

И я понял, что треволнения за детей во мне будут всю жизнь.

Наверное, и сейчас, когда им по 27, я так же волнуюсь. Вспоминаю слова своей бабушки: «До тех пор, пока мы живы, наши дети останутся для нас просто детьми». Будем нервничать из-за них по любому поводу, интересоваться, где они были, если не пришли домой до 12 ночи... Конечно, такие вопросы вызывают жуткое возмущение у великовозрастных моих сыновей, но... Они все равно для меня такие же мальчишки, как много лет назад».

В доме у Коржа всегда была «куча колес», т. е. кроме нескольких велосипедов, еще и множество «составляющих» — колеса для разминки, для индивидуальной гонки, для шоссе и для трека и т. д.

Отец купил велосипеды и сыновьям, чтоб те «змалечку» приобщались.

Но вообще-то решил, что пусть занимаются любым видом спорта — к чему душа лежит. Не обязательно велосипедом.

И это было мудрое решение.

Мальчишки занялись гимнастикой.

«Пользуясь случаем, — говорит Виктор Петрович, — всем родителям, читающим «2000», хочу посоветовать: чтоб их дети в самом юном возрасте занимались гимнастикой. Это огромнейший плюс физическому развитию детского организма. Ни один спорт не дает больше пользы, чем гимнастика.

Сыновья позанимались гимнастикой ровно столько, сколько нужно для того, чтоб подтягиванием на перекладине укрепился организм. Мальчики стали стройными, мышцы — крепкими, достаточно был накачан пресс. И тогда я начал их сдерживать в спортивных рвениях.

Может быть потому, что сам знал плюсы и минусы большого спорта. И просто не хотел, чтоб это все испытали на себе мои дети.

Никогда не забуду, как Нина Кожух... Очень известный тренер по плаванию, таких звезд воспитала, начиная с 1964 года, с Мехико! Все ее спортсмены были на Олимпийских играх. Кстати, Яна Клочкова — тоже ее воспитанница...

Так вот когда Нина Федоровна увидела моих детей, болтающихся в харьковском динамовском бассейне, — сказала: «Вот этот — пловец. А второй — не пловец!»

Кто может плыть «как щепка», а кто — хоть всю жизнь тренируйся, все равно будет тонуть, — опытные пловцы определяют сразу же.

Как бы примитивно это ни звучало, но разница в тяжести опорно- двигательного аппарата, фактуре, сложении тела, пропорциях, размахе рук и т. д. определяет одного «пловцом», а другого — нет.

Петя оказался «не пловцом», а Леша на воде был — как «щепка». И когда знаменитый тренер это увидала воочию, тут же сказала: «Я из этого мальчика сделаю звезду».

Но я этого не хотел. И до сих пор не знаю: правильно поступил или нет, что спортивная карьера не стала смыслом жизни для моих сыновей».

Врач стадионного медпункта

«...Честно говоря, даже не знаю, как бы сложилась моя судьба, если бы после института пошел в аспирантуру, как того хотела блестящий мой педагог, академик Любовь Малая.

Будущую свою «динамовскую карьеру» начинал с врача харьковского стадионного медпункта.

Как только об этом узнала Любовь Трофимовна, тут же позвонила моему отцу, проректору Харьковского государственного университета.

«Ваш сын — в числе всего лишь троих выпускников мединститута, кому я поставила «отлично» по госэкзамену и предложила поступать в аспирантуру. Но он отказался! И я думаю, — сказала академик, — Виктор просто сумасшедший! Потому что через 2 года он бы у меня стал кандидатом медицинских наук!»

А я на самом деле бредил спортивной медициной. И хотел доказать, что в нашей стране это не просто возможно, но и перспективно.

В течение нескольких лет (это ж еще Союз был) мы добились в Москве выделения денег на то, чтобы в Харькове появился такой спортивный диспансер!»

— А потом — через много лет — было множество скандалов, связанных с динамовским имуществом в Харькове, — прервала я воспоминания Виктора Петровича, возвращая его, так сказать, к реалиям.

К моему удивлению, собеседник совершенно безразлично отнесся к «ремарке».

— Общество «Динамо» при Союзе было могучей империей. Не только спортивной. К сожалению, то, что происходит с остатками этой империи, особенно в Украине, — это уже деградация и фактически его гибель. Ну пускай не так резко, более оптимистично выражусь — «на грани краха». Но суть та же.

«...Прежде в «Динамо» была не только особая спортивная инфраструктура, стадионы, но и потрясающая материально-техническая база. Целая сеть фабрик, заводов, различных хозрасчетных предприятий, которые приносили многомиллионные прибыли.

Развивалась наука — спортивная медицина, одной из составляющих которой стал и тот спортивный диспансер... И я горжусь, что то было мое детище.

Что касается вообще динамовского имущества — никто самолично распоряжаться им не мог. Руководящий орган — коллегиальный, президиум центрального совета «Динамо», который находился в Киеве, а не в Харькове.

В состав этого органа входили более 20 генералов, представляющих все правоохранительные структуры республики. Поэтому решения — любые, особенно «имущественные», принимались «генералитетом». А если говорить о Корже, то он был просто исполнительным директором. Сначала в Харькове, потом в Киеве».

— Так вы ведь тоже генерал...

— Генерал-майор милиции! — поправил Корж.

— Несколько лет назад, когда вы были при власти, то бишь возглавляли Министерство по делам семьи, молодежи и спорта, а БЮТ, наоборот, — оппозицией, кто-то из дотошных бютовцев то ли зарегистрировал, толи только хотел зарегистрировать проект о лишении вас генеральского звания.

— Не слыхал об этом... Звание получил по представлению бывшего министра МВД Юрия Смирнова... А за что лишать? Откуда мое звание? Я отвечал за общество «Динамо» с его фантастическими объемами... 12 тысяч детей, занимающихся спортом. Несколько десятков спортивных школ... Управление 15 промышленными предприятиями, которые выпускали спортивную форму, инвентарь. Шили обмундирование для потребностей не только МВД, но и всех правоохранительных органов. Более того, я отвечал и за боевую и спортивную подготовку личного состава МВД.

— Генеральскую форму надеваете?

— Два или три раза, наверное, на День милиции... Вот вы сказали, что меня кто-то там хотел лишить звания. С 2005 года в мой адрес было вылито столько грязи, и в течение нескольких месяцев я должен был из-за этого ходить в прокуратуру, давать показания, что не хочется об этом вспоминать.

«Насчет звания — когда-то один кадр, из нынешней генерации политиков, спросил: «Виктор, сколько ты заплатил за генеральские погоны?» И я ему ответил: «Это так же по-идиотски звучит, как если б ты спросил, сколько я заплатил за звание мастера спорта международного класса. Понимаешь, у спортсменов есть круг вращения... Нечестным «мастером спорта международного класса» в серьезном спорте быть нельзя. Тебя заплюют твои же товарищи. Так и здесь!»

История конфликта

И все же самый громкий из скандалов, связанных с Виктором Петровичем, разразился — в прямом смысле слова — с подачи Стеллы Захаровой, олимпийской чемпионки СССР по спортивной гимнастике.

«Мне стыдно, что Партия регионов взяла Коржа в свой список», — вот что сказала она на одной из своих прошлогодних пресс-конференций по поводу конфликта с президентом Федерации гимнастики Украины, вице-президентом Национального олимпийского комитета.

— Да, я читал, что чего-то там стыдно... — безо всяких эмоций произнес мой собеседник.

Чувствовалось, не хочется ему продолжать тему, но я настаивала, и Корж уступил.

«... С Захаровой я познакомился в то время, когда она вместе с мужем Виктором Хлусом вернулась из Швеции в Украину... Не помню, сколько они там лет пробыли... Короче, в Киеве она пришла ко мне как к руководителю общества «Динамо». Сказала: «Я хочу проводить турнир». Лилю Подкопаеву, Катю Серебрянскую, Валеру Гончарова, Рустама Шарипова знаю давно, они наши воспитанники... А с Захаровой до того дня мы вообще никак не сталкивались.

Она хотела моей поддержки в турнире имени ее самой. Понятно, что поддержка материальная. Я ей говорю:

«Стелла, деньги — хозрасчетные. То есть общество распоряжается тем, что зарабатываем. Чем смогу — помогу, но чтоб ты понимала... Смотри: вот наш календарь. Тут все расписано — на нужды, на подготовку к Олимпийским, на детские турниры, спортивную работу с сотрудниками правоохранительных органов, на спартакиады и так далее. Поэтому если хочешь свои турниры проводить и дальше — думай сама. Ищи точки опоры, спонсоров».

Мне казалось, что человек понял... Но через год она попросила сумму уже в несколько раз больше. Условно, если первый раз ей нужно было 20 тысяч гривен, то в следующий — уже тысяч 200. На призы и на все такое.

«Стелла! — говорю ей. — У нас бюджет сформирован. И нет такой статьи расходов, как турнир имени тебя. Я ж тут не барин, чтоб деньгами направо-налево разбрасываться! Во-первых, все расписано, во-вторых, для нас твой турнир не является приоритетным! Есть масса более серьезных вопросов, которые требуют затрат. Вот сейчас готовимся к Олимпийским играм. Мне надо сделать капитальный ремонт зданий и т. д».

Она меня выслушала и произносит что-то типа того: «Если ты не понимаешь по-хорошему, то я все равно добьюсь! И ты эти деньги мне дашь».

Отправилась к министру внутренних дел, тогда был Билоконь. Стала ему говорить, мол, Корж не понимает: что в спорте важно, а что — неважно...

А я ей говорю: «Дорогая! Повторяю: мы не будем работать на твой турнир, потому что он — второстепенный. Это — раз. И — два: при такой постановке вопроса мне вообще хотелось бы воздержаться от контактов с тобой. На меня давить бесполезно. А жаловаться — просто неприемлемо».

Мало того, еще пытался по-хорошему объяснить, что в Федерации есть главный специалист по гимнастике — Людмила Турищева, которая, как и все главные спортивные специалисты, делает проект запроса в «динамовский» бюджет на следующий год. У нас есть комиссия, которой каждую цифру — что требуется профинансировать и в каком объеме — надо доказывать. А уже потом определяемся, что важно, а что нет.

Кубок Дерюгиной — важно. Он официальный, находится в официальном календаре Международной федерации гимнастики.

Но, извините, Ирина за это воевала многие годы, добиваясь признания мира, поэтому на ее турнир приезжают сильнейшие команды всех стран, элита!.. Кстати, знаете ли вы, что спонсором первого турнира «Кубок Дерюгиной», проведенного в 1992 году, обеспечившим его уверенный старт, была фирма «Довіра», которой тогда руководил Сергей Кичигин, ваш нынешний главный редактор...

Чувствовалось, что собеседник хотел бы продолжить эту тему, но я вернула его к Захаровой.

— Короче, Захаровой я сказал: ради твоего Кубка мы не будем менять график подготовки к престижным международным соревнованиям».

— То есть все-таки конфликт был из-за денег?

— Я ей объяснил: поскольку и мы, и ты, судя по всему, просим деньги в одних и тех же местах — в Министерстве по делам молодежи и Киевской мэрии, то ты все-таки показывай им реальную смету... К тому же, если ты устраиваешь турнир имени себя и от своего именного фонда, так и не проси у государства. Будь сама себе меценатом!

— Она показала реальные сметы?

— Да ни одна живая душа по сей день их не видала! Потому что то, что она предъявляла — трехмиллионные сметы! — и отправляла их в министерство, кроме гомерического смеха, ничего не вызывали. У меня до сих пор хранятся копии ее смет. Но главное, человек, претендующий на уровень профессионала, всех считает полными профанами! Потому что любой, мало-мальски понимающий в проведении любых турниров, знает: есть нормативы — на призовые, на проживание, на аренду и т. д. А у нее десятки тысяч — на создание очередных фильмов о ней, на приемы с икрой и коньяками, на вип-залы и цветочную продукцию — сотни тысяч! Это как?

В соседях — Кузьмук и Табачник

Сыновья Петр и Алексей - копии дедушек

Семейство Коржей живет в Конче-Заспе.

— Строили мы его на две семьи. Вторая — наши родственники, тоже врачи. Они сейчас живут в Америке, в Аризоне, — рассказывает Виктор Петрович. — Уехали они не от хорошей жизни. Когда эта интеллигентная семья молодых специалистов получила «в зубы» по 120 рублей и поняла, что с маленьким ребенком просто вытянет ноги, — стала искать путь: где работать по специальности и нормально существовать. Поэтому в другой стране они и стали врачами высшей категории, теперь зарабатывают по 500 тысяч долларов в год, путешествуют, приезжают каждое лето в Украину. Так что сейчас мы снова вместе, как когда-то в Харькове.

«Вообще тот, кто пожил в доме, на природе, в городскую квартиру не возвращается! Так и мы. Не думаю, что вернемся на постоянно в Киев.

Участок в Конче купили давно... Искали такой, чтоб за приемлемые деньги. Вложили в него тогда почти все, что могли. Но сейчас он, наверное, стоит раз в десять больше вложенных средств.

И дом там построили двухэтажный... С мансардой — там у меня кабинет. Есть бильярдная, сауна, маленький бассейн. А вокруг дома — великолепный сад.

Через дорогу от нас живет Александр Кузьмук. Вот недавно впервые был у него в гостях. Удивительная коллекция оружия, начиная от кремниевых наконечников, меня просто поразила.

Неподалеку от нашего дома живут семьи Дмитрия Табачника и Эдуарда Прутника. В гости в принципе один к другому не ходим — нет времени, все заняты.

Мои сыновья пока не женаты. Петя закончил Харьковскую юракадемию. Второй сын — Алексей — в 17 лет уехал к родственникам в США, закончил там университет и с дипломом возвратился домой. И вместе с братом пытались заняться бизнесом как частные предприниматели.

У мальчишек я спросил, просто мне интересно стало: сколько ж они за 2008-й заплатили налогов? Оказалось, больше, чем заработали. Фактически их бизнес остановлен.

Честно говоря, наша семья — так уж все воспитаны — никогда «с протянутой рукой» не жила. Пытались понять законы рынка и следовать им. И хоть системного большого бизнеса нет, но в каждый период времени вкладывали деньги в различные инвестиционные проекты, в основном связанные с недвижимостью.

«И все-таки, — напоследок говорит Корж, — важно то, что я ни при каких обстоятельствах себя не унижу из-за денег».

Когда мы прощались в кафе отеля «Киев», у входа в гостиницу его уже ожидали.

Это были сыновья Виктора Петровича. Они просто не виделись с отцом почти неделю.

Потому что отец часто в разъездах.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

Освобождение под залог воспринимают негативно из-за...

Залог – явление в украинской практике относительно новое

Румынский Бангладеш

Можно предположить, что для широкой украинской публики этот всемирно известный бренд...

Владимир Жбанков: «По-украински я читаю свободно, но...

Владимир Жбанков рассказал «2000» о том, как он одолел «Улисса» по дороге на...

Premier Hotel Dnister – место для организации роскошных...

Premier Hotel Dnister рассчитан на удовлетворение самых разнообразных запросов своих...

Сон на Олимпе и в окрестностях

«У них что, нет войны? Или в сутках по 40 часов вместо наших 24?»

Сумасшедший бестселлер Черновецкого

Бывший мэр Киева написал мемуары,в которых рассказал правду о бизнесе, политике,...

Загрузка...

Тренд Сковороды

Нерадивых студентов Сковорода характеризовал как «весьма туп» или «сущий...

Почему голливудская звезда Али установлена на стене?

Чтобы коснуться звезды Мохаммеда Али, надо уметь порхать как бабочка, следуя...

Раулю Кастро — 85!

Братья Фидель и Рауль Кастро — настоящие монолиты, подобные египетским пирамидам,...

Маресьев был один. «Мересьевых» — много

20 мая — 100 лет со дня рождения Алексея Маресьева (1916—2001)

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Блоги

Авторские колонки

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка