Оппоблок против Святого майдана

06 Декабря 2016 3 4.8

На прошлой неделе скандалом завершился выпуск политического ток-шоу «Черное зеркало». Дискуссия забуксовала после того как бывший вице-премьер, а ныне представитель Оппозиционного блока Александр Вилкул упомянул слово переворот в отношении случившегося три года назад перехода власти от покинувшего Киев Виктора Януковича к другим политикам. Это слово настолько шокировало собравшихся, что они некоторое время требовали от Вилкула извинений, а потом ушли из студии.

«Гідність» и «покидьки»

Ведущий шоу Алексей Лихман назвал случившееся срывом программы. Хотя, если вникнуть, то «Черное зеркало» 2 декабря продолжалось 1 час и 26 мин., а выпуск от 25 ноября продлился – 1 час 39 мин. То есть сорвано было не так уж много, а интерес к передаче из-за скандала вырос прилично. Взять, к примеру, число просмотров на Youtube — 270 тысяч против стандартных 20-25 тыс. Так что, когда в конце шоу Лихман говорил, что не благодарен Вилкулу, он был или наивен, или лукав.

До главного события «Черное зеркало» не впечатляло, точнее, дискуссия соответствовала составу участников. Сергей Каплин, Борислав Береза, Юрий Левченко, Татьяна Острикова из «Самопомощи», Виктория Пташник которую исключили из «Самопомощи», внефракционный депутат Дмитрий Добродомов, представитель власти («БПП») Сергей Рудык, ну и от прошлой «злочинной» власти Вилкул — в общем, какие-то сплошные недосбитые летчики.

И вот минут за 10 до окончания эфира слово предоставили Александру Вилкулу, и он сразу же и совершил свой кощунственный акт. «Давайте скажем честно, что в нашей стране после переворота состоялась огромная манипуляция. Пообещав Европу, европейские ценности и все остальное интересное, на самом деле мы идем в никуда...» И дальше экс-регионал продолжал говорить, но в студии уже роптали: «Який переворот?», «О чем он говорит?» и т. д.

Как только Вилкул закончил, Добродомов сразу призвал его извиниться перед родственниками «героев небесной сотни» за то, что назвал майдан переворотом. «Революцію гідності переворотом!» — подключился возмущенный женский голос.

Вилкул и Добродомов некоторое время твердили друг другу «нет, это вы принесли войну».

«Вы понимаете слово «гідність», вы понимаете, что сейчас обидели людей, которые вышли за свою гиднисть?» — напирал бывший львовский журналист, а после депутат ВР Добродомов.

«Александр, ответьте четко одним словом, как вы оцениваете события трехлетней давности», — своим немного манерным тоном заметил ведущий Алексей Лихман.

Вилкул ответил, что оценивает эти события так же, как и огромное количество людей, которые «тогда вышли на майдан из лучших побуждений, а теперь ненавидят вас больше, чем всех остальных». «Да не тыкай в меня пальцем, я не в коалиции», — говорил в это время Добродомов.

Ведущего объяснение вроде бы удовлетворило, но не патриотов в студии. Слово взял Левченко, ему, кажется, было физически больно говорить, до такой степени опечалил его представитель недобитой власти Януковича. «При всем уважении, Алексей, вы ведущий, но или человек извинится, или вы ему микрофон выключаете, но я не могу спокойно сидеть и продолжать дискуссию, когда человек назвал майдан, где сотни людей погибли моих побратимов, переворотом. Я считаю подавляющее большинство этой власти последними мерзавцами («покидьками»), но это не значит, что майдан был переворотом, это абсолютно разные вещи. Святой майдан и то, что потом олигархи и вы в том числе (это уже, видимо, Вилкулу, а не ведущему — прим.) обдурили людей и пришли в парламент».

К разговору подключился Береза, заметивший, что «мы на майдане с первых дней шли не за Кличком и не за Яценюком, а за своей гиднистю, и мы не говорим, что это переворот, это майдан».

Каплин несколько миролюбиво предложил поставить точку на том, что «покидьки» использовали революцию романтиков, как это всегда и бывает. Ведущий тоном учителя, недовольного своим учеником, в сотый раз наказал Вилкулу точно подбирать слова. «Если Александр считает, что итогами революции воспользовались негодяи, то так и надо говорить. Но если, извините, вы считаете, что это был переворот, тогда...» — Лихман не закончил, что же будет тогда.

В студии между тем медленно, но верно раскручивался маховик «оскорбленных чувств верующих». «Переворот или майдан» — уже почти скандировали собравшиеся.

«Нельзя эту революцию называть переворотом только потому, что так говорил Янукович», — сказал еще кто-то.

«Все либо он извиняется, либо мы уходим. Других вариантов нет», — бушевал Береза.

Вилкул стал сдавать. Сначала напомнил всем, что Партия регионов состояла из множества маленьких януковичей, что, собственно, и привело ее к печальному финалу. И перейдя на украинский, заметил: «наше завдання зараз зшити країну». Ну просто как Виктор Федорович в свое время. А спустя минуту он уже по-русски напомнил о существовании «разных оценок в нашем обществе». «Мы к Януковичу, который оказался трусливым предателем, относимся еще хуже, чем вы, и если он говорит, что это переворот, тогда я согласен — это революция», — добавил Вилкул, решив отшутиться, но никто не посмеялся.

«Цинизм», «вы не имеете права так говорить», «вибачення», — можно было разобрать в студийном многоголосьи. Александр Вилкул, впрочем, извиняться не собирался, и тогда все стали постепенно уходить. Последней покидала эфир Виктория Пташник, которая не так часто брала слово и чувствовала, что не наговорилась. «Я не знаю про кого Александр говорит, когда говорит, что есть разные оценки. Нет разных оценок. У нас украинский народ, не пророссийский, не промедведчуковский, и он говорит, что это революция гидности, и так зарождалась украинская нация. И украинский народ хочет услышать извинения», — возмущалась она.

Но ответил людоед «нет» — то есть Вилкул просто стоял и улыбался. Этим все и закончилось и, судя по всему, даже Парасюк не успел приехать и провести повторный бой с автомобилем депутата Оппоблока.

 «Бить будете, папаша?»

И это, пожалуй, главный вывод. Парасюк не примчался, другие побратимы тоже занимались какими-то более важными делами, чем просмотр канала «Интер», а собравшиеся в студии, включая экс-спикера самого «Правого сектора» Березу или представителя «Свободы» Левченко, не набросились и не растерзали кощунствующего оппонента. Они просто ушли, словно не украинские депутаты, а какие-то джентльмены из высшего общества.

В этом плане можно вспомнить и недавнее избиение Олега Ляшко лидером Оппоблока Юрием Бойко прямо на согласительном совете в Раде. И тогда тоже никто за главного радикала не вступился, и спикер Андрей Парубий наблюдал за процессом весьма индифферентно. Получается, что украинский националист обвиняет сидящего рядом коллегу в связи с рукой Москвы и сразу же этой рукой получает по физиономии, а всем остальным и дела нет.

А ранее тот же Вилкул успешно дал отпор Парасюку после совместного телеэфира, чем и спровоцировал выброс агрессии депутата-сотника в отношении своего автомобиля (защищать машину, правда, оппозиционер уже не стал).

В общем, налицо не только то, что представители Оппозиционного блока, ну по крайней мере двое вышеупомянутых, немного подняли уровень физической подготовки и решили агрессивнее вести себя в рамках принятой в нашем политикуме куртуазности поведения. Заметно и падение активности их противников и где-то даже стоическая оценка ситуации. Еще немного, и раздастся шариковское «бить будете папаша?» И спрос на это совершенно очевиден. Конечно, Оппоблок на «папашу» совсем не тянет, разве что на своего «батю», который тоже сшивал-сшивал Украину, пока она не треснула. Но и других бать нет и не предвидится.

Падает и вера в святой майдан, даже у говорящих голов в телевизоре, а о простом народе и говорить нечего. Эфир показал, что веры в «гідність» у самих непосредственных участников уже почти столько, сколько было в 90-м у партийных деятелей веры в скорое завершение строительства коммунизма. То есть заклинания повторяются, но уже по дрожащему голосу понятно, что магическая сила из них ушла.

Все это, пожалуй, лучше всего передали последние слова, сказанные Викторией Пташник. Общий вывод-выжимку из аргументации ее и коллег можно сформулировать в трех пунктах. 1. Никакого другого народа нет, бомбим дальше. 2. Все были за майдан, и так все и осталось. Майдан святой. 3. Это не революция и не переворот. Это майдан.

По последнему пункту желающие могут рисовать мем-картинки из фильма «300 спартанцев». Посланник Вилкул будет спрашивать царя майдана «Так это революция или переворот?» А царь со своим «это майдан» столкнет его в яму.

Бунт без развития

Вообще эфир «Черного зеркала» косвенно послужил толчком для повышения самообразованности у населения. Многие, как можно было прочитать в Фейсбуке, полезли в Википедию и даже «начитались ее». Дело не бесполезное. Само стремление разобраться, а не только возмущаться вместе с березами (или вилкулами) — это уже путь к истине.

Итак, что же могли вычитать любознательные телезрители в интернетах? С Википедии и начнем поиски и сразу же прочитаем, что этимологически «переворот» означает то же, что и революция (лат. revolutio — поворот, переворот), — это «смена власти в государстве, осуществляемая обязательно с нарушением действующих на данный момент конституционных и правовых норм, обычно с применением силы для захвата центров управления государством и осуществлением физической изоляции (иногда ареста или убийства) действующих его руководителей», но не обязательно с «революционными по своим масштабам последствиями».

Большой энциклопедический словарь также приводит позднелат. revolutio (поворот — переворот) и называет революцией «глубокие качественные изменения в развитии».

Попробуем процитировать декоммунизированных специалистов по революции 1917 года. Например, Иосиф Сталин просто разделял революции на буржуазную, задача которой «сводится к тому, чтобы захватить власть и привести ее в соответствие с наличной буржуазной экономикой», и пролетарскую, которая построит «новую, социалистическую экономику». У большевиков революция была не достоинства, но в чем-чем, а в плане новой экономики они не обманули, действительно строили.

При этом в толковом словаре Ушакова, вышедшем в 30-е годы прошлого века, то есть на пике захваченной революционерами власти, никто не стесняется слова «переворот». Революция в этом словаре формулируется как «переворот в общественно-политических отношениях, совершаемый насильственным путем и приводящий к переходу государственной власти от господствующего класса к другому, общественно-передовому классу».

В советских словарях, конечно, позитивное отношение к революциям, как к «локомотиву истории» по Карлу Марксу. В более современных словарях взгляд уже менее восторженный. В российской Новой философской энциклопедии отмечается, что «сам термин «революция» появился в XIV в. и означал тогда вращательное движение, хождение по кругу». Так и работа Николая Коперника называлась «Об обращении небесных тел» (De revolutionibus orbium coelestium). Вот, уже ближе к нашей теме!

Наконец обратимся к просвещенной Европе, в частности, знающей толк в революциях Франции. В относительно свежем философском словаре Андре Конт-Спонвиля к революции предъявляются не столь суровые требования, это просто «победоносный коллективный бунт; восстание, увенчавшееся хотя бы временным успехом и свержением общественных или государственных структур».

В общем, не все то революция, что переворот, но, безусловно, без переворота революцию не сделать. Так что Александр Вилкул совершенно логично называл случившееся на евромайдане переворотом, вне зависимости от того, что думает по этому поводу Виктор Янукович и все прочие. И его оппоненты в данном случае не столько заступались за своих героев революции, сколько принижали их заслуги. Что ж, получается, они и какого-никакого завалящего переворота не сделали, все как-то само получилось? И Янукович мог вернуться после кратковременного визита в Ростов, все бы с пониманием отнеслись. Переворота же не было.

С другой стороны, студия «Черного зеркала» и не утверждала, что майдан является революцией, не будучи переворотом. «Революция достоинства» — это образное выражение. А вообще это просто майдан. И нация на нем родилась целая, по словам г-жи Пташник, ей уже три года. Немного странно и неправильно технически, что не была переименована страна, например, в тот же Майдан. В крайней случае можно было поменять названия месяцев в честь прошедшей революции, если уж равняться не на проклятый «совок», а на прогрессивную Францию. Каждый месяц можно было бы назвать в честь лидера восстания — Порошедор, Яценивоз, Кличкомер, Тягнибокаль и т. д.

Но это же не революция и не переворот, а майдан. Это совсем другое дело. Ну а определение должен срочно разработать какой-нибудь Институт национальной памяти, а то философская дискуссия в обществе... Люди в Википедию лезут. Как бы они там не начитались, чего не надо.


Загрузка...
Загрузка...
Комментарии 3
Войдите, чтобы оставить комментарий
Всеволод
07 Декабря 2016, Всеволод

Понятие "революция" Майдану конечно не соответствует, ему скорее соответствует понятие "эволюция". Майдан был одним из этапов эволюционного развития украинского общества. Не более и не менее. Мы это развитие сейчас наблюдаем, а Майдан был наверное одним из наиболее ярких внешних его проявлений.

- -41 +
Всеволод
07 Декабря 2016, Всеволод

Кажется автор немного запутался в определениях (или умышленно попытался запутать читателей). Возможен переворот без революции так же как возможна революция без переворота (вопреки утверждению автора). Но в любом случае Майдан не попадает ни под одно из этих определений. Майдан не является ни тем ни другим, т.е. ни переворотом, ни революцией (согласно тем определениям, которые привёл автор).

- -37 +
Andrei

Это был олигархический переворот под чутким руководством дядюшки Сэма
и исходя из его геополитических интересов. В результате на смену умеренным и либеральным ворам Януковича к власти пришли явные отмopoзки и бандиты
(фамилии и результаты их деятельности вcем известны).
Перефразируя крылатую фразу Ф.Гойи: "Сон разума рождает чудовищ" можна
уверенно сказать : "Отсутствие разума порождает майдан !"

- 104 +

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка