Взрослые дети

№16v(744) 1 — 7 мая 2015 г. 29 Апреля 2015 0

Норвежец Ларс Соби Кристенсен написал книгу из двух совершенно разных частей, почти никак не связанных между собой. Испанец Хуан Хосе Мильяс тоже написал книгу из двух очень разных частей, но у него по крайней мере героем обеих является один и тот же человек, сначала подросток, потом зрелый мужчина. Заглавный рассказ сборника Ильи Одегова из Казахстана — о том, как 12-летний мальчик приехал в деревню и узнал много нового. Герой романа украинца Владимира Лиса — взрослый дядька, но с умом ребенка. Итак, все книги в нынешнем обозрении так или иначе связаны с темой взросления.

Два неудачника

Автор: Ларс Соби Кристенсен

Название: «Посредник»

Язык: русский перевод с норвежского

Жанр: психологическая драма

Издательство: М.: «Иностранка», 2015

Объем: 384 с.

Оценка: *****

Где купить: yakaboo.ua

Норвегия может показаться самой литературной страной Европы — по крайней мере по количеству известных писателей на душу населения. Казалось бы, всего пять миллионов жителей, а какая плеяда популярных прозаиков — Эрленд Лу, Юстейн Гордер, Ю Несбе, Хербьерг Вассму, Туре Ренберг, Рой Якобсен... Впрочем, дело не только в литературных талантах норвежцев, но и в мощной государственной поддержке. Вот какое благотворное влияние может оказывать на литературу правильное распределение доходов от экспорта нефти.

Даже в таком впечатляющем ряду имя Ларса Соби Кристенсена стоит особняком. На счету главного современного писателя Норвегии более полусотни книг прозы и стихов, в том числе двадцать романов. Самый известный — 800-страничный «Полубрат», масштабный семейный эпос, отголоски которого можно заметить в «Посреднике». По крайней мере в его первой, сугубо реалистической части. Она носит название «Блесны» и представляет собой неспешный роман воспитания, все драматические события которого происходят в самом финале.

Герой «Блесен», подросток Крис по кличке Умник, время действия — конец 1960-х, место — дачный поселок в окрестностях Осло. Крис немножко белая ворона — он пробует писать стихи, сторонится хулиганистых парней, стесняется дружбы с бедным соседским мальчишкой и мечтает о первом поцелуе. События развиваются медленно, долгое время ничего экстраординарного не происходит. Тем неожиданней выглядит кульминация, тем более роковым оказывается Крисово малодушие. Последствия одного единственного проступка ложатся тенью на всю его последующую жизнь.

Вторая часть, одноименная со всем романом, переносит читателя в депрессивный американский городок, где один за другим приключаются несчастные случаи со смертельным исходом. Для оповещения родственников погибших власти выбирают специального Посредника. Эксцентричный сюжет нужен Кристенсену для того, чтобы срифмовать две части: в ключевой момент Посредник ведет себя так же бестолково, как и Умник, только на этот раз ошибка приводит к полноценной трагедии.

Наконец, в эпилоге все линии сходятся. Автором второй части оказывается неприкаянный герой первой, на авансцену выходит непоцелованная девочка, теперь уже вполне бабушка, а роман превращается в плач об упущенных возможностях и роковых ошибках. А еще — о неизбежных потерях, о смерти родного человека, с которой невозможно примириться. На последних страницах «Посредника» царствует меланхолия, причем очень личная, авторская. Похоже, в этой книге не обошлось без автобиографических мотивов.

И все же в единое целое, даже несмотря на общие мотивы, «Блесны» и «Посредник» не очень-то складываются. Они как джинсы и фрак — сочетание неординарное, но вряд ли гармоничное. Пожалуй, больше всего в романе Кристенсена запоминаются не терзания подростка из первой части и не кафкианская атмосфера второй, а исповедальный эпилог, в котором шестидесятилетий автор отбрасывает условности и говорит фактически от первого лица. Говорит о вещах печальных, щемящих, саднящих, и, наверное, неизбежных. По крайней мере для тех, кто привык не только идти вперед, но оглядываться назад и смотреть по сторонам.

Улетающие слова

Автор: Хуан Хосе Мильяс

Название: «В алфавитном порядке»

Язык: русский перевод с испанского

Жанр: драматическая фантазия

Издательство: М.: «Иностранка», 2015

Объем: 256 с.

Оценка: *****

Где купить: solemio.com.ua

Испанец Хуан Хосе Мильяс, между прочим, изобрел свой собственный литературный жанр или, точнее сказать, метод. Это так называемый el articuento, гибрид журналистики и литературы, при помощи которого писатель смотрит на обычные вещи с необычного ракурса и внедряет в повседневность элементы фантастики. В романе 1998 г. дело обстоит именно так, причем первые страницы «В алфавитном порядке» больше всего напоминают, представьте себе, «Федорино горе» Корнея Чуковского.

Вот только у Мильяса побег совершают не сковородки с кастрюлями, а печатные тексты. А еще точнее — их бумажные носители. Книги, журналы, тетради, брошюры, буклеты, листовки взмахивают своими страницами-крыльями и улетают прочь от людей. Оказывается, что мир, лишенный текстов, совсем не похож на тот, к которому мы привыкли. Интересно, что подобные приемы любил использовать географический сосед Мильяса, португальский нобелевский лауреат Жозе Сарамаго. Впрочем, Мильяс обращается с реальностью более осторожно: вышеописанные чудеса происходят не в действительности, а в температурном бреду подростка Хулио.

Бегство печатных текстов — только первый этап горячечной фантасмагории. Вслед за ними исчезают отдельные буквы и целые слова, из-за чего обозначаемые ими предметы преображаются до неузнаваемости. По существу, Мильяс меняет местами причину и следствие, и это напоминает уже не Чуковского, а средневековые диспуты номиналистов и реалистов. Как видите, от детской сказки до философских баталий — один шаг. Кроме того, в подростковых фантазиях Хулио возникает эротический аспект; было бы странно, если бы у отдавшегося грезам пубертатного подростка он не возникал.

Вторая часть совершенно другая. Хулио повзрослел на 25 лет, стал журналистом, он живет один, без семьи, и теперь его преследуют фантазии несколько иного рода. Во время беседы со случайно встретившейся женщиной Хулио придумывает себе несуществующих жену и ребенка, и вскоре спонтанная забава превращается в постоянную игру. Это как бы те же штучки, только наоборот: получается мир, населенный фантомами, который не намного более реален, чем мир, лишенный книг, букв и слов.

Интересно, что романы Мильяса и Кристенсена сближает не только структура «два в одном», но и тема личных потерь: в первой части «В алфавитном порядке» при смерти находится дедушка Хулио, во второй — его отец. Мильяс проводит любопытные параллели между исчезновением букв, слов, понятий, явлений и уходом в небытие людей. В обеих частях романа одной из ведущих является борхесовская тема энциклопедического словаря, в котором записано все сущее. Никто не забыт, ничто не забыто, при необходимости дерните шнур, выдавите стекло и возродите утраченный мир, начиная с буквы «А».

«В алфавитном порядке» — книга игровая и даже игривая, в ее второй части предостаточно обаятельного печального юмора. Однако в целом она довольно-таки мрачная. Можно считать, что Мильяс внес свой посильный вклад в планетарную эсхатологию, хотя лично мне представляется, что конец света наступит по куда более прозаичным причинам, чем те, которые изобразил испанский писатель.

Недетские истории

Автор: Илья Одегов

Название: «Тимур и его лето»

Язык: русский

Жанр: сборник рассказов

Издательство: М.: «Текст», 2014

Объем: 160 с.

Оценка: *****

Где купить: ozon.ru

В каждой постсоветской республике найдется хотя бы несколько заметных русскоязычных писателей. Иногда даже очень заметных — как Лена Элтанг в Литве, Андрей Иванов в Эстонии, Субхат Афлатуни (Евгений Абдуллаев) в Узбекистане. Возможно, с годами этот список пополнит молодой алма-атинский прозаик Илья Одегов. В 2013 г. он стал лауреатом «Русской премии» в номинации «малая проза» и получил возможность издать премированную книгу в России.

Сборник озаглавлен по названию первого рассказа, сюжет которого — городской мальчик на лето приезжает в деревню — книгочеям встречался десятки раз. Сначала картинка вполне пасторальная: строгая, но добрая бабушка, новые друзья, коровки-лошадки-овечки, радости жизни на природе и все такое. Но уже на 12-й странице, когда из соседской бани на Тимура с дьявольским хохотом выбежит голая девка, это умильное «Простоквашино» начнет трещать по швам. Дальше больше, от поллюции и мастурбации до вуайеризма и скотоложства. Вот тебе, бабушка, Тимуров день.

К теме недетской детскости Одегов обращается и в других рассказах. В «Аннушка хочет есть» мальчишка Радж, чтобы заработать на лекарство для больной сестры, пытается заняться наркоторговлей; авантюра заканчивается полным провалом и жестоким убийством. В рассказе с милым звукоподражательным названием «Пелестань» снова возникает тема мастурбации, но на этот раз нехорошими излишествами занимается простодушная пятилетняя девочка, а с катушек слетает ее растерянный и оттого разъяренный отец.

Герои рассказов Одегова нередко оказываются на грани дозволенного, на меже пристойного, и порой позволяют себе эту грань-межу переступить. Пожалуй, в таких сюжетах есть элемент откровенного эпатажа, но куда важнее, что брутальные истории выявляют подноготную сущность персонажей, делают явными тайные свойства их натуры. Еще один показательный пример — новелла «Пришелец и космонавты», в которой юный дачник, воспользовавшись беспамятством пьяной девушки-соседки, предлагает сделать то же самое сельским парням, и получает в ответ совсем не то, на что рассчитывал.

Получается, что большинство рассказов сборника — о совести, вернее, о феномене ее отсутствия. О том, что заставить замолчать эту неприятную докучливую особу не так уж трудно. О том, что понятия добра и зла не слишком надежны, что в экстремальных ситуациях животное начало берет верх над какими бы то ни было умозрительными конструкциями. Нравственный закон внутри нас штука, конечно, удивительная, но там же, внутри нас, живет еще и первозданный зверь, который ознакомиться с возвышенными сентенциями Канта возможности не имеет.

Завершает сборник небольшая повесть «Овца». О пропавшей скотинке, хозяйской ответственности, чиновничьей трусости, человечьей и собачьей преданности, о случайном стечении обстоятельств, от которого зависит жизнь и смерть. Простая, очень точная и живая история, с четко выверенной интонацией и уже без малейших признаков эпатажа.

Напоследок — любопытная деталь. Население Казахстана в 3,5 раза превышает население Норвегии, запасы нефти — в 3 раза больше норвежских. Вопрос: слыхали ли вы хоть что-нибудь о современных казахских писателях?

Чудеса в Кукуричках

Автор: Владимир Лис

Название: «Іван і Чорна Пантера»

Язык: украинский

Жанр: сказка для невзрослых

Издательство: Х.: «Клуб сімейного дозвілля», 2012

Объем: 320 с.

Оценка: ***

Где купить: booklya.com.ua

Живет в забытом богом волынском селе Кукурички умственно не вполне полноценный парень Иван. Однажды на автобусной остановке он находит глянцевый журнал с портретом чернокожей модели умопомрачительной красоты. Иван притаскивает портрет на чердак и начинает испытывать к незнакомой красотке нежные и весьма экзальтированные чувства. Нет-нет, не подумайте плохого, любовь Ивана чиста и невинна. Мастурбации не дождетесь, хотя кое-какая клубничка тут все-таки вырастет.

Тем временем вокруг чернокожей модели умопомрачительной красоты Тауми Рэмпбелл, королевы подиума, звезды скандала, девушки на миллион долларов за один выход, разворачивается череда загадочных, порой трагических историй. Читателю намекают, что к восхождению на трон шоу-бизнеса красотки гаитянского происхождения причастны какие-то жуткие сверхъестественные силы. Что без удивительных чудес в этом романе дело не обойдется, а значит, у Ивана появляются шансы.

Вскоре вышеупомянутые силы дают о себе знать. Таоми приглашают в тщательно законспирированный нью-йоркский особняк, где таинственный гаитянско-африканский дедушка-маг Джавиртан Тамперествье сообщает ей много нового и интересного. Оказывается, Таоми — потомок великой праматери-мамбы Тумми Маликолоне, дочери богов грома и земли, и теперь избалованной модельке надлежит совершить путешествие в далекую страну Юкрайну, чтобы добыть там череп такой же великой мамбы, только белой. Потому что обладатель двух черепов становится властелином всего мира.

И вот ведь что получается. Когда Лис пишет об Иване и Кукуричках, все просто замечательно: яркая речь с обаятельными диалектизмами, выразительные идиомы, колоритные персонажи, подлинность в каждом слове. А когда о Тауми и всяких там нью-йорках, лондонах, монако — тихий ужас. Сплошные клише вроде «розкішний», «бездоганний», «найкращий» и «найдорожчий», сплошные общие места вместо конкретики, сплошные схемы вместо реалий. Спрашивается: зачем писать о богатой жизни, если имеешь о ней настолько поверхностное представление?

Доходит до совсем уж непотребных вещей. То Россия обозначается словом «Рашен», то в английском слове «королева» появляется заглавная буква G, то Тауми выдает сугубо советскую фразу о племени тумбо-юмбо, словно она читала Ильфа и Петрова, да и то не слишком внимательно. Что до сюжета, то ближе к финалу реализм окончательно уступает место волшебной сказке. Не совсем понятно, кто ее адресат: для взрослого человека все это чересчур наивно и нелепо, для читателя помладше в романе слишком много рискованных сцен, в том числе с изнасилованием, однополой любовью и даже такой изысканной перверсией, как «золотой дождь»...

Впрочем, самое интересное не это. Самое интересное то, что образ Ивана в романе Лиса в некоторой мере можно считать образом Украины. Мол, мы тут селюки и дураки, зато с чистой душой, светлыми помыслами и в согласии с природой — вон, даже дикие львы разговаривают с нами как с равными. И чернокожие модели умопомрачительной красоты считают своим долгом сделать для нас что-нибудь хорошее, иначе душа у них болит и плачет. И если кто захочет причинить нам зло, так ему же хуже выйдет. По крайней мере в сказках всегда случается именно так.

Оценки:

******* — великолепно, шедевр

****** — отлично, сильно

***** — достаточно хорошо

**** — неплохо, приемлемо

*** — довольно посредственно

** — совсем слабо

* — бездарно, безобразно

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Вздрогнем по маленькой

После огромных романов-эпопей, заполонивших предыдущее книжное обозрение, самое время...

Эволюция чтения в разнообразии носителей

Неужели пришло время утверждать, что электронная книга мертва?

Размер и значение

В нынешнем обозрении одна большая книга и три маленьких

С днем рожденья, сукин сын!

 Из 23 респондентов пятеро затруднились ответить, когда родился Пушкин, а 18 считали,...

Поверх жанров

«Карта неба» испанца Феликса Пальмы — это, конечно, фантастика, но настолько...

Смятение души

В строке «жанр» у всех четырех книг нынешнего обозрения имеется слово...

Частное и общее

Во всех четырех романах очередного книжного обозрения присутствуют любовь и политика,...

Лукаво прищурясь

Ни одну из этих четырех книг нельзя назвать юмористической, но все они написаны с...

«Вдыхать» — слово года по версии Oxford Dictionaries

Выбирая слово года, лексикографы и консультанты Oxford Dictionaries исходили из того, что оно...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Блоги

Авторские колонки

Ошибка