Брюссельская халва для Анкары и Киева

№35 (571) 2 - 8 сентября 2011 г. 01 Сентября 2011 0
Турция слишком мусульманская, а Украина слишком советская?

Свобода распространения порнографии — такой же основополагающий принцип демократии, как отсутствие дискриминации по национальному или расовому признаку. Что это — анекдот? В некотором смысле да. А его авторами стали чиновники Евросоюза, ополчившиеся на Турцию, которая недавно решила оградить своих юных граждан от «клубнички» в интернете. Этот скандал снова напомнил о том, сколь непросты отношения Брюсселя с Анкарой, которая, подобно Киеву, уже давно и в общем-то безуспешно стучится в двери ЕС.

Несколько слов о том, почему Евросоюз вдруг озаботился проблемой свободного доступа к порносайтам. В июне в Турции состоялись парламентские выборы, которые выиграла Партия справедливости и развития (ПСР) во главе с Реджепом Тайипом Эрдоганом, занимающим с 2003 г. пост премьер-министра. ПСР известна как партия умеренно исламистского толка, и после победы она заявила, что планирует ввести систему фильтрации всемирной паутины. Выглядеть это должно так: родители совершенно добровольно смогут выбирать пакеты пользователей интернета, где автоматически будет блокироваться доступ к сайтам аморального содержания, в первую очередь порнографическим. Называются эти пакеты «Дети» и «Семья». Еще турецкие граждане получат возможность подключаться к пакету «Внутренний», в котором поисковые системы «не видят» иностранные веб-ресурсы. Но, повторюсь, выбор интернет-пакетов — дело сугубо добровольное.

Однако Евросоюз посчитал подобные меры недемократичными и выразил опасение, что турецкие власти начали наступление на свободу интернета. Премьеру Эрдогану и президенту страны Абдулле Гюлю пришлось публично оправдываться, мол, ничего такого у них и в мыслях не было. Но кто ж им поверит, тем более что Анкаре до сих пор не отпущен ее предыдущий «интернет-грех»: несколько лет в Турции не работал популярный видеосервис YouTube. Почему? Власти не хотели, чтобы граждане смотрели видеоролики, оскорбляющие память Мустафы Кемаля Ататюрка — основателя современного турецкого государства.

В общем, всемирная паутина стала еще одной преградой на пути вступления Турции в ЕС. И таких камней преткновения в отношениях Евросоюза с этой страной нагромождено достаточно много, хотя, по иронии судьбы, Турецкая Республика могла оказаться в числе государств — основателей ЕС.

Ваше место в Азии

Как известно, Евросоюз начинался с Европейского экономического сообщества (ЕЭС), созданного в марте 1957 г. Спустя два года с небольшим Турция подала заявку о вступлении в эту организацию. Надо сказать, что в то время Анкара не слишком рвалась в ЕЭС — побудительным мотивом для нее стало потенциальное членство Греции в сообществе. Афины уже подали свою заявку, и в Анкаре испугались, что греки, оказавшись в ЕЭС, начнут проводить активную антитурецкую политику. До открытого вооруженного конфликта между двумя странами оставалось еще 15 лет, но и в 1959-м их отношения были враждебными.

В 1963 г. Турция подписала договор, который признавал ее право на вступление в ЕЭС. В 1978-м и 1979-м Анкаре предложили пополнить ряды этой организации, но она отказалась. Дело в том, что вместе с ней в сообщество должна была войти и Греция. Для Турции это оказалось неприемлемым: в 1974 г. оба государства воевали друг с другом. Одним из результатов той греко-турецкой войны (к слову, уже пятой в XX ст.) стало появление Республики Северного Кипра, до сих пор не признанной никем, кроме Анкары.

Ответь она в конце 70-х взаимностью объединенной Европе, возможно, в 1992 г. под Маастрихтским договором, юридически оформившим создание Евросоюза, стояла бы и подпись турецкого лидера. Но вышло иначе. В сентябре 1980 г. турецкие военные совершили переворот, и всякие переговоры о членстве в ЕЭС вообще прекратились. Возобновились они спустя три года после того, как генералы решили организовать парламентские выборы и к власти пришло гражданское правительство.

В 1987 г. премьер-министр Турции Тургут Озал подает новую заявку на членство в Европейском сообществе. Но только в 1995-м произошли некоторые подвижки, и Анкара вступила в таможенный союз со странами ЕС. Однако через два года саммит Евросоюза решил, что Турции не место в его рядах. Причина — правовые и экономические стандарты республики не совпадали с европейскими.

Интересно, что практически в то же время ЕС вел переговоры со странами Центральной и Восточной Европы. Им было твердо обещано вступление в Евросоюз при условии широкомасштабных реформ. И, как мы знаем, в 2004 г. Венгрия, Чехия, Словакия, Польша, Словения, Кипр и прибалтийские государства стали членами ЕС, а в 2007-м к ним присоединились Болгария и Румыния. А вот Турция в 2000 г. смогла получить лишь статус кандидата в члены Европейского Союза, в котором пребывает и поныне. В чем причина?

В ЕС есть очень влиятельные противники вхождения Турции в объединенную европейскую семью. Один из них — бывший президент Франции Валери Жискар Д'Эстен, руководивший в начале 2000-х работой над проектом конституции Евросоюза. Этот политик публично указал место Турции, заявив, что она не европейская страна. Нынешний хозяин Елисейского дворца Николя Саркози тоже не хочет видеть Анкару в ЕС. С ним согласна и канцлер Германии Ангела Меркель.

Правда, такую жесткую позицию Париж и Берлин занимали не всегда. Когда Францией руководил Жак Ширак, а Германией — Герхард Шредер, Турция все-таки стала кандидатом на вступление в Евросоюз, и во многом это произошло благодаря лояльности этих лидеров.

Есть еще один противник — Австрия, которая, видимо, до сих пор не может забыть, что в 1529-м и 1683 гг. турки осаждали Вену и несколько столетий наводили ужас на жителей земель, принадлежавших Габсбургам.

За вступление Турции высказываются Великобритания, Италия, Испания и Португалия, которые считают, что будущее единой Европы трудно представить без участия мусульманского государства. Но ведь не зря Евросоюз часто называют объединением Франции и Германии — их голоса всегда оказываются решающими. Поэтому пока лидеры этих стран не дадут зеленый свет, Турецкая Республика так и будет оставаться кандидатом, но не членом ЕС. Не поможет сдвинуть вопрос с мертвой точки и то, что за вступление Анкары выступает такой видный политик, как Хавьер Солана, бывший верховный представитель ЕС по вопросам международной политики и политики безопасности и бывший генеральный секретарь НАТО.

Но оттолкнуть Турцию Евросоюз тоже не может, поэтому практически каждый год ей сообщают, что вступление в ЕС по-прежнему на повестке дня. Одновременно европейские чиновники дают указание турецким коллегам, какие реформы им нужно провести. Однако заслужить благосклонность евробюрократии не так-то просто. Например, в центре Стамбула разрешили проводить гей-парады. Демократия вроде бы восторжествовала, но вот вышел очередной доклад Amnesty International, и оказалось, что в 2010 г. в Турции произошло 16 убийств предположительно (выделено мной. — Авт.) на почве ненависти к секс-меньшинствам, и в Европе сразу забеспокоились. Взволновало ЕС, как мы видели, и то, что в Анкаре решили начать борьбу с порнографией в интернете.

Порой доходит до абсурда. Недавно в Турции разгорелся громкий футбольный скандал, вызванный информацией о том, что многие клубы устраивали между собой договорные матчи. Нескольких спортивных функционеров арестовали. При этом в ЕС уже прозвучало мнение, что происходящее будет способствовать очищению Турции и приближению ее к европейским нормам жизни. Каким образом интересно?

Впрочем, есть и более глобальные проблемы, из-за которых стране будут еще долго отказывать во вступлении в Евросоюз. Это неурегулированность кипрского конфликта, курдский вопрос и непризнание геноцида армян в 1915 г. Уступки здесь практически невозможны — разрешить марш геев в Стамбуле турецкие власти могут, а пойти на примирение с курдскими партизанами — нет. Точно так же не могут они пойти на ликвидацию пограничных постов посреди Никосии, столицы Кипра.

Эти проблемы кажутся неразрешимыми, но ведь когда Великобритания подписывала Маастрихтский договор, в Северной Ирландии продолжался вооруженный конфликт, тем не менее Лондон был в числе учредителей ЕС.

Есть и другие примеры, указывающие на то, что Турции в Евросоюзе не очень-то рады. Так, Хорватия начала переговоры о членстве в ЕС в 2005 г., а в июне нынешнего года стало известно, что она вступит в союз 1 июля 2013 г.

Практически одновременно с этой новостью пришла другая — Реджеп Тайип Эрдоган заявил, что будет создано специальное министерство, которое будет заниматься евроинтеграцией. Похоже, в Анкаре уже не рассчитывают на скорое вступление в ЕС, раз решили учредить новое ведомство — подобные ведь не создают для того, чтобы через год или два распустить.

Шансы с Новой Зеландией равны

Евроинтеграция — безусловный приоритет для Украины. Об этом заявлял и заявляет нынешний президент. Об этом говорил и его предшественник. Да и во времена Леонида Кучмы сближению с Европой уделялось много внимания. В 1994 г. Киев и Брюссель заключили Соглашение о партнерстве и сотрудничестве. Причем это был первый подобный документ, подписанный с республикой бывшего СССР. Но пик евроожиданий у нас пришелся на первую половину 2000-х. Тогда по ТВ можно было видеть видеоролики, где реальные жители страны (например, работник таможни в Закарпатской обл.) выражали уверенность, что мы скоро обязательно «будем в Европе».

Подобные настроения отчасти подогревали представители ЕС. В частности, комиссар по расширению ЕС Гюнтер Ферхойген сказал, что «европейская перспектива для Украины не означает обязательное членство Украины в ближайшие 10—20 лет, хотя это возможно». Его слова были произнесены в 2002 г. и во многих вселили оптимизм, хотя и не слишком оправданный. В 2004-м совет министров ЕС отказался официально признавать Украину страной с рыночной экономикой, и о вхождении в единую Европу пришлось забыть. Правда, ненадолго.

В конце того же года произошли события, известные как «оранжевая революция», и за пару дней до нового 2005 г. на майдане Незалежности депутаты Европарламента (в основном представлявшие Польшу) демонстрировали подарок — елку с 25 шарами (по числу стран ЕС), к которым добавили еще один, символизировавший Украину. Площадь взревела от восторга.

13 января 2005 г. Европарламент подавляющим большинством голосов принял постановление о том, что в будущем Украину, возможно, примут в ЕС. Никаких сроков названо не было, но многие на эту деталь не обратили внимания и решили, что сказка о счастливой жизни в Евросоюзе начинает сбываться. Но через месяц в Киев на денек заглянула Бенита Ферреро-Вальднер, занимавшая пост комиссара ЕС по внешней политике, и прямо заявила: «Я понимаю энтузиазм украинцев. Но одновременно украинцы должны понять, что работать нужно не только языком». Когда же только что ставший президентом Виктор Ющенко начал доказывать высокой гостье, что Украина — страна европейская, еврокомиссар ответила: ребенок только родился, а его уже пытаются женить. Под новорожденным понималась новая, ставшая, по мнению Ферреро-Вальднер, по-настоящему демократической Украина.

И только Варшава устами своего министра иностранных дел Адама Ротфельда весной 2005 г. заявила, что всегда будет поддерживать евроинтеграционные устремления Киева.

Прошло полгода, и председатель Еврокомиссии Жозе Мануэль Баррозу сказал, что будущее Украины — в ЕС. Но буквально сразу руководимый им орган недвусмысленно дал понять, что в ближайших планах по расширению Евросоюза значатся только Хорватия и другие республики бывшей Югославии. А когда в 2007 г. начались переговоры о подписании нового договора между Брюсселем и Киевом, то из проекта соглашения были удалены даже намеки на возможное принятие Украины в Евросоюз. Кстати, этот документ, получивший название Договора об ассоциации, не подписан до сих пор.

Интересно высказался о перспективах Украины бывший премьер-министр Италии Романо Проди. Ее шансы вступить в ЕС, по его мнению, столь же велики, как и у Новой Зеландии.

Чуть более года назад Европарламент принял очередную резолюцию, признающую за нашей страной право в перспективе подать заявку о вступлении в ЕС. Пока же Киеву приходится заниматься претворением в жизнь плана действий по отмене краткосрочных виз в Евросоюз для своих граждан. Кстати, его выполнение вовсе не означает, что безвизовый режим станет явью.

Столь же туманным выглядит и полноправное членство в ЕС. Недавно глава представительства Еврокомиссии на Украине Жозе Мануэль Тейшейра заявил, что если будет подписано соглашение об ассоциации, спустя 5—10 лет Киев «будет в состоянии выполнить большую часть из необходимых критериев, и тогда вопросы полноправной интеграции Украины в ЕС могут стать более реальными». Пока же ситуация в стране не соответствует даже минимальным условиям, чтобы обсуждать вопрос ее членства в ЕС.

Но даже если бы этот вопрос и стоял на повестке дня, то, как видно на примере Турции, возникло бы множество преград. И Киев точно так же кормили бы халвой, сваренной чиновниками ЕС из обещаний и нравоучений.

Отчего же такая нелюбовь к двум странам? Причина в том, что для Европы они инородное тело. Так считает Аманда Пол, эксперт брюссельского Центра европейской политики.

Разные, но похожие

Имя г-жи Пол хорошо известно нашим читателям (см. «ЕС пора взглянуть на Украину без очков, «подобранных для России», «2000», № 22(512), 4—10.06.2010). Кроме того, она постоянный автор турецкой газеты Sundays Zaman. Не так давно на ее страницах появилась статья Аманды Пол «Турция и Украина — разные, но такие похожие», где и было высказано мнение об «инородности» обеих стран. В чем она заключается? Турция, по словам эксперта, — слишком мусульманская, а Украина — слишком советская. Так отзываются в кулуарах различных учреждений ЕС собеседники Аманды Пол.

Хотя есть и другие причины. Эксперт предполагает: возможно, кого-то пугает, сколько мест могут получить в Европарламенте два таких крупных и густонаселенных государства, как Турция и Украина. Это явный намек на Германию с Францией, которые делегировали депутатов в законодательный орган ЕС — соответственно 96 и 74.

То, что и Анкару, и Киев в Евросоюз не принимают, Аманда Пол считает ошибкой. По ее представлениям, если бы они вошли в ЕС, союз стал бы более мощной и эффективной глобальной силой, а значит, и в мировой политике играл бы решающую роль. Этому якобы есть подтверждение: «В былые времена Турция и Украина определяли судьбу Европы», — уверена Пол.

А вот здесь с ней нужно поспорить. Да, несколько веков подряд Османская империя держала в страхе всю Европу. Призрак турецкого нашествия долго не давал покоя римским папам и монархам континента. А немало их подданных, наоборот, завидовали туркам: уж больно могущественной, богатой и процветающей выглядела эта страна. Но в истории Украины нет примеров, когда она, не будучи в составе Российской империи или Советского Союза, решала судьбы континента.

В целом же г-жа Пол скептически оценивает шансы на членство Украины в Европейском союзе, поскольку хорошо представляет реальное положение дел. Поэтому ребенок, о котором говорила в свое время Ферреро-Вальднер, может так и не увидеть свою брюссельскую суженую. Стоит ли огорчаться из-за этого? Ведь как пелось в некогда популярной песенке, «если к другому уходит невеста, то неизвестно, кому повезло».

Последние результаты матчей вы всегда можете узнать на championship-world.com.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

Как «Южмаш» берут измором

Американцы не станут искать украинский след на корейских ракетах. Им гораздо...

На пике бодрящей паузы

В Кремле считают, что полный отход Донбасса от Украины принесет России больше вреда,...

Приживаловские миллионы

Почему Институт книги работает в обстановке строжайшей секретности?

Проверка на выходе

Приведет ли смена менеджмента «Укрзалізниці» к смене кланов и группировок,...

То ли комплимент, то ли сигнал

В условиях ухудшения отношений США и Европы возникает вопрос: а не сблизятся ли...

Деградация периферии

Глобальные трансформации охватили не более одной трети из 7 млрд. населения планеты

Загрузка...

Keine Atombombe, Bitte*: Берлин обойдется без ядерного арсенала

Наличие ядерного оружия у одного из членов альянса не означает повышения безопасности...

Влияем на американскую политику — особый путь Киева

Американское издание The Atlantic опубликовало любопытный материал под названием «5...

Пока только тревожно

Новый виток санкций — контрсанкций знаменует собой начало новой фазы втягивания...

Самопоміч: от здравой идеи к «здравому смыслу»

За «Самопоміч» люди голосовали не по идеологическим соображениям, а именно...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Блоги

Авторские колонки

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка