Уважать другое мнение и оставаться оптимистами

№30-31 (470) 17 - 23 июля 2009 г. 17 Июля 2009 0

Уважаемый Вячеслав!

Прежде всего большое спасибо за внимание к нашей газете и моим публикациям на ее страницах. Рискну предположить, что для Вас «2000» — не просто одно из десятков и сотен украинских изданий, а газета, которую Вы считаете «своей», выражающей Вашу позицию и взгляды. А значит, мы работаем не зря!

Но такое отношение означает и высокую планку требований к «своей» газете. Признаюсь, редакция довольно часто получает критические письма от читателей, которые, не согласившись с той или иной публикацией, тем или иным автором, тут же начинают искать в данном материале второе или третье «дно», обвинять нас в отходе от принципов, в соглашательстве и т. п. Но сколько людей — столько и мнений! Не найти двух человек, которые всегда полностью сходились бы во мнениях по всем вопросам и тем более вели себя совершенно одинаково в аналогичных ситуациях (к примеру, во время интервью задавали бы своему собеседнику идентичные вопросы).

И среди читателей и «почитателей» нашего еженедельника — люди с самыми разными взглядами. Кто-то уверен, что все беды нашей Родины начались с 1917 года, для кого-то, наоборот, величайшей трагедией стал уход от социалистического пути развития в 1991-м.

Кто-то горько сожалеет о распаде единого государства в том же 1991 году, а многие искренне надеются, что независимая Украина в конечном итоге сможет стать уютным и надежным домом для всех ее граждан независимо от национальности и родного языка. Одни читатели — искренне верующие, другие — атеисты.

А ведь у каждой из вышеназванных позиций существуют и сотни различных нюансов; например, Вы, уважаемый Вячеслав, как следует из письма, с абсолютно противоположным знаком оцениваете Февральскую и Октябрьскую революции 1917 года.

И такой «разброс», честно говоря, нас совсем не огорчает! Мы никогда не ставили целью превратить «2000» в «боевой листок» какой-то одной политической силы или группы людей, исповедующих ограниченные жесткими рамками взгляды. Наоборот, мы всегда стремились и стремимся представить на наших страницах максимально широкую палитру мнений, даем слово и тем, кого можно отнести к нашим идеологическим противникам. Не редкость в «2000» и острые дискуссии между штатными авторами еженедельника, как, в частности, между Александром Фиделем и Сергеем Бурлаченко в № 27 (468) 3—9.07.09.

Главная наша редакционная линия — учиться слушать и понимать друг друга, понимать и уважать чужое мнение, даже если с ним не согласен, и самое важное — искать то, что нас объединяет, а не наоборот! Ведь, к сожалению, тех, кто «разъединяет», провоцирует раскол и конфликты, в обществе более чем достаточно.

Впрочем, вернемся к Вашим критическим замечаниям. Вас возмутило то, что я не дал должной «отповеди» высказанной Владимиром Бортко оценке известных событий 30-х годов, которую Вы назвали «чудовищными измышлениями». Но задача журналиста, берущего интервью, и не состоит в том, чтобы «не спускать» собеседнику тех или иных «неправильных» взглядов. Хрестоматийным примером плохой журналистики стало интервью Маргарет Тэтчер группе советских журналистов, в ходе которого последние попытались загнать в угол «акулу империализма»!

Цель любого интервью — задаваемыми вопросами дать собеседнику возможность максимально полно раскрыть себя перед читателями; показать его систему взглядов, внутренний мир, рассказать о его профессиональной деятельности. Ну а выводы из сказанного и прочитанного должен делать сам читатель.

Ведь времена, когда от журналистов требовалось «разжевывать» своей аудитории, как следует понимать и воспринимать ту или иную цитату, что является «типичным измышлением», а что — «характерным заблуждением», давно прошли. Причем, насколько я могу судить, Вас это совсем не огорчает!

И с этой точки зрения интервью с Владимиром Бортко, на мой взгляд (не только мой, но и большинства читателей, судя по откликам в интернете и полученным редакцией по почте), вполне удалось. Вот один из таких отзывов: «ruhr: Прекрасное интервью. Просьба почаще печатать такие вещи. Здесь полностью раскрыт человек» (/a/63260).

Загляните на сайт, познакомьтесь с оценками, которые дали этому материалу многие другие читатели. Вряд ли он получил бы столь положительные отклики, если бы наша беседа свелась к долгому диспуту о сталинских репрессиях, а вопросы творчества, оценки современной ситуации в искусстве и в политике наших стран и многое, многое другое осталось бы «за кадром» ввиду небесконечного размера газетной площади, да и свободного времени у мэтра. Повторюсь: собеседник журналиста (в данном случае — Владимир Бортко) высказал свое мнение, свою оценку — а выводы каждый читатель пусть сделает сам.

Также непонятно Ваше недоумение относительно моей фразы: «Жаль, что вы своими пьесами укрепляете не Украину, откуда вы родом, а Россию», прозвучавшей как реплика на слова Владимира Бортко о своем творчестве: «Зачем вы пишете пьесу?», — спросили у Софокла. — «Затем, чтобы сделать граждан Афин лучше и укрепить государство», — ответил Софокл. По-моему, хорошо».

Это ведь не упрек, это — сожаление, что не просто выдающийся художник, но и настоящий патриот Владимир Бортко в силу известных причин оказался для собственной Родины «иностранным режиссером».

Непонятно и то, почему мой ответ на предложение вернуться на «историческую Родину» Вы сочли слабым, недостаточно резким и чуть ли не капитулянтским. Если бы я действительно собирался «капитулировать» перед ревнителями национальной чистоты, то и в самом деле давно покинул бы Украину. Но мы продолжаем нашу работу, направленную именно на то, чтобы подобные идеи никогда не воплотились в жизнь, и сворачивать ее не намерены!

Что же касается формы моего ответа, то нужно помнить о том, что слова человека, выступающего в прямом эфире, адресованы не только (и не столько) непосредственно задавшему вопрос, но и всем радиослушателям. И, уверен, большинство радиослушателей и читателей нашей газеты отлично почувствовали мой сарказм и, главное, поняли, к чему могут привести такие призывы.

Далеко не всегда, уважаемый Вячеслав, «металл» в голосе является наилучшим методом убеждения. Не забудем: человек, который задал этот вопрос, как и другие мои собеседники, — наш соотечественник, а гражданской войны, к счастью, у нас пока нет, и, думаю, она не входит в «планы», вменяемых людей. Следовательно, отстаивая свою позицию, свои взгляды, наконец — свои интересы, нужно продолжать искать взаимопонимание в том числе и с теми, кто «по другую сторону баррикад», слава богу, пока только словесных! Вы же, надеюсь, не хотите реальных баррикад и настоящих — а не полемических — боев?

Позволю себе повторить сказанное в раскритикованном Вами интервью:

«Конечно, можно этим людям отвечать грубо, резко, а это значит — разжигать конфликт. А мы хотим достучаться, вот цель нашей газеты — достучаться до сердца (и разума. — С. К.) тех, кто не понимает еще нас, кто не понимает необходимости национального мира. Никуда мы не денемся от миллионов русских здесь или татар, должна быть единая страна. Конечно же, это Украина, конечно же, это замечательный украинский язык, культура. Но без национального мира в стране будут большие проблемы».

С этой же позиции надо подходить и к вызвавшему Ваше неприятие ответу, касающемуся свободы слова, а точнее — ответу на такую реплику одного из дозвонившихся радиослушателей: «Я дуже люблю вашу передачу, завжди слухаю її з великим задоволенням. А сьогодні, звісно, ви вже бачите по всіх дзвінках, що таке допускати людей, які Україну та українців ненавидять».

Думаю, очевидно, что если ты действительно хочешь убедить в чем-то своего собеседника (или хотя бы заставить задуматься), целесообразно апеллировать к мнению тех людей, которые для него являются авторитетом. Конечно, у Виктора Ющенко, да и у других наших власть имущих слова очень часто расходятся с делом, но их приверженность свободе слова хотя бы на словах (извините за тавтологию) вполне может быть веским аргументом в дискуссиях с такими людьми, как некоторые из звонивших в радиостудию в тот день.

Что же касается сути проблемы свободы слова (которую не нужно путать с проблемой свободного развития и применения русского языка, но об этом чуть далее), то ее следует разделить на несколько, так сказать, уровней. При всей нашей оппозиционности к действующей власти должен отметить, что с серьезными проявлениями открытого и спланированного административного давления на нашу газету мы не сталкивались. Хотя примеров подобных попыток со стороны отдельных чиновников немало. Необходимо отметить, что на уровне печатных СМИ и интернет-массмедиа уровень обеспечения свободы слова в Украине можно все-таки признать удовлетворительным.

Кстати, где Вы нашли в нашем издании «славословия в адрес Ющенко»? Неужели в наших эксклюзивных расследованиях, посвященных так называемому отравлению Ющенко и подлинным обстоятельствам пребывания в плену его отца?

Но есть и другая сторона проблемы. Она заключается в том, что не все политические силы, не все взгляды, реально существующие в государстве, обществе, имеют равный доступ к средствам массовой информации, особенно к телевидению. Не секрет, что именно с телеэкранов черпают информацию большая часть наших сограждан. Люди, контролирующие основные телеканалы, получают огромные возможности манипулировать общественным мнением и в значительной мере направлять политическое развитие страны. Об этом и говорилось в материале Лидии Денисенко «Три «Свободы»...» К слову, естественно, что абсолютно все материалы, выходящие на страницах «2000», я как издатель и главный редактор очень внимательно читаю и при необходимости редактирую!

Но вернемся к вопросу о положении русского языка в Украине, который Вы связали с ситуацией со свободой слова. Честно говоря, мне показалось очень странным то, что, обвинив меня в неведении относительно проводимой нынешней властью политики вытеснения русского языка из всех сфер общественной жизни, образования, телевидения, Вы же несколькими строками ниже ставите мне упрек за «пессимизм» относительно будущего русского языка в стране. Конечно, русский язык «велик и могуч» (не нами это сказано)! И, безусловно, «скорее уж Днепр потечет вспять, чем на его славных берегах перестанет звучать язык Пушкина, Гоголя, Шевченко, Достоевского, Булгакова».

Но значит ли это, что мы — все те, кому русский язык близок и дорог, — можем сидеть сложа руки, ничего не предпринимая, ожидая, пока «пупок развяжется у нациков бороться с великим и могучим» и проблема как-нибудь сама собой рассосется? Кое-кто, кого я упомянул в своем выступлении, точно так себя и ведет! Но боюсь, что сам по себе, без нашей «помощи» пупок у нациков не развяжется (видимо, в этом Вы и усмотрели мой «пессимизм»?).

Эту-то мысль я и старался донести до участников конференции «Русский язык в поликультурном мире», говоря не столько об угрозах русскому языку в Украине (и без того очевидных для всех, кроме, видимо, уважаемого Вячеслава Кравченко), сколько о конкретных шагах, действиях, которые должны предпринять все мы, особенно те, кто располагает достаточными для этого ресурсами.

Или мне следовало предложить участникам конференции «не отвлекаться» от теплого ялтинского моря, поскольку «оранжевая пена схлынет (видимо, сама собой. — С. К.), ей уже недолго осталось загрязнять украинские просторы, и правдивый и свободный русский язык снова займет свое высокое место на своей исторической родине — Киевской Руси!»?

Смею Вас заверить, что ждать у моря погоды не является ни моей жизненной позицией, ни позицией нашего еженедельника, а засим — остаемся оптимистами, верим в то, что все у нас и наших единомышленников получится, но только в том случае, если будем работать, засучив рукава и не тратя время на мелкие дрязги!

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...
Загрузка...
Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Маркетгид
Загрузка...
Авторские колонки

Блоги

Ошибка