Об академиках и экономике

№7(760) 19 — 25 февраля 2016 г. 17 Февраля 2016 18 3.6

Ответ Семену Резнику 

Уважаемый господин редактор, я долго раздумывал, стоит ли в этот раз откликаться на статью Семена Резника «О бесконечно малых» (№4(757), 29.01—04.02.2016). Ваша газета мне небезразлична, я ее читатель уже много лет, и мне не хотелось бы, чтобы о ней складывалось мнение как об издании, которое присоединилось к огульной критике академии. Но в следующем номере газеты ваших комментариев не последовало, поэтому я не посчитал для себя возможным промолчать.

Безусловно, необходимо, чтобы разные точки зрения были представлены, критика необходима. Но критика должна быть, во-первых — четко аргументированной, во-вторых, дискуссия о науке не должна вестись в оскорбительном тоне по отношению к известным ученым и академии в целом. А именно в откровенно пренебрежительной манере по отношению к Национальной академии наук Украины написана статья С. Резника.

Я много лет занимаюсь вопросами экономики и управления в сфере науки и инноваций, давно сотрудничаю с коллегами из-за рубежа и с международными организациями, но, к сожалению, не знаю работ в этой области господина С. Резника. Но вопрос, конечно, не в том, у кого какие регалии. Если позиция автора отличается четкой аргументацией, основана на знании предмета, то, безусловно, она заслуживает внимания, даже если с его выводами не вполне готов согласиться. Но в данном случае мы имеем дело с иным феноменом.

С. Резник вроде бы оперирует правильными цифрами: и общие данные о финансировании НАНУ приводит верные, и возраст Б. Патона указывает точно. Но все это перемежается с откровенным передергиванием фактов и безосновательным приписыванием руководству академии корыстных целей. Он, к примеру, утверждает, что руководство Национальной академии опасается, что академия потеряет статус «главного распорядителя бюджетных средств».

Такой статус в нашей стране имеют несколько десятков ведомств. И если вместо президиума академии, состоящего из видных ученых, эти предназначенные для академии деньги будут распределять чиновники из нынешнего правительства, вряд ли ситуация улучшится. Неужели эти последние лучше знают, какие именно работы в области фундаментальных исследований необходимо финансировать? Хотя в перспективе господин Резник видит «и болезненную ликвидацию НАНУ» (мечта многих «реформаторов» и «грантоедов» из т. н. «неправительственных организаций»), поэтому такая мера представляется ему вполне логичной.

Кстати, практика автономности в распределении средств на проведение исследований и разработок является общепринятой в развитых странах. К примеру, в США существует 23 ведомства, самостоятельно распределяющих средства на науку, включая такие «экзотические», как, например, администрация по развитию долины реки Теннеси. В этой стране действует и система из нескольких десятков государственных (неуниверситетских) научных лабораторий. Многие из них насчитывают тысячи сотрудников, а финансирование практически любой такой лаборатории превышает финансирование всей Национальной академии наук Украины.

В современной Германии с ее научными обществами и ассоциациями, включающими десятки научно-исследовательских институтов, существует еще больше параллелей с организацией научных исследований в нашей НАНУ. Академии наук в форме, близкой к нашей отечественной, сохранены и в большинстве стран Центральной и Восточной Европы. В каждой стране существует уникальная научная система, в которой университеты и неуниверситетские организации занимают свое, исторически сложившееся место.

В наших условиях противопоставлять университеты академии могут, извините за резкость, только крайне ангажированные люди. А именно это пытается делать автор статьи. В Украине вузы, несмотря на то что в них работают почти три четверти кандидатов и докторов наук страны, сейчас не смогут заменить академию. Притом что в вузах множество талантливых специалистов, они пока в силу ряда причин не в состоянии в полной мере компенсировать потери, связанные с возможным закрытием НАНУ.

К сожалению, мой опыт взаимодействия с представителями вузовской науки свидетельствует о том, что там с организацией исследований ситуация еще сложнее, чем в академии. Об этом, в частности, говорят и формальные результаты работы научных парков при ведущих университетах страны: закон об этих парках был принят почти десять лет назад, в декабре 2006 г., а показатели деятельности остаются крайне скромными. Но это, конечно, в первую очередь не вина вузов, а результат общего сложного состояния нашей науки.

В этой связи могу вспомнить историю примерно десятилетней давности, когда после «оранжевой революции» с инициативой ликвидации академии выступил профильный вице-премьер-министр в правительстве Ю. Тимошенко. Группа академиков во главе с Я. Яцкивым, активно поддержавшая Виктора Ющенко, во время семинара в Доме ученых обратилась с вопросом к тогдашнему первому вице-премьеру И. Юхновскому с просьбой разъяснить позицию новой власти в отношении НАНУ. Запомнились первые два предложения из ответа Игоря Рафаиловича, в которых по сути содержался и сам ответ: «Деякі спрощені молоді люди вважають, що вже знають все і можуть приймати рішення, виходячи лише із власних уподобань. Моє ставлення до цієї пропозиції є від'ємним». Тогда академию удалось отстоять.

Безусловно, в академии нужны реформы. И они, кстати, уже идут. Наверное, не так быстро, как хотелось бы многим. Но именно в академии были созданы т. н. ключевые лаборатории, все более значительные объемы средств каждый год распределяются на основе конкурсов (хотя сами процедуры отбора и оценки проектов нуждаются в совершенствовании), молодежь имеет возможность получать специальные стипендии и премии (понятно, что их размер в сегодняшних условиях кризиса далек от желаемого).

В нынешнем году подготовлена и утверждена на заседании президиума специальная методика оценки деятельности научных организаций НАНУ, созданная на основе аналогичной методики немецкой Ассоциации им. Лейбница. Будем надеяться, что ее применение (особенно если удастся привлечь к оцениванию зарубежных экспертов, как это и планируется) позволит более объективно оценить реальный уровень каждой научной организации.

Проблемой остается налаживание т. н. социальных лифтов. Она бы решалась намного проще в условиях развития, а не «съеживания» научной системы Украины: объективно количество научных должностей постоянно сокращается, и молодым все труднее продвигаться по служебной лестнице. Хотя и здесь какое-то решение может быть найдено: для этого нужно было бы в трудовое законодательство внести изменения, которые облегчили бы переход с одной должности на другую, оперативное внесение изменений в штатное расписание, увольнение и прием на работу новых сотрудников и пр.

Недостатков в деятельности академии хватает, но писать о ней столь резко, как это позволяет себе господин Резник, недопустимо (не хочу повторять здесь все эпитеты, на которые не скупится журналист). Именно в НАНУ издается более 90% украинских журналов, которые входят в наиболее престижные международные базы данных, ученые академии продолжают успешно работать над решением важных научных проблем, а не только «имитируют деятельность», как пишет Резник. Реальных доказательств тому — множество.

Другое дело, что в нашей экономике многие результаты оказываются невостребованными. Основные высокотехнологичные сектора промышленности — главные потребители научной продукции — просто прекратили свое существование. Например, количество занятых в украинской электронике сократилось примерно в 15 раз за последние 25 лет, а оставшиеся работники заняты на относительно примитивных производствах (сигнализационные и противопожарные системы, крупноузловая сборка компьютеров и т. п.). В силу известных причин разорваны связи и с российскими заказчиками. Все это не могло не сказаться на результативности прикладных исследований.

Наверное, в этой связи в первую очередь нужно предъявить претензии к тем, кто довел экономику до такого состояния, а не к академии наук? Хотя в последние годы удавалось как-то компенсировать низкий уровень финансирования исследований тем, что примерно 20—25% средств в отечественную науку поступало из-за рубежа. Это ли не свидетельство востребованности отечественных ученых?

Кстати, об уровне финансирования. Аргумент господина Резника: денег нет, даже на медицину урезают, поэтому сокращению расходов на науку в НАНУ нет альтернативы. Но давайте, к примеру, сравним размеры расходов на науку с бюджетными расходами на рекапитализацию проблемных банков или размерами выплат по внешним займам. Вместе с расходами на «силовиков» — это львиная доля бюджетных расходов. Даже порядок этих цифр не сопоставим. Убежден, что при более рациональной финансовой политике именно расходы по этим статьям можно было бы сократить.

Далее господин Резник вспоминает «легендарные 1,7% ВВП» бюджетных расходов на науку, увязывая это каким-то образом с НАНУ. Эта цифра появилась в законе Украины «О научной и научно-технической деятельности» еще в 1990-е, т. е. предложена народными депутатами — инициаторами закона. Более того, как человек причастный к подготовке проекта того закона, я могу утверждать, что это — «ляп» тогдашних сотрудников секретариата, не потрудившихся проверить соответствующие формулировки. В последней версии закона, принятой недавно, эта ошибка наконец-то исправлена.

Но ссылка на ученых НАНУ — авторов завышенных законодательных требований — далеко не единственная ошибка в статье г-на Резника. Он, например, пишет, что новый закон о научной и научно-технической деятельности был разработан «преимущественно советом молодых ученых НАНУ».

Это — неправда. Проект закона был разработан и представлен в парламент Министерством образования и науки и готовился рабочей группой этого министерства. Некоторые молодые ученые принимали участие в его подготовке, но — не более того. Закон действительно содержит некоторые новации, но далеко не все, что предлагалось для повышения уровня коммерциализации результатов исследований, вошло в окончательный вариант. Он наряду с прогрессивными положениями содержит множество норм, дополнительно регламентирующих деятельность научных организаций. Именно поэтому известный украинский химик академик В. Кухарь во время обсуждения в профильном комитете Верховной Рады назвал этот закон «уставом караульной службы».

В заключение еще раз о корректности оценок. Безусловно, важно использовать критерии цитируемости и публикационной активности в международно признанных изданиях, о чем пишет господин Резник (о состоянии и причинах нашего отставания в этой сфере я мог бы написать отдельную статью). Единственное, чего не стоит делать — абсолютизировать эти показатели. К сожалению, в науке при оценке результативности количественно можно измерить не то, что было бы нужно (важность работы), а то, что поддается именно количественной оценке (цитируемость, количество публикаций), которая, кстати, сильно зависит от специфики научной дисциплины.

С другой стороны, недопустимо навешивать пренебрежительные ярлыки на ученых старшего поколения — обладателей «сталинских регалий», как это делает С. Резник. Замечу, что это далеко не всегда несет на себе отрицательную нагрузку, достижения многих из них — весьма весомы. Вспомним, с какой гордостью и пиететом писал о них «шестидесятник» А. Вознесенский: «..лауреат государственной премии тех, довоенных годов вывел формулу времени. Мир к этому не готов». Да и сами тогдашние лауреаты по своим заслугам вряд ли уступают нынешним.

В любом случае нужно помнить, что национальная академическая наука в условиях, когда отраслевая наука практически разрушена, а вузовская еще должна пройти довольно длительный период становления, остается важнейшей составляющей отечественного научного потенциала. И некорректность в подходах к оценке ее деятельности не пойдет на пользу нашей стране.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

Паром Шведа

Общее количество груза, который можно погрузить на паром, — больше полутора...

Бывшие — не значит новые

Если Высший совет правосудия не поднимет планку добропорядочности и профессиональной...

Швейцарцы бьют рекорды по минимальной зарплате

Швейцарский Невшатель первым из кантонов страны сумел добиться введения минимальной...

Запустите нас в небо!

Документация в Россию по самолету Ан-148 была передана всего за 30 тыс. долл. —...

Пролетая над гнездом «Мотор Сичи»

В недавнем полете Петра Порошенко в качестве второго пилота истребителя МиГ-29 в День...

Декларация сближения с «Джавелинами»

России предложат пойти на уступки, которые позволят ей сохранить лицо, но сделают...

Загрузка...

Опасные противоречия с уклоном

Сведения об активах представителей российской элиты, которые в свою очередь могут...

Телефонный безвиз, или Оператор заробитчан

Вероятнее всего, новый мобильный оператор станет предлагать клиентам и финансовые...

Хлебороб в камуфляже

Не от хорошей жизни украинским фермерам приходится все чаще прибегать к оружию,...

Пирамида Гройсмана и баржа Маслоу

Баржа арбузов, отправленных в адрес одной из крупных торговых сетей благодарными...

Технологический исход

Пока в Украине обсуждают ликвидацию фейкового концерна «Антонов», в Китае...

Цвети всегда, цвети везде?

В том, что Днепр при наступлении жары зацветает, нет ничего необычного

Комментарии 18
Войдите, чтобы оставить комментарий
Всеволод
02 Августа 2017, Всеволод

15)
«Наверное, в этой связи в первую очередь нужно предъявить претензии к тем, кто довел экономику до такого состояния, а не к академии наук?»

Не стоит перекладывать ответственность на за собственные ошибки на чужие плечи. А то получается что типа мы хорошие, это промышленность плохая. Не доросла мол хилая и убогая промышленность до наших гениальных разработок. Как говорил один мой знакомый (из патентного отдела одного ВУЗа, название которого я не хочу приводить) «Проблема в том что, то что делает наша наука — напрочь не нужно нашей промышленности, а вот то что реально нужно нашей промышленности — наша наука сделать просто не в состоянии». Кароче, если сапожник не в состоянии сделать обувь мне по ноге (а делает упорно на три размера больше, ожидая когда моя нога подростёт) то такой сапожник вполне справедливо будет голодным и холодным (зато с кучей патентованных пылящихся на складе башмаков на три размера больше).

- 0 +
Всеволод
02 Августа 2017, Всеволод

14)
«в нашей экономике многие результаты оказываются невостребованными»

Ну-у-у и-и-и… И чьи это проблемы? Т.е. наша наука с упортством достойным лучшего применения продолжает клепать (другого слова не подберу) «достижения» (в кавычки взял намеренно) которые напрочь (воспринимть как эвфемизм) не нужны рынку. Я не знаю, но как по мне, то делать что-то, что не нужно рынку, что-то что у тебя никто не купит (знать заранее, что оно никому не нада) и при этом жаловаться на отсутствие денег — это мазохизм (метафра). Это чья головная боль должна быть? Наша? Моя? Нет. Это проблема т.н научноо сектора, который продуцирует все эти «инновации», и только его.

- 0 +
Всеволод
02 Августа 2017, Всеволод

13)
«Реальных доказательств тому — множество.»

НУ!!! Ну вот оно!!! Да!!! Вот мы пришли к самому главному к реальным доказательствам, коих множество!!! И-и-и??? Где это множество? Я хочу на него посмотреть? Где я могу его увидеть? В супермаркете я могу его увидеть??? Нет, я НЕ говорю про смартфоны с планшетами. Бог с ней, с электроникой (умерла так умерла, припарки не помогут). Но у нас вроде как аграрная страна (т.е. рынок для внедрения аграрных разработок по всему должон быть). У на сесть целая Академия аграрных наук, там сидят академики аграрных наук, членкоры аграрных наук, доктора аграрных наук, и кандидаты аграрных наук (со всякими там ассистентами, асприратнами бухгалтерией и уборщицей). Есть институт яблок, сахарного буряка, молока и мяса, а также хрена и редьки (про хрен и редьку шучу, хотя шут его знает может и есть, но даже если нету — то нужно непременно сделать ящитаю). И вот я захожу в супермаркет в овощной отдел, к яблокам например, посмотреть рузульттаты работы нашей селлективной науки (помологии тобишь), и что, может я вижу отечественные сорта? Где они результаты отечественной селлекции??? Джонаголд, Кримсон свит, Лиголь, Стар кримсон, Чемпионн (список можете продолжить сами вашими любимыми сортами). Из отечественных сортов, которые на слуху — Слава победителям (сорт 1928-го года выпуска, которых я, к слову, в супермаркетах никогда не видел, только на базарах) и Симеренка (происхождение неизвестно, введён в каталоги в 1880-м году, т.е в конце позапрошлого века). Кароче грузть-пичаль. Я не знаю, может есть где множество доказательств обратного. Хотелось бы на это множество взглянуть.

- 0 +
Всеволод
02 Августа 2017, Всеволод

12)
«Именно в НАНУ издается более 90% украинских журналов, которые входят в наиболее престижные международные базы данных, ученые академии продолжают успешно работать над решением важных научных проблем»

Круто: «пишут статьи», «решают важные научные проблемы», работают над серьёзными научными вопросами делают важные научные открытия и патентуют гробы закрывающиеся изнутри (как говорила про такие «изобретения» моя бывшая начальница по Укрпатенту). Вы меня извините. Но это несерьёзно. Как говорится в одном известном анекдоте «Так ты слона не продашь». Можно что-то конкретнее весомей, и ощутимей? А не «пишут статьи» и «решают важные научные проблемы».

- 0 +
Всеволод
02 Августа 2017, Всеволод

11)
«Но давайте, к примеру, сравним размеры расходов на науку с бюджетными расходами на … »

Не, не пойдёт. А давайте не будем сравнивать. А то аргумент типа «дайте нам немного денег, всё равно мы просим не так много, вон другие получают больше» - ну это не серьёзно.

- 0 +
+ Показать все комментарии

Получить ссылку для клиента
Блоги

Авторские колонки

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка