Что мне запомнилось. Доктор В.З. Зильберштейн

31 Июля 2019 4.7

           Расскажу об одном из главных действующих лиц в истории Херсонской больницы имени А. и О. Тропиных (в народе – «Тропинка») – докторе Владимире Зиновьевиче Зильберштейне. Краткая справка об этом человеке: родился в 1886 году в купеческой семье, закончил Новороссийский (Одесский) университет в 1910 году, врач-окулист. Десятки лет руководил Тропинкой. Умер в 1955 году в возрасте 69 лет. Вот что написано о нем на больничном сайте:

 «…Линейка, запряженная лошадкой, каждое утро, в любую погоду, привозила Владимира Зиновьевича с улицы Суворова, где он жил, в больницу, расположенную тогда на далекой окраине Херсона. Свой обход главный врач начинал с родильного отделения, справляясь о количестве родившихся и состоянии их здоровья. Затем он обходил все корпуса, непременно заглядывал на кухню, не забывая и о конюшне, осматривал и оранжерею - здесь готовились букеты для отделений. Дело в том, что по заведенным тогда правилам утром садовник разносил в отделения приготовленные букеты цветов. Наиболее красивые и пышные Владимир Зиновьевич рекомендовал относить в детское и родильное отделения. Вспоминает буфетчица хирургического отделения Финенко: "Будучи на сносях, я продолжала работать. Схватки начались у меня во время раздачи обеда. Анна Васильевна Кузьменко сообщила об этом Владимиру Зиновьевичу. Он сказал: "Немедленно в родзал!" Но я все-таки продолжала раздавать обед, а когда обед закончился, пошла в родзал в сопровождении Анны Васильевны. Владимир Зиновьевич при родах присутствовал. А утром пришел ко мне с огромным букетом темно-красных роз. Разве такое можно забыть?"

Владимир Зиновьевич был оперирующим окулистом, вдумчивым врачом, знал акушерство, слыл искушенным терапевтом, действительно, образцом земского врача, который "и швец, и жнец, и на дуде игрец". Он сплотил коллектив и так организовал работу в больнице, что в послевоенные годы. "Тропинка" постоянно занимала первые места в смотрах лечебных учреждений города.

Скорее всего, только поэтому уже на следующий день после начала Великой Отечественной войны на базе больницы организовали эвакогоспиталь №1959, который возглавил майор медслужбы В.З.Зильберштейн. Все 1418 дней войны госпиталь действовал как медицинское учреждение Красной, а затем Советской Армии».

            А теперь я расскажу о том, что запомнилось лично мне об этом человеке. Во времена нашего знакомства он знал обо мне куда больше, чем я о нем: ведь к моменту его смерти мне только исполнилось 10 лет. Насчет пролетки, то мне действительно врезалось в память, что каждое утро, независимо от погоды, стояла ли зимняя тьма или начинался погожий летний денек, ровно в 6.30 раздавался цокот копыт – доктор уезжал на работу. Интересно, в те послевоенные годы у главврача городской больницы не было служебного автомобиля, и иметь свой персональный конный выезд было вполне престижно. А какой автомобильный парк сегодня в любом медучреждении… Наверное, лечат лучше.                     Он жил в доме №10, по улице Суворовской, принадлежащем его отцу, купцу 1-й гильдии, Зиновию Зильберштейну. Дом был большой, просторный, в нем умещался и ювелирный магазин хозяина, и 7 или 8 больших жилых комнат.

            После освобождения Херсона несколько комнат в его доме заняло Международное общество Красного Креста и Красного Полумесяца, которое возглавляла моя бабушка, Млода Исааковна Эльзон. Доктор вернулся с фронта, вновь возглавил Тропинку, а на бабушку за уплотнение не обижался, они даже стали друзьями. Иногда он заходил по вечерам к бабушке, чаще – она брала меня и приходила пить чай к нему. Они вели по вечерам долгие беседы, мне было скучно, и я просматривал книги в его огромной библиотеке. Все они были украшены одним рисунком, который встречается сегодня в некоторых книгах уже моей библиотеки, доставшейся мне по наследству от бабушки. Хорошо помню, как она радовалась таким подаркам, и всегда старалась тоже отблагодарить его взамен чем-то. 

            В.З.Зильберштейн уже много лет был вдовцом. За его хозяйством приглядывала чистоплотная сельская женщина, она же имела там свою комнату. Помню, как он всегда вежливо и корректно обращался к ней  только на «вы»: - Дуся, будьте любезны, принесите, пожалуйста…  Через несколько месяцев после его смерти из Ленинграда приехал его сын, известный ученый, с которым они не поддерживали каких-либо отношений, и просил домработницу дать ему на память несколько книг из отцовой библиотеки. Та отказала, он зашел к бабушке, представился и попросил помочь ему. Бабушка пошла, о чем-то громко говорила с той женщиной, делала упор на то, что «профессор приехал из самого Ленинграда», и сын доктора получил, наконец, разрешение взять на память книги. После этого бабушка пригласила его к себе, накормила, расспросила, а уже вечером (я почему-то запомнил этот разговор) возмущенно рассказывала моей маме, что служанка доктора Зильберштейна называет себя его женой и панически боится возможных наследников.

            И еще я запомнил, что доктор Зильберштейн в свои последние годы почему-то увлекся произведениями Ленина и говорил бабушке: - «Боже мой, Млода,  здесь же сплошная склока… Все у него плохие: Плеханов – такой, Аксельроде – сякой, тот – ренегат, этот – безмозглый дурачок, а вся интеллигенция чохом – г…». Бабушка оглядывалась на меня, просила его прекратить, а потом строго наказывала мне не распространяться об этих разговорах, отчего, наверное, и запомнил я это. Теперь, спустя годы, когда мне  примерно  столько же лет, сколько тогда было им, я понимаю, что доктор Зильберштейн был в высшей степени порядочным, достойным человеком, и то, что он так доверял моей бабушке, говорит в ее пользу, и мне очень приятно.

***

            В нашем городе сегодня более 500 улиц. Масса всяких Восточных, Северных, Текстильных. Думаю, было бы справедливым, если бы одна из них, в знак благодарной памяти тысяч херсонцев, была названа добрым именем этого подвижника. А ваше мнение? 

Редакция может не разделять мнение автора материалов. Публикации подаются в авторской редакции.

Два капитана

Свобода слова "по-украински" - запретить детям разговаривать на родном языке

Жаль, фейерверков не было

Несколько слов про зоркое око шпрехенфюрера

Новости из Книги рекордов Гиннесса

Дуракам закон не писан или вопросы без ответов

Скажи, кто твой друг, и я скажу...

Пора Зеленскому присвоить звание "Герой Галиции"

Нежданный подарок

Когда сбываются новогодние сны...

Несколько слов о педагогике и личной гигиене

Когда люди бедуют, а руководители страны гоняют на лыжах, в стране что-то неладно

Чем Майдан не Капитолий

Когда бессильна демократия, ее сменяет диктатура

Напутствие

Из записок бывшего директора еврейской школы

Бедные евреи

Из записок бывшего директора еврейской школы

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Авторские колонки

Блоги

Ошибка