Снова вчетвером. «Для этого нужна и Украина»

№36(786) 9 — 15 сентября 2016 г. 08 Сентября 2016 4.2

Важнейший итог минувшей недели заключается в том, что Владимир Путин признал необходимость продолжать работу по урегулированию ситуации на Донбассе в «нормандском формате». Очевидно, что в этом президента РФ убедили лидеры ФРГ и Франции, с которыми он встречался на саммите G20 в китайском городе Ханчжоу.

О спасительной немецкой деликатности

О том, что роль «нормандского формата» несоизмеримо существеннее, чем встречи контактной группы в Минске, я писал неоднократно. Об этом говорится и в обнародованном 5 сентября докладе российского Центра политической конъюнктуры «Два года Минским соглашениям. Период неопределенности» (к этому документу я еще вернусь):

«Контактная группа не превратилась в эффективную переговорную площадку. Она не стала местом принятия окончательных решений по мирному урегулированию. Украинская сторона неоднократно фиксировала отсутствие необходимых полномочий для работы в рамках контактной группы. Поэтому до сих пор все важнейшие решения согласуются и принимаются «нормандской четверкой». Контактная группа по факту лишь ориентируется на договоренности последней. В результате большая часть переговоров в рамках группы и подгрупп, как правило, проходит без конкретных результатов, носит характер обмена мнениями или претензиями».

В таком же духе высказался Путин на пресс-конференции по итогам саммита G20: «Что касается «нормандского формата» — хорошо это или плохо — но другого варианта хотя бы предпринять попытки урегулирования нет. И поэтому Россия, конечно, этот формат будет поддерживать».

Важно понимать, что Путин не просто подтвердил необходимость «нормандского формата» (его РФ никогда полностью не отвергала) — российский лидер поддержал работу в этом формате на уровне глав государств, от чего этим летом он дважды отказывался.

При этом Путин признался, что готов к разговору и с Порошенко: «Наверное, куда деваться, придется общаться... Но я сказал и федеральному канцлеру, и президенту Франции, что вопрос не в том, чтобы встречаться или не встречаться. Вопрос в том, чтобы эти наши встречи вели к какому-то позитивному движению вперед на пути урегулирования».

Тем временем о скором саммите «четверки» сообщил Франсуа Олланд: «На нашей встрече я напомнил о том, как важно приложить все усилия, чтобы найти политическое решение в Украине и Сирии. В Украине мы должны продолжать Минский процесс, урегулировать существующие пункты, тормозящие его, а именно — имплементация особого статуса, ситуация в сфере безопасности и отсутствие доверия между сторонами. Мы договорились провести в ближайшие недели встречу на высшем уровне между Германией, Францией, Россией и Украиной».

Так полностью выглядит посвященный нашей стране фрагмент большого поста президента Франции на его странице в Фейсбуке. Замечу, многие украинские СМИ цитировали его не совсем точно.

Например, в версии агентства «Интерфакс-Украина» сообщение Олланда выглядело так: «В Украине мы должны продолжать Минский процесс, урегулировать существующие пункты, тормозящие его. Мы договорились провести в ближайшие недели встречу на высшем уровне между Германией, Францией, Россией и Украиной». Т. е. пункты не конкретизируются — очевидно, потому, что первой в этом перечне стоит имплементация особого статуса Донбасса, а приоритетная для Киева проблема безопасности оказалась лишь на втором месте.

Ангела Меркель после встречи с Владимиром Путиным высказалась по поводу саммита «четверки» несколько осторожнее: «Я не исключаю, что в «нормандском формате» снова состоится в ближайшее время встреча глав государств и правительств, но точное время я пока определить не могу... Все стороны опираются на Минские договоренности, но оперативно здесь ничего не произошло. Для этого нужна и Украина».

Судя по всему, Меркель деликатно не захотела демонстрировать, что украинский вопрос решается в Ханчжоу за спиной Украины. Именно поэтому решено было отказаться от формата «нормандской тройки» в пользу отдельных переговоров между лидерами ФРГ, Франции и РФ.

Хотя наверняка и Меркель, и Олланд предварительно детально согласовали свои позиции. Более того, не исключено что они были в контакте с Порошенко (ведь далеко не обо всех разговорах сообщают пресс-службы) — и планы такой встречи обсуждали.

О парижских тайнах и киевских откровениях

На встрече «нормандской четверки» речь, очевидно, пойдет о том, как запустить процесс реализации Минских соглашений в рамках достигнутых договоренностей. О том, что договоренности имеют место, эпизодически говорили в РФ, а сейчас они подробно перечислены в упомянутом докладе близкого к Кремлю Центра политической конъюнктуры:

«Актуальная дорожная карта реализации Комплекса мер была определена на встрече «нормандской четверки» в Париже 2 октября 2015 года. Лидеры России, Германии, Франции и Украины тогда согласовали план первоочередных действий участников конфликта. Украина с ДНР—ЛНР должны были последовательно выполнить четыре шага — по два в сфере безопасности и в политической сфере. При этом за каждым шагом в сфере безопасности должен был последовать политический шаг.

Первый шаг — отведение войск в Донбассе вдоль всей линии соприкосновения, длина которой превышает 400 километров. С его помощью создаются препятствия для нарушения соглашения о прекращении огня.

Второй шаг — принятие Украиной поправки в Конституцию об особом статусе. При этом Киев должен подтвердить, что законодательно дооформит особым статусом отдельные районы Донецкой и Луганской областей по формуле главы МИД Германии Франка-Вальтера Штайнмайера. Согласно «формуле Штайнмайера», закон об особом статусе вводится в действие на временной основе в день проведения выборов по украинскому законодательству в ДНР и ЛНР, а на постоянной основе — после опубликования отчета ОБСЕ об их итогах.

Третий шаг — введение круглосуточного контроля ОБСЕ за отведенной техникой.

Четвертый шаг — проведение амнистии путем введения в силу закона Украины, запрещающего преследование и наказание лиц в связи с событиями, имевшими место в отдельных районах Донецкой и Луганской областей Украины» (конец цитаты).

Ну а далее, по логике, должны следовать выборы и восстановление Украиной контроля над границей. Но об этом в докладе ничего не говорится. Можно лишь предполагать, что после реализации перечисленных пунктов лидеры «четверки» должны были бы вновь встретиться, чтобы согласовать дальнейшие шаги.

Такая версия договоренностей представляется довольно правдоподобной — в т. ч. с учетом позиции представителя РФ в контактной группе Бориса Грызлова, который еще несколько месяцев назад предложил от своего имени «дорожную карту».

Эта «дорожная карта» остается конфиденциальным документом, но публично бывший спикер Госдумы РФ после очередного раунда переговоров в Минске неизменно озвучивал одно и то же: сначала решается один из вопросов безопасности, затем — политического урегулирования, и далее в подобном порядке.

Помимо прочего, таким образом зондируется ситуация: считают ли Запад и Киев, что договоренности, достигнутые в Париже, остались для них актуальными. Впрочем, никаких публичных сигналов по этому поводу до сих пор не звучало, и высказывания Грызлова оставались одиноким голосом.

Как бы то ни было, сейчас ясно, что и два шага сделать крайне сложно. Как известно, через несколько недель после саммита в Париже стороны договорились об отводе от линии соприкосновения танков, легкой артиллерии и минометов. И весьма детально проработанное соглашение стало реализовываться — оружие почти замолчало. Правда, как оказалось, на время, но в тот момент достигнутое выглядело явным прогрессом.

Однако вместо разведения войск произошел лишь отвод вооружений. А о разъединении живой силы никто тогда не вспоминал. Тема обозначилась лишь в марте 2016-го, когда Штайнмайер сообщил, что главы МИД «нормандской четверки» на встрече в Париже договорились по этому вопросу. Впрочем, договоренность тогда существовала лишь в уме немецкого министра: его коллеги тему проигнорировали.

Вновь этот вопрос всплыл в июне на заседании контактной группы в Минске. Правда, речь шла не о разъединении войск по всему фронту, а о своего рода эксперименте в трех относительно спокойных точках — а далее, мол, посмотрим. Вскоре число пилотных точек сократилось до двух, а соглашение по ним не достигнуто до сих пор.

Я уже не раз писал о том, что реинтеграция Донбасса на правах широкой автономии представляется немалой части украинских политиков вариантом менее приемлемым, чем замораживание конфликта.

6 сентября в обращении к ВР Петр Порошенко подчеркнул, что подобная философия недопустима. А основной посыл президента заключался в том, что Минскому процессу как способу возвращения утерянных территорий (именно на этом, а не на установлении мира сделал акцент глава государства) нет альтернативы, хоть он и требует терпения. В общем, именно то, что хотят слышать западные партнеры.

Однако ранее, 1 сентября, в интервью Deutsche Welle глава МИД Павел Климкин заявил: «Если мы дадим Донбассу автономию, как того хочет Россия, это будет путем к федерализации Украины, к ее ослаблению и разделению. К этому Россия и стремится. Это будет легитимизация российского протектората на Донбассе. После этого стратегия РФ заключается в том, чтобы втолкнуть этот протекторат обратно в состав Украины в качестве троянского коня».

Никогда прежде высокопоставленные чиновники не формулировали столь откровенно — да еще и в интервью западному изданию — позицию, которую озвучивали лишь украинские СМИ и политики в неофициальной обстановке. Нет необходимости напоминать, что Минские соглашения де-факто предполагают именно автономию Донбасса, пусть и в форме районов с особым порядком управления.

И почти то же по сути повторил президент в послании: «Россия из оккупированных ею территорий Донетчины и Луганщины хочет образовать, как кто-то сказал, протекторат Донбасс, и на своих условиях инфильтровать его в состав Украины, чтобы подорвать нас изнутри. Скажу коротко: мы этого делать не позволим, и так не будет». Единственное, что отличает это заявление от высказываний Климкина — отсутствие слова «автономия».

О воскрешении по сценарию политреформы

В этом контексте совершенно неопределенной выглядит ситуация с поправками к Конституции Украины, принятыми 31 августа 2015 г.

С точки зрения Петра Порошенко, эти поправки живы, что видно по его посланию парламенту: «Второго чтения конституционных изменений, призрак которых постоянно блуждал в этом зале, не произошло, как вы видите. И не произойдет, пока для этого не созреют соответствующие условия. Любое решение, уважаемые народные депутаты, будет исключительно за вами».

Но вот спикеру ВР Андрею Парубию сразу после закрытия предыдущей сессии этот вопрос представлялся не столь однозначным, о чем можно судить по его высказываниям на итоговой пресс-конференции. Вот что об этом сообщил парламентский сайт:

«На вопрос, можно ли считать соответствующий законопроект снятым с рассмотрения из-за того, что на сессии он не был рассмотрен, учитывая разъяснения Конституционного Суда относительно сроков рассмотрения изменений в Конституцию, Председатель Верховной Рады отметил, что мнения юристов по этому вопросу расходятся. «Одни юристы считают, что мы не можем, другие юристы говорят, что мы можем законодательным актом перенести еще на одну сессию возможность рассмотрения этого законопроекта», — сказал Андрей Парубий».

Однако по логике этот проект является утратившим силу. Изменения к ст. 149 закона о регламенте ВР (принятые 28 января, еще на III сессии, — как раз для того, чтобы продлить жизнь проекту конституционных поправок) гласят: «Если законопроект о внесении изменений в Конституцию Украины (который по заключению Конституционного Суда Украины соответствует требованиям статей 157, 158 Конституции Украины) был предварительно одобрен Верховной Радой и не был рассмотрен на следующей очередной сессии после предварительного одобрения, то такой законопроект рассматривается Верховной Радой на следующей за ней очередной сессии».

Т. е. поскольку поправки по децентрализации, которые должна была рассмотреть III сессия, не были на ней рассмотрены, они могли быть рассмотрены на IV сессии. Но она завершилась в июле, сейчас идет уже V сессия, и возможность рассмотрения на ней этих поправок противоречит закону о регламенте.

Точнее, противоречит ныне действующей редакции данного закона. Ведь ничто не мешает депутатам (если по крайней мере у 226 из них есть такое желание) вновь изменить 149-ю статью, дав возможность принять эти поправки на любой сессии действующего парламента — и даже при созыве следующей Рады. Ведь решение КС от 15 марта по поводу того, как толковать понятие «следующая очередная сессия», дает такую возможность.

Но законно ли оживлять проект конституционных поправок таким способом, если по букве действующей нормы регламента, он с июля утратил силу? Теоретически — это вопрос для юристов, и, думаю, Парубий был прав, что общего мнения у них не будет. Практически же на этот вопрос — если вдруг многострадальные поправки будут приняты — ответит Конституционный Суд. И на 99% вероятно, что ответ его будет соответствовать тайным желаниям власти.

Вырисовывается следующая перспектива: изменения Конституции в части децентрализации будут все-таки приняты. Но затем, на любой другой стадии мирного процесса (или же вообще по его завершении, даже при другом президенте) некие депутаты обратятся в КС — и с поправками произойдет то же, что с политреформой при Януковиче: их отменят по процедурным основаниям.

Затем президент разведет руками — дескать, суд у нас независимый, ибо мы правовое государство, что подтверждено Соглашением об ассоциации с ЕС. Интересно, понимают ли западные участники «нормандской четверки» возможность использования такой технологии, не раз испытанной во внутриукраинских политических делах?

Впрочем, вопрос статуса Донбасса — это уже второй шаг «дорожкой карты», судя по всему, согласованной в 2015-м. Предшествовать ему должно разъединение войск, а этот процесс можно растянуть надолго, и трудно представить, чтобы он уложился в два месяца — до президентских выборов в США.

Между тем в упомянутом докладе Центра политической конъюнктуры отмечается: «На данном этапе переговорного процесса основная ставка Киева — ожидание более активного вмешательства Вашингтона на стороне Украины после прихода к власти Хиллари Клинтон. Украинское руководство считает, что новая американская администрация либо поможет ему продавить свою интерпретацию Минска-2, либо поможет вовсе отказаться от Минских соглашений при условии сохранения поддержки со стороны Запада и изоляции Москвы».

И это очень похоже на правду. Кстати, авторы доклада, вероятно, не сомневаются в победе Клинтон, т. к. оперируют словами «избрание» или «приход к власти» — без каких либо оговорок «в случае», а фамилия Трампа в этом документе отсутствует вовсе.

О несостоявшемся Хорсте Весселе

Во внутренней политике все более напряженным становится подковерный конфликт между Порошенко и Аваковым. Есть все основания предполагать, что погром телеканала «Интер» 4 сентября (подробно о случившемся читайте, пожалуйста, «Зажигательная» свобода слова» на стр. А1) — это провокация против главы МВД.

5 сентября президент поручил генпрокурору Юрию Луценко взять под личный контроль расследование нападения на «Интер». А также обязал главу МВД Арсена Авакова приложить максимум усилий для обеспечения правопорядка на улицах Киева и в целом в Украине.

И в тот же день на столичном проспекте Победы неизвестный нанес восемь ножевых ранений добровольцу батальона ОУН Виталию Регору. Этот молодой человек получил всеукраинскую известность после того, как 9 мая напал на женщину с девочкой, надевших георгиевские ленточки.

Регор сразу в покушении обвинил неких «сепаров». А на следующий день советник главы МВД Антон Геращенко рассказал в Фейсбуке, что пострадавший является подозреваемым по делу о хулиганстве по ст. 296 ч. 4 УК: «5 сентября, Виталий Регор прибыл в суд, где в 11.00 началось судебное заседание по его делу, по обвинению в нанесении ранений гражданину Ирана. В перерыве между судебными заседаниями на Виталия, который направлялся к подземному переходу, напал неизвестный с ножом и чуть было не лишил его жизни».

И тут же Геращенко пишет: «Предлагаю каждому, прочитавшему мой пост, стать на место следователя и выдвинуть свою версию о том, с чем связано нападение на Виталия Регора и определить круг подозреваемых лиц».

Казалось бы, все ясно. Однако детали инцидента говорят о том, что организаторы покушения явно рассчитывали на широкий общественный резонанс.

В интернете оперативно появилось видео, зафиксировавшее покушение — якобы с камеры наблюдения. Судя по всему, съемка велась из подъезда, расположенного напротив подземного перехода, где все и случилось.

Причем в момент нападения дверь подъезда оказалась настежь распахнутой, а камера дергалась, словно при ручной съемке. К тому же запись сделана в режиме вертикального видео, в котором работают только смартфоны и планшеты — но никак не стационарные камеры видеонаблюдения.

Остается загадкой, как видео якобы с видеокамеры так быстро оказалось в руках активистов. Более того, до прибытия «скорой» некто успел пообщаться с истекающим кровью Регором — и эта съемка также немедленно появилась в интернете.

В общем, все очень смахивает на хорошо подготовленную провокацию. Несложно представить, какой резонанс вызвала бы гибель патриота от рук «сепаров» в Киеве среди бела дня. Радикалы получили бы своего Хорста Весселя (канонизированный нацистской пропагандой боевик, погибший в 1930 г. в результате нападения активиста компартии Германии), а его похороны могли бы стать катализатором весьма серьезных событий.

Похоже, в ответ на инициированную Банковой кампанию по дискредитации главы МВД Аваков решил показать, кто хозяин на наших улицах. Причем как с формальной (силы правопорядка), так и с неофициальной (активисты) стороны. Понятно, что подобные инциденты способны подорвать — прежде всего в глазах зарубежных партнеров — реноме украинского Президента, вызвать сомнения в его возможности контролировать ситуацию в стране.

Правда, основания для таких сомнений дает сам Порошенко. На упоминавшейся встрече с силовиками он заявил: «Недопустимо, чтобы кто-то врывался в здания, поджигал — я уверен в том, что это не имеет никакого отношения к патриотам. Сегодня это не меньшее, а то и больше вредит Украине, чем любые контакты с провокаторами.

Вместе с тем абсолютно недопустима реализация сценария государства-агрессора, когда через финансирование из Российской Федерации отдельные средства массовой информации пытаются дестабилизировать внутриполитическую ситуацию в Украине. Но реагирование на это должно быть исключительно в рамках закона».

Как видим, президенту в очередной раз не хватило духу по существу отмежеваться от требований радикалов.

Понятно, что нападение на «Интер» — это атака на Сергея Левочкина и «Оппозиционный блок», который при определенных условиях мог бы стать неформальной заменой «Народному фронту» в коалиции, т. е. резервом голосов для Банковой, особенно если дело дойдет до реализации Минских договоренностей. Кстати, напомню, что именно благодаря голосам ОБ, на прошлой сессии удалось принять изменения к Конституции в сфере правосудия.

Примечательно, что еще 30 августа Аваков разразился в Фейсбуке гневным постом, в котором обвинил «Интер» в антиукраинской позиции. При этом министр написал: «Обращаюсь к СБУ. Уважаемые коллеги — пауза затянулась — ваша прямая ответственность отреагировать на обнародованные факты!».

СБУ отреагировала, причем весьма язвительно. Пресс-служба этого ведомства распространила такое заявление: «Служба безопасности Украины выражает благодарность министру внутренних дел Арсену Авакову за напоминание о содержании прямых обязанностей СБУ, чем мы постоянно, настойчиво и профессионально занимаемся каждый день».

Конечно, президентская команда постарается нейтрализовать атаку на «Интер»: дело наверняка завязнет в СБУ и Нацсовете по вопросам телевидения и радиовещания. Но и почуявшие запах крови радикалы вряд ли ослабят натиск.

В целом приходится констатировать, что со свободой СМИ в Украине стало еще хуже. Сигнал получили как чересчур независимые массмедиа, которым на примере ведущего телеканала страны показали, что может их ожидать (а ведь, пожалуй, ни у кого больше нет таких ресурсов для защиты, как у «Интера») — так и все желающие заткнуть неугодным рот.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Блоги

Авторские колонки

Ошибка