Волны от развязанных рук

№45(795) 11 — 17 ноября 2016 г. 10 Ноября 2016 1 4.2

Главная мировая интрига последних месяцев завершилась уверенной (если судить по числу завоеванных штатов) победой Дональда Трампа на выборах президента США. Пока еще рано выстраивать предположения о том, как изменится политика Белого дома в отношении Украины, но уже сейчас необходимо отметить три важных факта.

Во-первых, Дональд Трамп — в отличие от Хиллари Клинтон — отказался от встречи с Петром Порошенко. Ряд экспертов усмотрели в этом намек на то, что кандидат-республиканец воспринимает украинского президента не как самостоятельного политика, а как клиента нынешней демократической администрации.

Во-вторых, Арсен Аваков назвал Дональда Трампа «опасным маргиналом». Видимо, эта фраза станет приговором главе МВД. Ведь даже в условиях изоляционизма иметь на ключевом посту министра, так оценивающего ее президента, Америка может позволить только абсолютно независимому от нее государству. Украина к таким не относится.

В-третьих, единственным среди украинских политиков о своих хороших отношениях с Трампом заявил Саакашвили — который и стал на прошлой неделе главным ньюсмейкером в нашей стране.

О тени закона о госслужбе на первом лице

Решение Михеила Саакашвили уйти с поста главы Одесской ОГА вполне закономерно — несмотря на то, что в последние полгода он не проявлял особой публичной активности. К тому же момент для заявления о переходе в оппозицию экс-президент Грузии выбрал весьма удачно.

После назначения Владимира Гройсмана главой Кабмина одесский губернатор не вступал в конфликты с центральной властью и уже не угрожал новым майданом. Но поскольку за свои высказывания (за подобное любой другой на его месте поплатился бы должностью в течение суток) Саакашвили публично не извинялся, можно было предположить, что, не став премьер-министром Украины, он сделал ставку на возвращение в грузинскую политику.

На прошедших в минувшем месяце выборах в парламент Грузии партия Саакашвили «Единое национальное движение» значительно уступила правящей «Грузинской мечте». И, судя по всему, теперь он решил сосредоточиться на борьбе за власть не на родине, а в Украине. Время для этого, как я уже отметил, выбрано более чем удачно: вся страна обсуждает электронные декларации политиков и чиновников.

Вот что сказал Саакашвили в заявлении об отставке:

«В этих условиях для меня последней каплей стали электронные декларации — когда я вижу обнаглевшие рожи (нет больше слова), которые открыто заявляют, что у них есть миллиарды не только наличности, а еще они получают социальную помощь от государства, от тех пенсионеров, которые просто дрожащими руками последние копейки собирают, чтобы не погибнуть с голода. И в это время ни один порядочный чиновник, который начал работать по-новому, не может работать спокойно».

Президенту впервые досталось от Саакашвили. Весной он критиковал Порошенко лишь за нерешительность — и то, между строк, прозрачными намеками. А сейчас прямо указал:

«Администрация президента привела старых коррупционеров. Какая разница украинцам, кто будет к ним наплевательски относиться — Порошенко или Янукович?.. Мы создали «Рух за очищення», и мы помогли ему избавиться от Яценюка. И чем это закончилось? Люди Яценюка чуть-чуть были подвинуты людьми президента в этих же схемах. Как грабили, так и грабят!..

В Одесской области президент лично поддерживает криминальный клан убийц Труханова... Реально всю власть отдали им и еще сепаратистским союзникам Антона Киссе. Одесскую область сдают врагам Украины».

А завершает это заявление по сути декларация непримиримой оппозиционной борьбы до победного конца: «У меня не опустятся руки, и я не сдамся. Пусть они не надеются, что избавятся от меня. Я тот солдат, который идет столько, сколько может, а потом столько, сколько надо. Сколько будет надо для полной победы, чтобы избавить Украину от этих мразей. От этой коррупционной грязи, которая капитализирует на крови наших солдат, на жертвах майдана. Которые предали идею революции и преследуют цель — ограбить Украину до нитки. Мы обязательно объединимся и закончим эту борьбу победой Украины».

Нужно сказать, что база для такой борьбы у Саакашвили подготовлена.

Во-первых, еще в конце прошлого года он создал движение «За очищение», которое отметилось антикоррупционными форумами по всей Украине. Правда, сейчас данная структура выглядит законсервированной: ее сайт и страница в Фейсбуке не обновлялись последние восемь месяцев.

Во-вторых, Саакашвили может в полной мере рассчитывать на партии «Демократический альянс» и «Хвиля». В первую входит группа молодых депутатов ВР из числа «еврооптимистов» (ряд из них присутствует и в правлении движения «За очищение»). Вторую политсилу создают бывшие заместители генпрокурора Давид Сакварелидзе и Виталий Касько. Она пока еще не провела учредительный съезд — хотя, возможно, в этом и не будет необходимости, т. к. обе партии могут объединиться под руководством Саакашвили.

Желание отставных прокуроров создать отдельный политический проект, а не вливаться в «Демальянс», изначально выглядело прагматичным политическим маневром. В конце августа в разгар конфликта между ГПУ и НАБУ я писал: «Видимо, если должностные амбиции Сакварелидзе и Касько будут удовлетворены, то проект свернут. Но формальное отмежевание от «еврооптимистов» (которые продолжат борьбу с «кланом Порошенко») позволит облегчить их назначение на должности в Генпрокуратуре».

Во многом в пользу этой версии — и высказанное на уходящей неделе «еврооптимистом» Мустафой Найемом сожаление о том, что весной из-за Саакашвили сорвалось объединение всех «новых» политиков в единую партию: «На Банковой удалось уговорить губернатора не форсировать этот процесс, в результате чего результаты многодневных переговоров были перечеркнуты, а проект заморожен».

Но только ли в Банковой дело? Ведь тогда Саакашвили еще не определился, где он намерен продолжать карьеру — в Украине или в Грузии. К тому же на посту главы Одесской ОГА он не мог стать лицом нового проекта, т. к. это противоречит закону «О государственной службе». А зачем ему такой проект, в котором он не является первым лицом?

Потому-то, наверное, и о партии «Хвиля» лишь разговоры велись. Хотя именно она для Саакашвили роднее и ближе — «еврооптимисты» все-таки не настолько свои, как Сакварелидзе. Да и название, похоже, выбиралось в расчете на участие экс-президента Грузии: рифма «Хвиля» — Саакашвили» просится в слоганы.

О призраке отзываемых подписей

Закономерно возникает вопрос: что же могут эти политсилы, у которых нет фракций ни в ВР, ни в местных советах, да и рейтинг низковат. Напомню, социологи еще с зимы стали включать в опросы партию, чьим лидером указывали Саакашвили, — сначала именуя ее движением «За очищение», затем «Хвилею». И, как правило, она не набирала 5%, необходимых для попадания в парламент (а в последние месяцы ее сторонников стало еще меньше).

О личном рейтинге Саакашвили я писал в прошлом номере. Конечно, 22% позитивного отношения при 64% негативного не впечатляют, особенно с учетом темпов разочарования в данной персоне. Но и при этом у него баланс между позитивным и негативным отношением несколько лучше, чем у всех лидеров оппозиционных фракций ВР (не говоря уж о президенте, премьере, главе МВД и генпрокуроре).

Лучшее соотношение, чем у Саакашвили, лишь у Андрея Садового, Надежды Савченко, Анатолия Гриценко и Валентина Наливайченко. Но у двух последних оно обусловлено ничегонеделанием, а у Савченко налицо очень резкая негативная динамика (к тому же она не является лидером политического проекта).

Следует учитывать и то, что уход Саакашвили с губернаторской должности развязывает ему руки в критике руководства Украины — и это наверняка добавит плюсов его политсиле.

К тому же именно потенциальные сторонники экс-президента Грузии в ВР могут сделать то, на что не способна оппозиция. Она, как известно, хотела бы досрочных выборов, но легитимных возможностей добиться их не имеет. Т. е. не может создать ситуацию, когда президент получит право распустить парламент. А вот что будет, если «еврооптимисты» и прочие ориентированные на Саакашвили депутаты отзовут подписи под коалиционным соглашением?

В 2008 г. Конституционный Суд определил, что парламентская коалиция — это коалиция фракций, в которых насчитывается минимум 226 депутатов, независимо от их личных подписей под коалиционным соглашением. Но тогда парламент был сугубо партийным, а сейчас правомерно говорить о коалиции именно депутатов, а не фракций.

Сегодня у двух фракций коалиции 224 мандата, но никто вопрос о ее легитимности не ставит. Значит, все дело в подписях внефракционных, среди которых, несомненно, есть и подписи Андрея Парубия и Ирины Геращенко (внефракционные они только в силу регламента — как руководители парламента, но де-факто относятся к НФ и БПП).

Сколько именно сейчас подписей под соглашением — сказать трудно. Ведь формально коалиция в этом году не переоформилась, она лишь стала двухпартийной. В феврале, после выхода трех фракций спикер Гройсман говорил, что в ней 237 депутатов. Сейчас, скорее всего, еще меньше — ведь после формирования правительства четыре мажоритарщика от БПП сдали мандаты, а на июльских довыборах партия получила в парламенте лишь одно место.

Наверное, Саакашвили не так уж и сложно найти десяток сторонников, которые могли бы выйти из коалиции. Другое дело, что такой шаг не решает проблему досрочных выборов автоматически. Ведь можно и добрать коалицию из числа внефракционных и представителей депутатских групп.

К тому же распад большинства и невозможность восстановить его в конституционные сроки не обязывает президента распускать парламент, а всего лишь дает ему такое право. А поскольку в моделируемой ситуации ВР, скорее всего, сохранит способность принимать решения (ведь и сейчас все законы принимаются благодаря поддержке не входящих в коалицию депутатов), то вроде бы имеются все основания этим правом не воспользоваться.

О ресурсе, не вмещающемся в харизму

О юридических нюансах можно говорить долго, но они в данном случае не являются решающим фактором. Ведь реальную легитимность украинской власти в подобной ситуации будет определять не Конституционный Суд, а Запад. И он способен легко подтолкнуть страну к досрочным выборам, заявив, например, что МВФ не может вести переговоры со страной, в которой легитимность правящей коалиции вызывает сомнения.

Вопрос в том, пойдут ли на это западные партнеры. Тем более что в разгар правительственного кризиса в феврале—марте они выступали категорически против досрочных выборов. Индикатор их позиции у нас перед глазами: «еврооптимисты», которые никогда не пойдут наперекор США и ЕС.

Поэтому, если «еврооптимисты» находятся в союзе с Саакашвили (о чем можно предполагать по их заявлениям после его отставки), значит, за границей рассчитывают на экс-президента Грузии.

Его кандидатура выглядит для Запада предпочтительнее Тимошенко и Ляшко, за которыми закрепилась репутация популистов. Правда, речь может идти лишь о должности премьера, ибо на ближайших очередных выборах (не говоря уже о досрочных) Саакашвили не сможет претендовать даже на депутатский мандат. Ведь желающий попасть в кресло депутата (как и на пост президента) обязан постоянно прожить в Украине пять лет.

Необходимо сказать, что ресурс Саакашвили — кроме личной харизмы, непарламентских партий и общественных активистов — включает и некоторых людей из властной команды. Ведь до сих пор там остаются его грузинские соратники, получившие украинские паспорта в 2014—2015 гг.

Самая важная фигура — Гизо Углава, бывший замгенпрокурора Грузии, а ныне первый зампред главы НАБУ, курирующий ключевое направление — работу детективов. А ведь именно это ведомство будет играть ведущую роль в развитии сюжета с электронным декларированием.

И здесь следует обратить внимание на такое обстоятельство. 25 октября, за пять дней до окончания подачи деклараций, глава НАБУ Артем Сытник сказал, что Генпрокуратура готовит иск о признании недействительным присвоения Углаве украинского гражданства. А 3 ноября он сообщил, что такой иск готовит группа депутатов — но конкретно назвал лишь представителя БПП от Одессы Дмитрия Голубова (который, кстати, еще в конце 2015-го обвинял Саакашвили в коррупции).

Подан ли такой иск, пока неизвестно, но история выглядит весьма правдоподобно — в контексте и конфликта ГПУ и НАБУ, и выдавливания из власти грузинской команды.

3 ноября Джо Байден провел телефонные беседы и с Петром Порошенко, и с Владимиром Гройсманом. По сообщению пресс-службы Белого дома, в обоих случаях речь шла о Национальном антикоррупционном бюро, причем в разговоре с главой правительства вице-президент США подчеркнул «необходимость сохранения независимости НАБУ» (в версии пресс-службы Кабмина о НАБУ ничего не говорится).

Неизвестно, прозвучало ли прямое требование не трогать Углаву. Но совершенно ясно, что НАБУ необходимо Вашингтону как абсолютно автономный (от руководства нашей страны) механизм контроля над украинской властью.

О пробе сил, лишившей министра дара речи

Между тем знаковое событие произошло в Черкассах. 3 ноября общественные активисты заблокировали назначение нового руководителя областного ГУ Нацполиции Валерия Лютого. Протестующие подожгли под полицейским главком шины, прорвались в здание и после словесной перепалки вытолкали Лютого на улицу.

Активисты считают его вдохновителем подавления акций протеста в Харькове во время революции достоинства. К тому же впоследствии он возглавлял полицию Кривого Рога, где якобы покрывал фальсификации выборов.

Примечательно, что задолго до 3 ноября (притом что официально о назначении Лютого объявлено не было) соцсети запестрели сообщениями примерно следующего содержания: «Руководителем областной полиции хотят поставить главного гаишника из Харькова и советника Кернеса! В связи с этим объявляется срочная мобилизация! Присоединяйтесь к акции гражданского неповиновения!»

Безусловно, забавно, что назначенцем Арсена Авакова оказался человек из команды его заклятого недруга Геннадия Кернеса. Гораздо серьезнее другое: глава МВД не сориентировался, что в Черкассах запахло жареным, и не отменил скандального назначения, что позволило бы ему сохранить лицо. Судя по всему, меры предосторожности свелись только к тому, что представить нового начальника подчиненным решили до официального объявления о назначении, т. е. поставить общественность перед фактом.

Случившееся явно стало для Авакова неожиданностью.

Ведь только 7 ноября сайт МВД сообщил: «Міністр внутрішніх справ України Арсен Аваков і голова Національної поліції України Хатія Деканоідзе обговорили ситуацію, що склалася після призначення керівництва Головного управління Нацполіціїї у Черкаській області.

Міністр внутрішніх справ і голова Нацполіції запрошують громадськість Черкащини для обміну думками з цього приводу, представлення позицій та висловлення аргументів, після чого і буде прийняте остаточне рішення про призначення керівництва ГУНП Черкаської області. МВС і Нацполіція наголошують, що не будуть піддаватися тискові і керуватися емоціями при прийнятті кадрових рішень, але, водночас, для них важлива співпраця із громадськістю і готовність прислухатися до аргументів».

В общем, Аваков спасовал. Более того, спасовала полиция — органы правопорядка оказались не в состоянии защитить самих себя. А ведь при всей своей безнаказанности захватывать здания органов внутренних дел «активисты» со времен евромайдана не решались.

Отдельное внимание стоит обратить на то, что среди участников штурма в Черкассах находились представители «Азова», который всегда считался структурой очень близкой к Авакову. Конечно, большинство брендов — «Самооборона», «Автомайдан», «Правый сектор» — давно фрагментировались на группировки, но к «Азову» это вроде бы не относилось.

Остается предположить, что Андрей Билецкий, недавно возглавивший созданную на базе «Азова» партию «Национальный корпус», счел себя достаточно окрепшим для самостоятельной политической игры. И Черкассы стали для него первой пробой сил на новом уровне.

Впрочем, нельзя исключать самоуправство местных «азовцев». Но и в этом случае очевидно, что глава МВД опасается вступать с ними в конфликт, дабы не вызвать недовольство всей массы сторонников. Могу даже допустить, что именно присутствие «азовцев» среди протестующих обусловило нерешительность черкасской полиции (и тех, кто отдавал ей приказы).

Как бы то ни было, история знает множество примеров, когда радикалы разных мастей, которых респектабельные политики привлекали для решения собственных тактических задач, рано или поздно выходили из-под контроля. Было бы удивительно, если бы Украина стала исключением.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Комментарии 1
Войдите, чтобы оставить комментарий
Александр Юрченко
13 Ноября 2016, Александр Юрченко

Только вот, остаётся вопрос – сколько лет этот будет водить нас за нос, превращая страну в пустыню?

- 4 +
Блоги

Авторские колонки

Ошибка