Запланированная стабильность и неизбежная неустойчивость

13 Сентября 2017 2.7

  • Владимир Жириновский на избирательном участке

    Владимир  Жириновский на избирательном участке, фото №1

    Владимир Жириновский на избирательном участке

  • Дмитрий Медведев голосует на избирательном участке

    Дмитрий Медведев голосует на избирательном участке, фото №2

    Дмитрий Медведев голосует на избирательном участке

  • выборы в Перми

    выборы в Перми, фото №3

    выборы в Перми

  • выборы в России

    выборы в России, фото №4

    выборы в РФ

  • выборы в Чувашии

    выборы в Чувашии, фото №5

    выборы в Чувашии

  • Владимир Жириновский на избирательном участке

    Владимир Жириновский на избирательном участке, фото №6

    Владимир Жириновский на избирательном участке

  • выборы в Тамбове

    выборы в Тамбове, фото №7

    выборы в Тамбове

  • выборы в Чувашии

    выборы в Чувашии, фото №8

    выборы в Чувашии

  • выборы на Камчатке

    выборы на Камчатке, фото №9

    выборы на Камчатке

Если подходить к прошедшим в России региональным и местным выборам исключительно с формальной точки зрения, то придется признать, что они принесли несомненный успех «Единой России». Она сумела сохранить свой статус единственной «партии власти», пользующейся безусловным покровительством как премьера, так и президента. Так и не вышли из области политических мечтаний рассуждения о том, что у Владимира Путина могут появиться на региональных и местных выборах собственные кандидаты, выдвинутые не «Единой Россией» (которая в результате должна была превратиться в «партию правительства»), а «Общероссийским народным фронтом» (ОНФ).

Необходимость подобной комбинации объяснялась тем, что на «Единую Россию», тесно связанную с действующей властью, российские избиратели возлагают ответственность за бюрократический произвол и снижение уровня жизни. Поэтому президент должен от нее несколько дистанцироваться, чтобы опереться на предстоящих президентских выборах на ОНФ, сравнительно новое общественное движение, которое объявило о своем стремлении помогать президенту и бороться с нерадивыми чиновниками.

Теперь уже очевидно, что планы по превращению ОНФ в новую партию власти, которые обычно связывают с именем нынешнего Председателя Госдумы Вячеслава Володина, так и не будут реализованы. ОНФ, созданный еще под прошлые президентские выборы, в мае 2011 г., так и не выйдет за рамки общественного движения, а главной политической опорой власти останется «Единая Россия» (ЕР).

Убедительная победа при полном отсутствии конкуренции

В свете результатов прошедшей избирательной кампании подобная стратегия представляется совершенно логичной. ЕР добилась убедительного электорального успеха даже в регионах с высоким уровнем протестных настроений. На выборах в муниципальные советы Москвы кандидаты от «партии власти» получили 76% голосов (правда, некоторые из них предпочли скрыть партийную принадлежность и шли на выборы как самовыдвиженцы).

В Подмосковье, где проходили местные выборы, ЕР завоевала 67,5% мандатов в городских собраниях и победила на 18 выборах глав поселений (из 21). На всех 16 губернаторских выборах в минувшее воскресенье победили кандидаты от ЕР («партия власти» поддержала действующих руководителей регионов). Причем в Мордовии глава республики Владимир Волков получил почти 90% голосов.

Правда, нужно отметить, что Мордовия обладает чрезвычайно устойчивыми электоральными традициями, получившими общероссийскую известность. Так, на парламентских выборах 2007 г. в Мордовии проголосовало 108% избирателей (тогда в республике с большим отрывом победила ЕР). В отличие от Санкт-Петербурга, Москвы и Подмосковья, где попытки изменить в пользу власти итоги голосования вызывают общественное недовольство и даже могут стать (как в 2011 г.) поводом для массовых протестных акций, в Мордовии подобные действия не вызывают огласки и проходят незамеченными.

Дело здесь не только в том, что республиканские власти лучше, чем руководители других регионов России, управляют административным ресурсом (в этом, нужно отдать им должное, с ними могут сравниться только главы республик Северного Кавказа). Политические силы, которым в Мордовии позволяют принимать участие в выборах (и уж тем более кандидаты на пост главы региона), заранее согласны с любым результатом. Поскольку хорошо понимают, что в случае недовольства будут просто выброшены из политического процесса.

Подобный опыт организации предвыборных кампаний кремлевская администрация распространила и на те регионы, где сохранялся относительно высокий уровень политической конкуренции. На губернаторских выборах добиться этого было несложно, поскольку власть сумела создать для этого надежный инструмент — муниципальный фильтр, позволяющий отсекать неудобных кандидатов.  

Согласно российскому законодательству кандидат на пост главы региона должен предоставить в избирательную комиссию подписи муниципальных депутатов данного субъекта федерации (от 5% до 10% от общего числа — в зависимости от регионального законодательства), которые должны представлять различные города и районы. Понятно, что справиться с подобной задачей, не прибегая к содействию власти, могут только кандидаты от «Единой России» и КПРФ (причем в ряде регионов и для представителей российской компартии эта задача оказывается практически невыполнимой).

Поэтому все политические игроки, не пользующиеся расположением федерального руководства, попросту не допускаются к губернаторским выборам. В большинстве регионов оппоненты власти даже не пытаются выдвигать свои кандидатуры, а те, кто пытается преодолеть муниципальный фильтр самостоятельно, попусту тратят свои силы.

Среди политиков, которые не смогли принять участие в предвыборной кампании, завершившейся 10 сентября, — мэр Екатеринбурга Евгений Ройзман (он претендовал на пост губернатора Свердловской области) и член Совета Федерации (верхней палаты российского парламента) Вячеслав Мархаев (он пытался стать главой Бурятии). Эти политики пользуются популярностью на региональном уровне и вполне могли бы составить конкуренцию официальным кандидатам — Евгению Куйвашеву и Алексею Цыденову, которые в итоге без особого труда победили. Нет никаких сомнений в том, что им (как и другим губернаторам) не нужно было фальсифицировать результаты голосования.

Но главный вопрос теперь заключается в том, способна ли обеспечить региональной власти легитимность победа на выборах, где у кандидатов от власти полностью отсутствовали реальные соперники? Очевидно, что в такой ситуации даже самый убедительный электоральный успех становится не свидетельством общественного доверия, а доказательством того, что избиратели региона не возражают против кандидатуры, получившей одобрение федеральной власти. Соответственно главным источником легитимности для регионального руководства становится поддержка со стороны администрации президента.

Т.о. региональная политическая элита утратила даже тень той самостоятельности, которой она пользовалась 1990-е. Отказавшись от политической конкуренции, она попала в полную зависимость от центральной власти, которая, имитируя выборы глав регионов, снимает с себя ответственность за положение дел на местах.    

 Жириновский как проблема

Установив жесткий контроль за политическим пространством, президентская администрация фактически лишила парламентские партии возможности хотя бы на региональном уровне открыто выступать против власти. Однако российская власть больше не может блокировать рост протестных настроений. Внешнеполитическая тематика утратила свой мобилизационный потенциал.

Судьба русскоязычных граждан Украины и борьба с геополитической экспансией Вашингтона по-прежнему остаются в центре внимания федеральных каналов. Но, судя по тому, как изменилась тональность предвыборных заявлений и агитационных продуктов представителей «партии власти», данная тематика полностью утратила свой мобилизационный потенциал. Что же до публичного заявления радости от присоединения Крыма, то подобная деятельность стала уделом безнадежных маргиналов или политических бюрократов, проявляющих энтузиазм в силу служебных обязанностей.

Общественные настроения постепенно обретают ту же направленность, что в самом конце «докрымского» периода — поздней осенью 2013 г. Необходимость политических и экономических преобразований не вызывает сомнения у большинства социально активного населения, но при этом российское общество (как и накануне распада режима Януковича) испугано украинскими событиями и отвергает идею силового смещения власти. А, главное, не видит политические силы, которые могли бы осуществить необходимые перемены, и плохо понимает, что должно стать конечной целью преобразований.

В таких условиях резко возрастает роль протестного голосования, лидером которого традиционно является КПРФ. Однако коммунисты, скорее всего, не смогут удержать своих избирателей, если будут вынуждены ограничиться критическими выступлениями исключительно в предвыборный период. От них ждут, что они будут оппонировать власти и после окончания предвыборной кампании. А если этого не происходит, то часть сторонников КПРФ начинает поддерживать другие политические силы, прежде всего небольшие левые партии (к примеру, «Коммунистов России»). Но в условиях, когда политическая активность оказалась жестко ограниченной, в наиболее выгодном положении оказалась ЛДПР.

Для избирателей либерал-демократов не имеет большого значения то, чем занимаются представители этой партии в региональных органах власти или за что голосуют депутаты фракции ЛДПР в Госдуме. Важно только то, что говорит Владимир Жириновский, который умело чередует заявления в поддержку власти с беспощадной критикой экономического курса и неэффективного государственного управления. Нужно отдать должное Владимиру Вольфовичу — ему удалось создать «партию одного человека», которая успешно собирает голоса в различных регионах и умело использует протестные настроения, которые другие парламентские партии вынуждены по большей части игнорировать.

КПРФ все еще остается лидером протестного голосования, значительно опережая другие партии парламентской оппозиции. Однако ЛДПР регулярно обходит коммунистов в небольших промышленных городах, таких как Минусинск (город с 70-тысячным населением в Красноярском крае), где 10 сентября на выборах в городскую думу ЛДПР получила более 20% голосов, став второй после ЕР.

Рост электоральной поддержки ЛДПР на прошедших выборах использовала даже администрация президента, решившая, что провластному кандидату на дополнительных выборах в Госдуму по Брянскому избирательному округу (там избирали депутата вместо представителя ЕР Владимира Жутенкова, досрочно сложившего свои полномочия) лучше идти от либерал-демократов. Петербургский строительный магнат Борис Пайкин (никогда не занимавшийся ранее политикой), разумеется, победил, получив более 55% голосов (ЕР в этих выборах не участвовала). И это стало еще одним подтверждением того, что Владимиру Вольфовичу удалось создать политический бренд, который хорошо работает в регионах с высоким уровнем протестных настроений.

Однако этот успех Владимира Жириновского не только открывает перед действующей властью новые возможности по блокированию политического протеста, но и создает серьезные проблемы. Если нынешние тенденции сохранятся, то на президентских выборах, на которых, как теперь ясно, не будет и намека на политическую конкуренцию, Владимир Жириновский вполне может стать вторым после действующего президента.

Для Владимира Путина (в т.ч. и с внешнеполитической точки зрения) намного удобнее быть идейным оппонентом коммуниста Геннадия Зюганова, заявляющего о необходимости возрождения СССР, чем удачливым конкурентом популиста Владимира Жириновского, ругающего правительство.

Но помещать Жириновскому стать вторым удастся, по всей видимости, только в том случае, если запретить ему участвовать в президентских выборах (к жесткому указанию со стороны государственной власти лидер ЛДПР, несомненно, прислушается). Но отсутствие лидера ЛДПР среди соперников Путина может стать для президентской администрации еще большей проблемой, чем возможное его второе место.    

Продолжение борьбы после окончательной победы

Без лидера либерал-демократов президентская кампания перестанет представлять интерес для тех, для кого политика сводится в основном к эффектным высказываниям Владимира Жириновского. Причем среди его поклонников много тех, кто в день выборов отдаст голос действующему президенту. Но если Жириновского не будет среди соперников, многие потенциальные сторонники Путина могут просто не дойти до избирательных участков.

Как удачно отметил известный российский политический эксперт Григорий Казанков, основная интрига предстоящих президентских выборов состоит в отсутствии всякой интриги. Действительно интересно посмотреть, как кремлевской администрации удастся привлечь внимание общества к избирательной кампании, исход которой изначально предрешен, а все участники не только хорошо известны, но и успели надоесть.

Главная проблема власти состоит все же в том, что она не может допустить, чтобы у Владимира Путина появился оппонент, предлагающий альтернативный путь развития страны. Геннадий Зюганов, по сути дела отказавшийся от попытки выйти за пределы базового электората КПРФ, конечно, не может рассматриваться в качестве идеологического соперника власти. Но, отказавшись от какой-либо содержательной дискуссии, российская власть утратила возможность бороться за поддержку наиболее образованной части общества, и это хорошо продемонстрировали московские муниципальные выборы (на них избирали депутатов советов, которые действуют в районах российской столицы).

Формально эти выборы выиграла (с большим отрывом от конкурентов) ЕР, сохранившая контроль над большинством муниципальных собраний и даже увеличившая в них свое представительство.  

Однако в тех районах, где проживают научные работники, преподаватели вузов и просто образованные и обеспеченные люди, оппозиционные кандидаты, сумевшие повести активную кампанию, добились впечатляющих успехов.

Если посмотреть на карту Москвы, то легко увидеть, что ЕР с разгромным счетом победила в Южном и Юго-Восточном округах, относительно бедных и неблагополучных. Оппозиционные силы также уступили ЕР на относительно престижном северо-западе, а также в городах Троицке и Зеленограде, которые административно входят в состав Москвы, где еще в советское время были созданы крупные научные институты и высокотехнологичные предприятия. Но там у оппозиции, судя по всему, попросту не было активных кандидатов.

Показательно, что на московских выборах в качестве главных оппонентов власти выступили молодые политики Дмитрий Гудков, Илья Яшин и Юлия Галямина, сформировавшие собственные «команды» из самовыдвиженцев (Гудков также договорился с «Яблоком» и КПРФ о том, что некоторые его сторонники пойдут от этих партий). И этим политикам удалось стать значимыми политическими игроками в пространстве Москвы, поскольку они обращались прежде всего к думающей и социально активной части общества.

Правда, Гудков не смог решить своей главной задачи: он так и не получил муниципальных депутатов в 75% столичных районов, а потому не сможет самостоятельно преодолеть муниципальный фильтр на предстоящих в 2018 г. выборах московского мэра. Но после того как власть полностью уступила оппозиции центр Москвы и районы, прилегающие к Московскому университету, она не сможет заблокировать выдвижение Гудкова, не поставив под угрозу собственную легитимность в глазах москвичей.

В Хамовниках (район, расположенный в центре Москвы) в муниципальный совет не прошел ни один кандидат от ЕР, включая действующую главу муниципального округа Нину Гущину. При этом депутатом стал известный оппозиционный журналист Илья Азар, за которого избиратели проголосовали вовсе не потому, что верят в его умение заниматься благоустройством скверов и разбивкой газонов.

В Гагаринском районе (где на избирательном участке, расположенном в одном из зданий РАН, голосует Путин) оппозиционное «Яблоко» (заключившее соглашение с Гудковым) взяло 12 мандатов из 12. В Куркино (новый жилой район, населенный преимущественно представителями среднего класса) кандидаты от ЕР также не прошли. В центральном Тверском районе с большим отрывом победило «Яблоко», а от ЕР прошел только один депутат. В Академическом районе, где проживает много научных работников, оппозиция получила 9 мандатов из 12 (у «Яблока» — 5), на Якиманке (наиболее престижный район Замоскворечья) – у «Яблока» 9 из 10, в Тропарево-Никулино (спальный район на западе столицы) – у «Яблока» 8 из 10, в Ломоносовском районе (здесь живет значительная часть преподавателей МГУ и других крупных вузов) – 7 мандатов у «Яблока» и 2 у ЕР. Большинство оппозиционные кандидаты получили в Останкино, Левобережном, Зюзино, Измайлово, Аэропорт, Красносельском (здесь в депутаты прошел Илья Яшин), Тимирязевском (а здесь — лидер другого оппозиционного блока Юлия Галямина).

Было бы ошибкой объяснять подобное положение дел только особенностями столицы. Москва, безусловно, живет лучше, чем другие города России, здесь легче найти работу, а потому значительное число людей ощущают свою независимость от власти и не боятся поддерживать оппозиционные силы. Но, как показали прошедшие выборы, везде, где административный ресурс по каким-то причинам оказывается неэффективным, успеха добиваются протестные силы. В этом отношении особенно показательны выборы в дальневосточном городе Большой Камень (здесь расположен завод «Звезда», занимающийся ремонтом и модернизацией атомных подводных лодок). При явке более 40% (что почти в два раза больше, чем на других муниципальных выборах, проходивших 10 сентября в Приморском крае) самовыдвиженцы забрали 17 из 22 мандатов (у ЕР — 1).

Разумеется, в обозримом будущем российская власть не собирается выпускать из своих рук контроль над административным ресурсом. Она и дальше собирается использовать его, поддерживая стабильность, опирающуюся на тезис о том, что Владимиру Путину нет и не может быть никакой альтернативы.

Однако экономическая ситуация, несмотря на прекращение спада, остается относительно тяжелой, а отношения с Западом, вызывающие беспокойство у значительной части российской экономической элиты, не становятся лучше, несмотря на то, что Владимир Путин демонстрирует готовность отказаться от противостояния.

В таких условиях админресурс будет все чаще давать сбои, а потому убедительная победа Владимира Путина на предстоящих президентских выборах может только способствовать усилению протестных настроений. И, соответственно, возвращению в Россию политической конкуренции.


 


Загрузка...
Загрузка...

Когда страсть похожа на кризис

Несмотря на то, что и польская пресса, и некоторые представители польского политикума...

«Украинцы — наши братья. Об этом нельзя забывать»

Отношения с Киевом для Варшавы очень важны, но сейчас у Польши нет партнера в Украине....

Конец нашей дружбы?

Глава польского МИД Витольд Ващиковский анонсировал создание черного списка...

Универсальный повод

Король Салман мотивировал репрессии тем, что часть высокопоставленных чиновников...

Парадокс узбекского террора: в стране мир, за ее...

Узбекские сторонники джихада полностью утратили связь со своей страной, и...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка