Новая стратегия альянса: сдерживание в условиях XXI века

№6(759) 12 — 18 февраля 2016 г. 11 Февраля 2016 0

nato-russia-insider.com

Телефонный пресс-брифинг постоянного представителя США в НАТО посла Дугласа Льюта

В брюссельском региональном медиацентре госдепартамента США 9 февраля состоялся очередной телефонный брифинг — посвященный февральской встрече министров обороны стран НАТО. В ходе общения с журналистами, в котором принял участие и корреспондент «2000», Дуглас Льют подробно осветил актуальные для альянса вопросы.

Дуглас Льют

ЛЬЮТ (Л.): Упомянутая встреча министров обороны проходит ровно за пять месяцев до июльского саммита в Варшаве. За этот период мы проведем еще три таких же мероприятия. Главы министерств обороны 10—11 февраля примут участие в пяти тематических заседаниях. Первое связано с поистине жизненно важным для альянса вопросом — сдерживанием и оборонным потенциалом. Министры обсудят (и, полагаю, одобрят) новую стратегию сдерживания и обороны НАТО — я бы назвал ее сдерживанием в условиях XXI столетия.

Тема не нова для альянса, но речь будет идти о принципах модернизации стратегии сдерживания в соответствии с вызовами, с которыми НАТО сталкивается на своей периферии. Обновленная или модернизированная стратегия сдерживания выстроена на спектре потенциалов. На одном его краю — национальные оборонные потенциалы, т. е. возможности каждого из 28 союзников по организации собственной обороны в случае гибридной и кибернетической войны, а также ударов по ключевым объектам инфраструктуры.

В середине спектра — наши традиционные возможности, а именно та помощь, которую альянс готов предложить союзникам. Иными словами, это потенциал коллективной обороны, куда входит система баллистической ракетной обороны, а также командования НАТО.

Наконец, на другом краю спектра — ядерный потенциал НАТО, включающий помимо сил самого альянса объединенный стратегический ядерный потенциал трех ключевых союзников: США, Франции и Великобритании.

Чрезвычайно важным вкладом в модернизацию сдерживания стало недавнее сообщение США о готовности в текущем году увеличить финансирование нашего потенциала в Европе в четыре раза. Этот проект будет реализоваться по стадиям. В ходе первой мы нарастим присутствие американских войск в Европе. В течение двух лет мы проводили ротацию одной американской бригады раз в полгода: бригада проводила в Европе, где тренировалась и участвовала в совместных учениях с союзниками, шесть месяцев. Теперь время ротации увеличится вдвое — до года.

На второй стадии США разместят в Европе значительное количество военной техники: сюда вернется вся техника бронетанковой и артиллерийской бригады, а также вспомогательный потенциал на уровне дивизионов. Иными словами, мы существенно наращиваем в Европе объем расквартированной техники, что позволит быстрее реагировать в случае кризиса.

Проект реализуется в полном соответствии с условиями Основополагающего акта НАТО—Россия. Кое-кто утверждает обратное, но они искренне заблуждаются. Упомянутый акт предусматривает совершенствование инфраструктуры, в том числе описанное мной размещение военной техники. Речь идет о ротации, а не о постоянном присутствии войск. Кроме того, размещение техники и ротация войск будут проводиться главным образом в Западной, а не в Восточной Европе.

Второе заседание министров обороны посвящено обсуждению процессов принятия решений в НАТО. В первый день его участники рассмотрят и проблематику периферии альянса, в частности нестабильность на Востоке и Юге. Много времени уделят партнерам НАТО — помимо 29 членов, у нас есть партнерства еще с 40 странами, и многие из них расположены именно на восточном и южном рубежах альянса.

А потому обсуждать будут вопрос о том, что может сделать НАТО для установления там стабильности. По сути речь идет об экспорте безопасности на наши границы.

Пять ключевых партнеров — Финляндия, Швеция, Австралия, Иордания и Грузия — примут в этом заседании реальное участие на уровне министров обороны, т. е. за одним столом с членами ЕС и 28 министрами НАТО.

Заседание 11 февраля будет посвящено готовности НАТО реагировать на гибридные боевые действия. Речь пойдет о способности государств устойчиво реагировать на внешние воздействия, в том числе в области кибернетической обороны. Министры обсудят ситуацию с AGS (Alliance Ground Surveillance) — системой слежения НАТО за наземной обстановкой. Впервые в истории альянс получит пять беспилотных аппаратов Global Hawk, причем первый поступит еще до начала саммита в Варшаве.

Министры оценят и выполнение озвученных в Уэльсе обещаний по инвестициям в оборону, по отказу от давней тенденции сокращения оборонных бюджетов. В целом альянс сумел переломить ситуацию в этом вопросе. Но если США реально наращивают оборонный бюджет 2017-го, то так поступают пока не все союзники. Отказались от сокращений и увеличивают ассигнования на оборону примерно две трети членов.

Последнее — пятое — заседание будет посвящено встрече комиссии НАТО—Грузия. А после завершения министерской встречи Эштон Картер, министр обороны США, проведет в штаб-квартире НАТО заседание стран-членов против ИГИЛ. Хочу, чтобы меня поняли правильно — не альянс организует это мероприятие: он лишь предоставляет свои площади, а организуют и проводят встречу членов коалиции Соединенные Штаты.

Népszabadság (Венгрия): В каких именно странах Центральной Европы США планируют размещать военную технику? Идет ли речь только о Польше или вы имеете в виду и другие государства Центральной Европы, например Венгрию?

Л.: Вопрос это непростой, поскольку речь идет о размещении нескольких разных типов американской техники. Прошлым летом мы сообщили о размещении техники в ряде стран Центральной и Восточной Европы для упрощения подготовки совместных занятий американских войск с союзниками, а также для того, чтобы эта техника там и оставалась. Этот процесс уже происходит. По-моему, идет работа с шестью или восьмью странами, чтобы их правительства направили нам соответствующие приглашения: Соединенные Штаты никогда не размещают боевую технику на территориях других стран без такого приглашения. Приходится вести и переговоры о том, где, как и насколько надежно будет храниться это оборудование. Процесс стартовал, и для его завершения требуется от шести до девяти месяцев.

Техника, о которой сообщили на прошлой неделе, — другое дело: она не предназначена для использования при обучении. Ее будут хранить в основном на территориях союзных стран Западной Европы возле основных транспортных узлов, чтобы войска США могли быстро воспользоваться ею и переместить в любом направлении — на север, юг, восток или запад. Эта вторая часть техники рассчитана на случай кризиса или реальной возможности вступления в боевые действия. Что касается Венгрии, то я знаю, что она — один из кандидатов на получение техники первого типа, но о состоянии переговоров по этому вопросу пока ничего сказать не могу.

Cumhuriyet (Турция): Хотелось бы услышать мнение США по поводу переговоров Меркель с премьер-министром Турции об оказании альянсом помощи на южных границах. Ранее размещенные США и Германией комплексы Patriot, как известно, уже выведены. Есть ли какие-то новые решения НАТО по размещению AWACS или ракет класса «земля—воздух» в Турции?

Л.: Несколько месяцев назад в ответ на просьбу Анкары о предоставлении дополнительного оборонного потенциала и техники, способной обеспечить неприкосновенность границ страны, альянс дал положительный ответ. Эта техника либо уже в Турции, либо на пути туда. Что касается сообщений о недавних переговорах Меркель и руководителей Турции, то они еще не оформлены официально, хотя это может решиться в ближайшие дни. Говоря откровенно, нам только предстоит выслушать мнения министров Германии и Турции по этому поводу на встрече.

Voice of America: Эрдоган заявил, что США необходимо выбирать между Турцией и сирийскими курдами, которых он назвал террористами. И сказал он это сразу после визита американского посланника Бретта Макгерка в контролируемый сирийскими курдами Кобани. Как вы отреагировали на этот откровенный ультиматум?

Л.: Мы давно ведем плотные переговоры с нашим союзником Турцией относительно поддержки, оказываемой Соединенными Штатами различным группам сирийской оппозиции на территории Сирии. Отчасти эти переговоры сводятся к вопросу о роли сирийских курдов в борьбе, происходящей в стране. Я читал сообщения о беспокойстве турецких официальных лиц по поводу контактов США с сирийскими курдами (и поддержки со стороны США), но эти опасения не новы. А что касается упомянутого вами визита в Кобани, то этот город практически освобожден от контроля ИГИЛ в результате эффективных боевых действий групп сирийских курдов. Это тема непрекращающихся переговоров и консультаций между США и Турцией, и, полагаю, этот вопрос следует оставить дипломатам.

Telegraf (Сербия): На предыдущем брифинге вы говорили, что Россия нацеливает удары исключительно против сирийской оппозиции, а не против ИГИЛ. Изменилось ли что-нибудь в этом вопросе за минувший месяц?

Л.: В характере российских ударов в Сирии не произошло фундаментальных изменений. Большинство (80—90%) ударов россиян все так же нацелены против тех, кто выступает против сирийского режима, против Асада. Это не удары по ИГИЛ. И это эмпирический факт, т. е. не оценка и не предположение, а уверенность. Мы знаем, что РФ в Сирии бомбит оппозицию, а борьбу с ИГИЛ не ведет. Каковы последствия? Действия России радикально ухудшают ситуацию. Кроме того, они кардинально осложняют политический вопрос.

Иными словами, на всех трех фронтах — безопасности, политики и гуманитарном — действия России в отношении оппозиционных групп, направленные в поддержку президента Асада, неконструктивны и пользы не приносят.

Почему они так поступают? На мой взгляд, вывод однозначен: их цель — поддержать Асада и сохранить его у власти в Сирии. А потому ситуация с момента последней декабрьской встречи только ухудшилась.

Deutsche Welle (Германия): К вопросу о роли России в сирийском конфликте. Может, имело бы смысл прямо завтра встретиться в Мюнхене и провести переговоры о прекращении огня в рамках Женевского формата? Как известно, обсуждался вопрос о появлении военно-воздушных сил НАТО в воздушном пространстве Сирии и Турции. Есть ли какие-то подвижки в этом плане?

Л.: Сначала о политических переговорах. Я бы сказал, это единственное, что имеет смысл. Этим вопросом в ООН занимается Стаффан де Мистура, один из лучших переговорщиков и дипломатов. Процесс будет крайне сложным, но это единственный целесообразный путь, поскольку в возможность военного решения конфликта мы не верим. А потому ведем поиски решения по политическим и дипломатическим каналам.

Что касается самолетов дальнего радиолокационного обнаружения НАТО—AWACS, то альянс сегодня пытается оценить, окажет ли их применение поддержку действиям коалиции против ИГИЛ. Формы, методы и время оказания такой поддержки сегодня только обсуждаются. AWACS — это по сути воздушный командный пункт и диспетчерская для проведения военно-воздушных кампаний. Альянс получил запрос о целесообразности применения этих самолетов, но он все еще обсуждается, и окончательное решение не принято.

TV4 (Швеция): Каковы, на ваш взгляд, стратегические амбиции России в Сирии? В Швеции циркулируют слухи, что власти РФ содействуют проникновению беженцев в Европу, и некоторые считают это попыткой дестабилизации ЕС. Подкреплены ли такие слухи фактами? И еще: если вернуться к теме размещения военной техники в Европе, то получит ли что-то Швеция?

Л.: Цель РФ в Сирии — сохранить власть Асада и, следовательно, влияние России в регионе с помощью исторических давних связей России с его режимом и режимом его отца. У РФ есть военно-морская база в Тартусе (второй по величине портовый город в Сирии. — Ред.), а немного севернее — мощная военно-воздушная группировка на сирийской базе. Все это связано с сохранением влияния России в регионе. Кроме того, есть доказательства, что РФ хочет утвердиться на международной арене и иметь право голоса в событиях на Ближнем Востоке.

Так выглядят цели России — судя по всему, в них нет места для борьбы против ИГИЛ, и это мое утверждение основано на сугубо эмпирических данных, демонстрирующих, с кем воюет Россия (с оппозицией), а против кого не ведет боевых действий (ИГИЛ).

Что касается Швеции, то НАТО и вашу страну объединяет тесное партнерство. Отчасти поэтому Швеция приглашена принять участие в обеде министров обороны стран — членов НАТО 10 февраля. И из общения с нашими шведскими коллегами мы хотим понять, как именно оценивается наше партнерство из-за пределов НАТО. Иными словами, как оценивает партнерские отношения с НАТО Швеция — страна, долгие годы принимавшая участие в совместных с альянсом операциях на Балканах и в Афганистане? Какие шаги, на взгляд нашего партнера, следует предпринять НАТО для улучшения условий нашего сотрудничества?

Вот почему 10 февраля мы с удовольствием выслушаем мнения перечисленных мной ранее пяти партнеров, в том числе Швеции, о том, как улучшить наше партнерство. С точки зрения НАТО, в грядущие годы наше партнерство обретет еще более высокую значимость, поскольку альянсу приходится решать проблему нестабильности на своих рубежах.

Что касается слухов об участии российских властей в проектах по дестабилизации... Я читал подобные сообщения в прессе, но доказательств не видел. На мой взгляд, нам следует сфокусировать внимание на источнике реальных проблем с беженцами, а им является насилие в Сирии.

Anadolu Agency (Турция): Вопрос о том, как министр обороны РФ прокомментировал последний случай нарушения воздушного пространства Турции. Он настаивает, что самолет не входил в турецкое пространство. Тем не менее Анкара уверяет, что нарушение имело место. Есть ли у вас какая-то физическая и техническая информация по этому вопросу? Можете ли прокомментировать ситуацию?

Л.: Это лишь последний из череды типичных инцидентов, когда самолеты РФ, вылетая с сирийских авиабаз, несколько раз действительно нарушали границу и воздушное пространство Турции. И все мы помним, как в конце прошлого года одно из таких нарушений завершилось тем, что турецкий F-16 сбил боевой российский самолет.

В распоряжении НАТО имеются инструменты верификации маршрутов самолетов в регионе. Свои доказательства представила Турция, НАТО сопоставило их со своими данными, и мы подтверждаем свидетельства Турции. Мы согласны, что самолет РФ нарушил воздушное пространство Турции. Мы знаем, что Турция неоднократно предупреждала пилотов еще до нарушения. Теперь бремя ответственности должно лечь на плечи России. А мы ждем лишь одного: решения РФ об отказе от этой опасной активности прямо у границ с Турцией. Именно Россия обязана соблюдать все меры безопасности ради обеспечения безопасности не только своих пилотов, но и пилотов других стран в регионе.

ТАСС (РФ): Как США оценивают решение Турции о запрете на пролет российских самолетов над ее территорией и как это соотносится с договором об открытом небе? Еще один вопрос: по словам Генсека НАТО, обсуждается вероятность заседания Совета НАТО—Россия. Поддерживают ли в США идею проведения такого заседания?

Л.: Я полагаю, что первый вопрос связан с недавним запросом РФ о подтверждении привилегий России по соглашению об открытом воздушном пространстве и пролете над территорией Турции. В соответствии с устоявшейся практикой такие полеты должны быть согласованы обеими сторонами. Как я понимаю, в этом случае взаимного согласования нет, и, вероятно, именно поэтому последовал отказ в разрешении на полеты. В этом нет ничего необычного, таковы давно существующие протоколы соглашения об открытом воздушном пространстве.

Вы верно процитировали слова Генсека в отношении Совета НАТО—Россия. Возможность организации такой встречи рассматривается обеими сторонами — и НАТО, и Россией. Договоренность по этому поводу заключена еще несколько месяцев назад, и нам следует поддерживать открытость в диалоге на уровне послов в рамках Совета НАТО—Россия. Разговоры о возможной встрече ведутся уже какое-то время, и США продолжают поддерживать это предложение.

The Diplomat (Греция): Вы упомянули недавнее нарушение воздушного пространства Турции. В то же время турецкие истребители практически ежедневно вторгаются в греческое воздушное пространство. Какова официальная реакция США на это?

Л.: Наша реакция в обоих случаях идентична. Мы считаем, что в точках соприкосновения воздушного пространства двух государств наступает двусторонняя ответственность — в соответствии с международными протоколами и международными правилами, регулирующими поведение в воздухе. В случае с турецким и греческим воздушными пространствами вопросы, периодически возникающие в отношениях между Анкарой и Афинами, как правило, разрешаются дипломатическим путем, по соответствующим каналам. И эти двое наших союзников с давних пор демонстрируют ответственность поведения. Нам бы хотелось, чтобы все подобные вопросы о воздушном пространстве разрешались так же ответственно, как это делают турки и греки на протяжении многих лет.

Norway News (Норвегия): Не могли бы вы оценить степень угроз безопасности на Крайнем Севере, главным образом в районе российско-норвежской границы?

Л.: Важно помнить, что НАТО нуждается в обеспечении безопасности со всех сторон, хотя сегодня все внимание приковано к событиям на Востоке и Юге. Размышляя о вызовах, мы часто напоминаем сами себе, что наш альянс — это полноценная окружность, и северное направление — ее часть.

Сегодня благодаря таким надежным союзникам, как Норвегия, у нас нет серьезных проблем с безопасностью на севере. Альянс внимательно отслеживает реализацию всех военных проектов в Арктике, в особенности модернизацию части российского потенциала. Мы следим за этим так тщательно потому, что в число наших союзников входят Норвегия и другие государства Арктики, а также потому, что доступ к североатлантическому пространству можно попытаться перекрыть со стороны Крайнего Севера. Вот почему этот регион так важен в стратегическом плане для НАТО. Несмотря на модернизацию Россией своей техники и баз в этом районе, мы пока еще не считаем этот факт серьезной угрозой для себя. И во многом мы обязаны этим таким нашим союзникам, как Норвегия.

Defense Matters (Румыния): Руководство Пентагона все чаще акцентирует внимание на так называемой «третьей стратегии сдвига». Как вы — с исторической точки зрения — оцениваете стратегии сдвига НАТО в укреплении потенциала сдерживания? Какую роль эти стратегии сыграли в истории развития альянса?

Л.: Для начала давайте напомним, что такое стратегии сдвига. Считается, что в истории альянса значимые технологические прорывы как минимум трижды приводили к существенным сдвигам в стратегии. Первым из таких сдвигов стало создание ядерного оружия, обладающего потенциалом сдерживания. Второй сдвиг произошел в период с середины 60-х до середины 70-х ХХ в.: тогда появление высокоточного традиционного оружия разблокировало ядерный тупик.

Сегодня некоторые официальные лица, обсуждая текущие события, говорят о них как о третьем стратегическом сдвиге. Речь идет о кибернетическом потенциале, электронном оружии, о дальнейшем развитии потенциала управляемого высокоточного оружия: сочетание всех этих возможностей может свидетельствовать об очередном сдвиге.

Один из примеров, приводимых в подтверждение того, что третий сдвиг происходит, — демонстрация силы россиянами в Калининграде или на Крымском полуострове. Там развернутые Россией силы оснащены высокоточными самонаводящимися ракетными комплексами класса «земля—земля», все это дополняется самыми совершенными электронными системами с целью утвердить свое влияние в Мировом океане и воздушном пространстве планеты.

Вопрос о стратегии третьего сдвига остается по большей части предметом для дискуссий. На мой взгляд, НАТО отвечает на появление такой разновидности современного потенциала именно тем, что мы называем стратегией сдерживания XXI столетия.

Действиям РФ мы противопоставляем модернизированную стратегию сдерживания.

Evenimentul Zilei (Румыния): Как вы представляете себе дальнейшее улучшение отношений с Молдовой? Будут ли США обеспечивать ее тяжелыми видами вооружений и оказывать помощь в военной подготовке, как в прошлом году? Или предложат нечто иное?

Л.: Часть денег из упомянутых ранее $3,4 млрд. выделены на укрепление потенциала партнеров, а в их число мы включаем такие государства, как Молдова. Какие именно программы США будут задействованы там, пока еще не решено. Но в любом случае речь идет о программах модернизации оборонных структур страны и ее системы национальной безопасности, с тем чтобы повысить способность Молдовы самостоятельно защищать себя.

Подготовил 

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Блоги

Авторские колонки

Ошибка