Будни карателей

№18-19 (460) 8 - 14 мая 2009 г. 08 Мая 2009

На открытии памятника сотрудникам угрозыска в Киеве 14 апреля министр Юрий Луценко подчеркнул, что милиции должны быть присущи по большей части не карательные, а правозащитные функции.

Тем не менее «призрак бродит в МВД, призрак криминала» — так, перефразируя Маркса, можно охарактеризовать нынешнее положение как с личным составом днепропетровской милиции, так и с подготовкой будущих стражей правопорядка. Иначе чем можно объяснить четыре уголовных дела в отношении офицеров разных РОВД Днепропетровска, переданных в суды только в январе — феврале нынешнего года? В тяжких преступлениях обвиняются вчерашние выпускники милицейских вузов, которым не исполнилось и тридцати. Корреспондент «2000» исследовал стремительное «пике в УК» молодых офицеров милиции, воспитанников «новой власти».

Я не против милиции, я боюсь ее

После общения со следователем прокуратуры Индустриального района Евгением Зарубиным, расследовавшим уголовное дело по обвинению следователей Индустриального и Амур-Нижнеднепровского РОВД Александра Тарана и Дениса Бобылева по ч.3 ст. 189 УК в вымогательстве, соединенном с насилием, опасным для жизни или здоровья, хочется бежать из Украины сломя голову.

Впрочем, скрупулезно изучивший обстоятельства дела, едва не стоившего жизни Игорю Артеменко, следователь на комментарии был скуп, кратко изложив лишь фабулу.

Автор же этих строк, проведя собственное расследование, убедился, что и в XXI в. в нашей стране возможен возврат в «лихие девяностые», когда пытки утюгами и другими предметами домашней утвари были повседневной реальностью.

Собственно, избивали и топили в проруби потерпевшего в конце минувшего января «следователи» за гипотетические 30 тыс. грн., которые Игорь задолжал кредитору. Если точнее — Артеменко повредил арендованную машину, не отремонтировал ее и не рассчитался за три месяца аренды «Сенса». К слову, ремонт «тянул» на сумму, втрое меньшую требуемой.

После нескольких неудачных попыток получить деньги с таксиста-неудачника, подключилась милиция. Сначала следователи усадили должника в автомобиль, где долго били.

Из заключения судмедэксперта: «...перелом костей носа, сотрясение головного мозга, ушибленная рана носа, закрытая травма грудной клетки, закрытая травма живота... В последующем был установлен диагноз — ОЧМТ (обширная черепно-мозговая травма), перелом остистого отростка 3-го шейного позвонка, без смещения, перелом локтевой кости, без смещения, перелом костей носа, сотрясение головного мозга, ушиб грудной клетки».

Затем «стражи закона» повезли его к реке, где со связанными ремнем руками при помощи палки стали топить в проруби, которая оказалась неглубокой.

Но готовность отдать деньги вернула Игоря с того света. Поехали к его знакомому. Тот оказался весьма сообразительным и к тому же хозяином своры бойцовских собак. Дело кончилось отступлением подуставших от «трудов праведных» офицеров и их последующим задержанием.

Но «следователи» свою вину не признали, в отличие от хозяина «Сенса», который в пытках участия не принимал. Сейчас все трое находятся в СИЗО.

Увы, незаконные методы следствия не всегда становятся объектом тщательного расследования прокуратуры и тем более дело не доходит до наказания виновных.

Днепропетровская газета «Лица» (№ 5 от 21.01.09, см. http://www.the-persons.com.ua/news/zakonnik/3587/) писала: «...Среди бела дня участковый села Каменка Апостоловского района Дмитрий Петровский вызвал из дома ничего не подозревающего Василия Логвинюка и, не дав ему даже выключить телевизор и закрыть входную дверь дома, завлек, как в мышеловку, в свою служебную «Таврию». Как добропорядочный гражданин, не чувствуя за собой вины и какого-либо подвоха, насмотревшись советских телесериалов о добрых и строгих, но не злых участковых, он спокойно и послушно сел в машину. Все остальное произошло, как в западных фильмах о гангстерах: молниеносно на голову был наброшен черный непрозрачный полиэтиленовый пакет, руки были заведены за спину и на них сомкнулись наручники. Машина рванула, петляя по проселочным дорогам, запутывая следы. Наконец на опушке милицейская «Таврия» остановилась, из нее выкинули Логвинюка и молча начали его убивать. Пару раз он едва не отдал Богу душу, когда закончился воздух в пакете. После «разминки» инквизиторы перешли к процедурам: начали выдавливать глаза, подсоединять к рукам провода и пропускать через них ток. После этих процедур его, по словам истязателей, повезли топить. Однако вместо озера Василий Логвинюк оказался вдруг... в кабинете Апостоловского райотдела милиции, где ему предъявили обвинение в краже охотничьего карабина. Однако видя, что подозреваемый «не колется», его для «созревания» на ночь подсоединили наручниками к батарее в коридоре, видимо, из гуманных соображений — чтобы не замерз (наверное, теплая уютная камера для задержанных в ту ночь была переполнена?). Так всю ночь и просидел он на полу в обнимку с батареей, раздетый, не сомкнув глаз. Наутро он «созрел» и «признался», что украл несколько десятков тонн металлолома на 200 000 гривен, правда, так и не вспомнив, где и когда крал.

А в это время родня бегала по всему селу, не понимая, что могло случиться такого, что здоровый мужчина бесследно исчез из дома, не выключив телевизор, не закрыв дом, оставив теплые вещи дома, в тапочках. По мотивам этой истории прокуратурой было возбуждено уголовное дело по статье 146 ч.2 Уголовного кодекса (незаконное лишение свободы или похищение человека), а участковый Петровский спустя десять дней после содеянного получил ко Дню милиции очередное звание».

В беседе с корреспондентом «2000» старший следователь прокуратуры Апостоловского района Максим Кита вышеизложенное не отрицал, но заявил (дословно): «Следствие ведется, виновные не установлены(?)».

Между тем произошедшее с Логвинюком — лишь один факт из «трудовой биографии» Апостоловского РОВД. Сюда можно добавить нераскрытое двойное убийство в декабре 2008 г., избиение в конце января подростка с требованием, чтобы он сознался в убийстве (об этом до сих пор гудит весь район. — Авт.). Можно также рассказать о незаконной выдаче Апостоловским РОВД паспорта гражданина Украины Гофурову Алишеру Аноркуловичу, приехавшему из Узбекистана, и после изъятия этого документа под давлением УСБУ получении им 14 января нынешнего года нового паспорта гражданина Украины — АН 749898, тоже на фамилию Гофуров.

В пытки никто не вмешивается

Без малого три года назад, в июне 2006-го, в Заводском РОВД Днепродзержинска трое работников милиции «брали показания» у 17-летнего парнишки. Они не загоняли иголки под ногти, не снимали живьем кожу, не бросали задержанных к голодным крысам, но...

Из заявления несовершеннолетнего Антона Кучеренко от 25 июня 2006 г.: «Попросили меня сразу присесть, связали под коленями руки кожаным ремнем, под плечи продели гриф от штанги и повесили на перекладину снаряда, специально оборудованного под штангу. В таком положении я находился 20 минут. Потом сняли, 5 минут посидел, потом опять подвесили. Требовали, чтобы я признался — применяли пытки. Полностью онемело тело, руки отекли. Подвешивали меня около 4-х раз. Последний раз мне на живот положили еще 20-килограммовый блин от штанги, заломили руки и подвесили не под мышки, а под локти» (http: //www.the-persons.com.ua/news/chelovek/ 2513/).

Из заявления в прокуратуру Антона Кучеренко уже от 25.07.08 (http://www.the-persons.com.ua/news/zakonnik/3355): «В среду, 23 июля 2008 г. примерно в 10.15 в районе магазина АТБ по ул. Николенко, 4, г. Днепродзержинска участковый Андрей Пинчук с двумя парнями, одетыми в гражданскую одежду, забрал меня в свою машину «Опель» и отвез на опорный пункт милиции по ул. Бойко...

Работник милиции, находившийся в опорном пункте, приковал меня наручниками к батарее. Далее они начали угрожать мне 8-ю годами лишения свободы за то, что я якобы сломал какому-то гражданину челюсть... Работники милиции начали выбивать из меня признание в том, что я якобы с двумя друзьями избил нерусского гражданина. Один из работников милиции начал применять ко мне электрошок. Разрядом электрошока он бил меня в левую ногу. Позже работники милиции пригласили еще какого-то «дядю Женю» примерно лет 40, и тот начал избивать меня милицейской дубинкой по спине, и руками (ладонью) по голове, по почкам. Милиционер, который бил меня электрошоком, начал наносить мне удары по правой руке, требуя признаться в том, что я не совершал. Все это продолжалось в опорном пункте примерно с 11 час. до 15 час. Затем меня отвезли в Заводской райотдел... Выпустили меня из райотдела в 17.20, при этом Пинчук потребовал, чтобы я принес ему паспорт на опорный пункт, а иначе закроет. Ввиду сильных болей в области спины, головы и ноги я оставался 24 июля 2008 г. дома. Прошу Вас выдать мне направление на медицинское освидетельствование и привлечь к ответственности работников милиции, избивших меня».

Направление в прокуратуре выдали, но врачи 61-й больницы Днепродзержинска, где должно было проходить судебно-медицинское освидетельствование, в 12.30 25 июля (пятница) заявили, что рабочий день уже закончился, поэтому приходить нужно в понедельник. В понедельник Антон в 61-ю больницу так и не попал, потому что в субботу 26 июля его забрала «скорая помощь». C диагнозом ЗЧМТ, сотрясение мозга, ушиб грудной клетки.

Но уже в воскресенье в больнице побывал работник милиции, и врачи «знали, что делать». После той публикации внутренняя служба безопасности УМВД в Днепропетровской области не замедлила прибыть к бабушке избитого милиционерами парня, пообещав, что во всем «разберется» и «всех накажет». 76-летняя бабушка, успокоившись, что ее внука не посадят на 8 лет, как грозил участковый Пинчук, не стала требовать, чтобы «оборотни» в погонах, называющие себя «стражами правопорядка», понесли наказание.

Сегодня Антона уже нет на этом свете, он бросился под поезд в начале февраля 2009-го... А участковый со товарищи благополучно продолжают служить.

«1 февраля нынешнего года, — пишет газета «Лица» (http://www.the-persons.com.ua/news/zakonnik/3670/), — в Заводском районе участковый капитан милиции Андрей Пинчук пригласил в опорный пункт Евгения Кальченко. Такое приглашение было мотивировано тем, что Пинчуку необходимо выяснить подробности драки, произошедшей месяц назад, якобы с участием друга и соседа Евгения Кальченко — его тезки Евгения Зелененко.

Из заявления Кальченко в редакцию:

«...Я рассказал Пинчуку все, что мне было известно по данному поводу... Ко мне подбежал один из пьяных, брызнул газовым баллончиком в лицо и тут же собрался бежать. Я забрал у него баллончик и посоветовал ему идти домой спать и больше никогда не применять данное техническое средство против людей, тем более, будучи пьяным.

Участковый Пинчук показал мне якобы заявление от того мужчины, у которого я забрал газовый баллончик, и ухмыльнулся. Затем он спросил у меня, с кем я живу. В квартире, где я проживаю, прописаны сестра и мама. В настоящее время сестра проживает с мужем, а мама уехала на заработки. Но я не стал об этом говорить Пинчуку, и он решил, что я живу один. После этого Пинчук переглянулся со своим коллегой, работником этого опорного пункта милиции Пшеничным Максимом, и предложил мне пройтись с ними в мою квартиру, чтобы осмотреть ее на предмет наличия наркотиков. Я ответил ему, что в этом нет необходимости, т. к. наркотиков у меня дома не может быть по той причине, что я занимаюсь спортом и не пью даже пиво. Пинчук дал мне понять, что и у спортсменов, если захотеть, можно найти все.

Далее Пинчук провел меня в соседний кабинет и сказал, что в его «Опеле» большой пустой бак, а в связи с кризисом зарплату им не платят, и написал на бумаге «600». Мне не хотелось связываться с ними, т. к. я знаю по рассказам моих друзей и знакомых, как Пинчук со своими помощниками приковывает их наручниками к батарее и избивает, заставляя что-то подписать или дать им деньги. Я дал Пинчуку 200 гривен, т. к. больше у меня не было, и тот отпустил меня.

18.02.09 г. примерно в 22 час. 20 мин. я со своим другом Женей Зелененко зашел в магазин «Фуршет» купить покушать. Когда вышел из магазина, увидел «Опель» Пинчука и сидящих в нем самого Пинчука с его помощниками Пшеничным и Кузьменко, и еще двоих с Днепровского РОВД. Я поздоровался с Пинчуком и пошел с Женей домой. Когда мы зашли за магазин и оказались на неосвещенной улице, из темноты выскочили двое с натянутыми на голову капюшонами, как потом оказалось — Пшеничный и один с Днепровского РО (фамилию не знаю), и начали нас избивать.

При этом Пшеничный, избивавший Зелененко резиновой дубинкой, кричал своему напарнику: «Деньги у Кальченко, держи его». Его напарник пытался забрать у меня телефон. Мы с Жекой смогли вырваться и убежать на людную и освещенную часть улицы. Буквально через несколько минут на мой мобильный позвонил Пшеничный и, обматерив меня, заверил, что «закроет», подбросив мне наркотики...»

Евгений Кальченко и Евгений Зелененко после этого 18 февраля нынешнего года прошли судмедэкспертизу, а уже 19 февраля побывали в днепродзержинской прокуратуре, визит куда имел самые негативные последствия.

Евгения Кальченко 28 февраля брали объединенной опергруппой, состоящей из работников Заводского и Днепровского РОВД, прямо на кладбище — на его рабочем месте. Из заявления Кальченко в прокуратуру:

«28.02.09 г. примерно в 11.00 в вагон, где сидел я и заместитель бригадира, вошли семь человек, и с криком: «На пол, сука, милиция!» накинулись на меня. От ударов в живот я упал на пол. Работники милиции заломали меня, одели мне на руки наручники и связали веревкой ноги. При этом они продолжали наносить удары по спине. Потом они потащили меня в машину. Мне было больно дышать, и я не мог ничего сказать. Меня били головой о машину, кулаками по спине. Когда меня усадили в машину, я спросил, что случилось. Вместо ответа мне брызнули в лицо газовым баллончиком. Я начал кричать: «Помогите». После этого незнакомец выбрызгал весь баллончик мне в лицо и рот.

Когда я смог прийти в себя и открыть глаза, я узнал в сидящем рядом Пшеничного Максима и еще одного с Днепровского РО, напавшего на меня и Зелененко 18.02.09 г. Я сказал, что буду жаловаться, что они меня побили, и что у меня есть свидетель, замбригадира, на что тот, который бил меня 18.02.09 г., показал мне какой-то протокол с якобы подписями каких-то свидетелей, и сказал, что сейчас оформят мне еще и неповиновение работникам милиции, а свидетели у них уже есть.

На вопрос, куда и зачем везут, кричали, чтоб я закрыл рот, и добавляли матерные выражения. Когда меня привезли в Днепровский РО, работники милиции занесли меня на второй этаж в какой-то кабинет и, кинув меня на пол, закрыли за собой дверь. Меня начали избивать ногами в живот. Когда мне развязали связанные ноги, я не смог стать на них, т. к. они затекли от перетянутых сильно веревок. Минут через 10—15, когда я смог самостоятельно передвигаться, они сказали: «поехали» и повезли меня, как позже выяснилось, ко мне домой. Наручники все это время мне не снимали. Когда мы стали подниматься в моем подъезде на мой четвертый этаж, я испугался, что сейчас точно что-то подбросят, и закричал: «Где понятые? Давайте понятых!», меня сильно ударили в грудную клетку, и больше я не мог ничего говорить.

Когда они ворвались ко мне в квартиру, то заявили, что будут делать обыск, и что они ищут наркотики и оружие. По их поведению в проводимом обыске я понял, что оружие и наркотики никто не ищет и подбрасывать не собирается, а пришли они ко мне, очевидно, по той же причине экономического кризиса и невыплаты зарплаты. Один из милиционеров нашел в кошельке, хранящемся в спальне, полученную мною зарплату — 2400 грн. Деньги из кошелька забрали. Также они забрали документы на два моих мобильных телефона Nokia N95, 8 Гб, стоимостью по четыре тысячи восемьсот гривен и документы на плазменный телевизор, сорок два дюйма, стоимостью 9 тыс. грн., и документы на компьютер «Коре два дуо», стоимостью 7 тыс. грн.

В протоколе изъятия о деньгах и о документах на вышеупомянутую аппаратуру ничего не написали и сказали, когда выходили, что если буду жаловаться, то в следующий раз найдут у меня наркотики и ствол. Дали мне подписать постановление суда на обыск. В одной рубашке и шлепанцах они опять меня забрали и повезли с собой в Днепровский РО. Все это время я находился в наручниках, сильно сдавливающих мне запястья рук, от которых остались кровавые следы и подтеки.

В протоколе изъятия они написали, что изъяли у меня конопляные семечки, а фактически забрали корм попугая и крысы. Я отказался подписывать этот протокол, а они написали, что от подписи отказался. Примерно в 17 час. 40 мин. меня отпустили из Днепровского РО, и я поехал домой».

Далее Евгений Кальченко, получив отказ от начальника Заводского РОВД Игоря Шарана в приеме заявления и выдаче направления на судебно-медицинскую экспертизу и поняв, что справедливости в Днепродзержинске не добьется, самостоятельно отправился в Днепропетровск в бюро судебно-медицинской экспертизы и зафиксировал следы истязаний, оставленные работниками милиции на его голове и на теле. Зашел в областную прокуратуру сдать заявление на работников милиции Заводского и Днепровского районов Днепродзержинска.

По словам члена Общественного совета по правам человека при ГУМВД Украины в Днепропетровской области Елены Гарагуц, «у нас нет абсолютно никаких оснований не верить Евгению Кальченко. Подтверждением его слов служит копия постановления судьи Днепровского суда Днепродзержинска, дающем санкцию на проведение обыска в квартире гр. Кальченко Евгения Викторовича:

«И. о. следователя СО Днепровского РО Днепродзержинского ГУ Синельный В. А. обратился в суд с представлением о проведении обыска в связи с тем, что 18.01.2006 г. примерно в 18.20 час. неустановленные лица, под угрозой насилия, опасного для жизни и здоровья, из отдела «ПриватБанка» — «Левобережный модуль» по пр. Победы, 4 в г. Днепродзержинске, завладели деньгами в сумме 9.400.000 грн. и 1.300,00 долларов США... В ходе досудебного следствия... по данному факту оперативно-розыскных мероприятий была получена оперативная информация о том, что Кальченко Е. В. может быть причастен к совершению данного преступления и у себя в квартире может хранить орудие преступления и предметы преступления, добытые преступным путем, а также другие предметы, имеющие значение для установления истины по делу... Выслушав мнение прокурора Петропольской М. Л., поддерживающей представление, суд считает целесообразным удовлетворить представление и. о. следователя СО Днепровского РО Синельного В. А...»

Вот так 24-летний работник кладбища, отказавшийся платить «зарплату» коллегам участкового инспектора Пинчука, сегодня попал в круг «подозреваемых» в попытке ограбления «ПриватБанка», случившейся три года назад (!).

Органы предварительного запугивания

Используют «правоохранители» и более цивилизованные способы решения своих проблем. Завуалированные намеки о «решении вашего дела» слышит едва ли не каждый второй житель региона, находящийся под следствием. Причем часто под надуманным или спровоцированным предлогом человеку предлагают «порешать вопрос» за определенную «благодарность».

В январе 2009 г. 23-летний, но уже старший следователь Жовтневого РОВД Днепропетровска Александр Бондаренко принял в производство уголовное дело по ч. 1 ст. 309 УК Украины («Незаконное хранение наркотиков») в отношении Дмитрия Бессмертного.

Парня отпустили «на подписку». Вышеупомянутая статья и ее ч. 1 предусматривают лишение или ограничение свободы до трех лет, и никакой нужды отправлять подследственного в СИЗО для инфицирования туберкулезом нет. Тем не менее старший лейтенант Бондаренко прозрачно намекнул матери Бессмертного о 5000 гривнях, которые могут спасти ее сына от следственного изолятора.

Собственно, факт задержания сына, о котором ниже, намеки оперов и конкретное предложение следователя заставили мать и Дмитрия обратиться в прокуратуру и УСБУ. В последнем маму вооружили спецтехникой и отправили к служителю закона, где все разговоры с ним записали на видеокамеру.

После передачи взятки (5000 грн.) (мать положила их по указанию Бондаренко в журнал), следователя задержали.

Из вышесказанного можно предположить, что вымогательство было тщательно спланировано заранее. По словам Дмитрия Бессмертного, 6 января возле кафе к нему подошли несколько человек, заломили руки, надели наручники и усадили в «Мерседес», где попытались всунуть в руку какой-то пакет. Далее его отвезли в Жовтневое РОВД к следователю, который поинтересовался, сколько денег у него на карточке.

В итоге была названа сумма в 5 тыс. грн. в обмен на то, что порвут все документы и дело замнут. В качестве гарантии он потребовал у Бессмертного написать, что нашел пакетик в снегу. Тот под диктовку следователя повиновался.

Эту историю распутывал старший следователь прокуратуры Днепропетровска Евгений Блоха. В беседе с корреспондентом «2000» Евгений Викторович в интересах следствия лишь указал, что обвиняемый полностью отказался от дачи показаний, но тем не менее его вина в совершении преступления по ч. 2 ст. 368 УК («Получение взятки должностным лицом») доказана. Пришлось автору добывать доказательства самому.

Откровенно говоря, нынешние молодые сотрудники милиции используют любой повод для вымогательства «благодарности» за «помощь».

В конце ноября прошлого года, когда шторм экономического кризиса перешел в ураган, оперуполноченному сектора ГСБЭП Индустриального РОВД Артему Ганноченко поручили проверить материалы в отношении предпринимателя, который перестал выполнять условия банковского договора о предоставлении кредита на покупку автомобиля.

23-летний опер сначала потребовал у бизнесмена $2 тыс. в обмен за отказ в возбуждении уголовного дела. Торг шел весь декабрь 2008-го. Наконец после старого Нового года сошлись на сумме 5 тыс. грн., после чего предприниматель обратился в прокуратуру и УСБУ.

Процесс передачи денег в автомобиле опера бесстрастно зафиксировала спецтехника. Тем не менее учеба в Академии МВД даром не прошла, и опер таки обнаружил за собой слежку неизвестным автомобилем. После чего в здании РОВД лейтенант направился прямо в кабинет начальника, бросил деньги на пол и закричал, что сейчас его задержат. Так и случилось. Злые языки утверждают, что деньги предназначались именно шефу РОВД.

По большому счету «оборотень» оказался весьма продвинутым в юриспруденции, потому и признался... в мошенничестве (дескать, узнал, что другим сотрудником дело в отношении предпринимателя уже прекращено и решил поживиться), за которое лишение свободы по ч. 1 ст. 190 не предусмотрено.

Впрочем, старший следователь днепропетровской прокуратуры Александр Сорокин собрал достаточную доказательную базу, соответствующую ст. 368 (вымогательство), которую вскоре исследует суд.

«Если сливки плохи, что же тогда молоко?»

По словам Елены Гарагуц, которая с сопредседателями Общественного совета Галиной Кучеренко и Василием Суховым выезжали в Днепродзержинск, участковый Пинчук, по убеждению начальника сектора участковых инспекторов Максима Шаповала, — лучший инспектор, имеющий только поощрения.

Когда же Елена Александровна поинтересовалась у и. о. следователя Виктора Синельного о причастности Кальченко к ограблению «ПриватБанка», тот сослался на тайну следствия. А проводивший обыск другой следователь Литвиненко оружие не только не искал, но даже «не видел» попугая в клетке и крысу, для которых предназначен купленный в зоомагазине корм.

По версии днепродзержинских милиционеров, входящие в состав корма зерна конопли — наркотик, о чем прямо заявил врио начальника Днепровского РОВД Виталий Гусятниченко: «У Кальченко нашли марихуану» и возбудили уголовное дело «за незаконное обращение с наркотическими средствами».

Кстати, созданный с подачи Юрия Луценко Общественный совет по правам человека при ГУМВД в Днепропетровской области, по мнению его членов, — не более чем фикция. Даже начальники РОВД не знают о его существовании.

Создание для «галочки» общественного совета так же очевидно, как и лестные характеристики участковым и операм, использующим варварские методы «ведения следствия».

Например, участковый пос. Нива Трудовая Апостоловского района Василий Кирилюк, на которого в течение нескольких лет пишут жалобы жители, по мнению начальника Апостоловского РОВД майора милиции Василия Кобеца, лучший инспектор. А оперуполномоченный Олег Жадан, который 4 апреля нынешнего года устроил пьяную драку в апостоловском кафе «Арбат» и, по некоторым данным, участвовал в пытках Василия Логвинюка, по утверждению Кобеца, на отличном счету. Присвоение очередного звания вышеупомянутому участковому Петровскому комментариев не требует.

К сожалению, маловероятно, что озвученное выше станет предметом пристального разбирательства и тем более тщательного анализа руководства ГУМВД в Днепропетровской области и МВД Украины.

Сейчас начальники рай- и горотделов в Днепропетровске и регионе больше заняты наведением внешнего блеска помещений и зданий, тщательным поиском и отбором вокальных дарований среди оперов и следователей. Начальник ГУМВД генерал-майор милиции Анатолий Науменко, судя по представлению своего министра, испытывает слабость к вокально-инструментальным ансамблям в милицейских мундирах.

Что же касается министра Луценко, то его меры по наведению порядка в подчиненных структурах также напоминают, простите, «художественный свист». В прошлом году он официально заявил днепропетровским журналистам об отстранении от должности начальника Бабушкинского РОВД Владимира Морара.

Корреспондент «2000» лично убедился, что подполковник милиции Морар не только не отстранен, он продолжает благополучно не раскрывать, а покрывать правонарушения, о чем и ставил вопрос в феврале нынешнего года лично Юрию Витальевичу на пресс-конференции. И что? Г-н Луценко отделался шуткой.

Между тем за последние пять лет ни одно из резонансных убийств в Днепропетровске и области не раскрыто...

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Оборотни в погоне

Подкупленные судьи, коррумпированные прокуроры, следователи и высокие милицейские...

Роковой удар

Побег водителя с места ДТП со смертельным исходом - не преступление, считает милиция...

Угарный газ, которого не было?

Как оперуполномоченный мог почувствовать «специфический едкий запах» в квартире,...

Провокаторы в погонах

МВД: получил взятку — получи и очередное звание

Куда уходят деньги...

Немалая часть средств, выделяемых из госбюджета на содержание МВД, либо тратилась...

Досрочные звезды

Карьере Александра Ембулатова можно только позавидовать: впервые поступив на службу в...

Как Луценко «орлов» растил

Можно ли, ни дня не прослужив в милиции, за два года стать генералом МВД? Юрию Луценко и...

Получено письмо

«Вы, уважаемая редакция, опубликовали материал, порочащий мое доброе имя, даже не...

Коррупционный КИКоз

Доведенная до совершенства коррупционная система в КИК-19 никаких сбоев не дает!...

Тяжелее всего — терпеть обиду

Седьмой год Юрий Хромых добивается, чтобы наказали сотрудников милиции,...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Авторские колонки

Блоги

Ошибка