Ангола: нефть, алмазы и рост китайского влияния

11 Ноября 2015 4.8

11 ноября Республика Ангола празднует 40-летие независимости. Среди всех африканских стран к югу от экватора Ангола в свое время была, пожалуй, тесней всего связана с нашей бывшей большой страной и пользовалась у нас наибольшей симпатией. Советские военные советники (во главе с небезызвестным генералом армии Варенниковым) и кубинские воины-интернационалисты оказали молодому государству неоценимую помощь в борьбе с мятежниками из УНИТА и ФНЛА, которых прямо поддерживали расисты ЮАР, а также Соединенные Штаты и Заир.

«Зигзаг истории» в том, что в критический момент гражданской войны — уже в начале 90-х гг. — официальной Луанде пришлось обращаться за помощью к ее же бывшим непримиримым, как казалось до того, противникам. А именно: к юаровской частной военной компании (ЧВК) «Executive Outcomes», трудоустроившей бывших спецназовцев ЮАР. Это кажется странным, но в спецвойсках армии ЮАР времен апартеида — в 32-м батальоне и спецподразделении «Koevoet» — преобладали именно черные бойцы, превосходно подготовленные к выживанию и боевым действиям в пустыне и африканском «буше». Они когда-то обучали боевиков УНИТА, хорошо знали их тактику и боевые возможности; они же, воюя за деньги, в 1993 г., когда армия Анголы, оставшись без советской и кубинской поддержки, была совершенно деморализована, нанесли чувствительный разгром «унитовцам» и, по сути, спасли правительство страны от краха. Заодно, кстати, южноафриканские пилоты-наемники освоили и, успешно применив в боях, высоко оценили наш истребитель МиГ-23МЛ.

Харизматичный лидер УНИТА Жонаш Савимби был вынужден подписать 20 ноября 1994 г. Лусакское соглашение о прекращении огня, но его так никто толком и не выполнял. Лишь гибель Савимби в бою 22 февраля 2002-го принесла стране мир.

Ангола ныне, разумеется, совсем «не та», что была в советские времена, когда она брала курс на построение социализма. А вот власть в ней все та же — партия МПЛА (Movimento Popular de Libertaçăo de Angola — Народный фронт освобождения Анголы), бессменно правящая страной. И президент все тот же, что и во времена «самого позднего» Брежнева и Горбачева (начиная с 21 сентября 1979 г.), — Жозе Эдуарду душ Сантуш. Родился 28 августа 1942 г. в Луанде в семье выходцев из Сан-Томе и Принсипи. Выпускник Азербайджанского института нефти и химии им. М. Азизбекова, а также советской спецшколы военных связистов. Первой из трех его жен была русская — Татьяна душ Сантуш (Куканова). Владеет русским языком.

Африканских правителей отличает специфический прагматизм: для того чтоб удержать власть в своих раздираемых острыми социальными противоречиями и трайбализмом странах, они готовы менять идеологическую и внешнеполитическую ориентацию. Сначала многие из них с надеждой смотрели на Москву и собирались идти к социализму, минуя этап капиталистического развития. Потом они же обрели веру в «общечеловеческие», рыночные и социал-демократические ценности (МПЛА сегодня входит в Социнтерн, хотя имеет мало общего с европейским демократизмом).

Впрочем, едва лишь придя к власти в 1979-м, душ Сантуш сразу «зачистил» ряд вправду идейных соратников первого президента Антонио Агоштиньо Нето (1922–79), стоявших у истоков движения. А еще до того, 27 мая 1977 г., был подавлен мятеж «ортодоксального» коммуниста (и при этом черного расиста), бывшего главы МВД Нито Алвеша. Нынешний режим некоторые политологи определяют как жесткую «углеводородную диктатуру» олигархического типа, погрязшую в коррупции.

В Африке все безумно перемешано и неоднозначно. Оппозиционная УНИТА — политсила консервативная и антикоммунистическая — изначально придерживалась ведь смеси радикально-крестьянского «черного социализма» и маоизма. Ж. Савимби ухитрялся совмещать левацкие внутренние убеждения с ультраправой риторикой. В 1980-е гг. он якшался с Рейганом и считался вожаком антикоммунизма в Третьем мире, но американцы попользовались им в борьбе против СССР, а затем «кинули», предпочтя в 90-е иметь дело со ставшей лояльной и предсказуемой властью МПЛА.

В 2012 г. от УНИТА откололась новая партия: «Широкая конвергенция за спасение Анголы», которая ныне рассматривается как наиболее перспективная сила оппозиции. Ее лидер Абель Шивукувуку (ему, что интересно, 11 ноября 1975 г. как раз исполнилось 18 лет), позиционируя свою партию уже как левую, социал-демократическую, предельно жестко нападает на правящую номенклатуру и взывает к чаяниями бедняков. Но искренен ли он и к чему может привести его радикализм?

Природные богатства и экономический рост

За 40 лет гражданской войны только прямой ущерб национальному хозяйству Анголы превысил 20 млрд. долл., и страна сделалась одной из беднейших в мире. Сотни тысяч людей погибли, от 2,5 до 4 млн. стали беженцами. Мир принес Анголе и быстрое экономическое восстановление. В «нулевые» годы страна била все рекорды темпов роста ВВП: 14,5% в первом по-настоящему мирном 2002 г., 20% в 2005-м и 2006-м, 22,6% в 2007 г.! Потом они существенно замедлились, но тем не менее и в период с 2010 по 2014 г. экономика прирастала в среднем на 4,64% ежегодно.

При этом госдолг снизился со 104,5% ВВП в 2000-м до 13,9% ВВП в прошлом году. Для Анголы, по крайней мере — до последнего времени, вплоть до падения цен на нефть, было характерно огромное превышение экспорта над импортом, благодаря чему золотовалютные резервы страны выросли с ничтожных 634 млн. долл. в 2003 г. до 33,4 млрд. долл. в 2012-м (правда, затем они «подтаяли» до 28 млрд. долл.).

В Анголе очень молодое население (порядка 40% — дети до 14-ти лет) и темпы прироста населения — одни из самых высоких в Африке. За последние четверть века численность ангольцев удвоилась (1989 г. — 10,5 млн. чел., 2014-й — 19,1 млн. чел.).

Конечно, большой проблемой для этой бедной африканской страны остается высокая смертность, в т.ч. детская. Однако прогресс налицо. В колониальную пору средняя продолжительность жизни ангольцев была меньше 35 лет, в 1980 г. она достигла 40 лет, а в наступившем столетии поднялась с 46 до 52 лет.

В начале 90-х голодало свыше 60% жителей Анголы, в 2002-м этот показатель равнялся 45,6%, к 2013 г. удельный вес недоедающих снизился до 18%.

Основой экономического и социального развития Анголы служат ее богатые недра. Запасы нефти, по данным на 2014 г., составляют 12,7 млрд. баррелей (16-е место в мире, 0,7% мировых запасов). При этом ангольская нефть по качеству — одна из лучших на планете. С 1978 г. монополией на добычу «черного золота» обладает государственная компания Sonangol — но с возможностью создания СП с иностранными компаниями, чем охотно воспользовались практически все ведущие мировые игроки, включая British Petroleum, Exxon Mobil, Chevron, Shell, Total и др.

Добыча нефти в Анголе выросла с 7 млн. тонн в 1980 г., 25 млн. тонн в середине 90-х и 37 млн. тонн в 2001-м до 88 млн. тонн в прошлом году. В мире она занимает 16-е место, сразу вслед за Норвегией и Катаром и опережая такие страны как Казахстан и Алжир. В момент обретения независимости Ангола была пятой по добыче нефти в Африке, ныне ж она вторая после Нигерии. Более того, согласно сделанному в 2014 г. прогнозу Moody’s Investors Service, Ангола уже в 2016-м поднимет свою суточную добычу выше 2 млн. баррелей (2014 г. — 1,7) и опередит Нигерию, после чего 10 лет будет удерживать первенство на континенте. Прогноз этот основан, прежде всего, на том, что Total и партнеры приняли решение вложить в перспективный глубоководный проект Каомбо 16 млрд. долл. инвестиций.

«Нефтянка» создает половину ВВП и до 90 % экспортной выручки. До 90% нефти при этом добывает провинция Кабинда — северный полуэксклав, окруженный территориями Конго и Демократической Республики Конго (ДРК); из них 65% дают морские (шельфовые) месторождения. Еще 7,5% добываются в районе Луанды.

Некоторые затруднения для развития отрасли создает так и не решенная до конца проблема сепаратизма в Кабинде. Этот маленький клочок земли имеет свою запутанную историю, во многом отдельную от истории Анголы. Некогда — с 1885 по 1920 г. и с 1933 по 1956 г. — Кабинда являлась отдельной колонией Португалии (протекторат Кабинда, затем Португальское Конго). С 60-х гг. местный Фронт за освобождение анклава Кабинда (ФЛЕК) самостоятельно боролся за независимость. Одно время Кабинда даже рассматривалась Организацией Африканского единства (ОАЕ) как отдельная страна, подлежащая деколонизации. 1 августа 1975 г. — еще до объявления независимости Анголы — независимость ее и была провозглашена!

Однако португальцы и те политсилы, что вели национально-освободительную борьбу в Анголе (МПЛА, УНИТА и ФНЛА), заранее договорились — не спросив, однако, жителей самой Кабинды, — о том, что провинция станет частью независимой и единой Анголы. Так что самопровозглашенная Республика Кабинда быстренько была ликвидирована военными силами МПЛА.

С тех пор тянется вялотекущая партизанская война, и все попытки достичь примирения не приводят к устойчивому успеху. У Кабинды есть «правительство в изгнании» (его «учреждения» располагались в Париже и в Пуэнт-Нуар, Конго), но и само движение ФЛЕК время от времени раскалывается на фракции, одни из которых занимают непримиримые позиции, а другие готовы к компромиссу. Сотни тысяч беженцев при этом ютятся в лагерях на территории Республики Конго и ДРК.

Самая громкая акция инсургентов Кабинды состоялась 8 января 2010 г. В одноименном городе тогда проходили игры Кубка африканских наций по футболу, и боевики обстреляли автобус со сборной Того. Погибли три человека из делегации, были серьезно ранены два футболиста. Руководство Фронта принесло тоголезцам извинения, заявив, что целью атаки на самом деле был ангольский военный конвой.

Социально-экономическая подоплека сепаратизма в Кабинде очевидна: имея площадь 7 тыс. кв. км и население 700 тыс. чел. (при этом по плотности населения она среди провинций Анголы уступает лишь столичной Луанде), Кабинда формирует добрую половину бюджета Анголы! Кабинду населяет народность баконго, причем тамошние баконго по языку и культуре ближе к баконго обеих республик Конго, чем к соплеменникам, живущим в северных провинциях «большой» Анголы…

Государство в лице госкомпании Endiama берет под контроль добычу алмазов. В свое время алмазные копи держала в своих руках УНИТА, опиравшаяся на этносы алмазоносного востока страны; она заработала на контрабанде камней почти 2 млрд. долл., коих с лихвой хватало для закупки оружия. Сохраняется проблема воровства алмазов, от которого государство в 2000-е гг. теряло сотни миллионов долларов в год, — и для борьбы с алмазной мафией приходилось проводить военные операции!

Опять же, алмазы Анголы — самого высочайшего качества, преимущественно ювелирные, «чистой воды», и по запасам их эта страна входит в первую мировую пятерку. Если в 90-е гг. добыча их не превышала 1 млн. карат, то ныне находится на уровне 10 млн. карат — это пятое-шестое место в мире и до 10% мировой добычи. А если измерять продукцию стоимостью, то Ангола уступает только Ботсване и РФ.

В стране разрабатывается дюжина месторождений, как кимберлитовых, так и россыпных. Один лишь рудник «Катока» — четвертый в мире, в капитале которого 1/3 принадлежит российской «Алросе», — способен дать до 7 млн. карат ежегодно! И есть еще проекты, и есть еще неразведанные кимберлитовые трубки и россыпи…

Китая повсюду много…

Еще лет 20 назад Китай даже не числился среди главных торговых партнеров Анголы. В 2003 г. на США приходилось 47,7% ангольского экспорта, а на Китай, занимавший второе место, — 23,4%. А среди главных импортеров в Анголу Китая тогда все еще не было. Но уже в 2012-м Китай стал первым поставщиком товаров в страну, опередив Португалию (20,8% против 19,5%), а в общем экспорте Анголы его удельный вес поднялся до 45,8%, тогда как доля США снизилась до 13,7%.

Ангола — второй по значимости торговый партнер Китая в Африке. Особенное значение приобрели поставки нефти. Теперь именно в Поднебесную, а не в США, как раньше, идет основной поток ангольской нефти. В этом году Ангола вышла на второе место в списке крупнейших поставщиков нефти в КНР, опередив саму России и уступая теперь только Саудовской Аравии.

Вообще, экспансия Китая развивается головокружительными темпами. Всего за 10 лет с 2001 по 2011 г. товарооборот между ним и странами Африки вырос в 14,5 раз! Практически в любой стране китайцы построили горнодобывающие комбинаты, управляемые их менеджерами. Кстати, с 2000 г. в Африку на постоянную работу прибыло около миллиона китайцев (в 2013-м — 200 тыс. чел.) — этот поток усилится, ежели пойдет процесс переноса из Китая в страны с более дешевой (и молодой!) рабочей силой низкотехнологических производств, что потребовало бы массового участия китайских специалистов в менеджменте и подготовке местных работников.

Чтобы обеспечить бесперебойный поток ценного сырья и крепко привязать африканцев к себе, Китай вкладывает огромные инвестиции и льготные кредиты также в инфраструктурные проекты. Поначалу львиная доля инвестиций шла всего в пять стран — Нигерию, ЮАР, Судан, Алжир и Замбию. Затем в список стран с крупными китайскими вложениями добавились Гвинея, Гана, ДРК, Эфиопия, Зимбабве, Мозамбик. В Эфиопии только в 2010 г. было зарегистрировано 580 китайских компаний с инвестиционным капиталом в 2,2 млрд. долл.!

Американский профессор и бывший дипломат Дэвид Шинн пришел к выводу, что сами китайцы не знают точно, сколько инвестиций они вложили в африканские страны. Министр торговли КНР Чэнь Дэмин в 2012 г. привел данные о том, что прямые инвестиции на конец 2011 г. превысили 14,7 млрд. долл., что на 60% выше показателя 2009 г. По словам же посла Китая в ЮАР, высказанным в то же время, «инвестиции Китая в Африку различных видов превышают 40 млрд. долл., из которых 14,7 млрд. составляют прямые инвестиции». Однако в чем разница между «различными видами» и «прямыми инвестициями», как замечает Шинн, господин посол не объяснил. В вопросе определения объемов капиталовложений расходятся ученые и Китая, и Запада [Сколько Китая в Африке. — журнал bricsmagazine.com].

Зато более определенно известно, что в Африку инвестируют более 2 тыс. государственных и частных компаний Китая, направляя бóльшую часть капиталов в горнодобычу, энергетику, строительство, обрабатывающую промышленность, сферу телекоммуникации. Для примера, Китайская национальная нефтегазовая компания вложила 6 млрд. долл. в перспективный нефтяной сектор Судана. Такую же сумму китайцы вложили или намерены вложить в добычу бокситов и выработку глинозема в Гвинее — первой стране мира по запасам данного сырья.

Кстати, еще в 2003 г. сумма инвестиций составляла всего 74 млн. долл., в 2008-м — 5,5 млрд. долл. Так что темпы прироста их просто фантастические!

Короче, Китай приходит в Африку — так же, как, к слову, и в Латинскую Америку, — надолго и основательно, тесня отсюда старые колониальные державы. По-видимому, китайцам, которые сами менее века назад были полуколонией Запада, легче находить с африканцами общий язык; их отношения, в отличие от отношений Африки с Европой, не омрачены наследием колониализма. Кроме того, китайцы, реализуя «мягкий» вариант экспансии и оказывая разнообразную помощь — уже сопоставимую с размерами помощи от Всемирного Банка и США, — и при этом не навязывая чуждые африканцам модели демократии, предлагают партнерам более привлекательные условия сотрудничества, чем откровенно «заточенные» на прибыль и к тому же склонные к деловому и политическому диктату представители Запада.

В 2002 г. президент Танзании Б. Мкапа, выступая на китайско-африканском форуме, выразил это так: «Вы [китайцы] лучше понимаете нас, чем люди Запада, и можете помочь нам реализовать надежды на африканское возрождение».

А еще можно вспомнить, что Китай профинансировал на сумму 200 млн. долл. постройку новой грандиозной штаб-квартиры Африканского Союза в Аддис-Абебе, что, конечно же, сильно подняло авторитет Пекина на континенте.

Так или иначе, в Африке сталкиваются интересы Китая, США, Франции, а также Евросоюза, которому впору задуматься над проблемой реального содействия социально-экономическому развитию Африки — без чего невозможно остановить вал миграции в Европу. Свои позиции пытается отвоевывать и Россия — спустя четверть века после того как Ельцин «ушел» из Африки, ибо, дескать, там «России делать нечего». Свои интересы в Африке ищут также Бразилия, Индия, Турция. Бразилия, скажем, исторически тесно связана с той же Анголой — из Анголы в Бразилию прибыла основная масса негров-рабов, в XIX столетии страны были тесно связаны в плане торговли. Углубление мирового кризиса объективно делает более чем вероятным обострение противоборства повсеместно, в т.ч. и в Африке.

Западные державы способны провоцировать в странах Африки антикитайские настроения (тем паче, что в ряде стран приезжие китайцы вовсю теснят «местных», а также занимаются махинациями и портят экологию, возбуждая ненависть к себе!), устраивать «цветные революции» там, где у власти дружественные КНР режимы. Известно о нападениях на китайские предприятия в эфиопской провинции Огаден и в Южном Судане. Наконец, Китай самым бесцеремонным образом убрали из Ливии, откуда пришлось эвакуировать десятки тысяч китайских специалистов.

На Первом американо-африканском саммите в августе прошлого года Барак Обама объявил о намерении инвестировать в африканские экономики 14 млрд. долл., причем американцы и не скрывают, против кого они инвестируют. Мол, «мы будем не просто извлекать из континента ресурсы, как это делает Китай».

На примере той же Анголы мы видим, сколь сложна, противоречива и взрывоопасна политическая жизнь Африки, как сложно нам, европейцам, понять, что же там происходит. Африка по-прежнему жизненно нуждается в мире, в решении общедемократических задач и в укреплении национальной самостоятельности, и, боюсь я, решению этих задач навязываемая извне борьба может чудовищно помешать.

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Блоги

Авторские колонки

Ошибка