Сохранит ли Берлин либеральный порядок

№6(806) 10 — 16 февраля 2017 г. 10 Февраля 2017 4

Впервые с момента воссоединения Германия решительно наращивает национальный военный бюджет — на 8% в сравнении с 2016 г.

В то время как президент Дональд Трамп готовится избавить Соединенные Штаты от бремени глобального лидерства, а Великобритания все глубже вязнет в запутанном процессе выхода из состава ЕС, Германия выходит на позиции ведущей экономической и политической силы Европы. В 2014 г. на Мюнхенской конференции по безопасности президент ФРГ Йоахим Гаук выступил с вызвавшей всеобщее одобрение речью («А потому давайте перестанем закрывать глаза, — говорил он, — прекратим бежать от угроз — напротив, давайте решительно смотреть им в лицо»). И с тех пор Германия неизменно подтверждает свои обязательства по обеспечению безопасности — собственной и всего континента.

Страна решилась на постепенное увеличение оборонных расходов, с тем чтобы в итоге выйти на поставленную НАТО цель в 2% ВВП ради формирования эффективной европейской системы обороны. В самом начале 2015 г. Германия, к примеру, в одностороннем порядке приняла решение об отправке военнослужащих в учебные лагеря на север Ирака. В конце 2015 г. Франция сразу после ноябрьских терактов в Париже напомнила союзникам о предусмотренном Лиссабонским договором ЕС положении об обеспечении взаимной обороны, и Берлин вступает в кампанию по борьбе с ИГИЛ. Германия продолжает оказывать активное содействие разрешению кризиса на южных рубежах Европы, в Сирии и Ираке, играя роль безотказного партнера Вашингтона, в то время как США под руководством Барака Обамы шли на существенные сокращения оборонных расходов.

И сегодня многих обеспокоенных европейцев и американцев, с тревогой оценивающих будущее либерального порядка и трансатлантических связей, объединила надежда на способность Германии заменить Соединенные Штаты в роли лидера либерального порядка. Но пока это несбыточные мечты и стремление выдать желаемое за действительность.

Германия уже ошеломлена кризисами внутри страны и на собственных границах. И она не в состоянии сменить США на посту либерального гегемона планеты по одной простой причине — она таковым не является. Судя по статистике Международного института стратегических исследований (IISS), оборонный бюджет ФРГ за 2015 г. составлял лишь 1/12 часть расходов США на оборону. Германия — не ядерная держава, и ее амбиции в вопросе обеспечения всеобщего блага в глобальном масштабе существенно скромнее, чем у Соединенных Штатов.

При этом Берлин вовсе не отличается беспечностью: он может — и жаждет — делать многое ради сохранения единства Европы, особенно в оборонной сфере. Впервые с момента воссоединения Германия решительно наращивает национальный военный бюджет — на 8% в сравнении с 2016 г. Помимо этого, ФРГ предпринимает активные действия по расширению оборонного сотрудничества в рамках Евросоюза. Да, вероятность того, что Германия возьмет на себя обязательства США по обеспечению европейской обороны, невелика, но в угрозах Трампа ФРГ и ее партнеры вполне способны разглядеть пути разрешения собственных политических проблем.

Сохранение двойственного подхода

На недавней совместной пресс-конференции премьер-министр Великобритании Тереза Мэй заявила, что американский лидер «поддерживает НАТО на 100%». Но если предвыборные обещания Трампа станут основой его президентской политики, объем поддержки НАТО Соединенными Штатами будет сокращаться, а масштабы содействия России возрастать.

С одной стороны, такой подход дает России возможность утвердиться в Восточной Европе. Он также может ознаменовать окончательный закат всех перспектив членства Украины (и других потенциальных кандидатов) в ЕС и НАТО. Но, с другой стороны, Россия, осознавая, насколько мощным толчком к единению в 2014 г. стал украинский кризис для альянса, вовсе не намерена провоцировать членов НАТО к использованию статьи 5 устава этой организации.

У Москвы нет ни экономического, ни военного потенциала для войны против НАТО. Следовательно основной проблемой для Германии остается практика использования Кремлем наиболее эффективной и экономичной методы — ведения гибридной войны в своем ближнем зарубежье.

А потому Берлин, по всей видимости, сохранит уже привычный двойственный подход к России — сочетание жесткости с учетом интересов РФ. Если говорить о жесткости, то Берлин демонстрирует впечатляющую настойчивость, убеждая европейских партнеров в необходимости сохранения режима антироссийских санкций, и даже его расширения после недавних рейдов Москвы в Сирии (даже в том случае, если новая президентская администрация США пойдет на отмену американской части санкций).

Если говорить об учете интересов, то Берлину следует постепенно идти на уступки в вопросе дальнейшего расширения ЕС на восток: необходимо признать — де-факто у России есть сферы влияния в Средней Азии, на Кавказе, а в последнее время и в Украине.

Блок НАТО в свою очередь мог бы тоже учесть российские интересы путем отказа от расширения и (вероятно) от возведения систем противоракетной обороны в Румынии и Польше — проекта, запланированного на 2018 г.

В партийной системе Германии существуют мощные сегменты, готовые поддержать именно такую программу действий. Их представители убеждены — вопрос европейской системы ПРО неразрывно связан с будущими переговорами по вопросу вооружений с Россией: в последние годы они буксуют, а обе стороны активно реализуют программы модернизации ядерных арсеналов.

Но в ходе реализации упомянутых проектов в обязательном порядке следует четко доносить до Москвы одну мысль: политика разрядки — это вовсе не проявление слабости. Это необходимо на тот случай, если у России возникнет искушение накалить ситуацию в Восточной Европе, чтобы прощупать пределы терпения новой американской администрации.

А потому европейцам — под руководством Берлина и Парижа — придется вносить коррективы в уже существующие планы ради создания постоянных и более эффективных вооруженных сил Евросоюза, а также разработать план действий на случай чрезвычайной ситуации в странах Балтии и Восточной Европы.

Упомянутый план должен предусматривать как минимум четкое обязательство выделять на нужды НАТО по 2% ВВП, а также заверение в поддержке Берлином программы Еврокомиссии по ликвидации ненужных и избыточных структур и подразделений в системе европейской обороны.

Примерно 80% всех военных закупок осуществляются исключительно на национальном уровне, что приводит к разорительному дублированию компонентов оборонного потенциала (по оценкам Еврокомиссии, речь идет о ежегодных убытках на сумму от $27 до $107 млрд.).

В плане необходимо также предусмотреть стратегические инвестиции в производство дронов, системы дозаправки в воздухе, спутниковую связь и кибербезопасность, поскольку до недавнего времени материально-техническое обеспечение практически каждой европейской военной операции (даже в Ливии, где руководство коалицией в рамках НАТО осуществляли Франция и Великобритания) было вынужденной прерогативой Вашингтона.

Берлин остается одним из главных инициаторов создания системы совместного гражданско-военного планирования в условиях кризисов и учреждения общеевропейского военного штаба — для реагирования на угрозы, подобные ливийской, а также для координации действий в ходе совместных гражданско-военных операций.

И, наконец, Европа теперь сможет по достоинству оценить (учитывая потребность континента в более тесном оборонном сотрудничестве) до недавнего времени вызывавшие лишь скепсис непрестанные усилия Берлина по укреплению общего для НАТО потенциала сдерживания в Польше и странах Балтии — не только символические, но и реальные шаги, ведь военнослужашие ФРГ в случае вооруженного конфликта могут оказаться на передовой.

Укрепление партнерства

Но Германии не добиться ощутимого прогресса без французского партнерства. Этим двум странам следует совместно добиваться совершенствования общей европейской политики безопасности и обороны. Берлин может согласиться с мнением Парижа, предлагающим исключить расходы на оборону из формулы расчета дефицитов бюджета, поскольку такой подход позволит тратить на оборонные нужды больше, не нарушая при этом положений пакта ЕС о стабильности и росте. Следует рассмотреть и вопрос учреждения европейского фонда обороны, гарантирующего континентальным партнерам возможность создавать инвестиционные пулы.

Несмотря на то что наращивание европейского ядерного потенциала сдерживания может показаться нереалистичным прожектом, после выхода Великобритании из Евросоюза у Франции появляется возможность серьезнее отнестись к изучению его перспектив.

Французское и британское ядерное оружие — часть евростратегии сдерживания еще со времен принятия НАТО Оттавской декларации 1974 г.: обе ядерные державы Европы выразили готовность содействовать «общему укреплению имеющегося в распоряжении альянса потенциала сдерживания».

Поскольку Германия в соответствии с Договором о нераспространении ядерного орудия и соглашением «Два плюс четыре» отказалась от разработки и приобретения ядерных вооружений, Берлин, скорее всего, будет готов платить за усиление ударных сил Франции и предпринимать все возможное для участия Великобритании в планах по наращиванию общеевропейского потенциала ядерного сдерживания.

Укрепление этих элементов обороны позволяет и немцам, и европейцам добиться достижения двух целей: убедить Вашингтон в целесообразности оказания дальнейшей поддержки НАТО путем увеличения собственных ассигнований на коллективную оборону, а также успешно демонстрировать свой силовой потенциал в регионе (особенно в случае ухода американцев с Ближнего Востока). Главный же аргумент Германии в защиту идеи создания общеевропейских оборонных структур должен быть основан на понимании того, что Европе следует играть более серьезную роль в стабилизации обстановки на Ближнем Востоке и в Африке. Это позволит не только успешнее бороться с терроризмом, но и решать проблему кризиса беженцев.

Учитывая, что Германия в большей, чем когда-либо в истории, степени готова к роли военного лидера (естественно, при поддержке всех ее ведущих европейских партнеров), высока вероятность того, что нынешний политический климат поспособствует тесному сближению европейцев, в особенности Франции и Германии (и, возможно, даже прощающейся с Евросоюзом Великобритании). Сомнения в сроке действия предоставленных США гарантий безопасности не спровоцируют развал Европы, а решать сложнейшую задачу по обеспечению европейского единства предстоит Германии.

Статья опубликована Foreign Affairs 30 января 2017 г. © Council on Foreign Relations // Tribune News Services.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

Когда страсть похожа на кризис

Несмотря на то, что и польская пресса, и некоторые представители польского политикума...

«Украинцы — наши братья. Об этом нельзя забывать»

Отношения с Киевом для Варшавы очень важны, но сейчас у Польши нет партнера в Украине....

Конец нашей дружбы?

Глава польского МИД Витольд Ващиковский анонсировал создание черного списка...

Универсальный повод

Король Салман мотивировал репрессии тем, что часть высокопоставленных чиновников...

Парадокс узбекского террора: в стране мир, за ее...

Узбекские сторонники джихада полностью утратили связь со своей страной, и...

Загрузка...

Программа действий для Меркель: как сохранить...

Канцлеру придется взять под контроль фундаментальные перемены, непреднамеренно...

Решительная борьба с призраком

4 ноября в московском спортивном комплексе «Лужники» состоялся митинг-концерт...

Почему Собчак заговорила о незаконности аннексии...

Либеральная группировка планировала воспользоваться кампанией Собчак, чтобы заявить...

Светлое будущее Китая уже сейчас

КНР побеждает бедность и болезни, ставит рекорды и новые цели

«Китай открыл двери миру, продемонстрировав силу и...

«Обычно мы слушаем официальные заявления чиновников из МИДа, но на этом съезде мы...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка