Стратегия национальной трагедии

№29–30(780) 15 — 21 июля 2016 г. 14 Июля 2016 1 4.3

Американские цели для украинской власти

9 июля в Варшаве завершился саммит НАТО, решения которого, вопреки упованиям и грезам украинской власти, не окажут большого влияния на международное положение Украины.

Страны НАТО не собираются вмешиваться в донбасский конфликт, содействуя его разрешению в интересах украинской власти, и не рассматривают Украину в качестве средства сдерживания России — эта политика будет осуществляться иными средствами. Более того, после Варшавского саммита стало очевидно, что рост напряженности на Донбассе, где возобновились боевые действия между украинскими частями и вооруженными формированиями самопровозглашенных республик, не станет основанием для фактического отказа от реализации Минских соглашений. Их придется выполнять, какими бы тяжелыми внутриполитическими последствиями это ни угрожало украинскому руководству.

Эти решения, неприятные для всех ведущих политических сил Украины (кроме, разумеется, Оппозиционного блока), помешали украинским медиа по достоинству оценить появление Надежды Савченко в качестве политика, признанного международным сообществом.

Общение с президентом Польши Анджеем Дудой закончилось целованием руки // inforeactor.ru

Дело, конечно, не только в торжественном приеме, который накануне саммита НАТО устроили Савченко в польском сейме. Маршал сейма Марек Кухциньский, открывая пленарное заседание, которое посетила Надежда Викторовна, обратился к Савченко со словами приветствия, после чего зал устроил ей овацию.

Позднее, в беседе с зампредседателя сейма Ричардом Терлецким (который, как и Кухциньский, представляет правящую партию «Право и справедливость»), Надежда Савченко высказалась за рост взаимопонимания между народами Украины и Польши. Для этого, по ее словам, необходимо подходить к событиям прошлого, в том числе и к Волынской трагедии, с «исторической, а не с политической» точки зрения.

Подобная формула чрезвычайно важна для польского руководства, которое, с одной стороны, желало бы получить возможность на государственном уровне чтить память этнических поляков, погибших 73 года назад на Волыни, с другой — не хотело бы испортить отношения с официальным Киевом.

Нужно отметить, что в дни Варшавского саммита Надежда Савченко удостоилась высокой оценки от человека, мнение которого представляет большую важность для американских и европейских политиков. После встречи с Надеждой бывшая госсекретарь США Мадлен Олбрайт записала в своем Твиттере, что Савченко «понимает ценность свободы», и «это честь встретить настоящую героиню на саммите НАТО».

Олбрайт, оказывавшая, как принято считать, в конце 1990-х решающее влияние на формирование американского внешнеполитического курса, стала первой женщиной, занявшей пост государственного секретаря США. В этом качестве она принимает активное участие в избирательной кампании Хиллари Клинтон, которая хотела бы стать первой женщиной, получившей пост президента. Вполне вероятно, что Олбрайт останется в окружении Клинтон и после выборов. Так что ее похвала действительно может помочь Савченко в ее политической карьере. Показательно, что бывшая госсекретарь обронила фразу о «понимании цены свободы». Это означает, что она увидела в украинской собеседнице политика, разделяющего западные ценности и знающего, как их нужно защищать.

Но все же о подлинном международном признании Савченко свидетельствует в первую очередь ее собственная запись.

На своей странице в Фейсбуке Надежда рассказала, что в рамках саммита участвовала в заседании комиссии Украина—НАТО. Тут же она отметила, что, основываясь на «словах первых мировых политиков», можно сделать вывод, что «российско-украинская война закончится уже в этом году». Словно в подтверждение своих слов об общении «с первыми мировыми политиками», Савченко приложила к записи фото, на котором ей целует руку президент Польши Анджей Дуда.

Здесь важно, разумеется, не то, что Надежда Савченко встречалась «с первыми мировыми политиками» (само по себе это ни о чем не говорит). Главное, что она доводит до украинской общественности мнение мировых лидеров, призывая «верить и действовать».

Президент Порошенко оказался на это неспособен. Он, как правило, вообще пытается скрыть факты, свидетельствующие о том, что Запад не собирается вступать в конфронтацию с Россией, добиваясь ее экономического краха и внешнеполитического поражения. Савченко оказалась намного смелее главы государства.

Что означает фраза об окончании «российско-украинской войны» уже в этом году?

Во-первых, что процесс мирного урегулирования зайдет достаточно далеко и примет необратимый характер, а территория, занимаемая самопровозглашенными республиками, будет постепенно интегрироваться в экономическое и политическое пространство Украины.

Во-вторых, что Запад готов гарантировать Украине, что она будет избавлена от военной угрозы со стороны России. Соответственно исчезнет необходимость дальнейшей конфронтации и возникнет основа для нормализации отношений (прежде всего экономических).

В-третьих, что Запад не собирается добиваться международной изоляции России или стремиться нанести секьезный ущерб российской экономике (до конца года это невозможно сделать даже теоретически). Поэтому Россия останется стабильной страной, способной отстаивать собственные интересы, предполагающие в том числе и возможность влиять на внешнеполитический и внешнеэкономический курс Украины.

Президент Обама (а вслед за ним и другие американские и европейские политики) дал понять, что ничего не будет иметь против сохранения российского влияния в Украине, если Кремль будет соблюдать нормы международного права и с уважением относиться к украинскому государственному суверенитету. Запись Надежды Савченко, сделанная на саммите НАТО, свидетельствует, что «первые мировые политики» разделяют позицию американского президента.

Понятно, что окружению украинского президента сложно признать существующие реалии, поскольку это было бы равносильно публичному заявлению о том, что государственный курс был построен на ложных расчетах, а потому угрожает завершиться национальной катастрофой.

Савченко, которая не имела никакого отношения к формированию государственной политики, не несет ответственности за допущенные просчеты и ошибки, а потому может мечтать о скорейшем наступлении мира и призывать сделать все возможное для его приближения.

Между тем для украинской власти переход к мирному урегулированию в нынешних обстоятельствах означает тяжелое поражение. В этой связи американские и европейские политики могут быть заинтересованы в том, чтобы Надежда Савченко оказывала как можно большее влияние на ход украинского политического процесса. Особую важность это может представлять для реализации ближайших планов западных политиков, сделавших ставку на незамедлительное прекращение вооруженного противостояния на Донбассе и переход к мирному урегулированию.

Сразу же после завершения Варшавского саммита Киев посетил еврокомиссар по вопросам расширения ЕС и политики добрососедства Йоханнес Хан (его визит состоялся 11—12 июля). Он призвал руководство Украины провести прозрачные местные выборы на территории, занимаемой самопровозглашенными республиками. По его словам, выборы на востоке Украины возможны (при этом важно их хорошо подготовить), поскольку «мы вполне можем продолжать поступательно двигаться в мирном направлении».

Для мирного урегулирования на Донбассе действительно нет непреодолимых препятствий, и в этом можно согласиться с Ханом. Но вряд ли можно сомневаться в том, что и сам еврокомиссар, и его коллеги, и другие политики, занимающиеся выработкой международного курса ЕС и США, хорошо понимают, что проведение подобного курса создает внутренние угрозы для украинской власти. Поэтому западные лидеры хотели бы, чтобы в политическом пространстве Украины появилась сила, спообная заставить Порошенко принять невыгодные для него решения.

Украинцы в поисках лидера

Западу, безусловно, необходим прочный мир на Донбассе, поскольку для США и ЕС важно устранить (или хотя бы минимизировать) факторы, способные спровоцировать военное столкновение с Россией. Но столь же важно для западных политиков сохранить политическую стабильность в Украине.

Эту позицию еще несколько месяцев назад удачно сформулировал министр иностранных дел Франции Жан-Марк Эро. По его словам, ЕС ожидает от Украины политической стабильности, поскольку это главная гарантия выполнения Минских соглашений. При этом европейские политики понимают, что в стране идут опасные кризисные процессы, оказывающие дестабилизирующее воздействие на ситуацию в стране, «и время не на нашей стороне». Соответственно Евросоюз заинтересован в том, чтобы в Украине прошли глубокие реформы, затрагивающие сферу государственного управления, поскольку это позволит остановить развитие кризиса.

Примерно те же мысли, только значительно более откровенно, высказал известный американский политический деятель Бенджамин Кардин, сенатор от штата Мэриленд, давший 11 июля интервью «Голосу Америки» (напомним, этот медиахолдинг отражает позицию администрации США).

Как считает сенатор (один из наиболее влиятельных членов комитета по международным отношениям), прежде всего нужно добиться безусловного выполнения Минских соглашений. После этого необходимо создать в Украине политическую систему, которая наилучшим образом обеспечивала бы «народное представительство», что позволит восстановить в стране стабильность. Поэтому, по мнению Кардина, в Украине должно появиться «федеральное правительство», а «отдельным регионам» следует предоставить автономию.

Вряд ли такие опытные политики, как Эро и Кардин, испытывают иллюзии в отношении нынешнего государственного руководства Украины. Очевидно, что проведение каких-либо глубоких реформ, тем более столь радикальных, как переход к федеративному устройству, в настоящее время невозможно.

Однако подобные преобразования могут стать реальностью, если изменится баланс сил внутри украинской власти и в стране появятся влиятельные силы, выступающие за формирование нового социально-политического строя.

Надежда Савченко является идеальным лидером для подобного массового движения, задача которого должна состоять не в том, чтобы прийти к власти, а в том, чтобы заставлять украинскую власть двигаться в нужном Западу направлении.

Во-первых, она в значительно большей степени, чем государственное руководство, отражает представления Запада о том, какие угрозы может породить донбасский конфликт и что нужно сделать для его прекращения.

Если украинский президент в течение долгого времени выпрашивал у США тяжелое вооружение (и до сих пор, по-видимому, не отказался от надежды когда-нибудь его получить), то Надежда Савченко в интервью «Голосу Америки» заявила, что поставки вооружения в Украину «могут привести мир к третьей мировой войне».

Порошенко отказывается идти на прямой диалог с Донецком и Луганском, а провластные СМИ продолжают называть лидеров самопровозглашенных республик (являющихся, между прочим, участниками Минских соглашений) «террористами». Савченко же выступила за диалог между самопровозглашенными республиками и официальным Киевом без участия представителей Москвы. Она призвала руководство страны наладить контакт с украинскими гражданами (с Александром Захарченко и Игорем Плотницким) и добиться политического урегулирования вооруженного противостояния.

Во-вторых, она не связана ни с одной из олигархических группировок, никогда не занималась ни бизнесом, ни политикой, а потому не станет идти на компромисс ради того, чтобы получить новые экономические возможности или поддержать собственное окружение. Это выгодно отличает Надежду Савченко от ведущих украинских политиков — как сотрудничающих с президентом, так и противостоящих ему. Кроме того, это позволяет не опасаться, что она окажется замешанной в коррупционных схемах (в отношении украинских политиков «первого эшелона» такой уверенности быть не может).

В-третьих, украинское общество все меньше доверяет лидерам ведущих политсил. Поэтому в долгосрочной перспективе наибольшими шансами на успех будут обладать проекты, которые возглавляют политические и общественные деятели, не связанные с нынешней системой.

Данные соцопроса, проведенного группой «Рейтинг», обнародованные 12 июля, свидетельствуют, что Надежда Савченко, несмотря на то что она по сути только приступила к политической деятельности, сумела сразу же привлечь общественное внимание (ratinggroup.ua).

Заказчиком этого исследования был Международный республиканский институт — влиятельная общественная организация, ориентирующаяся на Республиканскую партию (председателем совета директоров МРИ является сенатор США от штата Аризона Джон Маккейн). А финансировало соцопрос правительство Канады.

Согласно данным опроса, к Надежде Савченко положительно относятся 45% украинцев. Это значительно больше, чем у следующих за ней Андрея Садового (33%), Михаила Саакашвили (26%) и Анатолия Гриценко (25%). Среди представителей центральной власти самой большой популярностью пользуется Владимир Гройсман (24%). Столь низкий рейтинг главы правительства, понятно, не позволяет рассчитывать, что его известность позволит остановить развитие кризиса или обеспечить проведение политических реформ.

Основываясь на результатах опроса, редакция портала «Слово и Дело» провела исследование поисковых запросов в Google, связанных с именами наиболее популярных политиков. Выяснилось, что и здесь с существенным отрывом лидирует Савченко (за ней следует Саакашвили). Это значит, что ее деятельность продолжает вызывать массовый интерес и у нее есть шансы на дальнейшее повышение рейтинга, в то время как рейтинги Саакашвили и Садового несколько снизились.

Опасность Надежды

Значит ли это, что у Савченко, завоевавшей благосклонное отношение Запада и пользующейся все большей популярностью внутри страны, появились несомненные политические перспективы, которые могут открыть ей путь к власти или хотя бы к серьезному политическому влиянию?

Пока нет и, возможно, вообще не появятся.

И причина здесь не только в ее политической неопытности. Этот недостаток в конце концов можно легко преодолеть (тем более что Надежда Викторовна демонстрирует явные способности к политической деятельности). Кроме того, с Савченко работают сильные политические консультанты и технологи. Об этом свидетельствуют как точность ее политических заявлений, так и то, что ее высказывания и экстравагантные политические жесты (вроде появления без обуви в зале заседаний парламента) неизменно оказываются в фокусе общественного внимания.

Проблема в том, что успех Надежды может помешать деятельности как политических сил, связанных с властью, так и политиков, объявивших себя «демократической оппозицией».

Если бы Савченко стала вести себя так, как от нее ожидали, т. е. соревноваться в жесткости антироссийских заявлений с радикальными националистами, то она, конечно же, не представляла бы ни малейшей опасности для ведущих политических игроков. Пострадать от нее могли только националистические партии и движения, которые утратили бы в пользу Савченко часть избирателей.

Но она стала бороться за мирное урегулирование, призывать к политическому диалогу с самопровозглашенными республиками и требовать закрепить особый статус Донбасса в Конституции. Тем самым она зашла на поле Оппозиционного блока и президентского БПП, которых (за неимением лучшего) вынуждены поддерживать сторонники гражданского мира.

Кроме того, политический успех Савченко угрожает расколом «Батькивщины» (с последующим неизбежным оттоком части избирателей от этой политсилы), а ее эпатажные заявления и жесты могут привлечь часть сторонников Ляшко.

Впрочем, появление политической силы во главе с Надеждой Савченко представляет наибольшую опасность для украинской «партии войны», главным политическим представителем которой является министр внутренних дел Арсен Аваков. Если мирное урегулирование станет реальностью, то политики, связанные с «партией войны», лишатся своих доходов и должностей. А потому Аваков начал открытую войну против Савченко.

Советник министра внутренних дел Антон Геращенко на своей странице в соцсети обвинил Надежду в том, что во время пребывания в заключении в России она вела переписку с россиянкой Марией Коледой, которую украинские спецслужбы подозревают в шпионаже. Письма Савченко, как заявил советник Авакова, были найдены некими загадочными «волонтерами», вскрывшими почтовый ящик Коледы.

Казалось бы, переписка между двумя узницами, придерживающимися противоположных взглядов, но объединенными схожим несчастьем, может вызвать только умиление. Но СМИ, распространявшие обвинение Геращенко, пытались объявить эту переписку чуть ли не доказательством того, что Савченко является российским агентом.

Еще более болезненным ударом по Надежде мог стать арест основателя батальона «Айдар» (Савченко была в «Айдаре» добровольцем) Валентина Лихолита, которого 1 июля задержала военная прокуратура по обвинению в военных преступлениях, в частности в мародерстве.

Несмотря на то что Печерский суд принял решение оставить Лихолита под стражей, присутствовавшие на заседании бойцы добровольческих батальонов не дали вывезти его в СИЗО. Правда, сам Лихолит считает заказчиком своего ареста народного депутата Сергея Мельничука. Однако вполне возможно, что эта версия ошибочна, и он вызывает интерес правоохранительных органов главным образом как человек, способный дать показания против Савченко.

Подозрения в связи с людьми, совершавшими военные преступления, могут заблокировать рост популярности Савченко на юго-востоке, а главное — станут серьезным препятствием для ее связей с западными политиками. Между тем поддержка Запада — пока ее главный ресурс.

Понятно, что чем большую активность будет проявлять Савченко, тем более жесткой критике она будет подвергаться в медиа.

Поможет ли западная поддержка заставить противников Савченко вести себя несколько сдержаннее? Вполне возможно.

Позволит ли массовый запрос на появление нового лидера раскрутить связанный с Савченко политический проект, несмотря на негативное отношение ведущих медиа? И это вполне вероятно.

Но не будем забывать, что никакого проекта пока не существует. И чтобы он состоялся, Надежде Савченко понадобится не только массовая поддержка, но и помощь крупных политических инвесторов, которые будут преследовать собственные интересы и пытаться ввести ее деятельность в нужные им рамки.

Поэтому если не случится чуда, деятельность Савченко будет развиваться по привычному, неоднократно виденному сценарию. От западных надежд и общественных ожиданий — к разочарованию и апатии. Подобный путь не так давно прошел Андрей Садовой.

Конечно, можно надеяться, что Савченко сумеет избежать подобной опасности. Но только если Запад всерьез решит оказать ей содействие. Однако и в таком случае можно рассчитывать лишь на создание на основе «проекта Савченко» политического инструмента с относительно недолгим сроком жизни.

В Украине нет условий для появления независимых политиков, опирающихся на массовую поддержку, добивающихся глубоких социальных и политических преобразований (а не ограничивающихся политической клоунадой).

И это национальная трагедия.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Комментарии 1
Войдите, чтобы оставить комментарий
виктор
16 Июля 2016, виктор

Стараниями автора вырисовывается величайший политик всех времён и народов, надежда нации, будущий спикер, премьер министр, президент, а то и генсек ООН. Как то даже неудобно читать подобные дифирамбы. "Не хвались идучи на рать, а хвались идучи срать," Но есть и отход - дескать не дадуть развернуться.

- 18 +
Блоги

Авторские колонки

Ошибка