Кривое зеркало продажности

№37(787) 16 — 22 сентября 2016 г. 15 Сентября 2016 1 4.2

, Игорь КОНДЕНКО

Минувший август богат на громкие задержания коррупционеров.

Начальник управления ГФС в Киевской обл. Валерий Богдан решил не мелочиться и организовал конвертационный центр с ежемесячным оборотом в 20 млн. грн. Структура оказывала услуги по переводу денег в наличные, минимизации и уклонению от налогов. Во время обысков в офисах центра, в служебном кабинете налоговика и по месту жительства фигурантов дела изъято 1 млн. грн., 100 тыс. евро и 70 тыс. долл., а также печати фиктивных предприятий и бухгалтерская документация.

А первый замглавы ГФС в Николаевской обл. Роман Подгородинский систематически получал деньги от местного бизнесмена за то, что закрыл уголовное производство, возбужденное против бизнесмена за неуплату налогов, а также способствовал предпринимательской деятельности последнего. Чиновника задержали, когда тот получал очередную взятку в 700 тыс. грн.

У и. о. главы департамента управления госсобственностью Минагрополитики Елены Полищук аппетиты скромнее. Она потребовала всего 150 тыс. долл. за содействие в победе в тендере на покупку государственного сельхозпредприятия в Харьковской обл., имущественный комплекс которого находится в процессе ликвидации за долги. В момент задержания чиновница заявила, что деньги не ее, но суд заключил ее под стражу на 2 месяца.

Ударившийся в бега судья Днепровского райсуда Киева Николай Чаус прогремел на всю страну, когда выяснилось, что он хранил нажитые непосильным трудом деньги в обычной стеклянной банке. Судья потребовал 150 тыс. долл. по уголовному производству о торговле наркотиками. В результате подсудимая Светлана Сасевич вместо 10—12 лет получила пять с освобождением от отбывания наказания с полуторагодичным испытательным сроком. Перед вынесением приговора Чаус получил валюту, из которой 80 тыс. долл. спрятал в двухлитровой банке, а 70 тыс. оставил в своем автомобиле.

6 сентября ВР дала согласие на задержание беглого судьи, а некие израильские меценаты объявили вознаграждение в 150 тыс. долл. (наличными в двух трехлитровых банках) за сведения о его местонахождении.

Штрафы вместо тюремных нар

Если судить по последним задержаниям, процесс очищения общества от коррупционеров вроде бы идет полным ходом. Но это только на первый взгляд. Ведь важно не только поймать взяточника, но и добиться, чтобы он понес реальное наказание.

В связи с этим следует отметить, что по количеству госструктур, занимающихся борьбой с коррупцией, мы уже превзошли все страны мира. Кроме МВД, СБУ и ГПУ, традиционно занимающихся отловом любителей «борзых щенков», созданы Национальное антикоррупционное бюро Украины (НАБУ), Специализированная антикоррупционная прокуратура (САП), Национальное агентство по предупреждению коррупции, Национальное агентство Украины по вопросам выявления, розыска и управления активами, полученными от коррупционных и других преступлений, Государственное бюро расследований (ГБР) и Национальный совет по вопросам антикоррупционной политики при президенте Украины.

Из новых структур пока что реально удалось запустить НАБУ и САП. К примеру, 26 августа оперативники этих ведомств вместе с коллегами из СБУ задержали и. о. ректора Национального авиационного университета во время получения им части взятки в сумме 3 млн. грн. В его квартире изъято 1,5 млн. грн., 50 тыс. долл., 70 тыс. евро и 3 тыс. фунтов стерлингов, а также 9 слитков золота массой от 2 до 20 г.

А 30 августа они же при поддержке СБУ задержали во Львове чиновника госпредприятия «Управление промышленных предприятий Государственной администрации железнодорожного транспорта Украины», который закупил шпалы по завышенным на 80% ценам и положил себе в карман 13,65 млн. грн.

К слову, именно НАБУ обязано выявлять и раскрывать коррупционные правонарушения, совершенные высокопоставленными чиновниками. А САП должна надзирать за агентством и представлять интересы государства и граждан в судах по преступлениям, связанным с коррупцией.

Следует также отметить, что МВД, СБУ, ГПУ и НАБУ ежедневно рапортуют о поимке взяточников, так что с формальной точки зрения в борьбе с коррупционерами мы достигли некоторых успехов. Европу это, вероятно, впечатляет. Однако на самом деле картина не столь радужная, как ее рисуют государственные борцы с коррупцией.

Международная организация по борьбе с коррупцией Transparency International Украина проанализировала 1 тыс. дел по ст. 368 УК (вымогательство/получение неправомерной выгоды) с марта 2014-го по февраль 2016-го и пришла к неутешительным выводам. Только 19% чиновников, осужденных за вымогательство или получение взятки, отбывают наказание в исправительных учреждениях, хотя максимальная санкция ст. 368 — 12 лет лишения свободы. Такого срока за 2 года не получил ни один взяточник. 34% преступников оштрафовали (средняя сумма штрафа составила 20 тыс. грн.), 38% получили испытательный срок, а 9% осужденных оправдали.

Из пятерки крупнейших взяточников, чьи аппетиты превысили 1 и 2 млн. грн., суды отправили за решетку лишь одного. Остальные были оправданы или получили испытательные сроки, отметили эксперты. Т. е., чем выше взятка, тем больше вероятность остаться на свободе.

Кроме того, растут средний размер взятки и их общая сумма: в 2014 г. они составили 30 тыс. и 16 млн. грн., а в 2015-м соответственно 40 тыс. и 19 млн. грн.

К аналогичным выводам пришли и эксперты отечественного сайта «Наші гроші», которые проанализировали 819 приговоров, вынесенных с 1 июля 2015-го по 30 июня 2016 г. по коррупционным статьям УК 191, 364, 368, 369 и 369-2.

За это время получили приговоры 952 человека. Из них только трое чиновников высшего звена — двое председателей райгосадминистраций и зампредседателя Госсельхозинспекции Украины. Однако до торжества справедливости еще далеко — ни один приговор в отношении них в силу не вступил, их дела рассматривают заново или в апелляционных инстанциях.

Что касается более мелких чиновников (следователи, судьи, председатели сельских и городских советов

и т. п.), то наказали 153 человека. Из них только 44 были приговорены к лишению свободы, но лишь 4 вступили в силу (в отношении троих следователей и главы поссовета).

Из 952 осужденных 312 отделались штрафами (почти 70% — до 20 тыс. грн.), 336 освобождены от наказания (90% случаев — условное лишение/ограничение свободы), 137 человек оправдали. Реальные сроки получили только 128 осужденных (68 человек — от 2 до 5 лет, 47 человек — от 5 лет). Однако в силу вступило только 33 приговора. Остальные находятся в апелляционных и кассационных инстанциях. В целом по статье за получение взятки привлекли к ответственности 431 должностное лицо. Половина взяток — до 10 тыс. грн. При этом приговоров по мздоимству на сумму более 100 тыс. грн. всего 18. Самый большой объем «подаяния» — 810 тыс. грн. Самый маленький — 200 грн. (таких дел — пять).

В конце прошлого года Американская торговая палата провела опрос сотрудников 99 украинских и работающих в стране европейских компаний. Выяснилось, что 73% респондентов не видят прогресса в борьбе с коррупцией за последние два года.

35% компаний посчитали, что новые антикоррупционные органы в ближайшее время не будут эффективными, еще 29% придерживались противоположного мнения, а треть респондентов не определилась. По результатам 2015 г. лишь 7% компаний успешно сотрудничали с правоохранительными органами по вопросам коррупции, но только 2% убедились в эффективности наказания коррупционеров по приговору суда.

Наиболее распространенными видами коррупции, по мнению респондентов, являлись требование взятки за принятие/ускорение решения (указали 82% компаний), злоупотребление служебным положением для получения неправомерной выгоды (75%) и требование «отката» для выигрыша в госзакупке (52%). В качестве самых коррумпированных органов бизнесмены указали суды (87%), прокуратуру (61%) и местные органы власти (39%).

В Поднебесной начиная с 2000 года, по обвинениям в мошенничестве, коррупции и незаконном сборе средств к смертной казни приговорили более 10 тыс. чиновников, Игорь КОНДЕНКО

Как-то бледно выглядит наша борьба с коррупцией, особенно по сравнению с Китаем. В Поднебесной за 2015 г. привлекли к ответственности за коррупцию 300 тыс. чиновников, из которых 80 тыс. заплатили большие штрафы, а 200 тыс. подверглись более легкому наказанию, в частности, некоторых отправили в отставку. А вообще в Китае, начиная с 2000 года, по обвинениям в мошенничестве, коррупции и незаконном сборе средств к смертной казни приговорили более 10 тыс. чиновников (партийных функционеров, глав добывающих компаний, бизнесменов и политиков), еще 120 тыс. были осуждены к 10—20 годам лишения свободы.

Источник разочарования

Нельзя не заметить, что наши правоохранители часто ссылаются на загруженность. Давайте подсчитаем. В ГПУ работает 18 500 человек, из них 15 тыс. — оперативные прокурорские работники (в 2017 г. штат хотят сократить до 10 тыс.). Численность МВД к концу 2015 г. сократилась до 162 тыс. человек (в 2013-м числилось 261 тыс. сотрудников). Что касается СБУ, то в феврале 2015 г. парламент сократил количество сотрудников до 33,5 тыс. человек, в том числе до 27,2 тыс. военнослужащих. В феврале 2016-го в НАБУ работал 301 сотрудник, глава ведомства Артем Сытник пообещал набрать еще 100 детективов.

Получается, что во всех этих структурах, борющихся с коррупцией, работает около 214 тыс. человек. Мы уже упоминали, что с 1 июля 2015-го по 30 июня 2016-го попало под суд 952 коррупционера. Т. е. на 214 правоохранителей пришелся только один пойманный взяточник. Но это в абсолютных цифрах. На самом же деле к взяточникам имеют непосредственное отношение только оперативные работники и следователи. Во всех правоохранительных ведомствах много отделов, заточенных под совершенно другие задачи. Но даже если оперативной работой занята десятая часть правоохранителей, соотношение 21:1 выглядит не слишком убедительно.

Существует еще один показатель эффективности. В соответствии с критериями ООН, количество полицейских должно отвечать следующей пропорции: 220 служащих на 100 тыс. населения. У нас этот показатель для МВД составляет 379.

Не находите ситуацию довольно странной. Наш полицейский штат не укладывается в рамки ООН, между тем загруженность оперативников, по их словам, стремительно возросла (до 550 дел на одного сотрудника в крупных городах). Может, надо менять критерии работы, а не проводить реформы ради реформ?

Но это только одна часть проблемы борьбы с коррупцией. Далеко не все уголовные производства доходят до суда, некоторые из них разваливаются на стадии расследования по причине той же коррупции в самих силовых ведомствах. Особенно когда в качестве подозреваемых фигурируют vip-чиновники.

Как высказался по этому поводу адвокат Алексей Шевчук, правоохранители работают избирательно: одних не трогают, а других показательно задерживают. Происходит передел сфер влияния — одни группы меняют другие. Кроме того, оперативники не обращают никакого внимания на правовые нормы — все задержания происходят с нарушениями.

По словам директора Украинского института анализа и менеджмента политики Руслана Бортника, борьба с коррупцией в Украине действительно неэффективна, все понимают, что возглавляют ее люди, которые формировали собственные капиталы коррупционным путем.

Еще более определенно о неудачах в борьбе с коррупцией в нашей стране высказался аналитический центр Carnegie Endowment for International Peace (фонд Карнеги за международный мир), который в конце июля 2016 г. опубликовал доклад в рамках постоянного проекта мониторинга реформ в Украине.

Его авторы пришли к выводу, что проблема коррупции беспокоит большое количество украинских граждан, а отсутствие прогресса по громким коррупционным делам является источником разочарования в лидерах, которые пришли к власти после евромайдана.

Аналитики Carnegie указали и на ключевые проблемы. По их мнению, у власти не хватает политической воли предоставить антикоррупционным институтам полномочия и бюджет, которые позволили бы им эффективно работать. Кроме того, правительственные антикоррупционные органы или слишком слабы, или некомпетентны.

Так что нет ничего удивительного в том, что в рейтинге восприятия коррупции за 2015 г. Украина заняла 130-е место (27 баллов из 100) среди 168 стран.

Однако это не повод опускать руки. Председатель правления Transparency International и экс-спецпрокурор Перу Хосе Угас однажды заявил следующее: «Если вы боретесь с коррупцией, то должны быть терпеливыми. В противном случае вам ничего не удастся. Я начал активную антикоррупционную деятельность в восемнадцать, а увидел первые результаты в сорокалетнем возрасте».

Другой вопрос, надо ли нам ждать результатов еще 22 года, если за 25 лет после обретения независимости никаких успехов в борьбе с коррупцией не достигнуто! Не пора ли последовать совету испанского юриста и прокурора Карлоса Кастресана, который в 2007 г. возглавлял международную комиссию по борьбе с безнаказанностью в Гватемале. Его называют одним из лучших в мире экспертов по борьбе с коррупцией. Он сказал, что нужно создать такие условия, при которых коррупция становится исключительным явлением, а борьба с ней должна вестись на всех уровнях: от полицейских на улицах до членов правительства.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Комментарии 1
Войдите, чтобы оставить комментарий
Fedya Baraban
19 Сентября 2016, Fedya Baraban

Пчелы против меда никогда не боролись и не будут этого делать. И за 25 лет коррупцию растили и холили а не боролись с ней. Пока госслужба не станет действительно СЛУЖБОЙ а не средством обогащения, все эти НАБУ будут только пожирать деньги и бороться с ветряками.

- 2 +
Блоги

Авторские колонки

Ошибка