С оглядкой на историю

№6(806) 10 — 16 февраля 2017 г. 07 Февраля 2017 5

Все книги февральского обозрения посвящены современности, но в каждой присутствует некий исторический шлейф. Австралиец Ричард Флэнаган посредством трагической судьбы своего героя обращается к периоду освоения Тасмании потомками европейцев. Его тезка с одной из самых известных американских фамилий, Ричард Форд, умещает пространное повествование о главном персонаже своей прозы Фрэнке Баскомбе в три дня и две ночи накануне главного национального праздника США. Россиянин Юрий Буйда составил свой новый сборник рассказов из сплошных трагедий, корни которых уходят в социальные разломы постсоветской эпохи. Действие романа юного украинца Мирослава Лаюка заканчивается в наши дни, но начинается сорок с лишним лет назад, в период расцвета брежневского застоя.

Гибель на полтора века

Автор: Ричард Флэнаган

Название: «Смерть речного лоцмана»

Язык: русский перевод с английского И. Алчеева

Жанр: драма

Издательство: М.: «Эксмо», 2016

Объем: 384 с.

Оценка: 5*

Где купить: www.knigograd.com.ua

Очень часто после успеха главного романа писателя издатели берутся за остальные его произведения. Так, после мощного, отмеченного Букеровской премией романа «Узкая дорога на Дальний Север» издательство «Э», подразделение небезызвестного «Эксмо», решило выпустить в свет дебютный роман Ричарда Флэнагана «Смерть речного лоцмана», вышедший в далеком 1994-м. Стратегия в целом верная, хотя нередко бывает, что первые пробы пера молодого автора ожиданий не оправдывают. К счастью, это не тот случай.

Главный герой книги, человек с экзотическим для нашего уха именем Аляж Козини, появляется на свет в итальянском Триесте, имеет словенские и австралийские корни и находит свою судьбу на острове Тасмания, который вполне можно считать вторым центральным героем романа. Судьба Козини незавидная. Уже во второй главе мы видим 36-летнего Аляжа, зажатого между камнями на одном из порогов тасманийской реки Франклин и не имеющего шансов выбраться. За спойлер можно не извиняться: название романа без экивоков сообщает о том, чем все закончится.

Впрочем, доля лукавства в названии присутствует. Аляж не вполне речной лоцман, он просто не слишком удачливый парень, переживший смерть маленькой дочери, разрыв с любимой женой, перебивающийся временными заработками и соблазнившийся предложением подработать гидом на туристическом сплаве. Там злой рок начинает играть с ним в свою любимую игру «чем дальше, тем хуже», и каменная ловушка уже ждет жертву. Смерть Аляжу уготована небыстрая, так что он имеет возможность вспомнить обстоятельства не только собственной бестолковой жизни, но и суровой жизни своих близких и дальних предков.

В результате «Смерть речного лоцмана» превращается в полифонический роман со сложной фабулой, в семейную сагу, охватывающую полтора столетия, в исполненный трагической красоты рассказ о тасманийских первопроходцах. Одной из главных тем книги становятся сложные взаимоотношения человека с окружающей средой, холодное безразличие природы, в любой момент готовое обернуться безжалостной местью за вторжение в ее обиталище.

Флэнагана в излишнем пафосе не обвинить, речь его героев немногословна, проста и довольно груба. Но когда писатель родом из Тасмании переходит от разговоров лесорубов и рыбарей к изображению природы родного острова, в его стиле появляется барочная велеречивость и бурный восторг. Порой сложноподчиненные предложения, живописующие девственные леса, величавые скалы и несущие гибель речные пороги, растягиваются на страницу. И все же в целом «Смерть речного лоцмана» — это роман не столько о природе, сколько о новейшей истории Тасмании, о людях, ставших солью ее земли.

Об упорных мрачных мужчинах, с постоянным риском для жизни осваивавших новые пространства. О потомках бывших каторжников и ассимилированных аборигенов, придумавших себе благородное происхождение. О неизбывной вине колонистов перед коренными жителями острова — последний чистокровный тасманийский автохтон умер еще в XIX в. О страшной цене, которой оплачено нынешнее благополучие острова. Тоже, если верить Флэнагану, довольно относительное, но нам о нем пока что остается только мечтать.

Американская история

Автор: Ричард Форд

Название: «День независимости»

Язык: русский перевод с английского С. Ильина

Жанр: социальная драма

Издательство: М.: «Фантом Пресс», 2016

Объем: 680 с.

Оценка: 5*

Где купить: www.knigograd.com.ua

Ричард Форд написал дюжину книг, и треть из них посвящена Фрэнку Баскомбу, центральному персонажу его творчества. «День независимости» — ключевой и самый известный роман тетралогии о Фрэнке. Опубликованный в 1995 г., он принес Форду Премию ПЕН/Фолкнер, Пулитцеровскую премию и приобрел статус одного из главных американских романов конца ХХ в. Разберемся, почему так случилось и почему при этом «День независимости» более 20 лет не переводили на русский.

Первый роман о Фрэнке Баскомбе, который вышел еще в 1986-м, назывался «Спортивный журналист». Там 38-летний герой бодро и уверенно входил в пресловутый кризис среднего возраста. Писательская карьера Баскомба давно оборвалась и вместо нее нарисовалась журналистская поденщина, довольно унылая для человека с былыми амбициями. После смерти старшего сына он вынужден был развестись с женой (смотрите, точь-в-точь как у Флэнагана!) и гораздо реже видеть сына и дочь. У Фрэнка была подружка, но больших светлых чувств к ней он не испытывал, так что и здесь все шло наперекосяк. В конце того романа Баскомб приходил к выводу, что его жизнь требует срочных радикальных перемен и принимался их осуществлять.

В «Дне независимости» герою 44, жизнь его за шесть лет несколько изменилась, но не сказать, чтобы сильно улучшилась. Фрэнк решил окончательно завязать с опротивевшим ему печатным словом и подался в агенты по недвижимости. Бывшая жена второй раз вышла замуж, и радости все еще скучающему по ней Баскомбу это ничуть не прибавило. Сын Пол дорос до самого трудного подросткового возраста, ведет себя плохо, имеет массу проблем, создает еще больше, и Фрэнк не знает, как с ним управиться. С новой подружкой не проще, чем со старыми, — чертовой, как ее там, любви по-прежнему нет. Все действие 600-страничного романа умещается в трое жарких июльских суток — не совсем по-джойсовски, но близко. При этом манера письма Форда, как обычно, не слишком торопливая, событий происходит немного, зато любая реплика в диалоге может вызывать долгие экскурсы в психологические глубины его участников. И все же второй роман тетралогии о Баскомбе более динамичный, чем первый, отличается более напряженным сюжетом, дает более широкую и яркую панораму американской жизни. Грубо говоря, «День независимости» просто-напросто интересней «Спортивного журналиста».

За три дня во всех областях своей жизни — в работе, в путешествии с Полом, в спорах с бывшей женой, в выяснении отношений с любовницей — Баскомб терпит одно поражение за другим и к финалу выглядит совсем уж безнадежным лузером. Но 4 июля становится для него своеобразным исцелением, восстановлением утраченной гармонии и обещанием новых надежд. Получается, что это день независимости не только для страны, но и лично для него, Фрэнка Баскомба. В конце концов, ему только 44, все еще впереди, и Ричарду Форду предстоит написать о своем любимом герое еще как минимум две книги.

Почему же «День независимости» до сих пор не издавали по-русски? Да потому что главное достоинство книги одновременно является его главным недостатком для читателя не из США. Это очень американский роман — укорененный в американской традиции, с превеликим множеством американских реалий, с замечательным исследованием американской ментальности. Не скажу, что современному русскоязычному книгочею всего этого не понять, но многие темы в романе Форда могут оставить его безучастным.

Варенье в гробу

Автор: Юрий Буйда

Название: «Покидая Аркадию. Книга перемен»

Язык: русский

Жанр: сборник рассказов

Издательство: М: «Э», 2016

Объем: 320 с.

Оценка: 4*

Где купить: www.knigograd.com.ua

Интересно, как выглядит проза Юрия Буйды на других языках. Переводчики наверняка мучились, пытаясь понять, каким образом на английском-немецком-французском передать присущее его текстам сочетание причудливой цветастости автора и брутальной прямоты его героев. Вот, например, в «Синей крови» было такое: «Вернувшись домой, Ида стала перебирать платья. Тициановое, пюсовое, гридеперлевое, камелопардовое, вердепешевое, бистровое, циановое... шафрановое или шамуа...» И там же: «Мне в субботу не насрать, сколько он читает».

Буйда гремел во второй половине девяностых, потом ушел в тень. В 2010-е вернулся — в частности, с процитированной выше «Синей кровью», определенно лучшей книгой этого периода, хотя в призовую тройку «Большой книги» попала не она, а автобиографическая «Вор, шпион и убийца». Все же следует признать, что конек Буйды не крупная проза, а малая, и тут намечается любопытная коллизия, поскольку «Покидая Аркадию» — это как бы и та и другая. По существу новая книга представляет собой сборник новелл, но в реквизитах значится романом.

Известное дело, что из коммерческих соображений издатели нынче норовят назвать романом что угодно. Иногда в этом и впрямь есть резон. У того же Буйды сборники рассказов прошлых лет почти всегда объединены общим местом действия и переходящими из текста в текст персонажами. Однако в новой книге ничего этого нет. Вошедшие в нее одна повесть и 12 рассказов формально между собой никак не связаны. Кстати, в том, что текстов в сборнике всего тринадцать, то есть чертова дюжина, можно увидеть некий смысл. Очень уж они специфические, почти инфернальные.

Буйда всегда был замечательным рассказчиком всевозможных житейских историй, зачастую довольно мрачных и жестоких, но в «Покидая Аркадию» он по части мрачности и жестокости превзошел сам себя. Во всех новеллах сборника присутствует смерть — от тихой кончины вследствие естественных причин до кошмарных убийств, изображенных с каким-то зловещим упоением. Герои «романа» идут по трупам порой не только в переносном смысле, как Нора Крамер из одноименной повести, открывающей книгу, но и чуть ли не в прямом.

Формальной связи между рассказами действительно нет, но по духу они во многом близки между собой, даже несмотря на то, что действие одного из них может происходить в богемной среде Москвы, а другого — в избе посреди глухого леса. Можно не сомневаться, и в одном, и в другом случае без убийства не обойдется, разве что первое будет истерически-отчаянным, а второе нечеловечески хладнокровным. Трагедия здесь настолько норма, что ее начинают удобно обживать. Скажем, героиня рассказа «Особое чувство» держит в квартире гроб для смертельно больного мужа, а пока тот не умер, хранит в нем банки с вареньем. А что, удобно.

«Покидая Аркадию» для Буйды действительно стала своеобразной книгой перемен. Кажется, впервые он выпустил сборник рассказов, посвященный исключительно современности, и при этом полностью пренебрег мистикой-фантастикой, характерной для многих его сочинений. Не то чтобы получилось неудачно, но все же того обаяния, которое присуще большинству предыдущих книг Буйды, в нынешней как-то поменьше.

Вечная Мария Васильевна

Автор: Мирослав Лаюк

Название: «Баборня»

Язык: украинский

Жанр: социальная драма

Издательство: Л.: «ВСЛ», 2016

Объем: 304 с.

Оценка: 3*

Где купить: www.knigograd.com.ua

Мирослав Лаюк начинал как поэт, выпустил три книжки стихов и в свои скромные 26 успел получить семь поэтических премий. В минувшем году решил попробовать себя в прозе (какой молодой поэт не мечтает стать молодым прозаиком!), и тоже как бы удачно. Дебютный роман писателя, родившегося в селе Смодна Ивано-Франковской обл. и ныне обитающего в Киеве, сразу же попал в топ-пятерку «Книги года Би-би-си». Впрочем, если судить по гамбургскому счету, это не бог весть какой успех. Уж больно невелика конкуренция: ни одного по-настоящему качественного романа 2016-й отечественной литературе не принес.

Героиня книги — школьная учительница биологии Мария Васильевна. В начале 1970-х ей под тридцать, у нее муж-подполковник и любовник-лесник, приятельствующие между собой. Ничем хорошим это закончиться не может и действительно ничем хорошим не заканчивается. В середине 2010-х Марии Васильевне 71, она по-прежнему учительствует и тиранит детей в той же неисправимой советской манере, в какой тиранила 40 лет назад. Собственно, образ деспотичной училки Марии Васильевны, чье имя собственное у Лаюка постоянно норовит превратиться в нарицательное, можно считать главной удачей романа.

С остальными образами, идеями и сюжетными линиями вышло похуже. Тема преследования плохим особистом хорошего повстанца отдает набившей оскомину конъюнктурой. 1970-е автор, родившийся в 1990-м, знает постольку-поскольку и порой дает петуха. Например, в 1973 г. в ресторане музыкантов просят исполнить Пугачеву, которую на самом деле до 1975-го в СССР еще никто не знал. Истории, из которых составлена «Баборня», не слишком удачно совмещаются между собой, из-за чего роману явно недостает цельности. Режет слух стилистическая эклектика: авантюрно-детективная линия выглядит искусственной, сатирические фрагменты плохо сочетаются с драматическими, сарказм рядом с трагедией порождает диссонанс.

Таким же диссонансом звучат некоторые диалоги. Вот, например, Мария Васильевна говорит своей подруге-завучу: «Я таким чином здійснюю свою педагогічну просвітницьку мету: закріплюю за помідором таку звичну для ягоди ознаку, як солодкість». Можете себе представить, чтобы две школьные учительницы из райцентра разговаривали подобным образом? Еще одна типичная беда «Баборни» — пресловутая приблизительность, по которой хорошую прозу легко отличить от посредственной. В хорошем тексте в описании интерьера будут названы конкретные предметы мебели с их конкретными особенностями, характерными для данной эпохи. А у Лаюка: «Найдорожче обставлена з наймоднішими шторами».

Слово «баборня» на гуцульском диалекте означает «дом престарелых», но в богадельню действие заглядывает лишь пару раз и совсем ненадолго. Название на самом деле служит метафорой. Лаюк написал роман о советском наследии в постсоветской Украине, его Мария Васильевна — символ инертности и косности не только нашего образования в частности, но и нашего социума в общем. Получилось так себе, но для 26 лет и дебюта, можно считать, приемлемо.

Оценки:

7* — великолепно, шедевр
6* — отлично, сильно
5* — достаточно хорошо
4* — неплохо, приемлемо
3* — довольно посредственно
2* — совсем слабо
1* — бездарно, безобразно

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

Живопись, город, история, война

В первом обозрении нынешнего года была литература нон-фикшен, на исходе 2017-го пора...

«Одни ругательства и гнев»

Что помимо бытовых проблем волнует вынужденных переселенцев на Волыни?

Кладбище достигнутых целей

Как печален контраст между буйством былых массовых устремлений и обыденностью их...

Однажды в прошлом веке

Ни один из этих романов не является в строгом смысле слова историческим, но основная...

Гопник с мандатом

Даже на фоне начала «майдана-3» не остался незамеченным конфликт (с...

Из Винницы — во власть, на Виннитчину — в «зону»

Каким образом доверчивых жителей Сумщины лишают даже надежды на бесплатный сыр?

Загрузка...

Кто устроил провокацию?

Как изменится жизнь работающих пенсионеров в связи с принятием ВР нового закона о...

«Сшиваем» на востоке — рвется на западе

Возможное объединение Донетчины и Луганщины в один регион и другие темы в нашем...

Кризис правящего разума

Благополучие населения любой страны напрямую зависит от интеллектуального уровня...

Танцы в библиотеке и прифронтовой футбол

В Украине, как, впрочем, и во многих других странах, где столица явно доминирует над...

Акунин матата

Не исключено, что в скором времени украинцам, которых угораздило получить в дар от...

Зачем натягивать языковые вожжи?

В таких реалиях у нас станет немало тех, кто не будет удовлетворительно знать ни...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка