Как Украине распахнуть двери для НАТО

№27–28(779) 8 — 14 июля 2016 г. 08 Июля 2016 1.5

Так называется весьма любопытный и информативный документ, подготовленный Фондом Маршалла «Германия — США», который мы публикуем сегодня — в день открытия в Варшаве саммита НАТО.

Этот документ проясняет интерес Североатлантического альянса к нашей стране и его планы относительно нас.

Германский фонд Маршалла (German Marshall Fund of the United States) — очень авторитетная институция, объединяющая сторонников т. н. атлантизма из рядов политиков, журналистов и университетских интеллектуалов. Его деятельность была возобновлена в 1972 г., когда отмечалось 25-летие «плана Маршалла», с подачи тогдашнего канцлера Вилли Брандта. Изначально ставилась цель укрепления связей «двух берегов Атлантики», «устранения предубеждений», т. е. укрепления альянса и продвижения его идей и ценностей в массы — с упором, естественно, на молодежь.

Нужно понимать обстоятельства того времени. Вилли Брандт придерживался политики разрядки и налаживания отношений с СССР и ГДР, поэтому ему нужно было каким-то образом уравновесить его Ostpolitik реверансами к Вашингтону. В Европе в это время шли массовые протесты студентов против войны во Вьетнаме, и США/НАТО требовалось спасать свой имидж. Вот фонд и занялся выявлением и вербовкой кадров «проповедников атлантизма», выдавая на это дело стипендии.

Насколько известно, в 2000-е годы фонд располагал капиталом в 200 млн. долл., а его годовой бюджет составлял примерно 20 млн. долл. В руководстве его традиционно преобладают американцы, связанные с инвестиционными фондами и компаниями США, а также, по-видимому, и с американскими спецслужбами. Фонд часто приоткрывает завесу над тем, что официально НАТО предпочитает не афишировать. Поэтому изучение выпускаемых им аналитических материалов нередко бывает весьма полезным занятием.

Из публикуемого документа можно сделать следующие выводы.

Несомненно, Североатлантический альянс испытывает к Украине интерес. Особо можно выделить такой аспект, как изучение опыта боевых действий на Донбассе, в т. ч. опыт использования «беспилотников» и ведения боев в городских условиях. Видимо, эта война внесет основательные изменения в общепринятые взгляды на тактику. Украине даже предлагается создать что-то вроде центра по изучению «гибридной войны», хотя, на наш взгляд, термин этот весьма расплывчат и относится скорее к сфере пропаганды, чем собственно к военному искусству.

Вместе с тем достаточно четко указано, что НАТО не будет воевать с Россией из-за Украины, и Киев не должен слишком уповать на получение помощи от своих западных партнеров. Подчеркивается даже, что «восприятие союзниками российской угрозы может негативно сказаться на партнерстве НАТО — Украина». Очевидно, это надо понимать и так, что само наличие острого и чреватого тяжелыми последствиям конфликта с Россией является фактором, препятствующим принятию Украины в альянс. Авторы честно признают, что среди членов организации нет консенсуса относительно перспектив расширения НАТО.

Крайне тревожное впечатление оставляют при этом некоторые «пожелания». Например, такое: «Киев способен, используя культурное родство с Беларусью, обеспечивать разведданные по внутренней ситуации в этой стране и способствовать развитию там либеральных ценностей». То есть Украине по сути предлагают шпионить за Беларусью и заниматься «экспортом революции» туда. И это при том, что, как известно, в ходе событий 2014 г. Минск занял позицию, весьма лояльную к Киеву.

Документ на русском языке публикуется впервые и без каких-либо купюр.


Фонд Маршалла «Германия — США». Июнь 2016.

Важнейшим приоритетом для Украины должна стать внутренняя политика. Успех дома определяет все остальное, в том числе и дальнейшее укрепление партнерства Украины и НАТО. Чтобы заявить себя в качестве надежного партнера альянса, Киеву вначале следует модернизировать все сферы — правительство, армию и частный сектор. Украина обязана и далее демонстрировать НАТО — и себе — способность осуществлять реформы и вести борьбу с коррупцией. Если это ей не удастся, политическая готовность альянса к инвестициям в партнерство НАТО — Украина пойдет на убыль.

Украине необходимо учитывать следующие моменты:

1. Формулировать информацию для НАТО с акцентом на реальные достижения, а не на ожидания. Все заявления Украины, озвучиваемые в рамках альянса, практически полностью сводятся к ожиданиям страны от потенциального членства в НАТО. Рассказы об «успешной трансформации» Украины в период после евромайдана — а не слова о чаяниях относительно членства в НАТО — лучше послужат делу борьбы с дезинформацией и негативным восприятием Украины, а также станут объективными и легко проверяемыми аргументами, позволяющими распахнуть двери для членства в НАТО.

2. Инвестировать в налаживание более совершенных стратегических коммуникаций (StratCom) внутри страны и в общественную дипломатию за ее пределами. Украина стремится завоевать сердца и умы граждан стран — членов НАТО. Улучшение координации коммуникаций внутри страны наряду с выделением большего объема ресурсов на общественную дипломатию — все это позволит сформировать более качественное понимание Украины за рубежом.

Для реализации этой цели Украине необходимо и далее продолжать работу над дорожной картой стратегического коммуникационного партнерства НАТО — Украина, а также обсудить с альянсом создание нового траста по стратегическим коммуникациям. В 2017 г. отношениям Украины и НАТО исполняется 20 лет, и это важная веха в жизни общества.

3. Думать о том, что Украина может сделать для НАТО, а не только о том, чем НАТО может помочь Украине. Странам, нацеленным на членство в альянсе, следует демонстрировать, какую «прибавленную стоимость» они способны принести коллективной системе обороны НАТО. Украина могла бы предоставить свой потенциал в области стратегических авиаперевозок путем включения в миссии НАТО самолетов Ан-124 или Ан-225.

Киев способен добиться улучшения ситуации в области региональной безопасности путем копирования модели литовско-польско-украинской бригады или путем поддержки идеи постоянной военно-морской миссии в Черном море. Украине необходимо обзаводиться современным боевым опытом в таких сферах, как использование военных БПЛА на территориях конфликта, сбор разведданных, проведение разведывательных и наблюдательных операций в городских условиях.

4. Создание перечня уникальных ключевых характеристик Украины, а также центра обмена опытом ведения гибридной войны. Такой центр мог бы быть многонациональным и занимался бы тремя разными направлениями работы.

Первое направление — разработка аналитических методов, концепций и доктрин гибридной войны. Центр мог бы играть роль архива накопленной информации и наилучших методов.

Второе направление — центр мог бы обеспечивать образовательные и обучающие программы путем проведения регулярных курсов и распространения информации.

Третье направление — центр мог бы взять на себя оперативную роль и — при необходимости — направлять экспертов для совершенствования практической работы на оперативном, стратегическом и военно-политическом уровне.

5. Перевести процесс модернизации украинского военного и оборонного сектора на ускоренные рельсы. Сектор безопасности и обороны Украины должен быть модернизирован, как и планировалось, к 2020 г. Три сферы требуют неотложного внимания.

Первая — процесс обучения и подготовки военнослужащих необходимо увязать со всеобъемлющим планом развития их карьеры и перспективами продвижения по службе.

Вторая — НАТО и Украине следует оценить эффективность пяти трастовых фондов НАТО и рассмотреть возникающие препятствия их работе.

Третья — военно-промышленная база Украины нуждается в более тесных связях с оборонной индустрией Европы и Северной Америки.

6. Разработка более четко скоординированной дипломатии с соседними странами. Географическое расположение Украины обеспечивает ее ролью центра знаний, практического опыта в достаточно широком регионе.

Киев способен, используя культурное родство с Беларусью, обеспечивать разведданные по внутренней ситуации в этой стране и способствовать развитию там либеральных ценностей. Необходимо в связке с членами и партнерами НАТО, расположенными в районе Черноморского бассейна, противостоять российским стратегиям эскалации напряженности и разрабатывать Черноморский оборонный кластер по примеру BeNeLux или NorDefCo. Отношения с Грузией — еще одним потенциальным членом НАТО — заслуживают внимания и большей осмысленности.

ВСТУПЛЕНИЕ

Конфликт в Украине стал поворотным моментом для европейской системы безопасности. Данный конфликт не только представляет угрозу суверенитету Украины, но и приводит к усилению недоверия и разногласий между Россией и Западом. Эти новые реалии безопасности требуют от НАТО адекватной ответной реакции: они уже стимулировали в рамках альянса переход на более креативное осмысление возможных вариантов оказания помощи своим наиболее уязвимым партнерам.

В этой связи Фонд Маршалла «Германия — США» и Центр информации и документации НАТО в Киеве проводят на высоком уровне серию семинаров, посвященных вопросам будущего в партнерстве НАТО — Украина. На этих мероприятиях освещаются вопросы сотрудничества Украины со штаб-квартирой НАТО и государствами-членами, а также обсуждаются инновационные и существующие пути улучшения имиджа Украины как надежного партнера в рамках евроатлантического сообщества. Важнейшим приоритетом данного проекта стало приглашение в Киев американских и европейских экспертов для участия в дискуссиях с их украинскими коллегами. С декабря 2015-го по июнь 2016 г. проведено три таких мероприятия.

Данная работа по большей части опирается на выводы, звучавшие на упомянутых семинарах, и содержит описание требующих практической реализации рекомендаций для партнерства НАТО — Украина в преддверии Варшавского саммита в июле 2016 г.

Партнерство НАТО — Украина: стратегические уязвимости — до и после Варшавского саммита

На протяжении двух минувших десятилетий в стратегическом партнерстве НАТО и Украины наблюдались значительный прогресс и немалые спады. Сотрудничество альянса и Украины стало существенно теснее со времен евромайдана в 2014 г. Тем не менее успех и долговременность партнерства НАТО — Украина не следует воспринимать как данность. Поскольку НАТО и Украина подписали хартию об особом партнерстве (на ее основе в 1997 г. учреждена Комиссия НАТО — Украина), Киев и Брюссель неоднократно переживали стадии неуклонного сближения и активного расхождения.

Чаще всего международные партнерства распадаются из-за отсутствия взаимной зависимости партнеров, доверия, лояльности или координации действий. Успех партнерства зависит от того, насколько хорошо стороны используют имеющуюся в их распоряжении информацию, в особенности насколько умело они делятся знаниями и опытом, как грамотно используют его ради достижения общих целей.

Сегодня партнерство НАТО — Украина сталкивается с целой комбинацией вызовов в каждой из этих сфер, сопряженных с рисками. После событий в Крыму и Донецкой обл. Брюссель и Киев проходят совместный процесс адаптации ко множеству новых обстоятельств, возникших в их среде безопасности. Но ради долговременного партнерства НАТО и Украине все еще необходимо устранить ряд уязвимостей в своих отношениях.

Заявления Украины в отношении НАТО слишком зациклены на ожидании расширения альянса

Заявления Украины по поводу НАТО слишком узко сфокусированы на теме «членство или вообще ничего». Неоправданно высокие ожидания по поводу интеграции в НАТО — традиционно слабое место украинской дипломатии. На саммите 2008 г. в Бухаресте члены НАТО пообещали, что Украина (и Грузия) в итоге вступит в организацию, но сегодня политические условия осложняют возможность рассмотрения заявки на вступление.

В Европе сложившийся подход к сотрудничеству во внешней политике размывается внутренними вызовами, такими как кризис беженцев и финансовый кризис. Вашингтон в результате поворота в сторону Азии и решительных заявлений о том, что европейцам следует самим инвестировать средства в собственную безопасность, демонстрирует готовность отказаться от упреждающего вмешательства в кризисы, возникающие на периферии Европы.

Более того, Россия сегодня в экономическом и военном плане сильнее, чем была в 90-е гг., и готова идти на более серьезные издержки, чтобы не допустить Украину в НАТО или ЕС. Судя по всему, санкции не убедили Владимира Путина в необходимости ослабить хватку — по крайней мере пока.

Для НАТО существование такого нового геополитического ландшафта — после двух десятилетий экспедиционных военных операций на Балканах, в Афганистане или Ливии — означает необходимость переключения внимания на предусмотренные ст. 5 фундаментальные обязательства по обороне внутренних районов Европы. Именно поэтому альянсу теперь сложнее определять свои политические и военные интересы за пределами собственных границ. И, наконец, непрекращающийся конфликт в Украине тоже может стать препятствием для членства в НАТО: у стран — членов альянса нет желания принимать участие в очередном конфликте.

Сегодня (и это очевиднее, чем когда-либо ранее) НАТО не пригласит в свой состав ни одну страну без четкого понимания того, что ее принятие в члены объединяет альянс вокруг общих интересов, а также укрепляет коллективную систему безопасности НАТО. А потому Украине необходимо привести свои заявления и действия в соответствие со стремлением к вступлению в НАТО. При этом ей также следует добиваться реализации более прагматичных и реальных целей путем поиска новых форм сотрудничества в рамках партнерства НАТО — Украина.

Слабость государственных институтов Украины развивает недоверие по обе стороны Атлантики

Со времен протестов на евромайдане Украина предприняла ряд значительных мероприятий по модернизации, но в государственных и частных структурах все еще наблюдается разгул коррупции. Тема коррупции в Украине освещается международными СМИ и в последнее время вошла в перечень приоритетных международных реформ в повестках дня МВФ и ЕС. Коррупция радикально сокращает приток иностранных инвестиций в страну, а также служит источником развития внутренней политической нестабильности.

Антикоррупционная программа правительства пока так и не привела к налаживанию работы дающей сбои государственной системы или к повышению эффективности программ реформ. Разрозненность действий в сфере политики, отсутствие координации деятельности правительственных структур, сложности в вопросе повышения эффективности и модернизации государственных институтов, а также невысокая степень прозрачности — вот лишь часть последствий.

Кроме того, коррупция сказывается на восприятии имиджа Украины, а также подпитывает испытываемое трансатлантическим дипломатическим корпусом ощущение усталости от реализации программ партнерства НАТО — Украина. Действительно, НАТО никогда не скрывало своей точки зрения: внутренние реформы и модернизация — как того и требовали демонстранты на майдане — это ключевые факторы для вступления Украины в НАТО. И эта позиция прочно укоренилась в том смысле, что НАТО — это не просто военная организация: она основана на идеологии демократии, либеральной рыночной экономики и принципа верховенства права. В результате главное препятствие на пути к членству в НАТО стоит искать в самой Украине.

Страна обязана доказать — не только международному сообществу, а в первую очередь себе самой, что недавно принятые антикоррупционные законы и анонсированные реформы — это нечто большее, чем «бумажные тигры». В этом вопросе огромную роль играют действия правительства и парламента. С 2014 г. страна демонстрирует неплохой прогресс, но ей предстоит выполнить обязательства по проведению крупных структурных и политических реформ.

Украине требуется больше стратегических коммуникаций со странами — членами НАТО

Украинская общественная и официальная дипломатия в ряде стран — членов НАТО борется за внимание на фоне проблем с терроризмом, кризисом беженцев и непрекращающимся процессом ликвидации последствий финансового кризиса. Кроме того, Киев сталкивается с вызовом в виде хорошо организованной российской контрпропаганды.

Украина уже пережила серию разочарований в вопросе получения поддержки от правительств и общества западных стран (в том числе и негативный исход недавнего голландского референдума по соглашению об ассоциации для Украины). А потому Украине следует инвестировать средства в инструменты стратегических коммуникаций ради обретения влияния на общенациональном уровне в странах — членах альянса. И добиваться этого не только путем инвестиций в межправительственные и межпарламентские отношения (т. н. дипломатия 1-го пути), но и с помощью корректного использования дипломатии 2-го пути (в отношениях между правительством и гражданским обществом) и 3-го пути (в отношениях между гражданскими обществами).

Если говорить конкретно об Украине, она все еще недостаточно задействует пути 2 и 3 — жизненно важные инструменты формирования общественного мнения, восприятия имиджа и отношения. Киеву необходимо задействовать весь дипломатический и коммуникационный арсенал, чтобы заручиться более широкой поддержкой населения и правительств других государств, особенно в тех странах, где репутация Украины и так далека от великолепной.

Но у нас нет для этого идеальных возможностей: коммуникации чрезмерно нацелены лишь на достижение краткосрочных целей или решение текущих дипломатических задач. Стране не хватает собственной стратегической пропаганды на экспорт. В результате Украине не удается опровергать то, что о ней говорят другие. Кроме того, плохо скоординированы действия украинских государственных структур, занимающихся такой пропагандой.

Министерство информационной политики все еще не создало более эффективной модели правительственных коммуникаций, политики общения с обществом. И, наконец, уровень финансирования государственных структур, играющих ведущую роль в вопросе стратегических коммуникаций (в том числе МИДа и его зарубежных представительств), недостаточен для использования дипломатических и коммуникационных инструментов в адекватной комбинации. Если украинская дипломатия действительно намерена завоевать сердца и умы граждан стран — членов НАТО, ей необходимо искать пути решения этих разнообразных вызовов.

Восприятие союзниками российской угрозы может негативно сказаться на партнерстве НАТО — Украина

Россию, по очевидным причинам, все так же называют главной угрозой для европейской безопасности. В НАТО считают вероятным сценарий, при котором Москва продолжит разжигать кризисы в Украине и Сирии, замороженные конфликты в Молдове и Грузии ради консолидации военного потенциала — наземных, воздушных и военно-морских сил в Восточном Средиземноморье, на Кавказе, в Восточной Европе и Арктике. Поэтому НАТО все так же ожидает очередных ребусов от России. С одной стороны, альянсу необходимо обеспечить мощный военный ответ на кремлевскую стратегию эскалации. С другой — альянсу не менее необходима деэскалация напряженностей с Москвой на политическом уровне, чтобы попытаться остановить дальнейшее развитие тревожных тенденция в военной сфере.

Путь выхода из этого тупика состоит в ведении более конструктивного диалога относительно того, каким должен быть европейский ландшафт безопасности — диалога в рамках НАТО и между альянсом и Россией. Но при отсутствии серьезных перспектив такого диалога НАТО и его союзники все чаще могут поднимать тему временных отношений с Россией, позволяющих уравновешивать стратегическое соперничество в Восточной Европе с сотрудничеством в иных местах, скажем, в Иране или Афганистане. Риск в том, что подобные временные отношения могут увенчаться компромиссами между интересами Запада и безопасностью Украины.

Государства — члены НАТО в краткосрочной перспективе отказались от возврата к обычной практике ведения дел с Москвой. Тем не менее степень восприятия союзниками серьезности российской угрозы все еще резко различается. Это особенно заметно на примере стран-членов, находящихся вблизи российской границы и продолжающих требовать практической реализации обязательств НАТО в Восточной Европе, и государств, расположенных вдали от РФ и более обеспокоенных возможностью спровоцировать Россию. Вряд ли этот разрыв в восприятиях негативно скажется на реализации повседневных практических программ сотрудничества с Киевом в оборонной сфере, но он вполне может стать причиной ослабления трансатлантического единства мнений по более спорным политическим вопросам — таким, как политика открытых дверей НАТО или решения стран — членов альянса о поставках вооружений в Украину.

В НАТО нет консенсуса относительно дальнейшего расширения в Восточной Европе

Война в Украине стала примером дилеммы, с которой сталкивается НАТО в вопросе дальнейшего расширения альянса в Восточной Европе. В текущей ситуации политика открытых дверей многим государствам-членам кажется невыполнимым обещанием — по крайней мере в краткосрочной и среднесрочной перспективе. Даже когда добивающееся вступления государство выполняет практически все юридические требования и соответствует всем техническим критериям вступления в альянс, дальнейшее расширение НАТО по территории Восточной Европы начинает выглядеть слишком неудачным процессом с точки зрения геополитики и отношений с Россией. Более того, перспектива предоставления защиты (в соответствии со ст. 5 Вашингтонского договора) таким странам, как Грузия или Украина, не пользуется мощной поддержкой у населения ряда стран — членов НАТО.

Соответственно НАТО вместо расширения все чаще прибегает к различным маневрам ради создания нового поколения продвинутых вариантов партнерств в Восточной Европе — партнерств, способных связать такие страны, как Украина или Грузия, с евроатлантической семьей, но без перспективы обеспечения коллективной обороны.

Несмотря на то, что рамки программ партнерства с НАТО могут обеспечивать различные стимулы, они не способны заменить политический потенциал политики открытых дверей НАТО. Именно он в прошлом дал возможность подтолкнуть многие страны к модернизации и проведению реформ. Возвращение стратегии открытых дверей в повестку дня политики альянса могло бы стать мощным проявлением поддержки для таких стран, как Украина, а также укрепить авторитет НАТО и повысить решимость союзников, находящихся на его границах.

Обязательные действия Украины по укреплению партнерства с альянсом

Наиглавнейшим приоритетом Украины должен стать успех во внешней политике. Интеграция Украины в НАТО начинается дома. Для убедительной демонстрации надежности Киева в качестве партнера альянса величайшую степень важности имеют реформы во всех сферах жизни правительства, армии и частного сектора. Украина обязана показать НАТО способность проводить реформы. В противном случае страна рискует снижением уровня политической готовности членов альянса к инвестициям в партнерство НАТО—Украина. В этой связи борьба против коррупции — с точки зрения НАТО и других международных партнеров, таких, как ЕС и МВФ, — один из важнейших элементов оценки работоспособности и желательности сотрудничества с Киевом. Украина не имеет права расслабиться и считать, что обязательства НАТО в рамках партнерства никогда не могут быть пересмотрены. С учетом вышеизложенного следующие рекомендации позволят Украине наладить длительное стратегическое партнерство с НАТО.

[img:90868]

Формулировать информацию с акцентом на реальные достижения, а не на ожидания

Сегодняшние слова Украины в штаб-квартире НАТО и в странах-членах звучат прямолинейно: «Украина реформирует гражданский, оборонный сектор, а также сферу безопасности с целью вступления в НАТО». В качестве подтверждения своих слов Украина ссылается на Бухарестский саммит 2008 г., где ей было обещано членство в альянсе. Тем не менее с тех пор прошло почти десять лет, а заявления Украины, судя по всему, не соответствуют бытующим в альянсе настроениям. Западное общественное мнение, откровенно говоря, достаточно негативно оценивает претензии Украины на вступление в альянс, а лидеры организации данные в Бухаресте обещания считают слишком сложными для выполнения.

Необходимость пересмотра Украиной своих заявлений очевидна. Сегодняшние высказывания сфокусированы слишком узко — исключительно на ожиданиях расширения и на эмоциональной аргументации. Вместо этого Украине следует развивать способности в объективной пропаганде за рубежом своего успеха, достигнутого внутри страны.

Западные СМИ уделили массу внимания несостоятельности голосования за недоверие бывшему премьер-министру Арсению Яценюку в феврале 2016 г. Тем не менее критически важное голосование по изменениям Конституции, дающее старт ключевым реформам в сфере правосудия, проходившее в июне 2016-го, практически не получило освещения в СМИ.

Украине необходимо определиться с текстом стратегических заявлений так, чтобы он соответствовал тем дипломатическим целям и задачам, о которых страна хочет сообщить. Адекватным вариантом может стать рассказ о том, что страна пережила значительные изменения с момента евромайдана 2014 г. Рассказ об «успешной трансформации», а не слова о стремлении к членству в НАТО — вот архиважные заявления, способные оказать Украине помощь в борьбе с контрпропагандой, дезинформацией и негативным восприятием страны.

Существует великое множество историй успеха, которые Украина может поведать, — от освещения хода реформ в Генеральной прокуратуре до рассказа о появлении женщин-лидеров на ключевых государственных постах, до детального освещения участия Украины в операциях НАТО в Косово и Афганистане. Эти истории вполне могут изменить общественное мнение. Кроме того, они служат легко проверяемым и объективным доводом для Украины в вопросе сохранения политики открытых дверей НАТО для страны.

Масштабно инвестировать в стратегические средства коммуникаций внутри страны, а за рубежом — в общественную дипломатию

Для укрепления партнерских отношений с НАТО Украине необходимо завоевать сердца и умы граждан государств-членов. И в этом вопросе российская проблема выглядит значительной. Использование Россией различных типов средств массовой информации, широкое разнообразие видов целевых аудиторий, а также щедрое финансирование этих программ сводят на нет попытки Украины по донесению собственного мнения. Более того, в Украине отсутствует четкая пропаганда, что позволяет любому беспрепятственно говорить о стране в негативном тоне. На протяжении многих лет игнорируя важность общественной дипломатии, Киев сегодня обязан осознать значимость телевизионных каналов, Tвиттера и конференции в деле защиты своих национальных интересов.

В качестве первого шага Украине следует разработать более скоординированную, своевременную и эффективную систему коммуникации для правительства внутри страны. Это решение окажет непосредственную помощь в усилении достоверности заявлений Киева за рубежом и приведет к увеличению объемов международной поддержки, а также к пониманию того, как именно формируется новая Украина. Для достижения этой цели стране необходимо дальнейшее развитие дорожной карты стратегического партнерства НАТО—Украина.

Во-вторых, Киеву следует наращивать усилия по организации креативной и круглогодичной общественной дипломатии на территориях стран — членов НАТО. Недавно созданное управление общественной дипломатии при Министерстве иностранных дел необходимо обеспечить мощной политической поддержкой. И несмотря на экономические сложности страны, следует также увеличить коммуникационный бюджет украинских зарубежных дипломатических и торговых миссий. Выделяемое сегодня финансирование просто не позволяет обеспечивать поддержку всеобъемлющей стратегии действий.

Тем не менее общественная дипломатия далеко не всегда обходится очень дорого в финансовом плане. Украинские чиновники, например, могут научиться более полно использовать европейские и североамериканские аналитические центры. Лишь немногие высокопоставленные представители украинского правительства и парламента находят время для регулярных публичных выступлений в столицах стран Запада. Подобные действия следует предпринимать и военным руководителям, а также чиновникам среднего и высшего звена.

Еще одной недорогой альтернативой может стать предоставление небольших грантов или по крайней мере упрощение доступа к финансированию для важных инициатив гражданского общества, к примеру, таких, как Украинский кризисный медиацентр или «Громадське телебачення». Подобные частные проекты обладают немалым авторитетом, имеют вполне приличный охват иностранной аудитории и оказывают правительству прямую поддержку в деле распространения за рубежом информации об Украине. Украинскому правительству также следует вести более активную работу с диаспорами в Европе и США. Эти общины способны сыграть важную роль в спонсорстве культурных мероприятий в странах проживания и способствовать улучшению понимания украинской идентичности.

В итоге для поддержания этих проектов Украина может договориться с НАТО об открытии еще одного трастового фонда для общественной дипломатии и стратегических каналов коммуникации. В 2017 г. Украина будет отмечать 20-летие активных дипломатических отношений с НАТО, и Киев имеет возможность встретить эту важную дату новыми достижениями.

Думайте о том, что Украина может сделать для НАТО, а не о том, что НАТО может сделать для Украины

Государствам, стремящимся к членству в альянсе, следует демонстрировать НАТО свою ценность («добавленную стоимость») для коллективной обороны альянса. Украина — не исключение. Но стоящая перед Киевом задача, несомненно, более сложна — по причине отсутствия в НАТО четкого политического консенсуса относительно перспектив членства Украины в вопросе предлагать его или нет. Лучшим вариантом для Украины — при отсутствии краткосрочной и среднесрочной перспективы вступления в альянс — может стать рассмотрение новых форм сотрудничества с НАТО в тех сферах, где Украина способна продемонстрировать свой авторитет и надежность. Киев должен задавать себе вопрос: что Украина может предложить НАТО, и что ей требуется от альянса для поддержки этих усилий? В текущей ситуации НАТО не ожидает от Украины существенной помощи альянсу, а потому любой проект, который Украина может поддержать в одностороннем порядке, принесет Киеву политический капитал в глазах союзников.

Существует несколько сфер, в которых Украина может неплохо проявить себя.

Во-первых, Украина обладает мощным потенциалом в области грузовых авиаперевозок благодаря флоту самолетов Ан-124 и Ан-225. НАТО в целом и ряд европейских союзников в частности нуждаются в дополнительной помощи в этой сфере.

Во-вторых, Украина могла бы задуматься об экспорте модели совместной литовско-польско-украинской военной бригады в другие страны НАТО, расположенные на восточных рубежах альянса. Договоренности между Киевом и правительствами Румынии и Болгарии по организации подобной совместной бригады к 2017 г. — позитивный шаг. Кроме того, Киев мог бы рассмотреть вопрос о содействии идее Румынии и Турции о создании постоянной военно-морской миссии НАТО в Черном море.

И, наконец, события в Крыму и на Донбассе позволили Украине накопить огромный опыт и знания по широкому спектру современных гибридных боевых действий.

Формирование имиджа Украины на основании по крайней мере одной специализации — ведение гибридных боевых действий

На текущий момент Украина — единственная в мире страна, принимающая активное участие в гибридных (и традиционных) боевых действиях против крупной державы. Украина стала непосредственной мишенью кампаний по агрессивной дезинформации и пропаганде, мишенью эксплуатации в социальных сетях, кибернетических атак. К Украине применяется тайная инфильтрация войск специального назначения, боевиков. В страну ввозится оружие, в ее отношении действуют экономические эмбарго, против нее применяются методы саботажа, используются сети политического и делового влияния. В ход идет и эксплуатация бедствий национальных меньшинств.

Для борьбы с такими новыми угрозами необходимы принципиально новые подходы, и у НАТО еще нет готовых ответов на вопрос, в каком качестве альянс может оказывать помощь государствам-членам и партнерам в случае столкновения с такими угрозами. И пока НАТО возвращается к основам и вновь занимается восстановлением традиционного оборонного потенциала (бронетехники, боевой авиации и боевых кораблей), Украине следует делиться с альянсом своим опытом с тем, чтобы НАТО имело возможность оставаться в игре в условиях XXI ст. и адекватно реагировать на угрозы.

Для достижения этой цели Украина могла бы создать многонациональный центр обмена опытом по гибридным боевым действиям. И в этом вопросе Киев может вернуться к дорожной карте НАТО — Украина как к полезному инструменту для первых шагов. Подобный центр был бы не только полезен альянсу в целом, но и принес бы Украине уникальную добавленную стоимость в глазах членов трансатлантического сообщества.

Этот центр мог бы заниматься тремя разными видами деятельности. Во-первых, анализом, разработкой концепций и доктрин, связанных с гибридной войной, а также играть роль архива усвоенных уроков и лучших накопленных методик.

Во-вторых, центр мог бы заниматься обучением и подготовкой — проводить регулярные курсы и семинары, а также распространять приобретенные знания.

В-третьих, центр может стать и оперативным центром, отправлять своих экспертов для проведения практических мероприятий — при возникновении такой необходимости. В идеале этот центр может стать многонациональным. Здесь бы могли трудиться представители различных стран евроатлантического сообщества — либо в рамках двусторонних соглашений с государствами-членами и партнерами, либо по системе официальной аккредитации НАТО.

Перевод модернизации военного и оборонного сектора Украины на ускоренные рельсы

Украина поставила перед собой амбициозные цели по достижению совместимости стандартов своих вооруженных сил и оборонного сектора стандартам структур НАТО до конца 2020-го. Провал в достижении этих целей не только подорвет авторитет страны в альянсе, но и поставит под угрозу ее национальную безопасность. Принципы этого процесса модернизации изложены в Стратегическом оборонном бюллетене — дорожной карте реформирования секторов обороны и безопасности, публикуемой украинским Министерством обороны. К сожалению, на некоторых фронтах прогресса удается добиваться слишком медленно.

Первая насущная необходимость состоит в привязке программ обучения и подготовки военнослужащих с их дальнейшим карьерным ростом. Обучение должно быть ориентировано на результат, определяемый в рамках системы развития, разработанной Министерством обороны. На сегодняшний день такой системы оценки нет. Более того, для офицеров, прошедших курсы в военных колледжах НАТО либо военных академиях США или ЕС, должны открывать лучшие перспективы продвижения по служебной лестнице. Немало украинских военнослужащих прошли за рубежом отличную подготовку, но многие предпочитают увольняться из украинских военных структур из-за отсутствия возможности карьерного роста.

Во-вторых, НАТО и Украине необходимо оценить эффективность и действенность пять трастовых фондов НАТО, созданных для оказания помощи Украине в обеспечении ее безопасности. Цель этих фондов — финансирование практического и оперативного сотрудничества НАТО и Украины. Тем не менее, судя по сообщениям, процессы реализации таких проектов тормозятся из-за административных вопросов и бюрократических проволочек.

И, наконец, модернизация Вооруженных сил Украины также зависит от модернизации военно-промышленного комплекса. Необходимо создавать больше возможностей для установления связей между украинскими оборонными предприятиями и их европейскими и североамериканскими коллегами, открывать совместные предприятия, обмениваться опытом. Оказать помощь в организации первых шагов в данном направлении могут независимые платформы, например, такие, как недавно созданный Оборонный и аэрокосмический комитет американской торгово-промышленной палаты в Украине.

Украина должна стать более активным дипломатическим игроком в регионе

Украинская дипломатия должна активизировать деятельность в своем регионе. Киеву следует разрабатывать долгосрочные подходы к сотрудничеству с соседними странами. НАТО — по очевидным причинам — обеспокоено развитием событий в Восточной Европе и в Черноморском бассейне, а потому у Украины есть огромный потенциал для позиционирования себя в рамках альянса как авторитетного центра знаний, опыта и практики действий во всем регионе. Северный сосед Украины — Беларусь — скорее всего, сохранит традиционную ориентацию на Москву, но конфликт в Украине в сочетании с экономическим спадом в России подталкивает Минск к сохранению открытыми каналов коммуникации с Западом. Украина могла бы с помощью культурного, исторического и языкового родства с Беларусью обеспечивать разведданные о состоянии внутренних дел в этой стране, а также продвигать там либеральные ценности, такие, как права человека и верховенство права.

На южном рубеже Украины Черноморский регион все чаще становится местом напряженной геополитической конкуренции. У Киева есть прямой резон в консультировании всех членов НАТО и партнеров, расположенных в районе Черноморского бассейна, в сотрудничестве с Турцией, Румынией, Болгарией и Грузией ради сохранения стабильности и минимизации вероятности военных столкновений с Россией.

Сможет ли Украина, к примеру, стимулировать создание Черноморского оборонного кластера — по модели BeNeLux или NorDefCo — для облегчения процессов совместных военных учений, программ обучения? В этом аспекте отношения с Грузией — еще одним потенциальным членом альянса — заслуживают больше внимания и осмысленности. Если речь заходит о противостоянии российской угрозе и продвижении заявок на членство в альянсе, Украина и Грузия находятся в одной лодке. Наличие общих проблем открывает возможности сотрудничества с Грузией ради сохранения вопроса о расширении в перечне приоритетных задач в повестке дня НАТО.

Адаптация к общему будущему

Украина изменилась после событий евромайдана 2014 г. Она огромными шагами продвигается по пути модернизации, и для страны, фактически находящейся в состоянии войны, демонстрирует нарастание признаков установления стабильности. Отношения Украины и НАТО также обрели более зрелые формы с 2014 г.

Но несмотря на то что события в Украине отчасти совместили интересы Киева и Брюсселя, обеим сторонам все еще необходимо адаптироваться к видению общего будущего. Сегодня, как и в 1997 г., очевидно, что партнерство НАТО — Украина в один прекрасный день вполне может стать ключевым компонентом в деле создания архитектуры будущей системы безопасности Европы. И этот процесс формирует возможности для укрепления отношений между Киевом и альянсом.

Но по мере стремления Украины к созданию более надежной базы для сотрудничества с НАТО ей также следует учитывать и отдаленные, но взаимно усиливающие друг друга вызовы. На самом деле Украине следует решить непростую, но вполне решаемую задачу из учебников военной стратегии, международной дипломатии и политических реформ, если она действительно намерена добиваться прогресса на пути к интеграции в НАТО и ЕС.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Блоги

Авторские колонки

Ошибка