Коротко о главном

№47(797) 25 ноября — 1 декабря 2016 г. 23 Ноября 2016 0

Снова в книжном обозрении «2000» малая проза. А именно: очередной сборник рассказов нобелевского лауреата 2013 г. самой известной ныне канадской писательницы Элис Манро; очень личная книга израильтянина Этгара Керета, в которой смешное соседствует с грустным и с трагическим; сборник эссе Андрея Бондаря, чье отсутствие в лонг-листе «Книги года Би-би-си» воспринимается как нонсенс; и коллективный портрет украинского рода от конца ХIХ до середины ХХI века, созданный усилиями семи отечественных писателей

Чужие свои

Автор: Элис Манро

Название: «Луны Юпитера»

Язык: русский перевод с английского

Издательство: СПб.: «Азбука», 2015

Объем: 320 с.

Оценка: 6*

Где купить: knigograd.com.ua

До 2013 г. на русском не было издано ни одной книги Элис Манро. С 2013-го по 2015-й в «Азбуке» вышло восемь. Все-таки Нобелевская премия при всех ее недостатках — штука полезная, благодаря ей у нас появляется возможность читать хороших писателей, на которых раньше издатели внимания не обращали. Речь, конечно же, о российских издателях. Случай с Манро — отличная иллюстрация к разговорам о грядущем ограничении импорта российских книг. В частности, к тезису записных патриотов о том, что отечественные издатели быстренько устроят нам импортозамещение. Не устроят, не надейтесь.

Напомню, что Манро — несколько необычный нобелевский лауреат; конечно, не такой, как Боб Дилан, но тем не менее. За свою

50-летнюю творческую карьеру она не написала ни одного романа, и наградили ее исключительно за малую прозу. Точнее, одна из ранних книг Манро, вышедшая в 1971-м «Жизнь девочек и женщин», все-таки именовалась романом, но в действительности представляла собой подборку связанных между собой рассказов. «Луны Юпитера» — тоже образец относительно раннего творчества канадской писательницы. В оригинале этот сборник из двенадцати текстов вышел в 1982 г.

Манро считается специалистом по психологической прозе о рутинной жизни, однако среди ее рассказов попадаются и остросюжетные новеллы, и тексты, где происходят события, которые никак нельзя назвать обыденными. К примеру, в сборнике «Слишком много счастья» можно обнаружить и тройное детоубийство (рассказ «Измерения»), и историю о том, как две девочки-подростка топят в летнем лагере третью только за то, что она кажется им несимпатичной и приставучей. Однако в «Лунах Юпитера» ничего подобного нет. Истории в этой книге вполне ординарные.

Например, в двойном рассказе «О Шадделеях и Флемингах» в полном соответствии с названием речь идет о двух кланах родственников героини, резко различающихся между собой. На обеих ветвях генеалогического древа расселись многочисленные тетушки, никогда не выходившие замуж и не имевшие детей, только с одной стороны — веселые легкомысленные гедонистки, а с другой — мрачные замкнутые ригористки. При этом и к тем, и другим рассказчица симпатии не испытывает. Для нее это абсолютно чужие люди, кровное родство с которыми она воспринимает как недоразумение и чуть ли не наказание.

Один из самых показательных рассказов книги «Миссис Кросс и миссис Кидд» посвящен двум старушкам, знакомым между собой с раннего детства, почти восемьдесят лет. Казалось бы, закат жизни, дом для престарелых — какие могут быть счеты между настолько давними закадычными подругами, тем более что «люди помоложе воображают, что время стерло все различия между ними»? На самом деле различия никуда не делись, но главное, что кроме дружеской приязни в отношениях между женщинами присутствует масса не самых добрых чувств. Старые обиды, случившиеся более полувека назад, на склоне лет снова приобретают актуальность.

По существу во всех двенадцати рассказах сборника центральной темой становятся близкие отношения самого разного рода: между супругами, между любовниками, между родителями и детьми или, как уже было сказано, между двумя старыми подругами. Все эти отношения как минимум сложны и запутаны, иногда утомительны и болезненны, а порой и вовсе мучительны. Манро описывает их с редкой наблюдательностью и исключительной точностью. В той своей фирменной манере, благодаря которой New York Times причислила ее к лучшим мастерам короткой прозы всех времен и народов.

Искренность на экспорт

Автор: Этгар Керет

Название: «Семь тучных лет»

Язык: русский перевод с иврита

Издательство: М.: «Фантом Пресс», 2016

Объем: 224 с.

Оценка: 5*

Где купить: knigograd.com.ua

В апреле нынешнего года Этгар Керет был одним из самых популярных гостей «Книжного Арсенала». Встреча с ним прошла при аншлаге — читатели по достоинству оценили сборник «І раптом стукіт у двері», вышедший в украинском переводе Андрея Бондаря. Стоит отметить, что Бондарь переводил книгу не с иврита, а с английского перевода, потому что со сборником «Семь тучных лет» история еще более занятная. Он-то как раз переведен непосредственно с иврита, и переводчик не кто-нибудь, а Линор Горалик. Однако ивритский оригинал в магазинах Израиля искать бесполезно — его не существует.

Причина в том, что «Семь тучных лет» — самая искренняя, самая интимная книга Керета. По существу это его первая сугубо документальная проза: ее персонажами стали ближайшие родные писателя: отец, жена, сын, брат, сестра. С одной стороны, название отсылает к цитате из 41 главы Книги Бытия — пожалуй, ни-кто так обильно не цитирует Библию, как израильские писатели, даже если они при этом атеисты. С другой, в ней действительно описаны события, происходившие в течение семи лет. Среди них выделяются два главных, которые и побудили писателя к созданию книги: смерть отца и рождение сына. Керет решил, что делиться столь сокровенными переживаниями с соотечественниками не следует, поэтому книга выходит только в переводах.

О чем еще пишет Керет? Да практически обо всем на свете. Материалом для рассказа может послужить случайный разговор с незнакомцем («Внезапно все то же»), рекламный звонок из спутниковой телекомпании («Стимул/отклик»), автограф-сессия в книжном магазине («Неискренне ваш»), компьютерная игра Angry Birds («Высота птичьего полета»). Какую угодно заурядную ситуацию, какое бы то ни было ординарное событие Керет с легкостью и непринужденностью опытного иллюзиониста превращает в повод для разговора чуть ли не о смысле человеческого существования.

Это, конечно, довольно общо, но можно и уточнить. В «Воображаемой родине» Керет пишет о своем восприятии Польши, где родилась его мать и жила вся ее родня. В «Пижамной вечеринке» речь идет об истоках ксенофобии, которая даже в нынешней толерантной Европе распространена удручающе широко. В «Долгой перспективе» задержка авиарейса напоминает писателю об отцовском умении «находить хорошее даже в самых неподходящих местах». А в «Нокдауне на детской площадке» автору приходится думать о том, пойдет ли его сын в армию, когда вырастет. Вроде бы нелепый вопрос, поскольку речь идет о трехлетнем ребенке, но израильским матерям он таковым вовсе не кажется.

У прозы Керета множество достоинств. Это и способность к нестандартному взгляду на стандартные ситуации, и располагающая интонация, и подкупающая искренность, и, конечно же, обаятельная самоирония. Когда в апрельском интервью для «2000» я задал ему вопрос о том, не хочет ли он взяться за большую прозу, Керет невозмутимо ответил: «Каждый раз, начиная писать свою очередную историю, я думал: как здорово, наконец-то я создам свой первый роман. Но через пару страниц моего героя сбивал автобус».

Живым и всем прочим

Автор: Андрей Бондарь

Название: «І тим, що в гробах»

Язык: украинский

Издательство: Л: «Видавництво Старого Лева», 2016

Объем: 176 с.

Оценка: 5*

Где купить: knigograd.com.ua

Если в предыдущей книге Андрей Бондарь выступал в роли переводчика, то теперь он будет представлен в качестве автора. Вообще соседство Керета и Бондаря в этом обозрении показательно, и дело не только в том, что второй переводил первого. Они во многом похожи и по мировосприятию, и по манере письма. Оба пишут малую прозу, оба подчеркнуто ироничны, оба строят свои тексты на переходах от частностей к обобщениям. Характерно, что в «І тим, що в гробах» личного-интимного ничуть не меньше, чем в «Семи тучных годах». И уж совсем забавно то, что название книги Бондаря также представляет собой цитату из религиозного текста — а именно из акафиста Воскресению Христову.

Впрочем, есть и отличия. Одно из них состоит в том, что книга Бондаря единой концепции не имеет. Она в гораздо большей мере сборник, поскольку включает в себя рассказы, написанные по совершенно разным поводам на протяжении целых тринадцати лет. Деление на четыре раздела достаточно условно, не случайно вместо названий для них используется нумерация. Кстати, над составлением книги вместе с автором работала критик и литературовед Анна Улюра. Ей же принадлежит пространное предисловие, которое рядом с легкими насмешливыми текстами Бондаря смотрится несколько странно — очень уж оно обстоятельное и академичное.

Интимность у Бондаря куда более рискованная, чем у Керета. Открывает сборник рассказ о двоюродном деде автора («Дід Тодось»), заглавный герой которого изображен довольно резкими сатирическими красками. Впрочем, Бондарь не церемонится не только с родственниками, но и с самим собой. В рассказе «Мені погано» он рассказывает о первых опытах мастурбации, и мне кажется, что добрая половина, если не подавляющее большинство читателей, волей-неволей задумывается над тем, стоило писать о таких вещах или лучше было, извините за каламбур, воздержаться. Я тоже было задумался, но решил, что воздержание хорошему писателю только во вред.

Если для автора романов важно умение строить сюжет, рассчитывать контрапункт, подогревать интригу, раскрывать посредством текста некие большие и важные смыслы, то для сочинителя эссе на первом месте все-таки стиль, а на втором и третьем снова он же. Не обладая эффектной индивидуальной манерой письма, вполне можно стать романистом (примеров в отечественной литературе сколько угодно), а вот эссеистом — черта с два. Парадокс в том, что чтение эссе (в частности эссе Бондаря) обычно доставляет гораздо большее удовольствие, чем чтение романов, но и на книжном рынке, и в литературной среде крупная проза котируется значительно выше короткой.

В этом наверняка одна из причин того, что сборник Бондаря не был подан на участие в «Книге года Би-би-си», где он, на мой взгляд, смотрелся бы выигрышней большинства романов, вошедших в длинный список. В прошлом году жюри премии, в которое тогда входил и автор этих строк, решилось на революционный шаг, впервые отдав предпочтение малой прозе (сборнику рассказов Василия Махно «Дім у Бейтінґ Голлов»). Судя по лонг-листу нынешнего года, где есть и короткая проза (Екатерина Бабкина, Андрей Любка), и эссеистика (Александр Бойченко), история может повториться. Если это случится, ошибка издателей станет очевидной.

Хотели как лучше

Авторы: Сергей Жадан, Юрий Винничук, Ирена Карпа, Фоззи, Андрей Кокотюха, Владимир Рафеенко, Макс Кидрук

Название: «ДНК»

Язык: украинский, русский

Издательство: Х.: «Клуб сімейного дозвілля», 2016

Объем: 240 с.

Оценка: 4*

Где купить: knigograd.com.ua

Идея этой книги принадлежит одному из ее авторов, харьковчанину Александру Сидоренко, который в музыкальном мире известен как Фоззи, участник группы «Танок на майдані Конґо». Она, то есть идея, возникла еще в 2013-м, но в силу известных событий была реализована только три года спустя. Локомотивом и координатором проекта стал Сергей Жадан, чьи организаторские способности ненамного уступают творческим. Авторов поначалу было восемь, но затем один отказался. Кто именно, остается тайной.

«ДНК» представляет собой историю рода Чумаков, растянувшуюся от конца XIX до середины XXI века. Каждому из семи авторов книги достался свой представитель рода, а вместе с ним соответствующее пространство и время. И если со временем особо вольничать не получалось — все-таки хронология чумаковской генеалогии должна была выглядеть правдоподобно, то насчет пространства ограничений не было, и каждый выбрал то, что ему ближе. Неудивительно, что Винничук написал о Львове, Фоззи о Харькове, Рафеенко о Донецке, Кокотюха о Киеве, а Карпа и вовсе о Париже — бывшая девочка-скандал сейчас занимает должность первого секретаря по вопросам культуры посольства Украины во Франции.

В результате вышло, что Чумаков изрядно помотало по миру, семейная жизнь у большинства не заладилась, и друг на друга они не похожи ровно настолько, насколько не похожи между собой писательские манеры, ну, скажем, Винничука и Фоззи. Именно у этих двоих слог ярче всего окрашен жаргоном, но если первый щеголяет галицкими диалектизмами 1940-х, то второй имитирует речь простого харьковского пацанчика 1970-х. Кстати, все тексты написаны от первого лица, но это не помешало Винничуку вывести в качестве героя отъявленного мерзавца. Литературный хулиган в Юрии Павловиче пока что побеждает окололитературного патриота.

На недавней презентации в Киеве Жадан шутил, что книга получилась вполне политкорректной: два из семи рассказов написаны по-русски, а в списке авторов присутствует одна женщина. Кокотюха тут же заметил, что для полной политкорректности нужно было взять в компанию афроукраинца и гея. Вообще презентация получилась на редкость веселой, в то время как книга изобилует историями с трагическим финалом. В частности, рассказ Фоззи посвящен почти забытому ныне ядерному взрыву в Харьковской области в 1972 г., который стал таким же преступлением советской власти против собственного народа, как и умолчание о Чернобыльской аварии.

Если говорить о качестве текстов, то оно соответствует реноме каждого автора; все-таки по уровню писательского дарования Жадан и Рафеенко значительно выше Карпы и Кокотюхи. Порадовал Фоззи — его пролетарская лексика составила неожиданно удачный контраст с фатальностью сюжета. Расстроил Кидрук — разрушительный финал его рассказа, ставший также финалом всей книги, лишен какого-либо идейного содержания. В целом впечатление от «ДНК» похоже на впечатление от всех подобных антологий: замысел в очередной раз оказался интересней, чем его воплощение.

Оценки

7* — великолепно, шедевр
6* — отлично, сильно
5* — достаточно хорошо
4*
 — неплохо, приемлемо
3*
 — довольно посредственно
2*
 — совсем слабо
1* — бездарно, безобразно

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Время от времени

Полноправным героем каждого романа из очередного книжного обозрения является время

Герои вопреки

В каждом из романов нынешнего обозрения есть ярко выраженный главный герой, который...

Время, вперед и назад

У всех романов первого августовского книжного обозрения непростые отношения со...

Знедолені? Нездоланні! Переселенцы, бросившие вызов...

Они оставили свои дома и любимое дело, чтобы спастись от разрывов снарядов и начать...

Пеликан всея Руси

Рассказ о каждой книге нынешнего обозрения можно начать с фразы: «А вот если бы...»

Все поправимо

Донецкий ученый создал лучший в мире украинский онлайн-корректор

День, когда все поют«върви, народе възродени»

После того,как Болгария присоединилась к Евросоюзу, кириллица стала его...

Дела семейные

Две объемные семейные саги, одна небольшая семейная драма и сборник рассказов, в...

Тролля сняли с языка

Сложностей для украинцев, изучающих французский язык, прибавится

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Блоги

Авторские колонки

Ошибка