Перевернутая шахматная доска

07 Сентября 2016 4.7

Двадцатка поглотила семерку

Отшумел в китайском Ханчжоу двухдневный саммит «Большой двадцатки» (G20). На нем произошло много чего не то чтобы совсем неожиданного, сколько весьма любопытного. Неожиданности, конечно же, тоже присутствовали. Как в политике без неожиданностей? Так Бараку Обаме по прибытию в Ханчжоу не подали ни красной ковровой дорожки к самолету, ни даже трапа, на который эту дорожку следовало бы китайцам постелить. Всем красную дорожку стелили, а Обаме постелить забыли. Позже они объяснили такое происшествие тем, что американцы, дескать, сами от этого отказались. Может, они и правда отказались – кто их теперь разберет?

Более того, американскую прессу, пытавшуюся окружить выходящего из хвостовой части самолета по аварийному трапу президента своим вниманием загнали под крыло самолета и отгородили от Обамы синей лентой. Попытки же американских журналистов все-таки прорваться через это ограждение (дескать, это наш самолет и это наш президент) были китайцами решительно пресечены. Это наша страна и это наш аэропорт. И нам за Обаму (по понятным причинам) в этом эпизоде до слез обидно. Так обидно, что и слова подходящего для описания своих расстроенных чувств не находим. Он хоть и уходящий уже президент (8 ноября выборы), но еще при всех полномочиях.

Вот накануне саммита Барак Обама даже строго и ответственно призвал Китай «не играть мускулами» в Южно-китайском море, где Китай, как известно, ведет строительство на спорных островах. То есть на тех островах, принадлежность которых Китаю оспаривают другие страны региона. Потому справедливо возникло подозрение, что инцидент с красной дорожкой – это совсем даже не случайная неожиданность, а заранее спланированный как бы завуалированный китайский ответ мировому гегемону в восточном стиле. Дескать, Китайское море должно быть китайским не только по названию. Что здесь сказать – ничего подобного нигде в Европе (а мы ведь тоже Европа) не могло произойти. Просто в голову бы не пришло по понятным причинам.

Любопытным же на саммите, прежде всего, оказалось то, что «Большая двадцатка» практически поглотила «Большую семерку», как ветхозаветный кит поглотил ветхозаветного же Иову. Причем, в отличие от истории с Иовом, поглотила она ее безвозвратно. Джентльмены, конечно же, могут по-прежнему продолжать собираться в узком кругу в своем изысканном клубе для избранных, но большая политика оттуда ушла навсегда. (Как известно, в «Большую семерку» входят: Италия, Германия, Великобритания, США, Канада, Франция и Япония). Это произошло даже раньше, чем оттуда (из G7 плюс 1) вышел Владимир Путин, но этим выходом была, как бы подведена некая историческая черта. Теперь проси, не проси его туда вернуться – смысла в таком возврате для него нет. На время же обсуждения джентльменами главных финансовых вопросов его и раньше просили подождать в коридоре.

Но впредь будущие мировые конструкции будут выстраиваться именно на площадке «двадцатки», поскольку без России и Китая (как показали события на прошедшем саммите) ничего построить будет невозможно. Хотя исторически «Большая двадцатка» действительно была создана как сугубо экономическо-финансовый форум, на который собирались преимущественно министры финансов. Как некое второстепенное дополнение к «Большой семерке». Но все меняется, и мировая политика прокладывает себе русло так, как считает нужным, не всегда при этом считаясь с желаниями джентльменов из изысканных клубов.

Впрочем, китайцы, как хозяева форума, перед его началом обещали приложить все усилия для того, чтобы на саммите было больше экономики и меньше политики. Но это, скорее, были добрые намерения. Вежливая как бы фигура речи. Экономики без политики в современном мире не бывает. Да и в прошлой истории ее было немного. Санкции, экономические блокады, экономические и торговые войны всегда присутствовали как последний шаг перед войной обыкновенной. И тем, кто их (торговые войны и пр.) инициирует, хорошо бы об этом помнить, поскольку удержаться на краю стремительно закручивающейся таким образом воронки всегда бывало довольно трудно. Часто невозможно.

Возвращаясь в Ханчжоу, стоит отметить, что еще одной неприятной неожиданностью стало для нас, патриотов то обстоятельство, что принимающей стороной Владимир Путин был назван на форуме гостем номер один. С какой это стати? Это уже вторая для нас, патриотов невыносимая обида. После обиды за непостеленную красную дорожку, конечно. И хотя Украина в Ханчжоу так и не была приглашена (тоже, знаете ли, неожиданность – мы ведь оплот мира и демократии сами знаете какой) она своей тенью незримо присутствовала на всех встречах на полях саммита. К приятным же для нас неожиданностям можно отнести то обстоятельство, что Обама, против обыкновения, не стал пожимать руку российскому лидеру на церемонии фотографирования. А к еще одной неприятной неожиданности – что он (Обама) настоял-таки, как оказалось, на беседе с Путиным с глазу на глаз. Нет, мы не собираемся указывать американскому президенту, с кем ему разговаривать с глазу на глаз (и кому пожимать руку) но все же ожидаем от него некоторой последовательности в своих действиях. Что это могла быть за беседа такая у них (с глазу на глаз) после продемонстрированной Бараком Обамой нерукопожатости как бы Владимира Путина? Разве что беседа в непарламентских выражениях. Может, так оно и было, сказали мы себе в утешение.

Однако в понедельник на пресс-конференции в Ханчжоу президент США Барак Обама нас успокоил в том смысле, что встреча его с президентом России Владимиром Путиным была «открытой, честной и деловой». Что это означает на самом деле нам снова не очень понятно. И не очень приятно. Но пресс-секретарь российского президента Дмитрий Песков, сообщил, что встреча действительно прошла хорошо и продолжалась дольше, чем планировалось вначале. По его словам, президенты США и России обсуждали Сирию и Украину. К чему они пришли в ходе этих обсуждений мы, видимо, скоро узнаем.

В итоге страны G20 подтвердили свою приверженность к открытости рынков и неприятию политических и финансово-экономических методов, направленных на ограничение их свободы и рост протекционизма. Как эта приверженность сочетается со стремлением разделить мир на три зоны: «тихоокеанского и трансатлантического партнерства» и всех остальных – совсем непонятно.

Тем не менее, в итоговом документе форума написано красиво: «Мы подтверждаем свое неприятие любых форм протекционизма в торговле и инвестициях. Мы продлеваем срок действия нашего обязательства по неприменению новых и сокращению существующих протекционистских мер до 2018 года, вновь заявляем о решимости активно выполнять это обязательство, а также поддерживать работу ВТО, ЮНКТАД и ОЭСР по мониторингу протекционизма».

Разве что понимать это нужно так, что до 2018 года разделить мир (и ВТО, в которое входит большинство стран мира) на эти пресловутые новые зоны американского доминирования все же не удастся.

Однако мы (не все, конечно) понимаем, что переживаемое нами историческое время характеризуется, во многих отношениях, скорее, как поворотный момент, чем время для последовательных действий. Такой поворотный момент обнаружился и у Збигнева Бжезинского, который является признанным автором американской «стратегии глобального доминирования», которая продолжает действовать в американском политикуме и до сих пор.

Стратегия эта изложена, как известно, в его книге 1997 года «Великая Шахматная Доска: американская политика и её геостратегические императивы». Бжезинский не только совершил поворот на 180 градусов со своей предыдущей позиции и призвал к резкому изменению былой стратегии, он, образно говоря, просто опрокинул пресловутую шахматную доску в своей новой статье «К глобальной перестройке» в «The American Interest».

Бжезинский: «Поскольку эра их глобального доминирования заканчивается, США необходимо возглавить перестройку архитектуры глобального влияния. Пять основных фактов, касающихся появления перераспределения глобального политического влияния и резкого политического пробуждения на Ближнем Востоке стали сигналом появления нового глобальной перестройки. Первый из них состоит в том, что США всё ещё остаются наиболее мощной в политическом, экономическом и военном смысле организацией, но, учитывая комплекс геополитических сдвигов региональных балансов, они более не являются глобальной имперской державой».

Бжезинский по-прежнему обладает не только аналитическими способностями, но и достаточным культурным уровнем – необходимым условием для широкого кругозора. Это позволяет ему понять (и объяснить другим) что старая стратегия американского доминирования перестала работать в новых условиях. Ничто (к сожалению или к счастью) не дается судьбой навечно. Это справедливо и в отношении стран, и в отношении людей. И если хочешь продолжать оставаться на гребне волны, которая тебя по каким-то причинам подхватила, найди в себе силы меняться вместе с меняющимися внешними обстоятельствами.

И в нынешней избирательной кампании за кресло президента США, как мы видим, происходит борьба двух концепций вокруг прежней (действующей) стратегической концепции «глобального доминирования» Збигнева Бжезинского и его новой концепции «глобальной перестройки». Прежнюю концепцию (от которой сам автор, как мы видим, уже отказался) яростно защищает Хиллари Клинтон. А новую концепцию Збигнева Бжезинского по сути продвигает Дональд Трамп. Правда он нигде не упоминает имени автора. И это по-американски правильно – ее официально никто даже не обсуждает. Но концепция уже существует и тихой сапой делает свое дело.

Стоит также отметить, что и в новой, и в старой концепции Бжезинского интересует, прежде всего, все-таки американское доминирование – то есть сохранение глобальных преимуществ, достигнутых американцами ранее. Те же цели, вполне объяснимо, преследует в своей кампании и Дональд Трамп. Потому досужие рассуждения о том, что приход Трампа в Белый Дом будет выгоден России (или кому-то еще) безосновательны. Хотя понимание того обстоятельства, что внешняя политика даже очень сильного государства должна учитывать реальность меняющегося мира, сделает эту политику менее болезненной. Но принуждение к реальности неотвратимо случится и в случае прихода в Белый Дом Хиллари Клинтон. Или она (и ее партия, и ее клан) будет стремительно терять поддержку. В этом смысле кандидаты, безусловно, оказывают друг на друга взаимное влияние.

Также отметим, что Россия не ставит перед собой цели глобального доминирования, да и не может этого сделать (даже если бы этого хотела) по причине недостаточности внутренних ресурсов. Потому она пытается привлечь своих союзников идеей взаимовыгодного сотрудничества. Россия пытается искать себя в роли посредника между странами, которые нуждаются в выстраивании взаимовыгодных отношений, но напрямую не могут этого сделать по причинам исторического характера. Так Япония, например, хотела бы развивать сотрудничество с Китаем, но без чьего-нибудь посредничества не может этого сделать.

Америка не может быть посредником, поскольку это противоречило бы ее позиции доминирования. Да и противоречило бы ее интересам тоже. А Россия таким посредником быть может вполне, не только в отношении Японии и Китая, но и в отношении, например, Турции, Ирана и других стран по периметру своих границ. И она всем этим, как мы видим, активно занимается. Сближение с Турцией и проявляющиеся контуры треугольника: Москва – Анкара – Тегеран – все это свидетельствует в пользу изменившегося баланса сил на Ближнем Востоке.

Но не только страны Востока демонстрируют свое сближение с Москвой. Лондон, например, своей демонстрацией сближения с Россией, пытается разыграть эту карту в свою пользу в отстаивании своих интересов в «бракоразводном» как бы процессе с Брюсселем.

Путин на переговорах с премьером Мэй, никак не выглядит на них ни изгоем, ни «разорванным в клочья» западными санкциями. И если на встрече «двадцатки» 2014 года в австралийском Брисбене западные лидеры откровенно «кошмарили» Путина, а британские таблоиды писали о его ссылке в «дипломатическую Сибирь», то по прошествии двух лет, в Ханчжоу все для России радикально переменилось. Как то и нам необходимо учитывать в своей жизни меняющуюся реальность. А не ждать пока Россия в недалеком будущем развалится под действием западных санкций. Учитывать, даже если она (реальность эта) нам совсем не нравится.

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Блоги

Авторские колонки

Ошибка