Неравенство и глобализация: толстосумы богатеют, пока беднота пытается наверстать упущенное

№34(784) 26 августа — 1 сентября 2016 г. 25 Августа 2016 0

Неравенство неизбежно вызывает конфликт, в который, при его быстрой эскалации, оказываются вовлечены все институты и слои общества. На фото: Чемпионат Украины по многоборью телохранителей, Чернигов, УНИАН

Рассуждая о доходах и благосостоянии, люди склонны сравнивать себя с окружающими, а не с теми, кто живет на другом краю планеты.

Среднестатистического француза, скорее всего, совершенно не интересует, какое количество китайцев живет лучше него, но у него наверняка появится беспокойство, как только он поймет, что отстает в этом вопросе от своих сограждан.

Обсуждая проблему неравенства, имеет смысл рассматривать мир как единое сообщество, принимая во внимание, например, не только разницу в уровне жизни лишь во Франции, но и между зажиточными французами и китайскими бедняками (а также французской беднотой и китайскими богачами).

Подобное отношение к изучению мира позволяет выявить весьма примечательные тенденции. Первая состоит в том, что масштабы глобального неравенства существенно превышают масштабы неравенства в какой-либо отдельно взятой стране. Этот вывод не вызывает удивления, поскольку глобальное неравенство отражает как в зеркале разницу в благосостоянии между самыми богатыми и самыми бедными странами мира, а не только между жителями конкретной страны. Гораздо поразительнее выглядит факт радикального изменения тенденции, доминировавшей большую часть XX ст.: с 2000 г. уровень глобального неравенства существенно сокращается.

Эта тенденция объясняется главным образом ростом благосостояния развивающегося мира, в особенности Китая и Индии. А поскольку экономики этих стран продолжают сливаться воедино с экономикой развивающегося мира, глобальное неравенство будет сокращаться еще какое-то время.

Но даже при снижении уровня глобального неравенства показатели неравенства в отдельных странах упорно ползут вверх. В среде экономистов отсутствует единое мнение о масштабе упомянутого роста.

Прирост неравенства в границах государств отчасти минимизирует снижение уровня неравенства между странами. Чтобы переломить такую тенденцию, государствам следует реализовывать политику, направленную на перераспределение доходов, усиление регуляторного законодательства на рынках труда и капитала, а также разрабатывать и заключать международные соглашения, лишающие компании возможности уклонения от уплаты налогов путем перевода активов или операций на территории других государств.

Грандиозная смена тенденций

Оценивая степень расслоения общества по уровню доходов, экономисты обычно используют коэффициент Джини: он варьирует от 0 в случае идеального равенства (гипотетическая страна, в которой все граждане имеют одинаковый доход) до 1 в случае идеального неравенства (государство, в котором лишь один гражданин получает весь доход, а остальным не достается ничего).

В континентальной Европе наблюдается тенденция снижения коэффициента Джини до значений в диапазоне 0,25—0,30, в США этот показатель колеблется у отметки в 0,40. Тем временем в наиболее страдающих от неравенства странах мира, например ЮАР, он превышает 0,60. Если же считать все население планеты единым сообществом, то коэффициент Джини подбирается к 0,70 — чрезвычайно высокому уровню, которого пока еще не достигло ни одно государство (в Украине, как ни странно, коэффициент Джини, рассчитанный по методикам Мирового банка, близок к 0,25 — что, конечно, не отображает социального ощущения неравенства в стране. Ред.).

Расчет коэффициента Джини для глобального неравенства предусматривает целый ряд упрощений и допущений. Экономисты вынуждены заполнять пробелы в предоставленных странами данных — в наиболее экстремальных случаях, как с Мексикой, опросы по определению уровня доходов и расходов не охватывают почти половину всех домохозяйств. Исследователям приходится довольствоваться примерными для тех лет оценками, по которым отсутствуют данные национальной статистики. Им доводится конвертировать местные валюты в единый эквивалент, как правило, в доллар США, а также корректировать различия в соответствии с покупательной способностью.

Экономисты вынуждены вносить поправки на расхождения в методике сбора данных странами: они возникают тогда, когда одно государство оценивает уровень жизни по доходу, другое — по объемам потребления на душу населения, а третье вообще не ведет сбора таких данных.

Эти приближенности и использование различных способов их компенсации объясняют, почему так разнятся оценки темпов и масштабов спада уровня глобального неравенства на протяжении последних двух десятилетий — примерно от 2% до 5% в зависимости от исследования. Впрочем, экономисты в целом соглашаются с гипотезой о том, что в конечном итоге в период с 2008-го по 2010 г. глобальный коэффициент Джини составлял примерно 0,70.

Сокращение масштабов глобального неравенства — это главным образом результат конвергенции экономик развивающихся государств, в особенности Китая и Индии, с остальным развивающимся миром.

В первом десятилетии текущего столетия участие в ускорении данной тенденции приняли переживавшие расцвет экономики Латинской Америки и стран Африки, расположенных к югу от пустыни Сахара. Примечательно, что упомянутый спад наступил после непрерывного роста уровня неравенства, наблюдавшегося с момента старта промышленной революции на заре XIX ст. вплоть до 70-х гг. XX столетия. Более того, этот спад оказался достаточно ощутимым для того, чтобы сгладить существенную часть неравенства, накапливавшуюся на протяжении более чем полутора столетий.

Однако даже на фоне сокращения уровня неравенства между странами неравенство в рамках отдельных государств только нарастало, в среднем достигнув за период с 1990-го по 2010 г. более чем 2% (по шкале коэффициента Джини).

Отдельную ответственность за этот тренд несут страны с крупнейшими экономиками — в частности, Соединенные Штаты. Там коэффициент Джини с 1990-го по 2013 г. возрос на 5%. Эту тенденцию — пусть в меньшей степени — формировали Китай с Индией и большинство европейских государств, в особенности Германия и страны Скандинавии. Но все же уровень неравенства в рамках отдельных государств возрастает недостаточно быстро, чтобы свести к нулю стремительные показатели уменьшения неравенства между странами.

Хорошая новость состоит в том, что нынешняя тенденция снижения масштабов глобального неравенства, скорее всего, сохранится. Несмотря на текущее замедление темпов мирового экономического роста, Китай и Индия обладают настолько огромными внутренними рынками, что у них сохраняется бескрайний объем потенциала дальнейшего роста. И даже если их темпы роста значительно сократятся в следующем десятилетии, то до тех пор, пока они будут выше показателей большинства продвинутых промышленных экономик мира (а вероятность этого очень высока), уровень глобального неравенства будет и далее снижаться.

А вот у более скромных экономик стран Латинской Америки и Африки (расположенных южнее Сахары), сильно зависимых от экспорта сырья, перспективы роста выглядят не столь радужно, поскольку цены на такие товары некоторое время будут удерживаться на низком уровне. С учетом изложенного выше уровень глобального неравенства в ближайшие десятилетия, скорее всего, станет снижаться. Тем не менее этот процесс, вероятно, будет идти медленнее — примерно как в 90-е гг., а не так стремительно, как на протяжении предыдущего десятилетия.

Впрочем, есть и плохая новость: вполне возможно, что экономисты недооценили уровень неравенства в рамках отдельных государств, а также темпы прироста этого показателя с 90-х гг. Дело в том, что национальная статистика традиционно в недостаточной мере учитывает доходы зажиточных людей, а также полученные за счет недвижимой собственности. И действительно, судя по данным налоговых служб многих развитых государств, национальная статистика, к сожалению, не учитывает значительную часть доходов богатой части населения.

Если полагаться на самые радикальные корректировки данных в связи с такой неточностью (это расчеты экономистов Судхира Ананда и Пола Сигала), окажется, что масштаб глобального неравенства с 1988-го по 2005 г. сохранялся на более-менее неизменном уровне. Но такой вывод, скорее всего, следует считать слишком радикальным, а повышение уровня неравенства в отдельных странах было слишком незначительным, чтобы перечеркнуть масштабы снижения неравенства между странами. И все же существующая ситуация говорит о наличии досадной тенденции: повышение неравенства в отдельных странах нивелирует темпы сокращения неравенства между государствами. Иными словами, на смену разрыву между средним американцем и средним китайцем приходят более значимые разрывы между американцами, а также богатыми и бедными китайцами.

Взаимосвязанные и неравные

Фактор, который можно считать причиной снижения уровня неравенства между странами, одновременно может оказаться и виновником роста неравенства в этих государствах. И это глобализация.

По мере переноса производств фирмами из развитого мира в другие страны, проходившего в 90-е гг., зарождающиеся экономики Азии (в особенности Китай) начали входить в процесс конвергенции с экономиками развитого мира. Итоговый бум — по мере повышения спроса на сырьевые товары — стимулировал ускоренные темпы роста в Африке и Латинской Америке.

Тем временем в развитом мире, где компании-производители начали передавать часть своих производственных процессов сторонним подрядчикам, наблюдался рост корпоративной прибыли на фоне снижения реальных зарплат неквалифицированных работников. Значимую роль в этом процессе сыграла и экономическая либерализация. В Китае рыночные реформы, инициированные Дэн Сяопином в 80-е гг., способствовали стремительному экономическому росту в той же мере, что и открытие границ страны для иностранных инвестиций и торговли.

То же можно сказать и об Индии в начале 90-х. В рамках процессов глобализации такие реформы не просто стимулировали развивающиеся государства на сближение с развитым миром — они также формировали в этих странах новую элиту, одновременно оставляя в нищете многих граждан. Иными словами, масштабы внутреннего неравенства нарастали.

Эта же тенденция движения в сторону экономической либерализации внесла свой вклад в рост уровня неравенства в развитом мире. Снижение ставок налогов на доходы, сокращение ассигнований на социальное обеспечение, а также дерегуляция финансового рынка помогали толстосумам богатеть, а беднякам — в некоторых случаях — становиться нищими.

Повышение уровня глобальной мобильности фирм, благосостояний и рабочих рук, происходившее на протяжении минувших двух десятилетий, лишь усложнило эти проблемы: правительствам стало труднее бороться с неравенством. К примеру, компании и богатые люди все чаще получают возможность переводить капиталы в страны с меньшей налоговой нагрузкой или вообще в налоговые оазисы, что позволяет им избегать выплат огромных перераспределительных налогов в своих государствах.

Технологический прогресс — как в развитых, так и в развивающихся странах — обострил упомянутые тенденции: преимущество отдавалось квалифицированным кадрам, а не работникам с низкой квалификацией. В итоге экономия, сформированная за счет роста масштабов производства, обеспечивала менеджеров корпораций непропорциональными доходами.

Сохранение тенденции

В ближайшем будущем наиболее высокий потенциал дальнейшего сокращения уровня глобального неравенства будет наблюдаться в Африке — регионе, несомненно, получившем меньше всех выгоды от минувших десятилетий глобализации. Скорее всего, именно в этом регионе в грядущие десятилетия будет концентрироваться глобальная бедность, поскольку такие страны, как Индия, сделают рывок вперед.

Вероятно, важнее всего то, что население Африки, по прогнозам, в ближайшие 35 лет возрастет в 2 раза и достигнет 25% мирового населения. Иными словами, изменение масштабов глобального неравенства будет все сильнее зависеть от темпов роста в Африке. Если предположить, что в странах Африки, расположенных южнее пустыни Сахара, экономический рост останется на скромном уровне, характерном для последних лет, неравенство между странами обречено на снижение — пусть и не такое быстрое, как в первом десятилетии текущего столетия.

Ради сохранения тенденции, лежащей в основе сокращения глобального неравенства, всем странам необходимо старательно вести работу по уменьшению неравенства в рамках своих границ или по крайней мере по предотвращению его дальнейшего углубления. Неспособность крупнейших экономик мира следовать этому рецепту лишь подталкивает разочаровавшихся граждан к ошибочному сопротивлению дальнейшим попыткам по интеграции этих стран в систему мировой экономики. На самом деле этот процесс — если его провести корректно — принесет выгоду каждому.

На практике государствам следует стремиться к выравниванию уровня стандартов жизни своих граждан путем ликвидации этнической, гендерной и социальной дискриминации, регулирования деятельности рынков труда и капитала, а также внедрения политики прогрессивного налогообложения и социального обеспечения.

Поскольку мобильность капитала снижает эффективность политики прогрессивного налогообложения, правительствам также следует стремиться к реализации международной стратегии, повышающей прозрачность финансовой системы — так, как это делают страны — члены G-20 и ОЭСР. Она способствует обмену информацией этими государствами ради предотвращения случаев уклонения от уплаты налогов.

Подобные практические шаги должны служить напоминанием для тех, кто формирует политику: несмотря на то что тенденции глобального и местного неравенства на протяжении нескольких последних десятилетий развиваются в прямо противоположных направлениях, такая ситуация не должна сохраниться навсегда.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Блоги

Авторские колонки

Ошибка