Исламисты, гюленисты, смертная казнь и дружба с Россией — последствия турецкого переворота

28 Июля 2016 5

Какую внешнюю политику следует избрать Украине для нормальных отношений с Турцией,  кто причастен к турецкому перевороту, как Эдроган борется с гюленистами и будет ли в Турции смертная казнь — об этом и другом поговорили на сегодняшнем брифинге сооснователи Украинского института будущего Юрий Романенко и Тарас Березовец и аналитики.

Ранее 2000.ua сообщали о начале брифинга «Кризис в Турции, его последствия для Украины и международной безопасности».

«Эрдоган был где-то и как-то к этой ситуации готов. Вечером он получил информацию о том, что готовится переворот, и начал противодействие... Конфронтация с Западом неизвестно в какую сторону может зайти. Но, я думаю, Штатам невыгодно потерять такого союзника, как Турция», — заметил Юрий Романенко.

Эксперты проводили параллели между событиями в Турции и Советском Союзе, прогнозировали, что после августовской встречи Эрдогана и Путина может возникнуть подобие пакта  Молотова — Риббентропа, и Россия активно этому способствует.

В то же время «Турция для нас является очень серьезным каналом на юг. Поэтому терять те отношения, которые развивались в позитиве в последние 10–15 лет, было бы глупо», — продолжает Романенко.

Александр Маслак говорит, что версий о развитии Турции после переворота появилось множество.

«Ситуация с турецким переворотом стала определенным сюрпризом для нашего общественного мнения. Первый стереотип — мнение, что переворот — это столкновение кемалистских офицеров с президентом. 60% турок считают, что за переворотом стоят именно гюленисты, — говорит Александр Маслак. —  Наша внешняя политика оставляет желать лучшего. У нас возможны разногласия на линии Киев — Бухарест и т.д. Мы можем оказаться в зоне полной геополитической изоляции. Поэтому наша дипломатия должна работать на опережение, чтобы снизить уровень напряжения с соседними странами».

Илья Куса, руководитель проекта DAU, акцентировал внимание на связи Турции с исламистами.

«Отношения Турции с исламистским государством довольно противоречивы. Турция, по сути, когда сделала ставку на исламистов во время начала конфликта в Сирии, сама подогнала себя в ту ситуацию, в которой оказалась сейчас. С 2012 г. Турция активно поддерживала исламистские группировки… После 2013 г., когда исламисты закрепились в Сирии, Турция начала их активно поддерживать в противовес режиму Асада. Переворот вряд ли связан с деятельностью "Исламского государства". Они не имеют к нему отношения, но этим воспользуются», — рассказывает Куса.

По его мнению, у Турции очень много внутренних проблем.

«Сейчас Турция занята своими внутренними проблемами, чисткой армии и всем остальным. Если не смогут отогнать террористов  от северной территории, создастся очень плохая позиция для турецкой власти. У нее под носом окажутся фанатики, которых невозможно контролировать, а переговоры ничего не дают. Они выдвигают такие требования, которые просто невозможно реализовать, например открытие границ между Турцией и Сирией», — пояснил эксперт.

По мнению Вадима Хомахи, «Турции... не грозит гражданская война. Турция — монолитное и конформистское образование. Она сейчас состоит из трех партий, фактически двух.  Партия власти — и мягкая нынешняя оппозиция, которая подыгрывает власти. Это схоже с той ситуацией, которая была создана Януковичем в Украине», — проводит аналогии Хомаха.

Гюлена эксперты называют политическим отцом Эдрогана.

«Гюлен уехал в Штаты, сохранив систему мягкого исламизма. Она построена на том, что было открыто много вечерних школ. Из них выходили люди, которые были фактически адептами гюленовской политики. Мы имеем продолжение той политики, которую вел Гюлен… Не менее половины арестованных были из партии Гюлена», — поясняет Хомаха.

Он подчеркивает, что Турция зависима от источников энергии, поэтому вынуждена сохранять хорошие отношения с Россией.

«Прежде всего Турция катастрофически зависит от источников энергии. У нее нет собственного газа. Поставки бензина... критически важны. Точно так же... важны поставки газа, которые идут из России».

А вот «сирийский фактор для Турции не только отрицательный, но и положительный. Те, кто получил гражданство Турции, увеличивают электорат Эрдогана, к тому же много сирийских денег оседает в турецких банках».

«Это не гюленовский переворот — это переворот недовольства Эрдоганом», — подытожил аналитик.

Тарас Березовец уверен, что власть Эрдогана не пошатнется после переворота: «То, что Эрдоган останется у власти — нет никаких сомнений». Но Украине следует вести обдуманную внешнюю политику, потому что недопонимание с Турцией может создать для Киева много проблем.

Версию, что за переворотом стоит сам Эрдоган, эксперты отбрасывают. Мало кто согласится пойти за него на верную смерть, к тому же в западных регионах у президента не очень большая поддержка.

Аналитики перечисляют факторы, влияющие на ухудшение отношений Турции с западными партнерами. Главные — это "репрессии и требования преследовать гюленистов в других странах. Эти репрессии подрывают военное положение государства. Военные не испытывают чувства безопасности на своем посту… До прямого вмешательства России в сирийский конфликт Турция свои отношения с Москвой выстраивала в дружеском аспекте. Нам бы было выгодно, чтобы Турция выстраивала свою внешнюю политику в том ключе, что и в последние полгода. Но в любом случае при планировании украинской политики нужно рассчитывать только на свои силы»,  — считает Березовец.

Куса объяснил, что сейчас главное для Эрдогана — зачистка основных сфер: образования, медицины и армии. Именно оттуда может начаться переворот. Тем более что в систему образования проникло много сторонников Гюлена — после специальных школ они выходят практически его адептами.

Массовых расстрелов и смертных казней не будет, считает Хомаха, максимум, что произойдет, — расстрел 10–15 особо отличившихся, кого не примет турецкое общество.

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Блоги

Авторские колонки

Ошибка