Малые шаги в никуда

№35(785) 2 — 8 сентября 2016 г. 01 Сентября 2016 3.7

26 августа в Минске на заседании контактной группы было принято решение о бессрочном прекращении огня на Донбассе с 1 сентября. Позволю себе предположить, что до завершения встречи лидеров ФРГ, Франции и РФ на саммите «G20» в китайском городе Ханчжоу 4—5 сентября перемирие действительно будет соблюдаться. А дальше все пойдет по привычному сценарию.

Напомню, прекращение огня предусмотрено Минскими соглашениями. И в контактной группе о нем договаривались неоднократно (в последний раз — накануне Пасхи и майских праздников). Но события всегда развивались одинаково: сначала стрельба действительно утихала, за исключением единичных случаев, но через неделю-другую перестрелок становилось все больше, и стороны постепенно вступали в очередное вооруженное противостояние.

О лучшем поздравлении по-немецки

Не добавляет оптимизма и тот факт, что от переговоров в Ханчжоу трудно ожидать прорыва. Тем более что лидеры будут встречаться не втроем: Путин отдельно пообщается с Меркель и отдельно — с Олландом.

А пока российские СМИ многозначительно цитируют министра иностранных дел ФРГ Франка-Вальтера Штайнмайера, который 28 августа заявил, что Германия и Франция не удовлетворены результатами реализации Минских соглашений. Российские массмедиа по сути намекают: Европа собирается давить на Украину — и, возможно, даже по согласованному с РФ плану. Т. е. распространяется мысль об общей позиции трех держав. Но эта мысль слабо опирается на факты.

Понятно, что состоянием дел с выполнением Минских соглашений не может быть удовлетворен никто — здесь не наблюдается ни малейшего прогресса. Однако все намеки на то, что Штайнмайер таким образом критикует Киев, не подтверждаются публичными речами западных политиков, в т. ч. Меркель и Олланда.

23 августа Путин провел с ними телефонный разговор. По версии пресс-службы Кремля, в ходе беседы была «акцентирована важность законодательного закрепления на постоянной основе особого статуса Донбасса, проведения конституционной реформы и амнистии, организации местных выборов... выражена обеспокоенность сохраняющейся нестабильностью вдоль линии соприкосновения».

Кроме того, президент РФ «привлек внимание партнеров к грубой провокации украинской стороны, направившей в начале августа на территорию Российской Федерации (имеется в виду Крым. — С. Б.) группу диверсантов для совершения терактов».

В сообщении пресс-службы Олланда первым делом подчеркивается, что Франция не признает присоединение Россией Крыма. Об упомянутом Путиным инциденте не сказано ничего, зато выражена обеспокоенность ростом напряженности на линии соприкосновения. Кроме того, подчеркивается необходимость выполнять Минские соглашения — как в плане безопасности, так и в политической части. Завершают пресс-релиз слова надежды на «скорейшее возникновение условий, которые позволят провести новую встречу в формате «четверки».

А на сайте Меркель вообще нет ни слова об этом разговоре. Подобные пробелы иногда наблюдались даже напряженным летом 2014-го (это касалось бесед и с Путиным, и с Олландом, и с Обамой). Но 24 августа в Таллинне на совместной пресс-конференции с эстонским премьером Таави Рыйвасом фрау канцлер не оставила никаких сомнений относительно своей позиции, заявив: «Не нужно обладать суперсовременным магическим кристаллом, чтобы понять: украинский конфликт далек от завершения. Напротив, эскалация на востоке Украины и провокация в Крыму показывают, что Россия, к сожалению, еще не готова разрешить этот конфликт мирным путем. Пока Москва не придерживается Минских соглашений, мы не можем говорить об ослаблении санкций».

Так однозначно вину за события в Крыму на Россию не возлагали даже США: Вашингтон лишь призывал обе стороны проявлять сдержанность. Да и в небывалой концентрации войск на полуострове Пентагон не усмотрел ничего страшного, связав ее с военными учениями.

Поэтому приведенные выше слова Меркель стали по сути лучшим поздравлением руководству Украины с годовщиной независимости.

А прямые поздравления прозвучали из уст заместителя спикера федерального правительства Ульрики Деммер на традиционной правительственной пресс-конференции:

«Теперь попробую сказать по-украински «Слава Україні!». Сегодня, 24 августа, — 25-я годовщина украинской независимости. Мы поздравляем Украину, а также всех украинок и украинцев с их национальным праздником, с 25-летием на пути свободы и независимости, который прошла эта большая европейская страна. Я думаю, люди в Украине могут гордиться тем, чего страна достигла за эти 25 лет, особенно за два последних года. Мы рады, что свободная независимая Украина уже 25 лет является важной частью европейской семьи государств... Хочу сказать от имени федерального правительства и министерства иностранных дел, что Германия на стороне Украины — и далее готова всеми силами содействовать ее развитию».

Понятно, что в такой день в адрес виновника торжества принято говорить только хорошее, обходя или сглаживая острые вопросы. Но поздравления из уст Деммер выглядят уж очень теплыми и неформальными.

О санкциях без прогресса и комнате без кошки

А тема Минских соглашений и санкций против РФ нашла развитие в Праге, куда Ангела Меркель прибыла 25 августа для встречи с лидерами «Вышеградской четверки» (Польши, Чехии, Словакии и Венгрии).

На совместной пресс-конференции чешский премьер Богуслав Соботка сообщил: «Санкции в отношении России мы не обсуждали». И пояснил: «Санкции связаны с Минскими соглашениями. Мы с нашими партнерами в Европе неоднократно соглашались в том, что можем уменьшить санкции, если произойдет прогресс в выполнении соглашений. Этот прогресс необходим — без него санкции не могут быть сняты. Прежде всего необходим прогресс в переговорах между Украиной и Россией. Сейчас необходимо выполнить обязательства».

Далее слово взяла Меркель: «Я разделяю эту точку зрения. Об этом мы говорили и друг другу на заседании Европейского совета. Германия и Франция в эти дни вновь приложили большие усилия, чтобы достигнуть прогресса в выполнении Минских соглашений. К сожалению, летом положение с безопасностью не улучшилось, а ухудшилось. Каждый день на линии соприкосновения между Украиной и Восточной Украиной гибнут люди, прежде всего украинские солдаты. Можете представить, насколько тяжело в Украине в таких условиях принимать сложные политические решения...

Мы находимся в постоянном контакте с украинским президентом. Идет работа на экспертном уровне. Надеюсь, что мы сможем доложить о прогрессе Европейскому совету, который поддерживает нашу работу. Но, к сожалению, для этого пока нет оснований».

Как видим, из последних публичных высказываний канцлера ФРГ однозначно следует: Минские соглашения понимаются в Берлине прежде всего как некие шаги, которые должна сделать РФ, чтобы с нее сняли санкции. Но раз Москва не идет этим путем, то именно на нее возлагают ответственность и за тупик, в который зашли переговоры, и за нынешнюю эскалацию напряженности.

Конечно, можно предположить, что европейцы кулуарно высказывают претензии относительно ситуации на Донбассе и в адрес Порошенко. Но поскольку ни малейших признаков подобного недовольства не наблюдается, полагаю, не стоит искать в темной комнате черную кошку, которая якобы пробежала между Украиной и Европой по поводу Минских соглашений — скорее всего, никакой кошки не было.

О растяжении позитивного опыта

Интересно, что и в РФ говорят о том, что Минский переговорный процесс можно растягивать до бесконечности — главное, чтоб санкции сняли. Вот что пишет замдиректора российского Центра политической конъюнктуры Олег Игнатов в статье «Что будет с Минском-2»:

«Очевидно, что альтернативы Минску-2 сейчас нет. Ни один из переговорщиков не решится признать их провалившимися, потому что это предоставит карт-бланш сторонникам «партии войны». Поэтому продление Минских соглашений на 2017 год следует признать неизбежным. Вопрос лишь в том, когда это будет признано на официальном уровне.

«Тройка» (имеются в виду ФРГ, Франция и РФ. — С. Б.) встанет перед дилеммой, как действовать в следующем году. Придется либо продолжать следовать прежней пошаговой тактике, то есть когда в обмен на одно продвижение в сфере безопасности обязательно следует один результат в политической сфере. Сначала должно произойти разведение сторон, затем введен особый статус Донбасса на постоянной основе в украинской Конституции, далее отведены тяжелые вооружения (вообще-то сами Минские соглашения предполагают, что отвод этих вооружений происходит с самого начала, и на бумаге-то они уже отведены. — С. Б.) и принята амнистия. Москве, Берлину и Парижу остается надеяться, что этот процесс пойдет успешно и завершится выборами в «ДНР» и «ЛНР» по украинскому законодательству в 2017 году.

Однако 2016 год показал, что такой подход не работает (он не работал и в 2015-м. — С. Б.). Конкретных результатов нет ни в военной, ни в политической части. Если «тройка» решит продолжать движение в выбранном направлении, речь может пойти о выработке «дорожной карты», в которой будет четко прописана последовательность действий по «размораживанию» политических соглашений. В таком случае Меркель и Олланду придется приложить большие усилия, чтобы принудить Киев к выполнению этих шагов, вновь поставив на карту свой авторитет.

Не исключен и выбор другого варианта, при котором стороны откажутся от постановки цели выполнения Минских соглашений к концу 2017 года и решат действовать на основании стратегии постепенного накопления «позитивного опыта». Ее суть состоит в том, что заключается множество договоренностей по любым конкретным вопросам в рамках Минска-2. Их соблюдение, в свою очередь, используется для заключения других договоренностей, в том числе в других сферах, и работает на общее увеличение доверия между участниками конфликта. Множества соглашений становятся основой для больших соглашений и так далее. Конечные параметры этого процесса обозначены в Минске-2. В итоге Украина и республики движутся постепенно к выполнению Минских соглашений, стартуя с небольших результатов.

Однако такой подход не только затягивает выполнение Минских соглашений на неопределенное время, возможно, на годы. ЕС и США будут вынуждены вместе прояснить для России свою политику санкций, чтобы прогресс не останавливался на частностях. Им придется дать четкий сигнал Москве, какие определенно санкции, как и когда будут отменены, при условии признания всеми участниками «нормандской четверки», что Минские соглашения не имеют определенных сроков выполнения» (конец цитаты).

Разумеется, в российских СМИ публикуют разные точки зрения. Однако данную публикацию я процитировал столь развернуто потому, что ее нельзя назвать одной из многих. Ведь Центр политической конъюнктуры возглавляет не раз упоминавшийся мною прежде политтехнолог Алексей Чеснаков, известный своей близостью к Владиславу Суркову, который в Кремле курирует неподконтрольные Киеву территории Донбасса.

На мой взгляд, выход в свет этой статьи — явный признак того, что люди в руководстве РФ, близкие к принятию решений по вопросам Донбасса, считают целесообразным озвучить такую опцию, как замораживание конфликта по образцу Приднестровья или Нагорного Карабаха.

А слова о малых шагах, которые приведут к большим подвижкам, — лишь обложка, в которую заворачивается подобное решение. Ведь критически важные для ТЭС поставки угля с неподконтрольных территорий — уж никак не малый шаг. Однако в плане реализации Минских договоренностей эти поставки не привели ни к чему.

Озвученные предложения должны по сути устроить и Киев — они весьма близки к давно известной позиции представителя Украины в политической подгруппе Владимира Горбулина. Разве что он предлагал бесконечные переговоры без фиксации результатов, а здесь речь идет о фиксации, но по сугубо частным вопросам.

Примечательно, что Игнатов хорошо знает концепцию Горбулина — 30 августа в статье, посвященной смене главы Администрации Президента Украины, он ее процитировал в том виде, в каком приводил ее Борис Ложкин.

Теперь о самой смене караула в АП. Она ожидалась давно, т. к. по различным сведениям Борис Ложкин неоднократно просился в отставку, желая вернуться в бизнес. Понятно, почему это желание удовлетворено именно сейчас: президент укрепляет свою команду накануне нового политического сезона.

Однако, по моему мнению, замена Бориса Ложкина на Игоря Райнина пока не представляется равноценной. Хотя бы потому, что Ложкин был самодостаточной фигурой, благодаря своему успешному бизнесовому прошлому (причем это один из немногих примеров, когда за обогащением не стояла приватизация искусственно обесцененных активов).

Такое прошлое облегчало и переговоры с олигархами, и дипломатические начинания, особенно в отношениях с РФ, где у Ложкина много связей. Судя по всему, именно Ложкин вместе с тогдашним российским послом Зурабовым в начале лета 2014-го успешно способствовали созданию у Путина представления о том, что Порошенко является истинной «партией мира», а это помогло наступлению украинской армии на Донбассе в июле—начале августа.

Что же касается Игоря Райнина, то бывший глава Харьковской ОГА — типичный чиновник-выдвиженец, которому знакома и работа президентской администрации (несколько месяцев он был замом Ложкина), и проблемы регионов.

Работу Игоря Райнина на Харьковщине Петр Порошенко может считать эффективной — именно при нем депутаты и облсовета и Харьковского горсовета дружно проголосовали за признание РФ государством-агрессором, не пожелав получить мобилизационные повестки. При этом — в отличие от предшественника Игоря Балуты — он не вступал в публичные конфликты с мэром областного центра Геннадием Кернесом, а лишь держал дистанцию.

Следует также сказать: у Игоря Райнина хорошие отношения с еще одним выходцем из Харькова — Арсеном Аваковым. И весьма вероятно, что он займется сглаживанием противоречий между президентом и главой МВД.

В целом по причине отсутствия запасного аэродрома Райнин может работать на посту главы АП ревностнее, чем предшественник. Но усердие не заменит ни политического веса, ни самодостаточности — качеств, необходимых в диалоге с олигархами, и никак не лишних в продвижении в парламенте необходимых президенту законопроектов. А перенос в ВР методов работы с депутатами местных советов Харьковщины будет иметь лишь очень ограниченный эффект.

Об альтернативе для Донбасса как перспективе для Украины

Сразу две крупнейшие международные организации правозащитников — Amnesty International и Human Rights Watch — заявили о том, что в Украине в «тайных тюрьмах СБУ» незаконно удерживают и пытают граждан. Директор региональной организации Amnesty International по Европе и Центральной Азии Джон Дальхузен сообщил: «Практика тайного содержания под стражей по-прежнему отрицается украинскими властями, но доказательства являются неопровержимыми».

Обе эти структуры — весьма авторитетные и в то же время, безусловно, ангажированные: их деятельность официально финансируется правительством США. И предъявление таких претензий (а внесудебные аресты по меркам западных ценностей — крайне тяжкое нарушение) должно по крайней мере насторожить украинскую власть.

Тем временем представляющий власть член фракции БПП Леонид Козаченко заявил, что выполнение Минских соглашений — это единственный и последний вариант для спасения Украины. Он подчеркнул: «Надо поддержать тот проект закона, который нужен для того, чтобы объявить амнистию всем, кто там был с оружием, чтобы принять особый статус, чтобы там была своя полиция, свой парламент и все остальное».

Конечно, Козаченко мог просто высказать свое личное мнение. Но нельзя не отметить, что никогда ранее подобных «личных мнений» от членов президентской фракции (как и других майданных политсил — за исключением Надежды Савченко) слышать не приходилось.

Стоит обратить внимание еще на одно заявление, касающееся ситуации на Донбассе — причем уже не рядового нардепа. Вот что сказала заместитель председателя фракции «Народный фронт» Виктория Сюмар: «Для того, чтобы вернуть Донбасс, нужно вложить огромные ресурсы, строительство и обустройство территорий. Да и население Донбасса, которое все эти два года обрабатывалось российской пропагандой, оно ненавидит Украину. С моей точки зрения, мы сегодня должны вынести этот вопрос на референдум — каким украинцы видят будущее Донбасса? И далее строить эту политику на основе воли народа».

Этот пассаж очевидным образом перекликается с высказываниями Майкла Боцюркива, бывшего пресс-секретаря специальной наблюдательной миссии ОБСЕ в Украине. Отвечая на просьбу журналистки канала CNN пояснить его предложение «отпустить Донбасс», канадец украинского происхождения заметил, что «это станет очень плохим прецедентом». Однако, мол, перемирие нарушается, а на Донбассе становится все больше тяжелого вооружения.

«И поэтому нам следует спросить: «А что дальше?» — комментирует Боцюркив. — Счет за восстановление Донбасса, если он вновь отойдет Украине, будет исчисляться миллиардами долларов. К тому же там сейчас множество мин и неразорвавшихся снарядов. Дороги, мосты, дома и аэропорты разбомблены. Установление контроля над этой территорией будет стоить очень дорого».

В связи с этим Боцюркив задается вопросом: «Не настало ли время начать работать над альтернативным и приемлемым решением?»

Конечно же, из этого совершенно не следует, что ОБСЕ готова рассматривать какие-либо альтернативные Минским договоренностям варианты — Боцюркив не того уровня фигура, чтобы озвучивать новые подходы, даже на самом предварительном уровне. Он просто ретранслирует идеи, витающие в определенных кругах нашего политикума.

Я неоднократно писал, что реинтеграция Донбасса на правах широкой автономии представляется немалой части украинских политиков вариантом менее приемлемым, чем замораживание конфликта. Т. е. если не получается вернуть этот регион на своих условиях, то лучше им вовсе пожертвовать.

Такая постановка вопроса вполне может спровоцировать напряженную дискуссию между «Народным фронтом» (к которому, напомню, принадлежит Виктория Сюмар) и командой Петра Порошенко, если она всерьез возьмется отстаивать Минские соглашения.

В развитие этой темы, комментируя возможность проведения референдума по Донбассу, представитель Украины в контактной группе на переговорах в Минске Ольга Айвазовская заявила: «Проблема в том, что это прецедент отказа от территории по собственному желанию. И мы должны понимать, что в перспективе 5—10 лет Украина — это будет Киев и часть центральной Украины. И все».

Странное заявление. По этой логике получается, что большинство регионов удерживаются в составе Украины не чувством единого народа, а исключительно силой.

Думаю, чиновникам, призванным решать столь деликатные задачи, следует тщательнее взвешивать свои слова — тем более что их слушают не только в Украине.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

О чем бы я спросил Януковича

Судя по допросу экс-президента, восстановление полной картины событий на майдане не...

Тихое Прикарпатье

Для центральной власти возможная дестабилизация, активизация протестных выступлений...

Соло для саксофона и лопаты

Деятельность землячества ивано-франковцев в столице напомнила мне анекдот советских...

МАФы отправят в армию

Рациональное применение демонтированным МАФам нашли в Днепре. По решению...

Нас бросят не сразу

В Украине найдены друзья Трампа, а в США — друзья Украины

«Электрогенерирующее дерево» — первое в Украине

Стильный ветрогенератор установлен в Одессе, на Старосенной площади

Этот жир убил Саакашвили. Кто отравится следующим?

Чудовищная цена Одессы — одна из причин того, что полный контроль над регионом...

Вы одесситы или где?

Сейчас с варьете дела обстоят значительно лучше, но кое-чего городу у моря все-таки...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Блоги

Авторские колонки

Ошибка