Трамп и ЦРУ: по стопам Никсона

11 Мая 2017 4

Когда речь заходила о ЦРУ, президент Ричард Никсон слов не выбирал. Он именовал это ведомство «отступническим», «безрезультативным», «конторой с раздутыми штатами», «не стоящим ни цента» и регулярно задавался вопросом: «Чем, черт побери, занимаются эти клоуны из Лэнгли?»

Новый главнокомандующий Дональд Трамп отзывается об управлении примерно в том же ключе: по его словам, американские разведчики — «бесчестные», «политически мотивированные» и вообще «больные» люди, «распространяющие фейковые новости».

Многие обозреватели моментально обратили внимание на наиболее яркие родственные моменты в поведении Трампа и Никсона (к примеру, способность затаивать обиду, страстную тягу к теориям заговора, искреннюю ненависть к прессе, любовь к статусу «аутсайдера» и готовность вести борьбу за всеми позабытое и игнорируемое «великое молчаливое большинство»). Но практически никто не уделил должного внимания пора-зительно схожему отношению президентов к ведущему разведывательному ведомству Америки.

В конфликте с ЦРУ

Трамп несомненно считает ЦРУ личным политическим врагом, намеревающимся подорвать его авторитет. Справедливости ради следует признать: у него на то есть все основания — в ходе предвыборной гонки многие высокопоставленные представители разведывательного сообщества откровенно ставили на Хиллари Клинтон.

Бывший директор ЦРУ Майкл Моррел дошел до того, что под запись заявил следующее: «Путин завербовал Трампа, превратив его в агента Российской Федерации без ведома самого Трампа».

На протяжении переходного периода и на первом этапе работы на посту президента Трамп с завидной регулярностью критиковал ЦРУ за тревожные заявления о российском вмешательстве в ход ноябрьских выборов.

Буквально накануне инаугурации Дональда Трампа в прессе всплыло никем не верифицированное «досье», якобы подготовленное бывшим офицером британской разведки и изобилующее сочными обвинениями в нечистоплотных методах ведения бизнеса, разнообразных личных прегрешениях президента и его связях с Москвой. В ответ пресс-секретарь Трампа обвинил ЦРУ в фальсификации и распространении этого «документа» с целью подрыва авторитета вступающего в должность президента, сравнив агентов управления с нацистскими пропагандистами.

Впрочем, по крайней мере одно из перечисленных в «досье» утверждений оказалось правдой: руководитель экономического отдела российского посольства Михаил Калугин действительно был шпионом, а Москва отозвала его на родину примерно в августе 2016 г., когда Россию активнее всего обвиняли во вмешательстве в ход американских выборов.

И как тут не вспомнить Никсона. В 1960 г., проиграв президентские выборы Джону Кеннеди с минимальным разрывом, вину за это он (как минимум отчасти) возложил на ЦРУ. Никсон пребывал в уверенности, что «либералы из Лэнгли» преднамеренно не стали опровергать ложные заявления Кеннеди об отставании США от СССР по количеству межконтинентальных баллистических ракет.

Адмирал Стэнсфилд Тёрнер, один из руководителей ЦРУ, писал, что Никсон считал управление «частью либерального заговора высоколобых выпускников престижных университетов».

Судя по всему, Трамп тоже весьма скептически оценивает уровень компетентности ЦРУ. В ходе предвыборной гонки он неустанно высмеивал управление за уже вошедшую в историю слабость разведданных о наличии в Ираке оружия массового уничтожения в 2002 г.

В декабре 2016 г. ЦРУ заявило конгрессу об уверенности в том, что серверы Демократической партии взломаны Россией с целью помочь Трампу одержать победу. Тогда республиканец и его переходная команда решительно опровергли обвинение, дав понять, что даже основатель WikiLeaks Джулиан Ассанж более опытен в сборе разведданных, чем ЦРУ.

Вот наиболее яркий пример того, насколько невысоко Трамп оценивает работу управления: в телинтервью он поставил под сомнение целесообразность ежедневных президентских брифингов. По его словам, для «грамотного парня» вроде него вполне достаточно трех брифингов в неделю: если что-то случится, ему об этом сообщат «его генералы», вице-президент и советник по нацбезопасности. А ведь сотрудники ЦРУ порой расплачиваются собственными жизнями за сбор данных — поэтому cлова Трампа прозвучали крайне оскорбительно.

И вновь просто поразительное сходство с Никсоном. Экс-президент, как и его советник по нац-безопасности Генри Киссинджер, откровенно невысоко оценивал аналитику ЦРУ, полагая, что эксперты управления просто не настроились на его «политическую волну» и слишком часто «перестраховывались», дабы избежать ответственности в случае неточных оценок.

Никсон регулярно жаловался на «полное отсутствие поддержки» со стороны ЦРУ в критически важные периоды. К примеру, в 1970 г. управление не сочло нужным предупредить его о том, что президент Камбоджи смещен в результате государственного переворота. В тот день Никсон разразился следующей тирадой в присутствии главы президентской администрации Боба Халдемана: «Избавьтесь к черту от этих клоунов! Какая от них польза? У них там 40 тыс. человек заняты чтением газет».

Отказ от привычных схем

Схожее отношение Трампа и Никсона к ЦРУ позволяет спрогнозировать, как именно будет меняться подход нынешнего американского президента к этому ведомству с течением времени.

Трамп все чаще и чаще будет полагаться на разведданные, пред-оставленные ключевыми сотрудниками Белого дома и СНБ, материалы от Пентагона, не прошедшие так называемой перекрестной проверки (т. е. не подтвержденные другими разведывательными ведомствами), и даже на аналитику, подготовленную близкими ему по духу частными аналитическими центрами, а вовсе не на традиционные полноценные сводки управления по различным внешнеполитическим вопросам. Вероятность такого сценария повышается благодаря изобилию разведданных, получаемых из открытых источников информации.

В свое время именно Киссин-джер с подчиненной ему группой аналитиков, а вовсе не директор ЦРУ выполнял обязанности главного консультанта Никсона по вопросам разведки, снабжая президента собственным эквивалентом ежедневных брифингов.

ЦРУ, а также госдепартамент и Пентагон неизменно оказывались за бортом процессов принятия решений по самому широкому спектру вопросов — от переговоров по сокращению стратегических вооружений до бомбежки Лаоса и Камбоджи. А Никсон с Киссинджером в это время налаживали тайные закулисные каналы общения с представителями других государств: например, отношения с советским послом Анатолием Добрыниным — в качестве основного инструмента ведения всех дел.

Поразительно, но Никсон с Киссинджером даже не уведомили ЦРУ о планах по поиску вариантов сближения с коммунистическим Китаем, намеренно держа аналитиков управления в неведении относительно одного из самых важных проектов нескольких десятилетий.

«Ну и как мы могли выполнять свою работу, не имея никакого представления о том, что происходит вокруг?» — возмущенно вопрошал директор ЦРУ Уильям Колби в опубликованных в 1978 г. мемуарах «Достопочтенные джентльмены».

Многое говорит о готовности Трампа избрать именно этот путь. Так, главный стратег президента Стив Бэннон изначально получил статус полноправного члена могущественного СНБ, а роли директора национальной разведки и председателя объединенного комитета штабов были сведены к нулю: их присутствие на заседаниях СНБ посчитали необходимым лишь в тех случаях, когда дискуссия непосредственно касалась их «прямых обязанностей и опыта». Весьма примечательно и то, что директора ЦРУ Майка Помпео вообще не включили в состав СНБ.

Краткосрочное возвышение Бэннона, личного советника, пропагандирующего откровенно безумные теории по поводу глобализации, иммиграции и теневого правительства, занявшего в СНБ положение, соответствующее статусу госсекретаря и министра обороны и существенно превышающее спектр полномочий руководителей спецслужб страны, шокировало представителей обеих партий.

Бывший советник президента Обамы по вопросам нацбезопасности Сьюзен Райс назвала упомянутое решение абсолютным безумием и добавила в Твиттере: «Председателя комитета начальников штабов и директора национальной разведки теперь держат в СНБ на вторых ролях. А где вообще ЦРУ? Управление полностью исключили из процесса принятия решений».

И хотя позже (благодаря шквалу критики) Помпео вновь стал полноценным членом СНБ, а Бэннона отправили в отставку, данный эпизод ярко демонстрирует: в администрации Трампа общение с главами разведслужб считают недопустимой роскошью, а вовсе не жизненной необходимостью.

Стремление Трампа (по примеру Никсона) принимать все критически важные решения в сфере внешней политике именно в Овальном кабинете дополнительно подтверждается фактом создания так называемой «Группы стратегических инициатив».

В конце января СМИ сообщили, что Бэннон совместно с Кушнером создает в Белом доме собственный аналитический центр с целью проработки наиболее важных стратегических вопросов, таких как борьба с терроризмом и отношения с Россией и НАТО.

В состав этого органа вошел бывший руководитель Goldman Sachs, журналист Breitbart, а также магнат, сколотивший состояние на торговле недвижимостью. Эта структура, говоря словами газетчиков, моментально завоевала репутацию «альтернативной путеводной звезды в мире власти и влияния». Говорят, со временем в ее ведение перейдет вся прежняя епархия госдепартамента и ЦРУ.

В практике подмены разведывательных ведомств аналитическими структурами и центрами влияния в принципе ничего нового нет, но такой подход характерен, скорее, для стран, подобных Китаю, чем для государств Запада.

Реформа и политизация разведывательного сообщества

Трамп — с высокой степенью вероятности — очень скоро озаботится проблемой реформирования разведывательного сообщества в целом (и ЦРУ в частности).

В декабре 1970 г., обеспокоенный непрофессионализмом ЦРУ и отсутствием лояльности Никсон издает распоряжение о проведении полного аудита разведывательного сообщества. Эту работу он поручает Джеймсу Шлезингеру, неофиту в вопросах разведки, но уже авторитетной восходящей звезде административно-бюджетного управления Белого дома.

Весной 1971 г. Шлезингер, выступая с докладом по итогам аудита, утверждает, что расходы президента на содержание ЦРУ не окупаются должным образом.

Никсон (с целью модернизации ЦРУ, а также ради повышения степени лояльности ведомства по отношению к президенту) приказывает директору ЦРУ Хелмсу провести соответствующую реформу. Контролировать данный процесс он поручает Вернону Уолтерсу, заместителю директора управления. В итоге Никсон увольняет завалившего реформу Хелмса, а на его место назначает Шлезингера.

«Я здесь для того, чтобы не позволить вам причинить вред Ричарду Никсону», — заявил Шлезингер при вступлении в должность. Его откровенно презирали в Лэнгли, считая зарвавшимся некомпетентным чужаком и специалистом по решению щекотливых вопросов политического свойства. Он запустил процесс уничтожения департамента национальной разведывательной оценки обстановки — предмета былой гордости ЦРУ, а также уволил (или подтолкнул к раннему выходу на пенсию) почти 7% сотрудников управления.

Кстати, Никсон поначалу требовал сократить 40% персонала ЦРУ, а в частной беседе пояснял своему молодому советнику Дональду Рамсфельду такие планы словами о том, что «правительство нуждается в клизме».

У Трампа — как и у Никсона — есть планы по реформированию, модернизации и даже сокращению численности разведывательного сообщества. Но в отличие от Никсона в его реформе, скорее всего, будет задействован иной инструмент, поскольку сообщество шпионов сегодня возглавляет директор национальной разведки.

Эта должность учреждена в конце 2004 г. как реакция на вердикт комиссии 9/11, констатировавшей полное отсутствие межведомственного сотрудничества ЦРУ, ФБР и других спецслужб.

Сенат недавно утвердил директором национальной разведки Дэна Коутса, бывшего посла США в ФРГ и члена сенатского комитета по контролю за деятельностью спецслужб. Этот человек пользуется широкой популярностью среди членов палаты представителей вне зависимости от партийной принадлежности, и его считают переговорщиком-миротворцем.

Как и Помпео, он придерживается решительных взглядов в отношении Москвы и считается «ястребом» в российском вопросе. Назначение двух единомышленников на посты директоров ЦРУ и национальной разведки — жизненно важный и решительный шаг. Дело в том, что возможности директора национальной разведки весьма ограничены из-за отсутствия бюджетных полномочий на проведение радикальной реформы всего разведывательного сообщества. А вдвоем они вполне могут запустить маховик реформ.

Самые большие опасения у поклонников идеи независимости ЦРУ от политики, а также объективности разведданных вызывает тот факт, что Трамп (подобно Никсону) может воспользоваться ширмой реформы для политизации разведывательного сообщества.

Трамп уже обеспечил основания для такого беспокойства. Политизация тайных операций — это, пожалуй, самая опасная из всех возможных угроз. История доказывает, что инициатором части самых возмутительных операций ЦРУ в минувшем столетии выступало вовсе не Лэнгли, а западное крыло Белого дома.

Никсон с Киссинджером видели в тайных операциях не только инструмент для решения политических задач, но и средство сведения личных счетов. В 1971 г. Никсон добился свержения правительства Боливии — страны, где в 50-е толпа левых активистов забросала его камнями, когда он прибыл сюда в качестве вице-президента США.

Трамп, явно не отличающийся сдержанностью темперамента, вполне может использовать ЦРУ для проведения операций, подкрепленных эмоциями и предубеждениями, а вовсе не голосом разума.

Довести Дональда до нервного срыва

Сравнение Трампа с Никсоном убедительно доказывает — никакого массового ухода разведчиков из спецслужб ждать не приходится. Сотрудники ЦРУ, в свое время столкнувшиеся со столь же враждебно настроенным к ним главой Белого дома, не стали увольняться пачками, а предпочли мелко мстить. Со временем ситуация переросла в своеобразную партизанскую войну против американского президента.

Наиболее ярким оказалось сопротивление в сфере геополитических альянсов США. В 1973 г. взбешенные откровенно голлистской политикой британского премьер-министра Эдварда Хита Никсон и Киссинджер решили перекрыть поток разведданных в Лондон.

В некоторых аспектах (например, обмен снимками) это решение реализовывалось в полной мере, но такие ведомства, как ЦРУ и АНБ, уперлись рогом и отказывались выполнять приказ, ссылаясь на соглашения об обмене информацией, заключенные двумя странами, считая их юридически действующими.

Можно только представить себе, как АНБ и британские коллеги американского агентства восприняли обвинения в том, что спецслужба Великобритании организовала прослушивание «Башни Трампа» по заказу Обамы. Очевидно, американские чиновники в Лондоне сумели убедить британских контрразведчиков пойти на публикацию едва ли не беспрецедентного опровержения этого обвинения. Штаб правительственной связи Великобритании крайне редко выступает с публичными заявлениями — в последний раз контрразведчики опровергали обвинения в организации прослушки в 2008 г. в ходе расследования обстоятельств гибели принцессы Дианы.

Период правления Никсона позволяет понять суть ползучего сопротивления спецслужб. Активность рядовых сотрудников управления достигла невиданных масштабов: одни рисовали откровенно нелестные карикатуры на президента прямо на офисных досках объявлений, а другие оскверняли висящие в Лэнгли портреты Никсона и Шлезингера. В попытке положить конец вандализму руководство спецслужбы установило в штаб-квартире ЦРУ камеры видеонаблюдения — прямо напротив злополучных портретов.

Сотрудники ЦРУ намеренно опаздывали на работу, прекрасно зная, что ранняя пташка Шлезингер будет в бешенстве наблюдать из окна своего кабинета в бинокль за чередой подчиненных, неспешно бредущих в офис со служебной парковки.

Самой серьезной проблемой оказались утечки информации. Один из наиболее известных случаев связан с заместителем директора ФБР Марком Фелтом: лишь после достижения 90-летнего возраста он признался в том, что был источником самых первых откровений скандала Уотергейт — тем, кто десятилетия скрывался за псевдонимом Глубокая Глотка.

Совсем мало известен случай подрывного шпионажа, организованного спецслужбами против структур, подчиняющихся непосредственно главнокомандующему США. В объединенном комитете начальников штабов назрело такое недовольство действиями Никсона, что чиновники внедрили своего «крота» в штат СНБ!

По приказу председателя Объединенного комитета начальников штабов адмирала Томаса Мурера молодой стенографист из ВМФ по фамилии Рэдфорд переслал военным тысячи фотокопий страниц сверхсекретных документов, украденных из подлежащих уничтожению контейнеров, вытащенных из ведомственных папок и даже из портфелей самого Киссинджера и его тогдашнего заместителя, бригадного генерала Александра Хэйга.

Судя по сохранившимся аудиозаписям из Белого дома, узнав об этом вопиющем факте, Никсон изо всех сил в гневе молотил кулаком по столу...

Трамп, похоже, уже разбудил лихо такого же сопротивления. Говоря словами лидера меньшинства сената Чака Шумера, «ты можешь надавить на разведывательное сообщество, но у него есть 6 вариантов нанесения ответного удара за одну неделю».

Демонстрируя вызывающее неповиновение, ЦРУ отказало в предоставлении доступа к секретной информации Робу Таунли, первому заместителю советника по нацбез-опасности, и он так и не смог возглавить африканское управление СНБ.

На фоне тревожных заявлений о вероятности передачи секретной информации в Москву все чаще звучат сообщения о том, что спецслужбы утаивают засекреченные сведения от президента и приближенных к нему лиц.

Один из руководителей разведслужбы Пентагона сообщил газете New York Observer о некоем «охлаждении» информационных потоков: по его словам, «еще с 20 января мы подразумеваем, что у Кремля есть «уши» в зале оперативных совещаний Белого дома», т. е. в крошечном помещении для проведения конфиденциальных переговоров, расположенном в подвале западного крыла резиденции президента.

Утечкам объявлена война

Утечки раздражали всех президентов без исключения. Обама, к примеру, по числу привлеченных к ответственности инициаторов утечек информации в сфере безопасности превзошел всех американских президентов, вместе взятых. Трамп, возможно, побьет рекорд предшественника.

С момента победы на выборах 8 ноября президент столкнулся с подлинной лавиной в виде несанкционированного разглашения секретной и конфиденциальной информации (зачастую направленной против него лично): от подробностей его телефонных переговоров с главами других государств до проекта президентского указа об иммиграции.

С момента инаугурации прошло всего 24 дня, как уже появилась первая реальная жертва утечек — генерал Флинн. Он вынужден был подать в отставку, поскольку в тот самый день, когда Обама выдворил из США 35 российских дипломатов (якобы в ответ за вмешательство в выборы), в СМИ просочились подробности его приватных телефонных бесед с российским послом Сергеем Кисляком.

Никсон в борьбе с утечками использовал перехват телефонных переговоров без ордера суда, а также прочие нечистоплотные методы: применял он их даже против чиновников такого уровня, как штатный сотрудник СНБ Энтони Лейк, неодобрительно отзывавшийся о планах вторжения в Камбоджу (и якобы поведавший о них прессе). Лейк позже подал в суд на Киссинджера, подписавшего распоряжение о перехвате телефонных бесед Лейка, и в итоге добился официальных извинений.

И, конечно же, невозможно не упомянуть «сантехников» Никсона — специальной группы при Белом доме, занимавшейся ликвидацией информационных «протечек». Местная полиция взяла их с поличным в штаб-квартире Демократической партии, и этот арест спровоцировал цепь событий, ставших толчком к бесславной отставке Никсона.

А Трамп явно восхищается Никсоном. Кстати, среди личных вещей Дональда Трампа, выставленных напоказ в Белом доме, есть одно из посланий Никсона, заботливо обрамленное рамкой. В нем бывший президент предсказывает — если на пост главы государства когда-либо будет претендовать бизнесмен, он и станет победителем. И в борьбе с утечками Трампу следует проявить немалую мудрость — как минимум усвоить уроки обесчестившего свое имя 37-го президента США.

По правде говоря, в счастливый исход противостояния Трампа и ЦРУ поверить сложно. Дальнейшие запугивания, пренебрежительное отношение и действия в обход управления (а именно такую тактику Трамп практиковал в отношении участников своего реалити-шоу) лишь углубят раскол в отношениях и приведут к усилению саботажа со стороны ЦРУ.

Статья опубликованна в Foreign Affairs [№3, май/июнь 2017 г.]. © Council on Foreign Relations // Tribune News Services.

Прощание с борьбой за глобальное лидерство

Владимир Путин дал понять, что все надежды нужно возлагать на экономическое чудо, на...

Тайвань и ежовые рукавицы Пекина: перспективы...

Натянутость в отношениях Пекина и Тайбэя заметна еще с 2016 г., с момента избрания...

Южная Корея: старые проблемы для нового президента

Главными задачами для президента станут обуздание коррупции и улучшение отношений с...

Победа Макрона: не только крах популизма, но и шанс для...

Первым серьезнейшим испытанием для Макрона стали июньские парламентские выборы

Не уверен — не фотографируйся

Советник президента США по национальной безопасности Майкл Флинн был вынужден подать...

«І злодія не було, і батька вкрали!»

Есть украинская пословица: «І злодія не було, і батька вкрали!» Таинственное...

Загрузка...
Загрузка...

Гигиена теле

Активизация российской пропаганды всерьез озаботила парламентариев Молдовы —...

Молдова берет пример с Румынии?

В последние несколько месяцев Национальный центр по борьбе с коррупцией развил бурную...

Дракула придет, порядок наведет

Восторгаясь посадками чиновников в Румынии, украинцам следует больше присматриваться...

Польша. Контейнерные лагеря для беженцев

В самом начале мая правительство Польши заявило о готовности перенять весьма...

Собрались в Европу? Мы знаем лучшие пути

На выезде с польской стороны вдоль обочин стоят наши люди с бутылками водки и пачками...

Китай возрождает право частной собственности на...

Люди, заплатившие за 70 лет аренды, станут вечными арендаторами своих участков

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Блоги

Авторские колонки

Ошибка