Филиппинский лис: прагматизм сумасбродства Дутерте

№7(807) 17 — 23 февраля 2017 г. 15 Февраля 2017 5

Октябрьская поездка Родриго Дутерте в Пекин стала первым с 2011 г. визитом президента Филиппин в Китай. Дутерте поверг в шок весь мир, заявив о «разводе» своей страны с давним союзником (США) и о «синхронизации» отношений с КНР. Но еще до этого высказывания многие в Вашингтоне (да и везде в мире), наблюдая за тем, как филиппинский президент ведет брутальную войну с наркомафией, поливает грязью Барака Обаму и демонстрирует враждебное во всем отношение к США, усматривали в нем лишь источник головной боли.

И хотя личность эксцентричного популиста Дутерте обескураживает лидеров по обе стороны Тихого океана, лишая их покоя, он вовсе не тот сумасброд, каковым порой выглядит. Напротив, в вопросах внешней политики это рациональный государственник с обостренным чутьем тем, представляющих интерес для его страны.

Ставка на сближение с Китаем — это тщательно просчитанный риск, и в большей степени его интересуют экономические выгоды для Филиппин, нежели подрыв азиатской сети безопасности США — вопреки резким заявлениям Дутерте в адрес американской армии. А потому новой администрации президента Трампа поддержание добрых отношений с Дутерте может принести больше пользы, чем борьба с его попытками завязать тесные связи с КНР.

Искусство эквилибристики

Решения Дутерте выглядят куда более осмысленными в широком контексте жизни Юго-Восточной Азии, где внешняя политика стала инструментом борьбы малых стран за выживание. В 1967 г. страны этого региона учредили Ассоциацию государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН) в качестве антикоммунистической коалиции, а после завершения «холодной войны» она расширялась и трансформировалась в региональный блок.

Члены АСЕАН постоянно ведут поиск путей укрепления степени собственной значимости в клубе более могущественных держав — без привязки к краткосрочным тактическим целям. Юго-Восточная Азия вновь обретает статус шахматной доски, на которой ведущие державы мира разыгрывают очередную партию. При этом способность членов АСЕАН поддерживать баланс в отношениях с КНР и сохранять стабильность в регионе обеспечивается военным превосходством США. Все последние десятилетия подобная стратегия искусной эквилибристики оставалась краеугольным камнем внешней политики Филиппин.

Впрочем, остальные члены АСЕАН — вовсе не рядовые статисты в этом акробатическом этюде. Китай — это не только источник потенциальной угрозы, но и самое влиятельное государство, а также крупнейший экономический партнер ассоциации по региону. А потому большинство стран Юго-Восточной Азии стремятся избегать конфликтов с КНР ради извлечения максимально возможной экономической выгоды из отношений с Пекином.

Стремительное развитие экономических связей по линии АСЕАН—КНР приходится на начало 2000-х, когда Китай взял на вооружение политику добрососедства. Пекин — крупнейший торговый партнер АСЕАН с 2009 г., а с 2011 г. — еще и главный экспортный рынок для продукции государств ассоциации. Китай обожает искушать юго-восточных азиатских соседей различными программами оказания помощи и льготным кредитованием: в последние годы Пекин посредством предоставления займов в рамках двусторонних и многосторонних отношений (в частности, с помощью недавно учрежденного Азиатского банка инфраструктурных инвестиций) радикально наращивает масштаб этой стратегии.

Утверждать, что, предоставляя подобные займы, Китай не сталкивается с оппозицией, было бы ошибкой. Тем не менее малые и бедные страны региона (Бирма, Камбоджа и Лаос) при поддержке КНР успешно развивают собственную инфраструктуру. Вьетнам, несмотря на давние территориальные споры, видит в Китае главного финансиста строительства объектов энергетики, в которых отчаянно нуждается эта страна. Мало того, совсем недавно Пекин выделил многомиллиардные кредиты государственным банкам Индонезии и выкупил долговые обязательства правительства Малайзии.

При этом экономическое партнерство с Китаем не оказало негативного влияния на военные связи членов АСЕАН с Соединенными Штатами. Индонезия недавно расширила рамки соглашения об оборонном сотрудничестве с Вашингтоном. Улучшения наблюдаются и в американо-вьетнамских военных отношениях: Белый дом, в частности, отменил давно действующее эмбарго на поставки вооружений Ханою, а высокопоставленные чиновники обеих стран ведут переговоры о расширенном варианте оперативного сотрудничества.

Сингапур, едва ли не основной реципиент китайских инвестиций в Юго-Восточной Азии, совершенно открыто высказывается в поддержку идеи военного присутствия США в Южно-Китайском море. Вполне очевидно, что лидеры стран юго-востока Азии проводят четкую разделительную грань между безопасностью и экономикой, рассматривая их как отдельные вопросы, и стремятся диверсифицировать внешнюю политику ради обеспечения собственных национальных интересов.

Филиппины — в отличие от соседей по региону — в последние годы отказались от столь прагматичного подхода. Разумеется, филиппинцы предпринимают попытки, направленные на улучшение отношений с Китаем, и политика дипломатии добрососедства Пекина действительно помогает добиваться этого. Кульминацией стало подписание в 2005 г. во время визита бывшего лидера КНР Ху Цзиньтао в Манилу 14 деловых соглашений общей стоимостью в $1,62 млрд. И хотя на практике реализованы не все договоренности, предусмотренные этими документами, китайцы все же построили угольные электростанции, дамбы, системы орошения и реализуют сельскохозяйственные проекты на Филиппинах. А Пекин ведет с руководством страны переговоры о дополнительных инвестициях в энергетические и транспортные проекты.

Территориальные претензии двух стран: в поиске мирного варианта разрешения конфликта

Впрочем, как только в 2011 г. стала нарастать напряженность в вопросе Южно-Китайского моря, поток китайских инвестиций иссяк. При предшественнике Дутерте — президенте Бенигно Акино III, избравшем путь конфронтации с КНР и подавшем иск по поводу Южно-Китайского моря в постоянный арбитражный суд ООН, — двустороннее партнерство начало откровенно пробуксовывать.

Важнее всего то, что Акино реанимировал американо-филиппинский военный альянс, открыв США доступ на пять военно-морских баз. Этот шаг китайское руководство посчитало прямым вызовом статус-кво на Южно-Китайском море. В период президентства Акино какие бы то ни было контакты между странами на высоком уровне были практически полностью заморожены. В итоге за пять минувших лет Филиппины безнадежно отстали от других членов АСЕАН в освоении китайских инвестиций.

Все дело в экономике!

Дутерте (неважно, нравится ему КНР или нет), несомненно, сознает: тесные связи его страны с Соединенными Штатами существенно ограничили способность Манилы проводить независимую внешнюю политику. И такая ситуация, естественно, вызывает особую тревогу у человека, пришедшего к власти благодаря обещанию улучшить жизнь бедноты путем ликвидации серьезнейших инфраструктурных проблем страны. Несмотря на солидные темпы экономического роста и валовой национальный доход (ВНД) на душу населения $3450, составители рейтинга Всемирного банка в 2015 г. из 5 возможных баллов оценили инфраструктуру Филиппин только в 2,6 балла. При этом Камбоджа, где ВНД составляет лишь $1070, получила 2,58 балла.

Серьезные проблемы с транспортом — бич многих регионов Филиппин, а перебои с электричеством — масштабное явление, в особенности в беднейших районах, в т. ч. на малой родине Дутерте, в провинции Минданао. В итоге расходы Филиппин на строительство объектов инфраструктуры в бюджете 2017 г. выросли на 13,8% в сравнении с минувшим годом. Кроме того, президент клятвенно обещает нарастить объем ассигнований по этой статье с 5 до 7% ВВП страны. Дутерте переживает тот самый знаменитый момент — «все дело в экономике, глупец!» — осознавая, что особой помощи в этом вопросе от США ожидать не приходится.

Зато Китай вполне способен ее оказать. Пока Дутерте удалось лишь договориться о кредите Азиатского банка инфраструктурных инвестиций и подписать с КНР 13 двусторонних инвестиционных соглашений на общую сумму в $24 млрд. Но оценивать потенциал этих договоров следует весьма сдержанно.

Демократическое государство вроде Филиппин с такими атрибутами, как свободная пресса и развитое гражданское общество, представляет для китайских инвесторов куда более сложную среду для выживания, чем далекие от демократии Камбоджа, Лаос и Вьетнам.

Реализация проекта строительства железных дорог North Rail, подписанного сторонами во время визита Ху Цзиньтао в 2005 г., столкнулась с трудностями, связанными с обвинениями в коррупции и с необходимостью переселения жителей. В итоге филиппинский суд поставил окончательную точку, запретив данный проект. Еще один амбициозный план, предусматривавший строительство высокоскоростной сети доступа к интернету китайским телекоммуникационным гигантом ZTE, пришлось отменить в 2007 г. по причине громких коррупционных скандалов. Нет сомнений в том, что подобные проблемы и в дальнейшем будут сопровождать все китайские инвестиционные проекты.

Существуют и другие причины скептического отношения к стратегии Дутерте. Важнейшим препятствием в ее реализации станет масштабное распространение на Филиппинах антикитайских и проамериканских настроений — как среди представителей элиты, так и в обществе в целом. Проведенный в сентябре 2016 г. соцопрос показал, что 76% филиппинцев «в большей степени доверяют» США, а уровень доверия к Китаю не превышает 22%. И только в данный момент, обладая чрезвычайной популярностью на родине, Дутерте может попытаться восстановить отношения с КНР и (если повезет) привлечь на Филиппины часть капиталов этой страны.

При этом Дутерте необходимо максимально оперативно приступить к практической реализации упомянутых соглашений, поскольку ему придется преодолевать достаточно высокий градус антикитайских настроений. Сенат Филиппин по итогам визита Дутерте в КНР заявил о намерении провести ревизию всех договоренностей президента с Пекином, а также потребовал от президентской администрации четких объяснений причин «развода» с США.

Дутерте в ответ отказался от собственных заявлений и заверил всех в нерушимости американо-филиппинского альянса (чуть позже, после того как американское правительство воздержалось от принятия решения об оказании помощи Филиппинам, он вновь озвучил угрозу о разрыве связей).

Осознавая все сложности, с которыми ему предстоит столкнуться, филиппинский президент стремится минимизировать возможные негативные последствия своей китайской стратегии за счет улучшения связей с Японией. Вскоре после поездки в Пекин он побывал в Токио, и японский премьер-министр Синдзо Абэ пообещал влить в филиппинскую экономику $1,85 млрд.

Когда Дональд приедет в Манилу

Внешнеполитический истеблишмент Вашингтона беспокоит антиамериканская риторика Дутерте и потенциальный ущерб, который филиппинец способен нанести системе американских альянсов в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Но дипломатическая стратегия Дутерте — несмотря на ее нагловатый стиль — вовсе не является чем-то принципиально новым. Его политика в отношении Китая напоминает стратегию, используемую членами АСЕАН более десятилетия без каких-либо репрессий со стороны США.

На протяжении всего этого периода военное присутствие США в Азии и сотрудничество с регионом не только не ослабло, но даже укрепилось. А потому Вашингтону следует предоставить Дутерте больше автономии в реализации экономической политики, позволяющей ему выполнять обещания, данные избирателям, — пусть даже для достижения такой цели ему придется прибегнуть к финансовой помощи Пекина. Поскольку у США нет ни ресурсов, ни политической воли для финансирования инфраструктурных проектов Родриго Дутерте, Вашингтону необходимо дать ему возможность воспользоваться китайскими финансами и перестать видеть в этом угрозу для Соединенных Штатов.

Нет сомнений, что Трамп на посту президента внесет оживление в американо-филиппинские отношения. Их общая с Дутерте склонность к популизму и отсутствие уважения к правам человека вполне могут стать основой прочных отношений двух политиков. И немалую роль тут способны сыграть резкие отповеди Дутерте в ответ на критические замечания Обамы. С другой стороны, антикитайская позиция Трампа и отсутствие последовательности в его действиях могут лишить США способности конструктивно воспринимать политику Дутерте в отношении КНР.

Как бы ни развивались китайско-филиппинские отношения, администрации Трампа следует все внимание уделять налаживанию связей с Манилой. Недоверие Дутерте к США зиждется на убежденности в том, что Вашингтон выступает на стороне его внутренних врагов — окопавшейся филиппинской элиты. Очень важно вовлечь Дутерте в процесс политических переговоров в ходе официальных визитов — это позволит убедить его, что Соединенные Штаты поддерживают Филиппины как государство, а вовсе не местный истеблишмент. Родриго Дутерте будет выступать с провокационными заявлениями, пока не почувствует, что в Вашингтоне услышали пожелания Манилы.

Наиболее поразительным моментом в отношениях Дутерте с Пекином стало заявление филиппинца о намерении возобновить двусторонние переговоры по территориальным спорам, хотя он мог бы и далее добиваться победы Филиппин в международном трибунале по делу о Южно-Китайском море.

Однако в прошлом подобные переговоры заходили в тупик ввиду сложностей с поиском мирного варианта разрешения пересекающихся территориальных претензий двух стран.

Трамп уже высказался за вывод американских войск из других государств Азии (Японии и Южной Кореи), но его позиция в вопросе Южно-Китайского моря пока неясна. Многие эксперты, памятуя о недавней критике Трампом китайской практики строительства островов в Южно-Китайском море и о его неприятии политики Пекина, прогнозируют столкновение интересов США и КНР по данному поводу.

Твердость позиции Трампа в этом вопросе на слушаниях по утверждению кандидатуры на пост главы госдепа подтвердил и Рекс Тиллерсон, пообещавший подать Китаю «недвусмысленный сигнал» о необходимости прекратить строительство островов. И тут Трамп мог бы взять на вооружение методы Дутерте, прекрасно усвоившего, как не нажить врага в лице Китая.

Статья опубликована Foreign Affairs 19 января 2017 г.

© Council on Foreign Relations // Tribune News Services.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

Когда страсть похожа на кризис

Несмотря на то, что и польская пресса, и некоторые представители польского политикума...

«Украинцы — наши братья. Об этом нельзя забывать»

Отношения с Киевом для Варшавы очень важны, но сейчас у Польши нет партнера в Украине....

Конец нашей дружбы?

Глава польского МИД Витольд Ващиковский анонсировал создание черного списка...

Универсальный повод

Король Салман мотивировал репрессии тем, что часть высокопоставленных чиновников...

Парадокс узбекского террора: в стране мир, за ее...

Узбекские сторонники джихада полностью утратили связь со своей страной, и...

Загрузка...

Программа действий для Меркель: как сохранить...

Канцлеру придется взять под контроль фундаментальные перемены, непреднамеренно...

Решительная борьба с призраком

4 ноября в московском спортивном комплексе «Лужники» состоялся митинг-концерт...

Почему Собчак заговорила о незаконности аннексии...

Либеральная группировка планировала воспользоваться кампанией Собчак, чтобы заявить...

Светлое будущее Китая уже сейчас

КНР побеждает бедность и болезни, ставит рекорды и новые цели

«Китай открыл двери миру, продемонстрировав силу и...

«Обычно мы слушаем официальные заявления чиновников из МИДа, но на этом съезде мы...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка