Коалиция предпочла мягкие формы

№7(807) 17 — 23 февраля 2017 г. 15 Февраля 2017 4.5

Блокада железнодорожного сообщения с Донбассом, похоже, становится катализатором раскола между участниками коалиции — фракциями БПП и «Народного фронта».

Хотя НФ не заявлял о поддержке блокады, еще за две недели до нового года один из ведущих деятелей этой силы — секретарь СНБО Александр Турчинов отметил:

«Я сторонник этого варианта — запретить любые перемещения товаров и грузов. Но мне говорят: там же есть предприятия, которые платят налоги в наш бюджет и на экспорт отправляют продукцию, а валюта поступает в украинские банки, там живут наши граждане, им надо работать и т. д. Я считаю, что здесь уместен опыт Хорватии, которая в начале 1990-х находилась в похожем с Украиной положении...

Соответственно, если мы хотим ускорить процесс освобождения своих территорий — нужно выбирать радикальный вариант... Лично моя позиция: идет война, и все должны работать на победу. Полная изоляция оккупированной территории значительно приблизит сроки ее освобождения».

Правда, 27 декабря, на следующий день после начала блокады, Турчинов заявил: «Будет принято решение блокировать — значит, будем блокировать. Не будет принято такое решение верховным главнокомандующим — значит, этого делать никто не будет. Если кто попытается ставить импровизированные блокпосты в зоне АТО — этого не будет... Те, кто сами себе поставили задачу и побежали ее реализовывать, будут только дестабилизировать ситуацию».

Как видим, секретарь СНБО отмежевался лишь от самовольной блокады, но не осудил идею в целом.

О размашистой цене вопроса

Вероятно, власть поначалу полагала, что лучше не вмешиваться — мол, активисты выпустят пар, и все само по себе уляжется. Но участники блокады только укрепили свои позиции и уверовали в собственную безнаказанность.

А 25 января они перекрыли железную дорогу на перегоне Шипилово—Светланово. Здесь, как сообщила «Укрзалізниця», по состоянию на 7 февраля убытки составили 8,4 млн. грн. А вот ущерб от блокады перегона Курдюмовка—Бахмут (ее установили 2 февраля на фоне боев под Авдеевкой) на ту же дату достиг 33 млн. грн. И в ночь на 11 февраля активисты заняли колею на еще более важном участке Ясиноватая—Константиновка. (Читайте, пожалуйста, статьи: «Действовать, а не предупреждать» на стр. A7 и «Блокада: в ожидании стратегических решений» на стр. B1, 7 в этом номере.)

6 февраля Владимир Омелян, глава Мининфраструктуры, в ведении которого находится железная дорога, на неформальной встрече с блогерами и экспертами рассказал:

«Есть политическое решение, что мы покупаем уголь у тех компаний, которые работают в зоне АТО, на оккупированных территориях. «Укрзалізниця» обеспечивает доставку этого угля. Это связано с обеспечением поставок угля в Украину для наших ТЭС. Там постоянно были проблемы, был шантаж с той стороны. И мы были вынуждены взять людей, которые обслуживают эти поставки и работают на неподконтрольной территории, на содержание в «УЗ» и выдать им зарплатные карточки...

Если бы была четкая политическая позиция, что нам нужно обеспечить определенный объем импорта угля, то у нас для этого есть и площадки, и ресурсы, и возможности. Эта проблема решается максимум за полгода. Это не суперсложная технология».

По сути министр дал понять, что отказ от закупки угля с неподконтрольных территорий желателен, и замена его импортом — задача сугубо техническая. При этом он ничего не сказал о цене вопроса, хотя ясно, что импортный уголь будет стоить дороже.

Цену озвучил глава Минэнергоугля Игорь Насалик 9 февраля: «Если будет принято политическое решение, и на уровне государства скажут о полной блокаде и прекращении обмена товарами, то в этом случае придется найти дополнительно около 15 млрд. грн».

А 10 февраля на парламентском часе в ВР Насалик сказал, что цена импортного антрацита превысит 3 тыс. грн. за тонну против нынешних 1 тыс. 730 грн. Следовательно (этого уже министр не говорил), раз Украина потребляет в год 6—8 млн. т антрацита, то импорт, очевидно, обойдется более чем в 20 млрд. грн. — при условии сохранения текущего курса национальной валюты.

Тем временем г-н Омелян, похоже, скорректировал свою позицию. 9 февраля министр инфраструктуры заявил журналистам:

«Та блокада, которая происходит, к сожалению, это больше политическая акция. Хотя у меня есть свое мнение относительно того, нужно торговать с оккупантами или не нужно, но то, что делается сейчас, — это неправильно...

Да, можно сказать, что мы прекратим поставки угля с оккупированных территорий. Но для этого должна быть соответствующая подготовительная работа внутри страны, заключение соответствующих внешнеэкономических контрактов с другими государствами, которые продуцируют этот тип угля, или подготовительная работа по переходу наших электростанций на другой тип угля. Ни того, ни того не сделано, поэтому мы сейчас от этого зависимы, и это надо активно осознавать, что бы мы там ни кричали».

Кстати, никто, кроме «Укринформа», об этом интервью не сообщал — даже сайт Мининфраструктуры. И, судя по всему, министр (чьей работой недоволен Порошенко) давал его не группе журналистов, а лишь корреспонденту государственного информагентства.

По этим высказываниям видно, что Омелян отнюдь не считает ситуацию угрожающей, как можно было бы заключить из заявлений Насалика, а также Гройсмана, который заговорил о возвращении к чрезвычайному положению на энергорынке — как было при премьере Яценюке.

Об антраците в ручной клади

На этом фоне произошли следующие примечательные события. 8 февраля вице-спикер ВР Оксана Сыроид представила на заседании парламентского комитета по вопросам государственного строительства, региональной политики и местного самоуправления проект закона «О временно оккупированной территории Украины».

Он был внесен группой депутатов еще в конце 2015 г., а в переработанном виде повторно зарегистрирован в июле прошлого года. Авторами этого документа, помимо вице-спикера, являются 28 народных избранников — в основном из «Самопомочі», а также из НФ и «Батькивщины». От БПП под проектом не подписался никто (если не считать двух нардепов, ранее вышедших из этой фракции), от Радикальной партии — лишь Юрий Шухевич, который не раз проявлял особую позицию.

Законопроект определяет, что РФ является оккупантом как Крыма и Севастополя, так и неподконтрольных территорий Донбасса (никакого правового различия между этими территориями документ не делает). В связи с этим на Москву возлагается ответственность за социальные выплаты и обеспечение прав и свобод человека в данных регионах.

С этими территориями предлагается установить пограничный и таможенный режим, причем ввоз товаров оттуда запрещается — кроме ручной клади (понятно, что антрацит так не пронесешь). С украинской стороны разрешается ввозить гуманитарную помощь, а также товары для населения по списку, который должен утверждать Кабмин (при всей своей радикальности авторы проекта не хотят совсем терять Донбасс как рынок сбыта).

По замыслу законодателей, пересекать границу оккупированных территорий из всех видов транспорта можно будет исключительно автомобилям. Причем запрет распространяется на грузовики, принадлежащие юридическим лицам (кроме грузовиков с гуманитарной помощью). Запрещаются также пассажирские перевозки через кордон.

После деоккупации (способы ее в проекте не раскрываются) в этих регионах объявляется военное положение. Выборы разрешаются через определенный срок после преобразования местных военных администраций в гражданские: в советы небольших населенных пунктов — через два года, городов с населением свыше 90 тыс. — через четыре, президента и ВР — спустя шесть лет. Определяется также широкий круг лиц, подлежащих люстрации, которая именуется словом «порозуміння».

По сообщению парламентской пресс-службы, комитет принял решение о создании рабочей группы по доработке данного проекта и анонсировал ее первое заседание на 16 февраля. Т. е. документу дан ход. Причем очевидно, что произошло это благодаря фигуре куда более влиятельной, чем вице-спикер.

Кто именно повлиял, гадать не буду, но уже 9 февраля глава Минюста Павел Петренко сказал журналистам, что ВР должна внести изменения в законодательство — и «расширить статус оккупированных территорий... на те территории, которые не контролируются украинской властью». И это, по его мнению, позволит эффективнее реинтегрировать эти регионы.

О штабе, подменившем Кабмин

По сути именно ситуация с блокадой предоставила представителям НФ в правительстве повод, дабы предложить юридически решить вопрос «оккупированных территорий» — хотя правовая база для этого придумывалась давно.

Состоявшееся 14 февраля заседание Кабмина дало новые основания говорить о расколе. Открывая собрание, Владимир Гройсман сказал: «Сегодня некоторые украинцы собственными руками хотят сорвать отопительный сезон и вынудить применить веерные отключения электроэнергии. Это недопустимо. Нужно размежевать борьбу с контрабандой и борьбу с украинским народом».

Премьер подчеркнул, что от поставок угля с неподконтрольных районов Донбасса зависит не только обеспечение теплом и светом, но и работа металлургии — того же Авдеевского коксохимзавода, который с трудом удалось спасти от остановки во время обострения на фронте.

И что в результате? Как сообщил вице-премьер Павел Розенко, вопрос о чрезвычайном положении в энергетике не обсуждался — даже в закрытой части заседания. Это подтвердил и министр регионального развития, строительства и ЖКХ Геннадий Зубко: «По результатам заседания энергетического штаба были предложены меры для обеспечения стабильности энергосистемы страны и уменьшения потребления угля с 28 тыс. т до 20 тыс. т, а министру энергетики и угольной промышленности Игорю Насалику было поручено проработать данные меры».

Т. е. энергетический штаб решил сжигать вместо угля газ и мазут: ведь иной возможности снизить его потребление (кроме отключений) нет. Между тем и без этих мер в третьей декаде февраля запасы голубого топлива в хранилищах должны сократиться до уровня апреля 2016-го (конца отопительного сезона) — 8,4 млрд. куб. м. Безусловно, газа до весны должно хватить, но для закупок на будущую зиму придется потратить на сотни миллионов долларов больше, чем в прошлом году.

А главное, получается, что проблему решал только рабочий правительственный орган, а на уровне Кабмина она вообще не обсуждалась. И Владимир Гройсман, как и другие видные представители президентской партии (кроме него и Игоря Насалика, высказывались по данному вопросу и замглавы фракции БПП Сергей Березенко, и первый вице-спикер ВР Ирина Геращенко), не поддерживая блокаду, ограничился увещеваниями.

По всей видимости, в правительстве боялись обнажить очевидность раскола, который бы неизбежно проявился, если бы в рамках Кабмина попытались не то что принять решение, а просто обменяться мнениями по поводу блокады.

Из-за отсутствия единства в правительстве вполне правомерное применение силы в данной ситуации представляется рискованным — тем более на фоне приближающейся годовщины победы евромайдана. На 20 февраля радикальные силы анонсировали «третий майдан». А Гражданский корпус «Азов», «Правый сектор» и ВО «Свобода» заявили о намерении провести совместный марш в Киеве 22 февраля. Примечательно, что раньше они не особо ладили друг с другом, но теперь, похоже, кто-то сумел свести их в один кулак. И этот кулак выглядит весьма серьезным.

Правда, 12 февраля группа депутатов от БПП обратилась к президенту, предложив созвать срочное заседание СНБО с участием профильных министров, директоров металлургических предприятий Донбасса, мажоритарщиков от региона, а также организаторов блокады. Но под этим воззванием нет известных фамилий, кроме Березенко. И думается, что СНБО не соберется по той же причине — чтобы не обнажать раскол. Вполне вероятно, что вопрос попытаются решить на кулуарном уровне.

Поведение деятелей от НФ дает основания подозревать, что блокада для них — удобный фон, на котором можно продвигать действия, способные привести к точке невозврата в Минском процессе. Прежде всего я имею в виду принятие закона «О временно оккупированной территории».

Конечно, без голосов БПП его утвердить нельзя, но очевидно, что и президентская команда не стремится выполнять Минские соглашения, а объяснять свое бездействие настроем парламента очень удобно. Да и относительно блокады разногласия между участниками коалиции выглядят скорее тактическими, ведь Гройсман заявил:

«Антрацитовый уголь добывается на временно не подконтрольной нам территории. Чтобы провести модернизацию, отказаться от этого угля и перейти на газовую группу, которая добывается на подконтрольной территории, нам нужно три—пять лет и ежегодные инвестиции в размере не менее 15 млрд. грн.»

По сути это значит, что надо отказаться от антрацита, но не сейчас.

Мягкая форма, в которой пока протекает конфликт двух составляющих коалиции, выгодна прежде всего «Народному фронту». Ведь в случае открытого противоборства ее раскол открывает путь к досрочным выборам, которые уничтожат НФ как силу, представленную в парламенте отдельной фракцией. Для БПП негативный эффект будет формально меньшим, хотя с учетом перспективы президентских выборов — тоже не слишком приятным. Поэтому «фронтовикам» выгодно добиваться своих целей исподволь.

Легитимация блокады (не обязательно принятием закона, достаточно, чтобы активисты оставались на рельсах) неизбежно обострит ситуацию на Донбассе. И дело может дойти до введения военного положения, отменить которое будет крайне трудно. Объективно для НФ это положение при отсутствии большой войны будет выгодно — ведь в таких условиях выборы проводить нельзя. Но чем дальше, тем больше оно может быть приемлемо и для президента.

Впрочем, пока до этого далеко. Призывы Тимошенко ввести военное положение свидетельствуют: она убеждена, что этого не произойдет, ибо «Батькивщине» выборы как раз нужны. Но с приближением 2019 г. случиться может что угодно.

О ГДР, которой не разглядели в «ДНР»

И несколько слов о делах внешнеполитических. Официальный представитель МИД Германии Мартин Шефер не стал дезавуировать вызвавшие скандал слова посла ФРГ в Украине Эрнста Райхеля, который заявил, что выборы на неподконтрольной части Донбасса могут состояться не только тогда, когда «там не будет российских войск или на каждой городской администрации будет вывешен украинский флаг».

Шефер сказал, что не усматривает в словах посла противоречия с официальной позицией Берлина. И особо подчеркнул: по достигнутым соглашениям восстановление контроля над границей должно стать завершением процесса, расписанного в 13 пунктах.

А ведь именно жесткое требование Киева изменить этот порядок («утром — граница, вечером — выборы») стало камнем преткновения в Минском процессе. Более того, по заявлениям западных политиков в связи с переговорами в «нормандском формате» минувшей осенью можно было сделать вывод, что ФРГ и Франция лояльно относятся к данной идее.

Кроме того, Шефер указал: «Местные выборы, в соответствии с Минскими договоренностями, пройдут не раньше, чем обе стороны согласятся на их соответствующую модальность». И снова напомню, что с украинской стороны неоднократно проводился зондаж возможности принятия закона о выборах в «отдельных районах» явочным порядком, без учета мнения «республиканцев».

Кое в чем спикер МИД Германии пошел дальше посла. Ведь Райхель, судя по его высказываниям, принимает как данность наличие российских войск на Донбассе, фактически сравнивая их с советским военным присутствием в ГДР.

А Шеффер заметил: «Я не стану на уровне правительства утверждать, присутствуют ли регулярные российские войска на суверенной территории Украины, подконтрольной сепаратистам» (правда, при этом он подчеркнул: «Ни у кого в правительстве ФРГ нет сомнений относительно того, что имеет место логистическая, финансовая и военная поддержка сепаратистов Донбасса со стороны России»).

Очевидно, такое замечание со стороны важнейшего западного партнера заставило понервничать украинскую власть — как будто ей внутренних неурядиц мало.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

Танки в Луганске как зеркало «михомайдана»

Реальная власть у действующего президента после сокращения полномочий может...

Вертикаль стала еще вертикальнее. И непослушнее

Новый закон «О госслужбе» — вызов Брюсселю, какого никогда ранее Украина не...

НАБУ на фоне игр и прецедентов

Персона Авакова для «михомайдана» — табу

Сын за отца все-таки отвечает

Самое резонансное действо за всю историю НАБУ — его детективы задержали Александра...

Президент с функцией отключения

Молдавского президента Игоря Додона временно отстранили от власти

Зима может быть жаркой

Покушение на Игоря Мосийчука не способно переломить разочарование в революционных...

Загрузка...

Брать уроки у Саакашвили. А почему бы и нет?

Саакашвили назначил массовую акцию в Киеве на 17 октября, т. е. в канун объявленной даты...

Признает ли Рада войну, признав агрессию?

Определять законность и главное — «справедливость» любых протестов...

Нина Карпачева избрана в руководящие органы...

Первого украинского омбудсмена Нину Карпачеву вновь избрали в состав правления...

ВР: «демоны» и «ангелы» в бреющем полете

Закон о реинтеграции Донбасса в состав Украины уже существует: это — Минские...

Украинское show must go on*

Чтобы играть первую скрипку в государстве, совсем не обязательно быть президентом

Афганское направление донбасского конфликта

Потеря Вашингтоном контроля над Украиной стала бы провалом одного из его наиболее...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка