Шумовое прикрытие предвыборного наступления

№15(768) 15 — 21 апреля 2016 г. 14 Апреля 2016 3.7

Создав Росгвардию, Путин получил возможность, не вступая в конфликт с силовиками, cузить их полномочия

Смелые предположения и прагматические задачи

9 апреля «Вашингтон пост», одна из наиболее влиятельных газет США, опубликовала статью, в которой утверждается, что утечка данных из панамского офшора была организована Кремлем — он хотел таким образом нанести удар по своим внешнеполитическим противникам.

Статья написана на основании аналитической записки, опубликованной на сайте Брукингского института (Brookings Institution). Ее автор Клиффорд Гедди (Clifford Gaddy), ведущий сотрудник действующего при институте Центра США и Европы, завоевал известность как один из лучших специалистов по современной России. Биография Владимира Путина, выпущенная им несколько лет назад в соавторстве с Фионой Хилл, была названа журналом Foreign Affairs наиболее полезным жизнеописанием российского лидера, а вице-президент США Джо Байден в одном из интервью рекомендовал прочитать эту книгу.

Клиффорд Гедди

Так что Гедди можно без колебаний назвать серьезным исследователем, который не стал бы рисковать собственной репутацией.

На что же он опирается, предполагая, что утечка данных из панамского офшора была организована окружением Владимира Путина? Его версия основывается на трех аргументах.

Во-первых, опубликованные сведения не представляют никакой опасности для российского президента — ни с политической, ни с юридической точки зрения.

Во-вторых, основными пострадавшими от обнародования результатов расследования (проведенного, как предполагает Гедди, при российском содействии) стали международные лидеры, которых российский президент может считать своими противниками.

В-третьих, опубликованные материалы практически не содержат данных об американских политиках и предпринимателях. Клиффорд Гедди объясняет это тем, что российские спецслужбы якобы намеренно скрыли от международного журналистского консорциума эту информацию, чтобы использовать ее впоследствии для шантажа.

Эти в общем-то шаткие доказательства Клиффорд Гедди подкрепляет следующим доводом: реакция российского руководства на публикацию результатов журналистского расследования выглядит явно преувеличенной. Несколько высокопоставленных российских чиновников, включая президентского пресс-секретаря Дмитрия Пескова, уже намекнули, что главная цель этого шага заключается в том, чтобы дестабилизировать Россию, против которой Запад ведет информационную войну. В том же духе высказался и сам Владимир Путин, который почему-то решил лично заняться опровержением «панамского досье».

Однако это свидетельствует скорее о желании Кремля воспользоваться сложившейся ситуацией, а не о его желании отвести от себя подозрения, как это можно было бы предположить, исходя из версии Гедди. Публикация данных панамского офшора позволила Путину решить важные внутриполитические задачи, увеличив свои властные полномочия и обезопасив себя от действий со стороны политических группировок, стремящихся ослабить его позиции или вынудить его содействовать их усилению.

Вполне возможно, что Владимир Путин знал о готовящейся публикации: о планах журналистского консорциума его могли предупредить представители американской администрации (кстати, причастность Вашингтона к этому расследованию может объяснить и отсутствие данных об американских политиках).

Но в данном случае важно не то, насколько Владимир Путин был готов к появлению в мировых медиа данных журналистского расследования (хотя это событие явно не застало его врасплох). Намного интереснее, что он предпринял после этого.

В этой связи хотелось бы еще раз обратиться к заметке Гедди, вызвавшей отклики не только у «Вашингтон пост», но и у десятков других СМИ, последовавших примеру известного американского издания. Сам Клиффорд Гедди указал, что не совсем уверен в справедливости собственной версии, что тем не менее не помешало ее распространению в медиапространстве (прежде всего в американском, австралийском и восточноевропейском). Вполне возможно, что таким образом американская администрация хотела дать понять экспертам и политическим деятелям, занимающимся международными проблемами, что она не собиралась наносить удар по России, Кремль не потерпел сколько-нибудь заметного ущерба, а его заявления не стоит принимать всерьез.

Нужно отметить, что Брукингский институт (один из стрейших аналитических центров США, основанный еще в 1916 г.), сотрудником которого является Гедди, возглавляет бывший замгоссекретаря Строуб Тэлботт (Strobe Talbott), занимавший этот пост на протяжении большей части правления Билла Клинтона. Если к распространению материалов действительно причастна американская администрация, то она, скорее всего, пыталась показать, что она вовсе не шантажирует Владимира Путина и не стремится загнать его в угол. А это значит, что российское руководство изображает конфликт с США, чтобы под предлогом противодействия внешней угрозе решить внутренние проблемы.

Очевидно, что присоединение Крыма, вмешательство в конфликт на Донбассе и ведение боевых действий в Сирии вызвали вполне естественное (и неизбежное) укрепление позиций российских силовых структур, прежде всего армии. В результате у них, по-видимому, появились претензии, связанные с увеличением финансирования, получением контроля над распределением бюджетных средств и повышением собственной роли в государственном управлении. Путину сейчас крайне важно сохранить стабильность, а потому передел экономического и политического пространства в пользу силовиков явно не входит в его планы.

Деликатный удар по силовым структурам

Решить проблемы, вызванные ростом влияния силовиков, было бы совсем не просто, если бы кстати не подоспела публикация «панамского досье», давшего повод Кремлю заявить о необходимости более адекватной реакции на усилившееся давление Запада.

Российский президент получил возможность, не вступая в конфликт с силовиками, отобрать у них полномочия. При этом ему удалось избежать укрепления позиций других группировок, не связанных с руководством силовых структур, поскольку отобранные у «силовиков» полномочия российский президент закрепил за собой.

Для этого Путин кардинально — хотя и деликатно — переформатировал силовые ведомства, создав новую структуру — Росгвардию, призванную защищать российское руководство и пресекать попытки Запада разжечь гражданское противостояние внутри страны. И поскольку по версии Кремля американская администрация и ее союзники пытаются всеми средствами оказать давление именно на президента РФ, вполне естественно, что такая структура должна подчиняться непосредственно ему.

Создание Росгвардии предстает в подаче российских СМИ как чрезвычайный шаг, вызванный конфликтом с Западом. Понятно, что подобная логика позволяет полностью заблокировать любые попытки противодействия (как скрытого, так и публичного) президентскому решению.

Кстати говоря, больше всего от создания новой структуры пострадали ведомства, занимающиеся деятельностью непосредственно на постсоветском пространстве. Госнаркоконтроль (ФСКН) и Федеральная миграционная служба (ФМС) утратили самостоятельность. Владимир Путин передал их в ведение МВД, из подчинения которому в свою очередь были выведены внутренние войска и спецподразделения, на базе которых и была создана Росгвардия.

Нужно отметить, что бывший руководитель ФСКН Виктор Иванов — один из наиболее влиятельных представителей группировки, которую (чрезвычайно условно) называют «питерские чекисты», считающейся главной опорой Владимира Путина. Причем сам Виктор Иванов вел сложную политическую игру не только внутри страны, но и в республиках Средней Азии (а также в Афганистане), где пользовался заметным влиянием.

США и ЕС создали Кремлю пространство для маневра, которым он может воспользоваться, чтобы на собственных условиях договориться с Киевом

Глава ФМС Константин Ромодановский, хотя и был менее заметным политическим игроком, также играл важную роль в формировании российской политики в отношении бывших советских республик.

Как известно, ни Ромодановский, ни Иванов не собираются переходить на службу в МВД, что предотвратит возникновение внутри министерства самостоятельных центров влияния. Причем должности руководителей соответствующих главков, созданных уже внутри министерства, заняли представители Москвы (впервые за много лет потеснившие «питерских). Борьбу с наркоторговлей теперь будет возглавлять выходец из МУРа Андрей Храпов (бывший замначальника главного управления уголовного розыска МВД), а регулировать миграционные потоки — бывший начальник УФМС по Москве Ольга Кириллова.

Определенные потери понесли и Вооруженные силы, поскольку теперь военные операции за пределами России, направленные на восстановление и поддержание мира, будет осуществлять Росгвардия.

Помимо силовых ведомств, от создания новой структуры также проиграли крупные корпорации и региональные руководители. В функции Росгвардии будет входить контроль за частными охранными предприятиями. Таким образом, само существование корпоративных армий (а у ряда ведущих корпораций они достигли значительной величины) будет теперь зависеть от доброй воли президента. Виктор Золотов, возглавивший Росгвардию, входит в ближайшее окружение Путина еще с того времени, когда тот был вице-мэром Петербурга. Причем на протяжении всего пребывания Владимира Владимировича у власти Золотов (уже возглавлявший ранее Внутренние войска) демонстративно сторонился какой-либо самостоятельной игры. Очевидно, что она не появится у него и на новом посту.

Выделение спецподразделений МВД в особую структуру позволит надежно предотвратить попытки региональных руководителей пойти по пути Рамзана Кадырова и создать на основе милицейского спецназа подобие личных вооруженных сил (утверждают, что подобные намерения были у главы Крыма Сергея Аксенова). Да и труды самого Рамзана Ахматхаджиевича по формированию личной гвардии теперь сведены на нет: подразделения, на которые он опирался, войдут в состав президентской Росгвардиии. Но важнее всего то, что теперь ни один региональный руководитель не сможет без прямого разрешения президента использовать ОМОН или Внутренние войска для собственной защиты. В случае обострения социальной обстановки региональные власти не смогут спрятаться за спину федеральных ведомств.

Российско-американский сценарий для Украины

Показательно, что создание Росгвардии, резко укрепившее личные позиции российского президента, не вызвало критических комментариев ни со стороны американской администрации, ни со стороны системных либералов.

Вашингтон, ничего не сделавший для того, чтобы хоть как-то повлиять на результат голландского референдума (нет никакого сомнения в том, что руководство Нидерландов прислушалось бы к американским рекомендациям), явно стремится снять с себя ответственность за судьбу Украины, а потому не хочет мешать достижению компромисса с Россией. Кроме того, в Сирии возникли новые сложности, вызванные стремлением Асада укрепить свои позиции на переговорах как военными средствами (наступление на Алеппо), так и политическими (проведение парламентских выборов).

Возобновление полномасштабного вооруженного конфликта стало бы тяжелым ударом по ближневосточному курсу США, поскольку вынудило бы Вашингтон отказаться от восстановления отношений с Ираном и заставило бы выступить на стороне Саудовской Аравии (и примкнувшей к ней Турции), которая в последнее время все сильнее сближается с Китаем и все больше ориентируется на Великобританию. Кстати, председатель КНР Си Цзиньпинь, ведущий антикоррупционную кампанию внутри страны, и английский премьер Дэвид Кэмерон, сталкивающийся с сильной оппозицией внутри собственной партии, в отличие от Владимира Путина действительно понесли политические потери в результате публикации данных панамского офшора.

Что касается либеральных группировок внутри российской власти, то они в последние дни одержали заметные успехи. Министр финансов Антон Силуанов сумел добиться официального одобрения собственного курса, направленного на сокращение бюджетных расходов (в том числе за счет сокращения затрат на поддержку промышленности). Накануне парламентских выборов пенсионерам и бюджетным работникам, разумеется, повысят выплаты. Однако эти затраты не окажут существенное влияние на финансовую стратегию власти. Бывший вице-премьер Алексей Кудрин, по всей видимости, возглавит разработку новой программы национального развития.

А нынешний премьер-министр Дмитрий Медведев получил возможность уволить главу Роскомимущества Ольгу Дергунову, сопротивлявшуюся его плану проведения новой массовой приватизации.

По всей вероятности, либералы получили своеобразную компенсацию за согласие на создание новой силовой структуры, замкнутой исключительно на президента. А «шумовой эффект», созданный реакцией на публикацию панамских сведений, позволил президенту не только потеснить силовиков, но и «приподнять» либералов, восстановив частично баланс сил, существовавший в российской власти до осени 2011 г. (тогда отказ Владимира Путина от проведения полноценной президентской кампании вызвал обострение отношений между «системными» либералами и ближайшим окружением президента).

Это в свою очередь позволит избежать каких-либо осложнений во время нынешней парламентской кампании (от несанкционированных выходок региональной власти, пытающейся решать собственные проблемы при поддержке федеральных ведомств, Владимир Путин себя полностью обезопасил). Либеральные группировки, по всей видимости, будут удовлетворены отказом «Единой России» от социальной риторики и хорошим результатом «Яблока» (теоретически оно может даже пройти в Госдуму), под которое старательно зачищается соответствующая часть политического пространства.

Но главное — имитация жесткого противостояния с Западом (при отсутствии реального конфликта) позволит Путину начать предвыборное наступление на украинском направлении. Лидеры США и ЕС в настоящее время ничего не имеют против того, чтобы Владимир Путин добился урегулирования донбасского конфликта на выгодных для Кремля условиях. Нужно отдать должное украинской власти: она сделала все возможное для того, чтобы вызвать разочарование западных политиков своей неспособностью самостоятельно обеспечить политическую стабильность или хотя бы убедительно изобразить борьбу с коррупцией.

США и ЕС создали Кремлю пространство для маневра, необходимого для давления на Киев, который, лишившись внешней поддержки, теперь должен будет как можно скорее завершить донбасский конфликт, чтобы сохранить внутреннюю стабильность.

Тем более что теперь, после отставки Яценюка, президент Петр Порошенко (еще один пострадавший от панамских разоблачений) не сможет объяснять свой отказ от компромисса с Россией опасениями уступить в междоусобной борьбе с премьер-министром.

Путина (как, впрочем, и администрацию США) устроит как превращение территории «ЛНР» и «ДНР» в подобие нового Приднестровья, так и интеграция самопровозглашенных республик в политическое пространство Украины в качестве самостоятельных административно-территориальных образований. Главное, чтобы на этой территории началось постепенное восстановление экономической жизни, которое станет надежной гарантией против возобновления конфликта.

Российский президент сделает все возможное, чтобы решить «донбасский» вопрос еще до осени. И дело не только в том, что ему было бы выгодно до завершения парламентской избирательной кампании продемонстрировать успешность своего курса. Уже в январе следующего года в Белый дом, скорее всего, придет Хиллари Клинтон. Поэтому для российского руководства важно, чтобы между Россией и США к тому времени не было серьезных противоречий.

Клинтон может перейти к жесткому противостоянию с Россией, добиваясь от Кремля стратегических уступок в первую очередь на Ближнем Востоке, поскольку она — в отличие от Обамы — выступает за более жесткую защиту интересов Израиля. Не стоит строить иллюзии — Украина ничего не приобретет от российско-американского конфликта: решение как «донбасского», так и «крымского» вопроса будет определяться договоренностями между Вашингтоном, Москвой и Берлином, а не пожеланиями Киева.

Но вот Кремль в результате возможного в будущем усиления противостояния с США (а значит, и с Западом в целом) может действительно многое потерять.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Патриарх — миссия выполнима

Патриарху Кириллу — человеку, которого ежедневно поминают в храмах Украины, — 20...

Эмиссар: беседа с Джоном Керри

Когда мы были в китайском Ханчжоу на саммите G-20, президент Обама предложил президенту...

Турецкая игра с оcманским уклоном

Эрдоган, избегая соперничества с Россией и ЕС, создает средства давления на Киев

Популизм на марше: почему проблемы возникли именно у...

Запад получает иностранные товары, идеи, искусство и кухни, но не проявляет такой же...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Блоги

Авторские колонки

Ошибка