Принуждение Киева к действиям: почему Москва не пойдет на замораживание конфликта в Украине

№25–26(741) 25 сентября — 1 октября 2015 г. 24 Сентября 2015 2 1.8

Глядя из Вашингтона, складывается мнение, что конфликт на востоке Украине достиг определенной стабилизации. Несмотря на несколько соглашений о прекращении огня, столкновения на линии фронта так полностью и не удалось прекратить. Тем не менее градус насилия заметно снизился, и российские военные с союзниками-сепаратистами уже более полугода не переходят в масштабные наступления.

Поскольку российский президент Владимир Путин, судя по всему, не проявляет желания выводить свои силы с востока, кое-кто теперь надеется на замораживание конфликта, т. е. на прекращение кровопролития даже при отсутствии формального политического соглашения, что позволит Киеву продолжать реформы, восстанавливать экономику и идти по пути интеграции с Европой. Такой исход, утверждал в своей февральской статье, вышедшей в Foreign Affairs, депутат немецкого бундестага Рольф Мюцених, должен был бы удовлетворить Запад.

Подобные надежды провоцируют потенциально опасную беспечность в отношении кризиса. В реальности замороженный конфликт — наименее вероятный исход для Украины на среднесрочную перспективу. Намного вероятнее выглядит ситуация, когда Россия воспользуется силой ради достижения урегулирования на выгодных ей условиях: в частности, на вхождении удерживаемого повстанцами Донбасса обратно в состав Украины. Такое решение наделит русофильские регионы непропорционально большим влиянием на национальную политику. А потому вместо настойчивого проталкивания сценария замороженного конфликта, вряд ли способного когда-либо материализоваться, США, ЕС и Украине следует предпринять все возможное для минимизации экономических и человеческих потерь в результате реализации описанного выше наиболее вероятного сценария.

Российский эндшпиль

Понять, в чем именно состоит привлекательность сценария замороженного конфликта для нынешнего правительства в Киеве, несложно. Подобный сценарий реально отделил бы удерживаемый сепаратистами-повстанцами Донбасс от остальной страны, а линия разграничения фактически превратилась бы в официальную границу.

В результате Донбасс лишится влияния на украинскую национальную политику, что радикально уменьшит для Москвы возможности оказания давления на Киев. В то же время Россия будет вынуждена платить по счетам за масштабное восстановление Донбасса для предотвращения социально-экономического коллапса нового протектората РФ.

Однако данный сценарий маловероятен, ведь замороженный конфликт неприемлем для Москвы. Цель России состоит в наделении русофильских регионов соответствующими полномочиями в новой структуре Конституции, чтобы законодательно легализовать свое влияние на Киев. Иными словами, откол упомянутых регионов от остальной части страны будет равен признанию факта поражения.

И действительно, Москва предприняла ряд шагов для недопущения описанного финала. К примеру, российское наступление на Донбассе в конце января увенчалось не захватом новых земель, а подписанием так называемых соглашений «Минск-2»: в них возможность разрешения конфликта напрямую увязывается с желанными для Москвы политическими трансформациями в Украине.

Упомянутое соглашение предусматривает проведение местных выборов на Донбассе, восстановление экономических связей между удерживаемыми повстанцами территориями и остальной частью страны, а также проведение оговоренной с сепаратистами конституционной реформы, призванной обеспечить контролируемые или территории самой широкой автономией в составе Украины. Согласно условиям соглашения, самая значимая уступка России — возврат Москвой Киеву контроля над российско-украинской границей — обусловлена обязательством Украины по внесению описанных изменений в Конституцию.

Но политический процесс, предусмотренный Минском-2, развивается вовсе не так, как хотелось бы Москве. К примеру, местные выборы так и не проведены. Напротив, 17 марта Киев принял положение, по сути делающее такие выборы невозможными. Эта новая мера в обмен на предоставление расширенной автономии и проведение выборов на местах требует вывода незаконных вооруженных формирований (подразумевается, что это непосредственно сами сепаратисты и российские регулярные войска) из Украины.

Более того, Киев не стал обсуждать с сепаратистами вопросы проведения местных выборов, как это оговорено Минскими соглашениями-2. При этом определенные в документе районы предполагаемого усиления местной автономии совершенно не учитывают территориальных завоеваний, обретенных сепаратистами нынешней зимой (Дебальцево стало наиболее значимым из них). И хотя президент Порошенко объявил 25 октября днем выборов в местные органы власти по всей стране, он тут же пояснил: в сепаратистских регионах их проводить не будут. А сепаратисты тем временем анонсировали планы проведения собственных выборов — неделей ранее.

Нереализованными остались и экономические уступки Киева, закрепленные в Минске-2. Украина ввела экономическую блокаду против территорий, удерживаемых повстанцами, и отказывается выплачивать проживающим там гражданам пенсии и предоставлять остальные социальные услуги. 11 июня Порошенко сообщил: экономические связи с подконтрольными сепаратистам территориями восстанавливаться не будут — до тех пор, пока Украина полностью не установит контроль над внешними границами. А 17 июня Киев пошел на дополнительный шаг, ужесточив блокаду мятежного Донбасса до такой степени, что поступать туда могут только гуманитарные грузы.

Ход конституционных реформ тоже не соответствует пожеланиям Москвы. Анонсированные 1 июля реформы Порошенко включают положения об общенациональной децентрализации с делегированием ряда полномочий на места, например по управлению бюджетом и планированию экономического развития. Тем не менее единственное упоминание о мятежном Донбассе в проектах реформ состоит в том, что вопрос о расширенной автономии здесь будет определяться отдельным законом, принятым в сентябре 2014 г. Более того, никаких консультаций украинские власти с сепаратистами по поводу реформ не проводили. Упомянутый закон прошел первое чтение 31 августа, несмотря на бурную реакцию и возмущение националистов. Окончательное голосование по нему состоится позже в этом году.

США и ЕС поддерживают позицию украинского правительства, считающего невозможным вступать в переговоры с сепаратистами до проведения легитимных выборов и полного соблюдения условий о прекращении огня. Вашингтон и Брюссель высоко оценили предложенные Украиной конституционные реформы — как демонстрацию приверженности Киева Минским соглашениям-2.

Однако ценность одобрения Западом невелика. А вот оценка политики Украины Россией — наиболее значимый фактор в определении будущих очертаний украинского кризиса. Эта оценка негативна во всем: МИД РФ осудил проекты поправок в Конституцию, а Путин потребовал от Киева вступления в прямые переговоры с сепаратистами даже без официально признанных выборов и полного прекращения огня.

Реформы силовыми методами

Учитывая нескрываемое недовольство Москвы итогами минского переговорного процесса (второй его части), она явно может пойти на действия, направленные на изменение сложившегося статус-кво. Остается лишь понять, о каких действиях может идти речь. Тут в целом два основных варианта развития событий, и оба предусматривают применение силы, что обернется значительными экономическими и человеческими потерями для украинского народа.

Первый сценарий состоит в затягивании или умеренном усилении насилия: это не война, но и не мир, а тщательно выверенный и слегка не доходящий до бурного кипения конфликт без крупных эскалаций. При таком развитии событий боевые действия подорвут большую часть политического капитала украинских властей, и Киев будет просто не в состоянии проводить критически важные экономические и политические реформы. Москва в попытке не дать украинской экономике выбраться из хаоса задействует такие экономические рычаги, как санкции и отключения газа: естественно, тогда мало кто из инвесторов рискнет вернуться на Украину.

Реализуя такой сценарий, России придется тщательнейшим образом регулировать интенсивность боевых действий, чтобы не спровоцировать еще более мощную ответную реакцию Запада в виде дополнительных санкций или предоставления военной помощи Киеву. Скорее всего, в Москве сделают ставку на то, что санкции ЕС со временем начнут ослабевать. Короче говоря, речь пойдет о войне на истощение, и в ней Москва со временем сможет одержать верх.

Описанный сценарий предполагает убежденность Москвы в том, что время играет на ее стороне, а Россия обладает необходимым стратегическим запасом терпения, чтобы дождаться победы. Но рассчитывать на победу здравомыслия не стоит, поскольку все поведение Кремля с первого дня кризиса изобилует поспешными решениями — например, вторжение в Крым всего через несколько дней после свержения президента Януковича.

Таким образом, вторым вероятным сценарием может стать радикальная эскалация боевых действий. Россия с начала кризиса уже дважды продемонстрировала успешность выбранной ею тактики эскалации: в конце августа 2014 года и в конце января 2015-го, когда резко нарастила объем поддержки сепаратистов Донбасса.

Оба раза Порошенко вынужден был просить о мире, а результатом стало появление на свет Минских договоренностей — первых, а затем и вторых. Естественно, эскалация сопряжена с рядом рисков: Запад может ужесточить режим санкций или предоставить Украине летальное вооружение. Но Москва с первых дней кризиса не уделяла особого внимания подобным рискам. С высокой степенью вероятности можно предположить, что точно так же она будет действовать и в будущем.

Долгосрочные стратегические исходы этих двух сценариев достаточно схожи. Практическое воплощение любого из них вынудит Украину приступить к реинтеграции Донбасса на российских условиях. Киеву, иными словами, придется идти на такие уступки, как предоставление автономии сепаратистским регионам и безусловное прекращение блокады, а вот Россия выведет свои силы, лишь реально убедившись в жизнеспособности достигнутого соглашения.

Важнейшая разница между двумя сценариями — это фактор времени: в первом случае наступления эндшпиля доведется ждать месяцами и даже годами, а во втором все произойдет, как только Путин отдаст приказ.

Как в первом, так и во втором случае страдать придется украинцам: последуют новые смерти и разрушения на востоке, украинская экономика будет все глубже уходить в штопор, а обещания Киева о проведении реформ и организации прозрачной системы государственного управления все больше будут напоминать пустые слова.

О налаживании взаимопонимания

Единственный вариант эндшпиля для Москвы — при реализации любого из сценариев — состоит в практическом воплощении в жизнь Минска-2, и РФ, судя по всему, готова и способна добиваться желаемого исхода за счет применения силы. Исходя из этого, мудрым решением было бы проведение переговоров о том, как достичь такого исхода прямо сейчас — чтобы избежать дополнительных страданий и разрушений.

В практической плоскости подобные переговоры повлекут за собой снятие блокады Киевом с удерживаемых повстанцами территорий, согласие Украины на условия по проведению местных выборов, а также предоставление расширенной автономии мятежным регионам. А представителям правительства при этом придется вести переговоры непосредственно с сепаратистами.

Любому правительству сложно проглотить столь горькую пилюлю. Более того, беспорядки в Киеве в конце августа, грянувшие в ответ на первый тур голосования парламента по внесенному Порошенко варианту конституционной реформы, стали напоминанием о том, что такая политика способна ослабить правительство, а возможно, даже спровоцировать националистический государственный переворот.

Но это вовсе не обязательный или непременный вариант развития событий. Порошенко и чиновники с Запада вполне способны минимизировать масштаб ответной негативной реакции внутри страны, избрав иной тон публичной дискуссии о текущем конфликте.

Американские и европейские чиновники с первых дней после свержения Януковича постоянно акцентируют внимание на закономерных, но тем не менее откровенно максималистских целях для будущего Украины: так, они призывают к полному восстановлению ее территориальной целостности, яростно осуждая российскую агрессию. Порошенко и другие высокопоставленные украинские чиновники и вовсе склонны к еще более радикальной риторике: сепаратистов они именуют террористами, а подконтрольные им территории сравнивают с Мордором — воплощением из романов Толкиена.

Вот почему не стоит удивляться поведению многих политически активных украинцев, не видящих никакой необходимости идти на компромиссы, — к этому их пока не призвал ни один из крупных общественных деятелей.

Однако большинство украинцев, как и раньше, выступают за урегулирование конфликта путем каких-либо переговоров: соответственно и Запад, и Украина могут быть уверены — поиски такого урегулирования (пусть и уступки — в краткосрочной перспективе) помогут им сберечь свои долгосрочные преимущества. На самом деле Россия относительно сильна только на поле боя, а потому после завершения боевых действий и перевода соперничества в сферу политики и финансов преимущества мягкой силы Украины и Европы станут очевидными.

Изменения в риторике могут и не устранить полностью все препятствия на пути к достижению компромисса, но без них подобный компромисс вообще будет невозможен.

Как бы то ни было, в ближайшей перспективе гораздо более значимым фактором, определяющим будущее конфликта в Восточной Украине, станет не военная поддержка Запада и не украинские реформы, а поведение России.

А это в свою очередь будет определяться степенью уверенности Москвы в том, что ситуация развивается по желательному для нее сценарию. Памятуя об этом, США и их европейским партнерам следует сосредоточить все усилия на налаживании взаимопонимания между Киевом и Москвой. И если они не добьются этого, последствия для Украины могут оказаться катастрофическими.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Россия первой в мире готова признать Западный...

Москва видит Восточный Иерусалим столицей будущего Палестинского государства

Пять вопросов о дзюдоисте Насирове

Осуждение Насирова приведет к дисквалификации украинских дзюдоистов — один из...

Пупырышки

Декоммунизация — это есть нынешняя власть плюс деэлектрификация всей страны

«Другая Украина» и все тот же Саакашвили

Бывший президент Грузии Михаил Саакашвили яркой кометой ворвался в политическую...

Сергей Головатый о своем назначении узнал из прессы

То, что произошла рокировка в представительстве  Украины в Европейской комиссии...

Крым: когда аннексия — не совсем аннексия

«Ни одно из государств Тихоокеанского региона, поддержавших проведенный РФ...

Загрузка...

Ремонт клетки

Если сотрудник каждый рабочий день встречает десятки, сотни преступников с...

Острижем себя сами

Президент не смог побороть блокаду оккупированных территорий, так он этот процесс...

Не надо правдоподобности!

Блокада Донбасса совершенно очевидно зашла в тупик, и каждый день наносит...

Гонка истощений

МИД Украины понадеялся, что в Международном суде не отличат крымских татар от татар...

Голландские выборы под звуки «турецкого марша»

По рейтингам правящей партии заметно ударила позиция правительства относительно...

Вперед с Макроном, в изоляцию с Ле Пен: выбор за...

Со времен де Голля ни одному кандидату не удалось победить на президентских выборах...

Комментарии 2
Войдите, чтобы оставить комментарий
Аleksandr S.
25 Сентября 2015, Аleksandr S.

Понятно. Наша песня хороша.. Несмотря на "полустраничный" список регалий аналитика - сильно ощущается стандартное для пиндосов желание, что бы мир смотрел на события их глазами.. И исходя из того, как смотрят на мир эти самые их глаза - можно сделать вывод, что они в целом воспринимают происходящее у нас - не то, что бы совсем неверно, но, как минимум не понимая сути! Нет, безусловно, - отдельные моменты статьи как бы наводят на мысль, что автор "хавает" ситауцию, но читая дальше..
Чувствуется, что он исходит из мысли, что есть "мятежные регионы" (Донбас) и остальная "правильная" монолитная в идеологическом плане территория Украины. Не ощущается не малейшего намека, что страна расколота в первую очередь по мировозренческой состовляющей, что по сути - это гражданское противостояние с длительной историей, а собственно война на донбасе - это просто точка его перехода в горячую фазу. Шабаш на майдане сыграл разве что роль катализатора..

- 42 +
Tatjyna

Типичный пример теоретического восприятия из-за океана, когда мир рассматривается, как шахматная доска, где движения всех фигур заранее определены, а такая мелочь, как реальная жизнь во внимание не принимается. И что всегда забавно - все знают, что планирует сделать Россия. Но никто не видит, что делает со своими гражданами Украина. И, кто бы мог подумать, оказывается, только из-за боевых действий "Киев будет просто не в состоянии проводить критически важные экономические и политические реформы". Как же все эти аналитики далеки от действительности!

- 46 +
Блоги

Авторские колонки

Ошибка