Сделка с Ираном может стать демонстрацией слабости США

№13v(741) 10 — 16 апреля 2015 г. 10 Апреля 2015 4.2

Президент Ирана Хасан Рухани отказался от бомбы на весьма выгодных условиях //АП

Эффективность и ценность рамочного соглашения между Ираном и ведущими мировыми державами сообщество будет оценивать исходя из того, удалось ли переговорщикам предотвратить процесс создания бомбы Тегераном. Тем не менее об окончательном итоге можно будет говорить через несколько лет.

Сегодня судить можно лишь о том, не станет ли данная сделка явной демонстрацией слабости Запада. Сторонники соглашения уверяют, что США и ведущие страны впервые за десятилетие тупиковых переговоров добились от Ирана существенных уступок и этот успех можно считать доказательством гипотезы о том, что дипломатия, подкрепленная жесткими санкциями, способна стимулировать позитивные перемены даже на Ближнем Востоке.

Но, по мнению критиков, рамочное соглашение вполне способно в итоге лишь продемонстрировать слабость США, что еще сильнее вдохновит государства-изгои и экстремистов. И тогда выяснится, что бушующие ныне в регионе разнообразные проблемы — от израильско-палестинского конфликта и гражданской войны в Сирии до боевых действий в Ливии и Йемене — невозможно разрешить за счет вмешательства Запада, сообщает www.foxnews.com.

США жаждут поставить на место президента Сирии Асада, но разрушительная гражданская война в стране тянется вот уже пятый год. Американцам хотелось бы видеть больше либерализма во внутренней политике Египта и добиться от иракских лидеров более грамотного правления. Несмотря на годы неудач, в Вашингтоне все еще надеются найти приемлемый для обеих сторон вариант разрешения израильско-палестинского конфликта.

Но если лидеры упомянутых государств внимательно вчитаются в мелкий шрифт соглашения, которое США и ведущие мировые державы надеются заключить с Ираном до 30 июня, и придут к выводу, что их просто дурачат, они в будущем не станут с готовностью идти на уступки. Они будут помнить, что сделка с Ираном стала единственным достижением во внешней политике, и то омраченным царящим в регионе хаосом.

Первые последствия можно будет наблюдать непосредственно в Иране. Если соглашение приведет к определенной легитимации иранской теократии, местные «ястребы» вздохнут с облегчением: на них уже не будут давить так, как раньше, с требованием прекратить поддержку региональных групп боевиков или отказаться от практики преследования диссидентов. Снятие санкций обеспечит их щедрым притоком валюты и лишь укрепит в уверенности в том, что Вашингтон закрывает глаза на их шалости.

Любое дальнейшее направление развития, выбранное Ираном, окажет далекоидущее влияние на остальные страны региона. Иран поддерживает могущественных шиитов в Ираке, Сирии и Ливане, помогает палестинскому движению ХАМАС, а также правящим в Газе суннитским исламистам. Такие суннитские государства, как Египет и Саудовская Аравия, опасаются Тегерана, не доверяют ему и постоянно предупреждают, что как только Тегеран приблизится к возможности обладания ядерной бомбой, в регионе начнется гонка вооружений. Саудовские самолеты уже бомбят в Йемене повстанцев-шиитов, черпающих поддержку в Иране, что, впрочем, отрицают и повстанцы, и Тегеран.

Последствия демонстрации американской слабости тем не менее носят не только региональный, но и глобальный характер: они способны негативно сказаться на самых разных аспектах, например, на политике в отношении России, Китая и КНДР, а также на возможном исходе глобальных переговоров, посвященных изменению климата, и даже на важных торговых соглашениях.

Ответы на многие из упомянутых вопросов можно будет найти только в финальном тексте соглашения — если оно, конечно, будет достигнуто. На текущий момент обе стороны переговоров превозносят рамочное соглашение как крупное достижение.

С одной стороны, Иран соглашается с ограничениями на степень обогащения урана и количество центрифуг, вводимыми для того, чтобы предотвратить накопление Тегераном пригодного для создания оружия сырья. Благодаря упомянутым условиям срок, необходимый для создания бомбы, увеличится — с нескольких месяцев до года и более.

Но, с другой стороны, право Ирана на обогащение урана будет окончательно закреплено соглашением, все объекты будут существовать и далее, санкции будут сняты и Тегеран приобретет столь желанную, пусть и ограниченную степень легитимности.

Критики никак не могут понять, почему ведущие державы мира, имеющие для этого все возможности, не хотят поставить Иран на место, предъявив ему ультиматум в виде четкого выбора — либо наличие ядерной программы, либо существование экономики страны. Они не могут поверить в заявления Ирана о том, что страна тратила так много средств и сил исключительно на разработку программы мирной ядерной энергетики. По мнению критиков, иранцы просто старательно водят инспекторов за нос, а сами занимаются созданием бомбы.

Но заниматься таким делом будет явно непросто. По условиям рамочного соглашения, МАГАТЭ получит существенно больше полномочий, чем в прошлом. Так, Иран согласился предоставить инспекторам более свободный доступ на объекты — как заявленные, так и незаявленные. Да, доступ невозможен в режиме «в любое время и везде», но его нельзя сравнивать с теми условиями, которые применялись к Индии, Пакистану, Северной Корее и Израилю, когда эти государства разрабатывали ядерные вооружения.

Сторонники соглашения уверены: любые возможные риски гораздо лучше войны. Кроме того, они напоминают, что достичь глобального консенсуса в вопросе введения санкций, способных поставить Тегеран на колени, не получится — Россию, Китай и даже Индию вряд ли удастся уговорить на это. Иными словами, на повестке дня единственной альтернативой остается использование вооруженных сил.

Некоторые наблюдатели отмечают: рассматривать Иран в качестве реальной региональной угрозы — это явно упрощенный подход. Иран оказывает поддержку Хамасу и «Хезболла» — тем группам, которые на Западе относят к числу террористических организаций, но Тегеран в то же время обучает и поддерживает шиитов, ведущих борьбу против ИГИЛ в Ираке, где Вашингтон и Тегеран оказались по одну сторону баррикад.

Сдержанность прежде амбициозного Вашингтона вполне объяснима, учитывая череду недавних неудач в регионе. В Афганистане и Ираке все еще бушуют войны — после десятилетия американской оккупации. ИГИЛ — осколок «Аль-Каиды» — контролирует треть территорий Сирии и Ирака. Вмешательство НАТО помогло свергнуть Каддафи, но Ливия сегодня превратилась в несостоятельное государство, раздираемое на части боевиками и сторонниками джихада. Процесс достижения мира между Израилем и Палестиной буксует.

Вероятно, ведущие страны подспудно уже осознают: их возможности по вмешательству в дела других государств все-таки ограничены, вне зависимости от того, каким взаимозависимым сегодня не выглядел бы наш мир.

Перевод Константина ВАСИЛЬКЕВИЧА

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Блоги

Авторские колонки

Ошибка