Последний вагон для украинской субъектности

07 Июня 2021

Украина имеет возможность развивать биотехнологический кластер. Этот кластер -- сосредоточение производственных, технических и научных направлений на отраслевых стыках сельского хозяйства, биотехнологий, медицины и фармацевтики. Объединение этих отраслей может дать колоссальный синергетический эффект

Два предыдущих материала «2000», в которых экономический эксперт и финансовый аналитик Алексей Кущ описывает структурные преобразования и проблемы в «большой» глобальной финансово-экономической системе и «малой» украинской подсистеме», условно можно назвать ответом на вопрос «Кто виноват?». О том «Что делать?» -- третья и завершающая часть нашей беседы.

Мы попытались взглянуть на условное экономическое завтра Украины. Какие потенциальные отрасли и точки роста возможны в рамках действующей модели украинской экономики? Может ли Украина в ее нынешнем состоянии рассчитывать на некий модернизационный рывок и эффективное встраивание в глобальную торгово-экономическую модель разделения труда на выгодных условиях? И вообще -- не поздно ли трансформироваться и модернизироваться, не ушел ли поезд украинской экономической субъектности навсегда?

-- Алексей, ранее мы обсудили монетарный бэкграунд Украины и его главные недостатки. Поскольку кредитно-денежный поршень у нас не работает или функционирует критически неэффективно, это на практике влияет на возможности страны поддерживать и стимулировать развитие реального сектора экономики в виде промышленности (или индустриального сектора, в широком смысле). Насколько важна правильная кооперация между финансовым и реальным секторами экономики?

-- Экономическая кибернетика показывает, что любая экономическая система, собственно, может аккумулировать до 10% своих ресурсов под потребности процессов видоизменения. За основу возьмем показатель ВВП Украины, который, грубо говоря, составляет около 4 трлн. грн. Значит, наш внутренний модернизационный ресурс составляет примерно 400 млрд. грн.

Эта сумма сопоставима с капитальным инвестициям частного бизнеса в докризисный период. У нас до кризиса частный бизнес инвестировал в развитие около 500 млрд. долл., это то, что называется нормой накопления основного капитала. Для качественного модернизационного рывка нам нужно создать модель, которая бы устроила объем внутренних капитальных инвестиций.

Условно говоря, с докризисных 20 млрд. долл. внутренних капитальных вложений необходимо увеличить этот показатель до 60-70 млрд. долл. Кстати, цифра просто рассчитывается. Если взять оценочную стоимость нашего экономического базиса в виде капитальных активов, то мы получим примерно один триллион долл. Далее берем 20-летнюю амортизацию, делим триллион на 20 и получаем цифру в 50 млрд. долл. Это именно та сумма, которая необходима лишь для поддержания экономической системы на минимальном уровне самовоспроизводства.

Для развития нужно добавлять хотя бы 10-20 млрд. Около 20 млрд. долл. может дать частный бизнес. Весь объем прямых иностранных инвестиций в идеале и при всех возможных ухищрениях в течение ближайших 10 лет мы можем довести до уровня не более 10 млрд. долл. Т.е. у нас есть 30 млрд., и вопрос в том, где взять еще 30-40 млрд. долл.

Часть этой суммы можно обеспечить с помощью кредитного рычага банковской системы, который можно запустить при условии изменения монетарной политики государства. Вторую часть должно дать государство.

-- В плане государственных расходов у нас же даже при нынешних условиях израсходование обобщенного бюджета госзакупок не дает адекватного мультипликатора в рамках национальной экономики. Внутренний рынок напоминает проходной двор. Определенный ресурс государственных финансов как бы есть, но нужно понимать, как и куда эффективно их вкладывать.

-- Склонность к импорту у нас действительно на критическом уровне. Мы закупаем все -- от скрепок до шин и автомобилей, на которых ездят госчиновники. Тем не менее госзакупки – это немного другая тема.

То, что вы озвучили, относительно того, куда вкладывать деньги, – это очень правильный вопрос. Государство должно сконцентрироваться исключительно на инвестициях в социальный капитал. Это наука, образование и медицина – три ключевых сектора. Государство должно подготовить социальный капитал, сделать его конкурентоспособным в условиях современной глобальной экономики. Условно говоря, государство должно подготовить дрожжи или закваску для того, чтобы взошло тесто экономического роста.

А вот тесто уже должен готовить частный бизнес, который на базе капитализированного социального ресурса создаст производство с высоким уровнем добавочной стоимости, создаст новые предприятия и производства. Государству ни в коем случае нельзя впрягаться в строительство заводов за счет государственных денег и т.д. Особенно с учетом того, насколько «эффективно» это могут у нас организовать. Тратить деньги нужно на людей. Государство должно создавать высококонкурентные кадры на рынке труда, а уже бизнес на основе этих трудовых кадров создаст конкурентное производство, которое будет котироваться на внешних рынках.

&&& Кластерное развитие будущего на основе индустриального прошлого

-- Хорошо. Под какие сектора экономики, производственные цепочки государство должно готовить высококвалифицированные кадры, те самые экономически дрожжи?

-- Очень важный момент -- выстроить план развития на основе называемой кластерной модели развития экономики, о которой я постоянно пишу в своих материалах. С чего начать?

Начинать нужно с простейших межесекторальных кластеров, очевидность перспективы развития которых, что называется, лежит на поверхности. Наша экономика является слепком экономики, доставшейся нам от Украинской Советской Социалистической Республики.

-- Точнее, того, что от нее осталось..

-- Да, остатки некоего экономического костяка УССР. Она развивалась на основе принципов размещения производительных сил. Ее структурными элементами были территориально-производственные и научно-производственные комплексы, а также территориально-экономические районы.

Согласно модели кластерного развития, которую в 80-е гг. разработал Майкл Портер* таксономика УССР (таксон – экономическая единица) идеально подходила для трансформации по переходу на рыночные кластеры. Условно говоря, имеющиеся территориально-производственные комплексы нужно было перевести на рыночные условия функционирования.

Однако эти комплексы были поделены и растерзаны разными украинскими финансово-промышленными группами. Получается, что, например, в одном кластере добыча железной руды принадлежит одному олигарху, а производство электроэнергии – другому олигарху. Это полный абсурд с точки зрения экономических связей и логики функционирования кластеров, по которой они создавались.

Кстати, заметьте, один из самых успешных олигархов в Украине, Ринат Ахметов, является таковым, поскольку он как раз, хотя и в очень простом виде, восстановил кластерные принципы на основе Донецкого экономического района и производственных цепочек уголь-кокс-металл, уголь-электроэнергия-металл. Ахметов воспользовался кластерным наследством, но только на очень локальном уровне. 

Имея такое наследственное сокровище в экономике, мы его, грубо говоря, втоптали в грязь.

-- Потенциально какие территориально-производственные кластеры или отдельные производственные цепочки в их рамках перспективно восстанавливать-развивать-модернизировать? Ведь совершенно ясно, что ресурс капвложений ограничен, и его нужно рационально, прагматично и максимально эффективно расходовать.

-- У нас есть высокопродуктивный аграрный сектор, который сейчас все больше и больше наращивает свое доминирование в структуре национальной экономики. Как говорится, тут сам Бог велел создавать межсекторальный сельскохозяйственно-машиностроительный и химический кластер.

Это производство своей сельскохозяйственной техники, производство химических удобрений и средств защиты растений. Подключение сюда биотехнологий, производство биодобавок, кормов для потребностей животноводства и т.д.

Приведу простые и очень наглядные примеры.

Мы являемся одним из крупнейших экспортеров кукурузы в мире, а ее основным покупателем выступает Китай, где построен крупнейший в мире завод по производству биоэтанола. Там же построены крупнейшие заводы по производству комбикормов для животноводства, в частности свиноводства и птицеводства.

В Белоруссии, куда мы экспортируем рапс, построен крупнейший экстракционный завод по производству рапсового масла. В Турцию мы продаем сою, а турки, в свою очередь, создали крупнейшие перерабатывающие мощности для этой культуры.

Очевидно же, что эти заводы должны быть в Украине. В Украине должен быть крупнейший завод по переработке кукурузы на биоэтанол. В Украине должны быть мощности по переработке сои и рапса. Мы же наблюдаем обратное -- в плане развития перерабатывающей промышленности у нас развита только переработка подсолнечника, и благодаря этому Украина является крупным экспортером подсолнечного масла.

Но в данной производственной цепочке используется далеко не весь потенциал и глубина перерабатывающего цикла. Мы, например, если взглянуть на структуру внешней торговли, являемся крупными поставщиками пищевых отходов. В частности, Украина продает много подсолнечного шрота (отходы переработки семян) в Турцию, где построены заводы по производству птичьего корма. Нужно озаботиться созданием этих мощностей у себя и не терять на ровном месте возможности зарабатывать на дополнительном перерабатывающем цикле.

Сельскохозяйственное производство, перерабатывающая промышленность, машиностроение и химическая отрасль – это один большой и очень перспективный украинский кластер.

Возьмем второй кластер – энергетически-машиностроительный. У нас есть колоссальный энергетический комплекс, который нуждается в обслуживании, модернизации и развитии. А это все производство оборудования, комплектующих и прочего на отечественных машиностроительных и приборостроительных предприятиях.

-- Да, по части энергетики «безумные коммуняки» понастроили мощностей и инфраструктуры с большим запасом и прицелом на то, что все это будет развиваться и приумножаться.

-- Так и есть, но мы, к сожалению, сегодня даже не способны эффективно распорядиться хотя бы остатками этого потенциала. А перспектива в этом направлении очень солидная.

Также у нас, например, колоссальное техническое отставание по части коммунального транспорта. Значит, нужно формировать машиностроительный кластер и затачивать производственные мощности под потребности производства троллейбусов, автобусов, трамваев, локомотивов и прочего железнодорожного транспорта.

Однако все это возможности и направления по развитию старой индустрии, в рамках оставшегося промышленного наследия. Есть и перспективы, и критическая потребность создавать и развивать также новые производственные и технологические направления.

Украине очень важно адаптироваться к шестому техническому укладу, который сейчас начинает активно загружаться. Этот уклад будет связан с конвергенцией нано-биотехнологии, информационными и когнитивными технологиями.

Сейчас у Украины есть уникальная возможность. Такая возможность выпадает один раз на 50 лет на стыке широких экономических циклов Кондратьева*. Внутри экономического цикла Кондратьева, который длится 30-40-50 лет, чтобы совершить модернизационный рывок и встроиться, нужно пройти сложный и длительный путь экономической эволюции. Это можно сравнить с эволюционной цепочкой животного мира: поближе к верху цепочки тебя никто просто так не пустит, скорее сожрут в рамках ограничения конкурентной среды.

Чтобы нам из нижних экономических звеньев попасть хотя бы ближе к середине цепочки, нужны колоссальные инвестиции, колоссальные затраты энергии и т.д.

-- Примером того, как в очень сжатые сроки, решительно (можно сказать -- с ноги) открыть себе дверь в экономический клуб развитых и передовых, является сталинский СССР.

-- Совершенно верно, это один из путей. Но в современных условиях мы имеем возможность для рывка именно в разрезе стыка глобальных экономических циклов Кондратьева, когда старые цепочки распадаются и формируются новые. Это, можно сказать, своеобразный эффект обнуления результатов игры.

Именно сейчас можно на минимальных усилиях «вскочить» хотя бы в середину глобальных экономических цепочек. В этом плане Украина имеет возможности развивать биотехнологический кластер. Этот кластер является сосредоточением производственных, технических и научных направлений на отраслевых стыках сельского хозяйства, биотехнологий, медицины и фармацевтики. Объединение этих отраслей может дать колоссальный синергетический эффект.

И государство в рамках выстраивания этих кластеров должно занимать центральную позицию регулировщика: обеспечивать трансферты инвестиций и кредитных ресурсов, направлять инвестиционные, кредитные потоки в нужное русло, соединять инвесторов с готовыми под ключ инвестиционными проектами-площадками. Государство должно выполнять роль условного официанта, который предлагает инвесторам «меню» проектов. К примеру, инвестору государство должно предоставлять перечень, скажем, из десяти проектов «под ключ», где есть выделенная земля, разрешительные документы, подключены коммуникации (вода, газ, электроснабжение, канализация и т.д.), есть транспортная инфраструктура, подведены железнодорожные пути, есть автомобильные дороги и т.д.

Нужна готовая инфраструктура, где от инвестора потребуются только деньги. Но, что очень важно, такой принцип сработает только тогда, если государство умеет и будет защищать свой внутренний рынок (ограничение экспорта нужного производству сырья и ограничение импорта аналогичной готовой продукции).

Все это я очертил лишь пунктирно, но об этом нужно говорить и сосредотачивать усилия на том, чтобы воспользоваться уникальным окном для модернизационного прорыва. В противном случае Украина окончательно и бесповоротно пронесется мимо точки невозврата.

-- Вот относительно точки невозврата. Есть мнения или некие ощущения того, что мы уже прошли эту точку, и надежды на экономический ренессанс и создание/возобновление субъектного украинского государственного проекта уже попросту нет.

-- Действительно, мы семимильными шагами приближаемся к точке невозврата, или, как я это называю, ко Дню национальной катастрофы. Однако я склонен считать, что точку невозврата мы еще не прошли. Украина еще имеет запас примерно в десять лет для совершения коренной трансформации.

Между тем не нужно обольщаться наличием временного пространства для маневра. Текущий тренд демографической ямы, с учетом темпов отрицательного прироста населения (в т.ч. подогреваемого ускоренными темпами трудовой эмиграции) критически опасен.

Если не изменить ситуацию, то рано или поздно Украина пройдет точку невозврата и лишится возможности восстановить свой национальный экономический потенциал, растворившись сырьевым придатком в системе глобальной экономики.

Время есть, нужно действовать, и действовать решительно!

* Циклы Кондратьева -- периодические циклы сменяющихся подъёмов и спадов современной мировой экономики продолжительностью 48—55 лет, описанные в 1920-е гг. советским экономистом Николаем Кондратьевым.

** Майкл Портер -- американский экономист, признанный специалист в области изучения экономической конкуренции, один из творцов «Рейганомики», член президентской комиссии по отраслевой конкурентоспособности при президенте Рональде Рейгане.

Читайте новости Украины и мира на страницах «2000» и в социальных сетях FacebookTwitterLivejournal, а также Telegram

Україна збільшить експорт сільськогосподарської...

Про це розповів Міністр агрополітики та продовольства України Роман Лещенко після...

Минфин увеличил размещение облигаций внутреннего...

Министерство финансов на состоявшемся 22 июня аукционе по продаже облигаций...

Мотор Сич национализировать не будут, - Уруский

Власти Украины не намерены национализировать предприятие Мотор Сич, заявил...

Британия и Украина будут строить военные корабли

21 июня на борту стоящего в Одесском порту британского эсминца Defender состоялась...

Минфин предоставил отчет о выполнении госбюджета-2020

В Верховной Раде Украины министр финансов Украины Сергей Марченко представил годовой...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Авторские колонки

Блоги

Ошибка