Сплошные отличия

№16(816) 21--27 апреля 2017 г. 18 Апреля 2017 0

Иногда ваш литературный обозреватель позволяет себе вольность и после череды тематических обозрений представляет подборку книг, почти ничего общего между собой не имеющих. Вот и сейчас. «Тень евнуха» маститого каталонца Жауме Кабре — масштабная семейная эпопея, охватывающая почти столетний период испанской истории. «Дом, куда мужчинам вход воспрещен» бельгийской дебютантки Карин Ламбер — скромных размеров сентиментальный роман для женской аудитории. «Манарага» — иносказание россиянина Владимира Сорокина о том, как сожжение книг становится частью высокого кулинарного искусства. Saint Porno Богдана Логвиненко — исповедь украинки, для которой порнография является синонимом свободы.

Разговор на столетие

Автор: Жауме Кабре

Название: «Тень евнуха»

Язык: русский перевод с каталанского А. Гребенниковой

Жанр: эпическая драма

Издательство: М.: «Иностранка», 2017

Объем: 448 с.

Оценка: ******

Где купить: knigograd.com.ua

Критик вообще и книжный обозреватель в частности в силу своих занятий — обычно человек недоверчивый, скептичный, язвительный и все такое. Впрочем, даже у подобного субъекта случаются открытия, от которых трудно сдержать эмоции. Жауме Кабре и его роман «Я исповедуюсь», мое главное литературное впечатление минувшего года, — именно тот случай. Удивительно, что ведущего каталонского писателя до сих пор не переводили на русский, но что поделать, это типичная проблема малых литератур. Американские, британские, французские или испанские писатели у нас известны гораздо лучше, чем пишущие на словацком, греческом, эстонском или албанском.

Безусловно, проблема еще и в том, что малая литература по своему уровню зачастую остается провинциальной, но к Кабре это отношения не имеет. «Я исповедуюсь» поражал не только эпическим размахом — сам по себе объем дело нехитрое, но и панъевропейским уровнем мышления, панорамным взглядом на почти тысячелетний период истории континента. Написанная в 1996-м «Тень евнуха» по своим амбициям несколько скромнее. В ней Кабре ограничивается Испанией и ХХ веком, сосредотачивая внимание на Каталонии и второй половине столетия.

Фабула романа подчеркнуто кинематографична. Практически все действие, относящееся к современности, ограничено пространством загородного ресторана и временным промежутком в один вечер. В кадре двое: журналист средних лет Микель Женсана, пишущий на темы культуры, и его молодая коллега Жулия. Этот ужин — ее инициатива: Жулия попросила Микеля рассказать о его недавно погибшем друге Болосе. Воспоминания Микеля идут флешбэками и составляют основное содержание книги. Причем рассказывает он не только о его собственной жизни, но и об истории нескольких поколений семьи Женсана.

В этой диспозиции есть три важных нюанса. Жулия поначалу скрывает, что интерес к Болосу у нее не только журналистский, а если совсем уж честно, то совершенно не журналистский, а сугубо личный. Микель в свою очередь скрывает от Жулии, что помещение ресторана, куда она его пригласила, это, на минуточку, бывшее родовое имение семьи Женсана, некогда богатой и именитой, но пришедшей в упадок по окончании эпохи Франко. Наконец, смерть Болоса — вовсе не несчастный случай. Ближайший друг Микеля оказался первым объектом кровной мести за убийство во время антифранкистского террора начала 1970-х. Следующей целью может стать сам Микель.

Подпольное сопротивление, в котором участвовали Микель и Болос, — лишь одна из многих сюжетных линий романа. «Тень евнуха» плотно набита болезненными семейными коллизиями, трудными поисками своего места в жизни, проблемами творческого дара и его отсутствия, драматическими, а порой и трагическими любовными историями. Все эти линии образуют сложный полифонический рисунок, и, кстати, без музыкальных терминов в разговоре о романе Кабре обойтись невозможно. Дело в том, что по своей структуре и названиям частей «Тень евнуха» полностью соответствует концерту Альбана Берга для скрипки с оркестром «Памяти ангела».

Возможно, это звучит немного пафосно, а значит, самое время отметить одну из главных особенностей прозы Кабре, придающую ей своеобразное подкупающее обаяние. Каталонский писатель блестяще совмещает не только эпическое с лирическим, но также трагическое с ироническим, обнаруживая при этом аптекарское чувство меры. Его приемы затрагивают сразу несколько уровней, начиная со стилистики. Чего стоит многократный рефрен «суровая критика в затылок», «конструктивная критика в затылок», «беспощадная критика в затылок» и т. д., с горьким сарказмом описывающая расстрел предателя в партийно-канцелярской манере.

По большому счету, «Тень евнуха» — это исповедь неудачника, в отрочестве порвавшего с семьей, в юности разочаровавшегося в радикальных методах политической борьбы, в зрелости потерявшего любимую женщину. А еще человека, который остро переживает отсутствие творческого начала и вторичность своей профессии. Название романа восходит к сентенции теоретика культуры Джорджа Стайнера: «Обернувшись, критик видит за собой тень евнуха». Дорогой мой Микель Женсана, как же я тебя понимаю.

И тем не менее, несмотря на все вышесказанное, роман Кабре — светлый, духоподъемный и даже, я бы сказал, катарсический. Он о том, что процесс важнее результата, путь значит больше, чем его конец, а жизнь гораздо шире и разнообразней достигнутых в ней целей. Замечу, что это только второй из десяти романов писателя, переведенный на русский язык. Продолжение, надеюсь, следует.

Женщина о женщинах для женщин

Автор: Карин Ламбер

Название: «Дом, куда мужчинам вход воспрещен»

Язык: русский перевод с французского Н. Хотинской

Жанр: ироническая мелодрама

Издательство: М.: «Фантом Пресс», 2016

Объем: 224 с.

Оценка: ****

Где купить: knigograd.com.ua

«Дом, куда мужчинам вход воспрещен» — хороший повод для разговора об особенностях национальных литератур. Очень трудно представить себе подобный текст, написанный в оригинале не по-французски, а на каком-нибудь другом языке. Впрочем, еще труднее представить, что его написал мужчина. Термин «женская проза» уже тысячу раз называли и некорректным, и сексистским, но в разговоре о романе Карин Ламбер без него не обойтись. Книга бельгийского фотографа, решившей в 56 лет изменить своей основной работе с литературой, написана женщиной, о женщинах и для женщин.

Само название романа говорит о многом. В пятиэтажный дом, где обитает пять дам (каждой отведено по этажу) в возрасте от 31 до 75 лет, действительно не разрешается заходить никаким существам мужского пола, кроме кота Жан-Пьера. Почтальона или социального работника дальше порога не пустят. Необходимые время от времени ремонтные работы дозволено производить только женщинам-сантехникам или женщинам-электрикам — в Бельгии, к счастью, такие бывают.

Суровые правила установлены домохозяйкой, бывшей знаменитой балериной, которую жилицы почтительно называют Королевой. Естественно, причиной такого решения послужила психологическая травма — к выводу о том, что все мужчины сволочи, просто так не приходят. Конечно же, подобные травмы имеются в анамнезе у всех обитательниц дома. И само собой, когда к ним присоединится еще достаточно молодая Жюльетта, порядок, заведенный Королевой, неизбежно будет нарушен. Впрочем, с ее же высокого позволения.

Роман Ламбер имел все шансы стать бестселлером, и он им стал. Написан просто, читается легко, в меру сентиментален, в меру ироничен, женское одиночество изображено в нем не только с ощутимым сочувствием, но и с надеждой, что заветная встреча с прекрасным принцем (или хотя бы с милым сослуживцем) может случиться и в тридцать, и в сорок, и в шестьдесят. Феминисткам такие книги явно не по душе. Ибо на самом деле все героини «Дома, куда мужчинам вход воспрещен» остро нуждаются в мужчине и счастья без него не мыслят.

Ближайшая параллель к роману Ламбер — изрядно нашумевшая несколько лет назад «Элегантность ежика» француженки Мюриель Барбери. Правда, при немалом сходстве этих двух книг между ними есть ряд существенных отличий. Манера письма Ламбер попроще, оптимизма в нем побольше, а трагическая линия в сюжете хоть и присутствует, отодвинута на второй план. Тем не менее возможность поплакать для чувствительных читательниц предусмотрена — без нее по-настоящему женских романов не бывает.

Достоевский в дрова

Автор: Владимир Сорокин

Название: «Манарага»

Язык: русский

Жанр: роман-метафора

Издательство: М.: Corpus, 2017

Объем: 256 с.

Оценка: ******

Где купить: knigograd.com.ua

«Вечер: шашлык из осетрины на «Идиоте». Роман полноценный, второго среднего веса, 720 граммов, 509 страниц, бумага веленевая, цельнотканевый коленкоровый переплет. Вполне хватило на восемь шампуров. Как и было обговорено, клиент + семеро гостей восседали вокруг жаровни. Естественно, не только чтобы убедиться, что я жгу именно первое издание, книгу за 8700 фунтов, а не подменил ее каким-нибудь северным детективом XXI века про сто пятьдесят оттенков посредственности. Они хотели искусства. И получили его».

Так начинается «Манарага», пятая подряд антиутопия Владимира Сорокина. Первые три, «День опричника», «Сахарный Кремль» и «Метель», были посвящены недалекому будущему России, скатившейся в лубочное средневековье. В четвертой, «Теллурии», Сорокин описал наркотик такой мощной силы, что ради даруемых им ощущений люди готовы рисковать жизнью. Пятая книга, действие которой происходит в не слишком светлом, хотя на этот раз и не в таком уж мрачном будущем, тоже рассказывает о запретных удовольствиях. Правда, на сей раз об утонченно-эстетических и совсем не опасных для здоровья.

Шашлык из осетрины на «Идиоте» приблизительно в 2037 году жарит Геза, человек русско-еврейского происхождения с венгерским именем. По роду занятий Геза — book'n'griller, то есть повар, который готовит пищу на открытом огне, используя в качестве горючего материала старинные издания художественной литературы. Бумажные книги давно уже не производят, мир полностью перешел на электронные, однако сожжение древних раритетов преследуется по закону, поэтому ремесло book'n'griller'ов одновременно редкое, рискованное и хорошо оплачиваемое. Специализация Гезы — русская классика: Толстой, Достоевский, Тургенев, Чехов, Платонов и т. д.

В «Манараге» Сорокин использует почти невинную метафору — ни тебе каннибализма, ни копрофагии. Бумажный носитель текста он наделяет качествами самого текста и на этой основе возводит целую подпольную индустрию. По существу book'n'griller'ы не уничтожители культуры, как мы привыкли воспринимать людей, сжигающих книги, а скорее ее ценители и воспроизводители. Их ремесло штучное, уникальное. И наоборот, те, кто собирается поставить молекулярное копирование бумажных раритетов на поток и завалить рынок фальшивыми, но неотличимыми от настоящих изданиями, оказываются врагами подлинного искусства.

Именно эта тема — противопоставление единичного и массового, настоящего и поддельного, эзотерического, то есть доступного немногим, и профанного, потребляемого невежественным большинством, — становится в «Манараге» центральной. О том, к чему приводит противостояние сторон, во избежание спойлера мне придется умолчать. Могу только сказать, что, по словам самого писателя, у него было несколько вариантов финала, и тот, который в итоге получился, я бы назвал пессимистическим хеппи-эндом.

Как обычно у Сорокина, в «Манараге» полным-полно роскошного юмора. То он бросит фразу о приготовлении шницеля на Шницлере. То подмигнет Булгакову, заметив, что на рукописях жарить нельзя, потому что рукописи не говорят. То поиздевается над историческими изысканиями, буквализировав метафору о Петербурге, построенном на костях. То напишет убийственную пародию на Захара Прилепина, заодно обозвав нынешнюю русскую литературу «постсоветским валежником». В общем, «Манарага» книга очень даже веселая. А что до печальных пророчеств, так на них можно попробовать не обращать внимания. Авось да пронесет.

Секс как свобода

Автор: Богдан Логвиненко

Название: «Saint Porno. Історія про кіно і тіло»

Язык: украинский

Жанр: роман-интервью

Издательство: Х.: «Клуб сімейного дозвілля», 2016

Объем: 160 с.

Оценка: ****

Где купить: knigograd.com.ua

Чем только Богдан Логвиненко не занимался. В свои скромные 28 лет был редактором интернет-проектов, менеджером рок-группы, организовал арт-фестиваль, основал концертное агентство, работал гидом, читал лекции, вел телепередачу, объездил полмира автостопом, выпустил три книжки. Вот одна из них, с провокационным названием «Святое порно» и с не менее провокационным содержанием. Впрочем, провокация тут только с точки зрения филистера. На самом деле Saint Porno — это просто откровенный разговор о том, о чем обычно не говорят. По крайней мере, в Украине.

Если это и роман, то не совсем обычный. Во-первых, Saint Porno — книга документальная, во-вторых, автор в ней исполняет скромную роль интервьюера. Весь текст романа Логвиненко представляет собой прямую речь, можно сказать, исповедь молодой женщины, чье основное занятие и источник заработка — съемки в порнографических фильмах. Героиня рассказывает о своей юности, о первых сексуальных экспериментах, об опыте проституции и приходе в порноиндустрию. Рассказывает спокойно и откровенно, попутно излагая свои взгляды на отношение украинского общества к ее роду деятельности. Которое, как нам хорошо известно, толерантностью не отличается.

Насколько аморальны случайные интимные связи? Секс за деньги? Порнофильмы и съемки в них? При всей широте мнений по этим вопросам несомненно одно: чем свободней и благополучней социум, тем терпимей в нем отношение ко всему вышеперечисленному. Характерно, что порнография разрешена почти во всей Европе, в США и Канаде, в большинстве стран Южной Америки, в Японии, Австралии, Новой Зеландии, ЮАР. А запрещена в мусульманских государствах, в Китае, на Кубе, в Беларуси и — внимание! — в Украине.

Героиня справедливо замечает, что большинство наших социальных взаимоотношений строится на расчете. Не являясь товарно-денежными по факту, они нередко являются таковыми по сути, но на это принято закрывать глаза. Кроме того, она неоднократно подчеркивает, что украинцы в целом по-прежнему гораздо более закрыты и нетерпимы, чем европейцы. А еще гораздо более лицемерны. «Коли я почала висилати тіткам і бабусям «другу пенсію», привозити подарунки з-за кордону, я стала для них майже святою», замечает она с явной усмешкой.

В общем, Saint Porno совсем не про секс и даже не совсем про порно. Прежде всего это книга о личной свободе. И пускай способы достижения свободы, которые использует героиня, вряд ли покажутся нам приемлемыми, прислушаться к ее позиции интересно, полезно и не зазорно. Особенно тем, кто гневно осуждает порнографию на людях, но втихаря ее смотрит.

******* — великолепно, шедевр

****** — отлично, сильно

***** — достаточно хорошо

**** — неплохо, приемлемо

*** — довольно посредственно

** — совсем слабо

* — бездарно, безобразно

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

КЗоТа на них нету

Может, депутаты на 31 день отправились к своим избирателям в округа? Или по срочному...

Первая леди? Освободите место!

Ученым предлагается в стиле первыхсоветских пятилеток ударно поработать во славу...

Дмитрий Казаков: «Моя библиотека так упорядочена, что...

Поэт, издатель и литературный организатор Дмитрий Казаков честно признался «2000»,...

Владимир Олейник: «Украине нужен свой Рузвельт»

Когда два года назад СМИ распространили информацию о создании Комитета спасения...

Загрузка...

Антанта молодости нашей

«Военный союз Польши и Украины в настоящее время является сумасшедшей идеей»

Об учительнице с флагом и «большом проценте тупого...

«...Есть и проукраинские люди. На весь город, может быть, человек 50. Вот мы на...

Депутаты сочиняют ку-клукс-клан

Обращает на себя внимание широкий спектр тех, кого будут карать: тут и директора...

Опять впервые

Ни одна из книг нынешнего книжного обозрения не была для автора дебютной, но в кратком...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Блоги

Авторские колонки

Ошибка