Эксклюзивно для еженедельника «2000»

Дэвид МАРПЛС: "Поздравляю тебя, Украина"

Леонардо да Винчи: одиночество Титана

№29-30 (915) 19—25 июля 2019 г. 17 Июля 2019 5

Кто может идти к источнику, не должен идти к кувшину.

Леонардо да Винчи

В мае человечество отметило 500 лет со дня смерти одного из самых удивительных и загадочных гениев — Леонардо да Винчи (1452—1519). Парижский Лувр, музеи Турина, Рима, тосканского городка Винчи, Лондона приурочили к этой дате выставки; в Италии чеканят памятную монету номиналом в 2 евро, на реверсе которой изображена «Дама с горностаем» с картины Леонардо.

Луканский портрет Леонардо да Винчи, предположительно, автопортрет (ок.1505 г.)

Знаменитый итальянец умер не на родине, а во Франции, близ города Амбуаз на берегу Луары, — там художник жил при дворе короля Франциска I, приютившего Мастера в последний период его жизни. Молодой (25 лет от роду) монарх относился к Леонардо с чрезвычайным почтением, называя его не иначе как mon pе're (отец). «Я убежден, что нет на свете человека, более сведущего в науке и искусстве», — говорил Франциск, несмотря на то, что немощный старик был уже неработоспособен и в итоге совсем слег в постель. «Я предпочитаю смерть усталости. Я никогда не устаю служить другим», — таким было его кредо.

Сказывали, что когда король узнал о кончине своего кумира, он разрыдался.

Величественная фигура Леонардо да Винчи, как мало какая другая, могла бы служить символом культурно-политического единства Европы. Однако в ситуации сегодняшнего кризиса евроинтеграции, разлада европейских элит даже он едва не стал предметом конфликта. Новая итальянская, «евроскептическая» власть вдруг вздумала пересмотреть ранее заключенное соглашение с Францией, по которому Италия на период юбилейных мероприятий передает в Лувр на экспозицию ряд произведений живописца. Госсекретарь Италии по культуре Лючия Боргонзоне заявила: «Леонардо — итальянец, он только умер во Франции, и если Италия предоставит его полотна Лувру, то сама она окажется на периферии крупнейшего культурного события». Дескать, эти французы пытаются присвоить себе великого флорентийца! Во Франции же, напротив, подчеркивают, что Леонардо да Винчи является «человеком мира» — он принадлежит всем, а не одной только Италии.

В начале сего года, однако, встреча министров культуры обеих стран позволила урегулировать недоразумение, и президент Макрон пригласил своего коллегу Серджо Маттареллу в Амбуаз на совместную церемонию. 2 мая — бок о бок, всячески демонстрируя в преддверии выборов в Европарламент дружественность отношений двух держав (хотя после смены власти на Апеннинах они порядком охладели), главы государств возложили цветы на могилу Леонардо.

Собственно, цветы они возложили на символическую могилу гения, поскольку подлинное погребение уничтожено при ликвидации местного кладбища где-то века два тому назад. Такова гримаса истории: это произошло практически накануне того, как человечество — в связи с обнаружением и исследованием архивов Леонардо — заново и по-настоящему открыло и оценило всю его многогранную гениальность!

Леонардо и сегодня остается в центре дискуссий и общественного внимания. Так, новые исследования привели ученых к выводу, что он вовсе не был левшой, как принято считать, — он одинаково хорошо владел обеими руками — был амбидекстром.

Несколько месяцев назад шуму на весь мир наделала пропажа картины «Спаситель мира», приписываемой Леонардо. С этой картиной произошли прелюбопытные метаморфозы. Еще 15 лет назад она, считаясь копией, выполненной кем-то из леонардесков — учеников Мастера, стоила каких-то $10 000 (а в середине прошлого столетия ее вообще однажды «сбагрили» за 45 фунтов!). Однако весьма спорная атрибуция — признание авторства самого Леонардо — вкупе с энергичной рекламной кампанией, организованной аукционным домом, взвинтила цену до 400 млн. долл. — в наши дни это самое дорогое в мире произведение искусства!

«Дама с горностаем», 1489—1490 гг.

Один итальянский фермер выполнил портрет выдающегося соотечественника, пропахав трактором борозды на поле. А вот белорусские кинематографисты не так давно соорудили для съемок фильма танк по чертежам Леонардо. Ну, не совсем это танк — этого неуклюжего механического монстра лучше было бы назвать самоходной артиллерийской батареей. К слову об артиллерии: у итальянца в его записях можно встретить изображение снаряда продолговатой формы с хвостовым стабилизатором — точь-в-точь снаряд современных гладкоствольных танковых пушек! Разработана им была и конструкция шарикоподшипника, а уж велосипед, нарисованный тосканцем, выглядит совсем как велосипед XIX в.

Истинно, человек опередил свое время на пару столетий! И хоть памятная дата вроде как прошла, личность Леонардо актуальна всегда. Более того, поскольку 6 апреля 2020 г. будет отмечено еще и пятисотлетие со дня смерти Рафаэля Санти, можно весь этот год трактовать как памятный, посвященный Возрождению, и заняться в связи с этим изучением сложных и противоречивых личностей тех, кого Энгельс сравнил с титанами.

«Глаза и уши, охочие до чужих секретов, всегда найдутся»*

Существует такая теория, что гениальность обычно связана с определенными психическими отклонениями. Так или иначе, выдающиеся люди и вправду нередко выделяются из массы странным поведением, необычным образом жизни — что уже дает основание «нормальным обывателям» считать их «ненормальными». К примеру, Эйнштейн крайне удивлял американцев тем, что так и не приобрел себе автомобиль и телевизор — тогдашние знаки материального преуспевания и непременные атрибуты хваленого «американского образа жизни».

В перечне «странностей» Леонардо, несомненно, центральное место занимает его безбрачие — притом что родитель его, богатый нотариус Пьеро да Винчи, женат был неоднократно, дюжину раз став отцом! Чуравшегося женщин Мастера стали подозревать в гомосексуализме, хотя данная версия не доказана.

Весной 1476-го Леонардо да Винчи в числе группы лиц проходил по громкому судебному «делу Сальтарелли» — их всех на основании анонимного доноса обвиняли в противоестественной связи с 17-летним учеником ювелира Джакопо Сальтарелли. Однако обвиняемых суд оправдал за отсутствием улик. В указанном грехе, впрочем, подозревали и учителя Леонардо — Андреа дель Верроккьо (принято считать, что он изобразил своего юного воспитанника в известном образе бронзового Давида), и его не менее прославленных соучеников — Сандро Боттичелли и Пьетро Перуджино. В артистической богеме утонченно-богатой Флоренции такие нравы были обычны — не случайно в те времена в ходу была поговорка: «Развратен, как флорентинец»!

Как бы то ни было, Леонардо не просто никогда не был женат — он вообще не проявлял к прекрасному полу ни малейшего интереса. В его детально расписанных дневниках, где даже повседневные денежные траты приведены со скрупулезностью бухгалтера, женщина упоминается всего однажды: «16 июля 1493 г. приезжает Катерина», — однако здесь речь однозначно идет о матери. Зато художник проявляет интерес к прекрасным юношам — что и отражено в его записях.

Богатый материал для исследования глубин души художника дает анализ его творчества. А для Леонардо весьма характерны женоподобные персонажи-мужчины — например, его «Иоанн Креститель» или тот же «Спаситель мира», которому в свое время (так, на всякий случай, чтоб никого не смущал) пририсовали усы и бородку.

Леонардо да Винчи прославлен своими мадоннами, которые написаны им с неподдельной теплотой и любовью, переполнены жизнью, тогда как портреты современных ему красавиц (скажем, «Дама с горностаем»), будучи технически совершенными, холодны, лишены полноты жизни. Можно понимать это так, что художник боготворит женщину-мать, но при этом равнодушен к женщине как спутнице, половому партнеру мужчины. Впрочем, в этом налицо противоречие: ведь без второго, без плотских страстей, невозможно и первое — чудо материнства!

Однако по меньшей мере одна из работ Леонардо да Винчи выбивается из этой закономерности — речь, разумеется, идет о «Моне Лизе». Этот женский портрет был почему-то крайне дорог автору — он не расставался с ним до конца жизни; после смерти художника картину выкупил Франциск I — и в итоге она оказалась в Лувре.

Загадкой является не только «улыбка Джоконды», загадкой остается и то, кто изображен на портрете. Версию о том, что это жена богатого флорентийского купца Франческо дель Джокондо, высказал Джорджо Вазари в «Жизнеописаниях наиболее знаменитых живописцев, ваятелей и зодчих». Однако существуют и альтернативные точки зрения: что моделью могла послужить та или иная знатная дама, или же мать художника (что объясняет привязанность автора к данной работе), или даже он сам (автопортрет в женском образе). Тосканец, преуспевший в том, чтобы своим «кодом да Винчи» занимать умы и ставить в тупик исследователей его жизни и творчества, улыбкой «Моны Лизы» как бы намекает: вот тут разгадка моей личности, ищите!

А в самом деле, почему б и нет? Только можно ли найти ответ на эту загадку?

В те былые времена, когда гомосексуализм сурово порицался обществом, люди с нетрадиционной ориентацией предпочитали для отвода глаз все же вступать в законный брак, демонстрируя этим свою «нормальность». Вот тот же Перуджино, скажем, которого современники тоже — возможно, безосновательно — подозревали в содомии, почти в 50 лет взял да и женился на молоденькой девушке! Леонардо же не счел нужным так поступить: по-видимому, его, жившего в своем собственном мире и целиком поглощенного творчеством, общественное мнение волновало менее всего.

Поэтому, подытоживая тему вероятной гомосексуальности Леонардо, рискну высказать такое мнение, что дело было намного сложнее, что ему — человеку с необычным складом личности, непостижимым для добропорядочного обывателя, — присущи были свои особенные формы сексуальности, а скорее даже — асексуальности. Для такой породы людей, к какой принадлежал Мастер, секс может служить больше средством художественного освоения мира — он подчинен всецело творчеству, давая ему энергию. Полагаю, человек искал идеалов, но не находил их в должной мере в реальном мире (да и в реальных женщинах тоже!), и это приводило его к драматическому разладу с действительностью, к одиночеству.

«Существует три разновидности людей: те, кто видит; те, кто видит, когда им показывают; и те, кто не видит»

Однако житейское одиночество гения было лишь проявлением более глубинного, интеллектуально-духовного одиночества. Парадокс в том, что, будучи, бесспорно, востребованным и признанным, он не получил при жизни должного признания. Он прожил насыщенную жизнь, полную трудов, однако они дали совсем не так уж много реальных результатов (по крайней мере в чисто количественном выражении) — можно сказать, что в значительной мере усилия его ушли вхолостую. И причины тому были по большей части объективные, связанные с тем, что он слишком опередил свое время — чем и обрек себя на непонимание.

Он оставил совсем немного произведений искусства — в отношении коих его авторство не вызывает сомнений. Некоторые из них незаконченные — по каким-то причинам Леонардо да Винчи часто не доводил начатую работу до конца. Хотя даже такие произведения оцениваются искусствоведами как гениальные — как, например, его «Святой Иероним», где, по сути дела, выполнен не более чем подмалевок.

«Витрувианский человек», 1490—1492 гг.

У Леонардо немало утраченных шедевров и нереализованных задумок. Живя в Милане, он долгие годы работал над грандиозной конной статуей герцога Сфорца, которая должна была превысить ростом более чем в два раза самую высокую на тот момент конную статую Марка Аврелия в Риме. Отлить ее в бронзе, однако, ему не было суждено. Но даже глиняная модель статуи, представленная публике, произвела на нее неизгладимое впечатление — ее прозвали Конем Апокалипсиса и Чудовищем!

Излишне в тысячный раз говорить о том, что технические идеи Леонардо в большинстве своем были в его время — и даже долго после него — неосуществимы. «Будь у меня подходящий материал...» — мечтал изобретатель. Однако и те его проекты, которые технически были тогда вполне осуществимы, зачастую оставались невостребованными. Так, после опустошительной эпидемии чумы он предложил градостроительный проект перепланировки Милана, предусмотрев в нем комплекс санитарно-гигиенических мер. Власть этот проект, увы, не заинтересовал...

Величайший живописец в поисках источника существования предлагал свои услуги власть имущим прежде всего как военный инженер — но даже его разработки в этой сфере (притом что войны шли непрерывно) не находили применения! И ему приходилось, отвлекаясь от творчества, заниматься организацией придворных церемоний и празднеств, развлекать паразитическую аристократию, прислуживаясь при дворе, — именно в этом деле он и был, в общем-то, востребован более всего!

Автор «Тайной вечери», между прочим, прославился как кулинар и специалист по сервировке стола. Вот тут-то его изобретения пришлись ко двору — чеснокодавкой «леонардо» до сих пор пользуются итальянские повара. А однажды он, увидев, как герцог во время пира вытирает нож об одежду соседа, и придя от этого в ужас, придумал салфетки. Впрочем, придворные не поняли задумки — стали стелить салфетки под себя, садясь на стулья. Аристократия, что с нее возьмешь!

На пирах знати он был чужим — Леонардо ведь и мяса не ел и к обжорству относился отрицательно. Для него это наверняка было пустое времяпрепровождение.

Чужаком он был и в тогдашних научных кругах. Знаменитая флорентийская платоновская Академия, основанная Медичи, сыграла, бесспорно, выдающуюся роль в развитии философии. Однако ее представители грешили заумью и ученой спесью, они оценивали людей по их формальной греко-римской образованности и умению цитировать античных авторитетов — так что Леонардо для этих рафинированных мудрецов являлся omo sanza lettere, человеком без книжного образования. Он ведь в университетах не обучался, тривиумов-квадривиумов не проходил, он даже — во всяком случае, в молодости — имел проблемы с чтением книг, в то время писаных большей частью еще на древних (классических) языках, а не на живом тосканском наречии. Для Леонардо, ценившего, разумеется, и книгу, главными источниками знаний были наблюдение за природой, практический опыт, беседы с умными людьми.

Ему все-таки повезло: Верроккьо — замечательный педагог — не только учил работать кистью и резцом, но и заботился об интеллектуальном развитии учеников. А еще раньше влияние на Леонардо оказал его дядя Франческо — отъявленный бездельник, зато философ в душе, прививший мальчишке дух свободомыслия.

Он шел к Истине своим путем, и что интересно, именно Леонардо — антипода тогдашнего платонизма — Рафаэль запечатлел на фреске «Афинская школа» в образе Платона, который сошелся в споре с Аристотелем, выхолощенным в Средние века.

«Знания, не рожденные опытом, матерью всякой достоверности, бесплодны и полны ошибок», — утверждал Леонардо, выступая уже действительно как ученый Нового времени, порывающий со средневековым начетничеством, с оторванностью науки от реальной жизни. «Наука — полководец, а практика — солдаты». Беда в том, что общество в ходе своего развития только дозревало еще до понимания этого. Так что причины того, что идеи и проекты великого ученого не были воплощены, лежат не столько в естественнонаучной и технической, сколько в социальной плоскости.

Одиночество и невостребованность усугубляла трагическая судьба некоторых произведений Мастера. Его Коня по-варварски расстреляли гасконские арбалетчики из войска французского короля, завладевшего Миланом. Французы едва не погубили и фреску «Тайная вечеря» — возник у них одно время такой замысел выломать ее, чтобы вывезти во Францию. А спустя три столетия уже невежественные солдаты Наполеона Бонапарта, превратив трапезную монастыря Санта-Мария-делле-Грацие в конюшню с ее губительными для красок испражнениями, развлекаясь, швыряли в одно из самых совершенных и глубоких по содержанию творений мирового искусства все, что им под руку попадалось...

Микеланджело — исполин, гений, отличавшийся, однако, исключительно скверным характером, — дерзостно и прилюдно поносил намного старшего от него Леонардо, с которым конкурировал. Но одинокий титан — на то он и Титан, чтоб по-философски спокойно взирать на все это мелочное безобразие свысока: «Как теплая одежда защищает от стужи, так выдержка защищает от обиды. Умножай терпение и спокойствие духа, и обида, как бы горька ни была, тебя не коснется».

«Великие труды вознаградятся голодом и жаждой, тяготами, и ударами, и уколами, и ругательствами, и великими подлостями», — таков вечный удел гениев!

«Кто не карает зла, тот способствует, чтобы оно свершилось»

Современники отмечали, что в более молодые свои годы Леонардо, высокий и статный, был прекрасен собой, щегольски одевался и был преисполнен уверенности в своих силах, осознания собственного достоинства и значимости. Он, рожденный в весьма богатой семье и выросший в торговой Флоренции, где люди считали день прожитым зря, если не удалось заработать достаточно денег, не был меркантилен и вел скорее аскетический образ жизни. Для Мастера важно было обеспечить себе возможности для творчества, для реализации своего дарования, а в те времена этого можно было достигнуть, лишь обретя себе покровителя из числа могущественных феодальных государей. Большую часть жизни Леонардо и провел при их дворах.

Ему было, в общем-то, все равно, кому служить. Одно время он даже состоял военным специалистом при столь одиозном историческом деятеле, как Чезаре Борджиа (1475—1507), ставшем олицетворением вероломства. Но это нельзя считать проявлением беспринципности. Повторимся, для Леонардо, говорившего, что «лучше умереть, чем маяться в неволе», на первом месте стояло его творчество. Его служба на коварных и жестоких правителей (Лодовико Моро («Мавр») Сфорца, что правил Миланом, был из той же когорты) принципиально отлична от холуйства сегодняшних деятелей культуры и всяких «политттехнологов», ищущих у сильных мира сего только способ улучшить материальное благополучие.

Вторая половина взрослой жизни Леонардо прошла в обстановке бурных событий в родной ему Флоренции и Италии в целом. В 1492 г. умер Лоренцо Медичи Великолепный — образованнейший человек, покровитель искусств и наук и умелый политик, чье правление стало настоящим «золотым веком» Флоренции как в социальном, так и в культурном плане. Двумя годами спустя вторжением в Италию французского войска началась долгая полоса Итальянских войн — их вели Франция и Испания за господство на полуострове, и эти изматывающие войны, усугубив еще более раздробленность Италии, принесли ей чрезвычайные разорения и бедствия.

В 1494 г. во Флоренции рухнула тирания Медичи. Вскоре к власти пришел неистовый доминиканский монах Джироламо Савонарола, изобличавший разврат и роскошество духовных и светских верхов и установивший в культурной столице Италии своеобразную теократическую республику. Пойдя против официальной церкви и папы, настроив против себя самые разные круги господствующего класса, разочаровав народные массы половинчатыми социальными реформами и «достав» многих навязанным обществу религиозным фанатизмом, этот предтеча Реформации (одногодок Леонардо, к слову) поплатился в итоге своей жизнью. В 1498 г. он был в результате мастерских интриг свергнут, его пытали, а затем сожгли. Республиканский строй в городе (а по тем временам это был супермегаполис — 300 тыс. населения!) продержался до 1512 г., когда к власти снова вернулись Медичи.

Однако все эти события прошли как бы мимо Леонардо — если не считать того, что вследствие изгнания французами из Милана Лодовико Сфорца Мастеру пришлось заняться поиском нового покровителя, и в итоге он добрался до двора Чезаре Борджиа.

Можно говорить о некоторой отстраненности Леонардо да Винчи от общественно-политической борьбы. Это нашло отражение и в его искусстве: пронизанное высокими идеями гуманизма, возвеличения свободной человеческой личности, оно весьма далеко от какого-либо революционного пафоса, призывов к борьбе, отрицания — хотя бы в скрытых формах — несправедливых общественных порядков и тех идеологических институтов, что их поддерживают.

В этом его творчеству противоположно искусство Микеланджело. Достаточно сравнить женоподобного леонардовского Спасителя с грозным Христом-судиёй с фрески Микеланджело «Страшный суд», напоминающего мощной статью борца греко-римского стиля. Не найти у Леонардо чего-то подобного «Умирающему рабу» и «Восстающему рабу» Микеланджело, его «Моисею». Именно Микеланджело, а не Леонардо выразил демократические порывы их эпохи.

Да, Леонардо да Винчи — титан духа, но не титан общественного действия.

Войну — как и охоту, между прочим, — Леонардо называл pazzia bestialissima, зверским безумием. На утраченной — но известной по гравюрам-копиям — фреске «Битва при Ангьяри» он запечатлел на лицах сражающихся всадников ужас схватки. Однако это произведение нельзя назвать антивоенным. Скорее это — лишь холодно-натуралистическая, даже циничная констатация реалий смертоубийства: художник просто исследует войну с таким же хладнокровием и невозмутимостью, с тем же отсутствием эмоций, с каким он резал покойников, изучая человеческую анатомию.

Исследователь пересилил в нем гражданина и человека. И это чем-то роднит его с другим выдающимся мыслителем того времени, с которым Леонардо да Винчи сошелся, находясь при дворе Чезаре Борджиа, — с Никколо' ди Бернардо Макиавелли (1469—1527; 3 мая у него тоже была юбилейная дата — 550 лет со дня рождения).

Ставя благородную цель — объединение родины, Макиавелли приходит к выводу, что для осуществления ее потребуется жесткая авторитарная власть, «сильная рука». И вот доселе убежденный республиканец, высокопоставленный дипломат Флорентийской республики самым противоречивым образом становится монархистом! Он видит идеал в правителе, который бы сочетал в себе «льва и лису», — и находит сей идеал в Цезаре Борджиа, даже несмотря на то, что к моменту написания «Государя» (1513) тот уже закончил бесславно земной путь!

Оба они — и Леонардо, и Макиавелли — делали большое дело: первый создавал новое искусство, новую эстетику, а второй — по-настоящему создавал политическую науку. Он десакрализовал политику, утверждая представление о том, что политика в основе своей есть выражение чьих-то материальных интересов, реализуемых не иначе как в самой жестокой и беспощадной борьбе. И эти два, на первый взгляд, столь противоположных по проявлениям духа и мысли человека составляют две стороны противоречивой цельности их эпохи — эпохи Возрождения.

«Всякая жизнь, хорошо прожитая, есть долгая жизнь»

В дневниках Леонардо да Винчи ученые прочитали такую загадочную запись: «Побеседовать с генуэзцем о море». Неужели он мог быть знаком с Колумбом — его ровесником (мореплаватель родился годом ранее)? А менее чем через полгода после смерти Леонардо Магеллан отправился в первое в истории кругосветное плавание.

В это же примерно время поляк Николай Коперник приступил к написанию труда, в корне изменившего представления человечества об устройстве Вселенной. «О том, что Земля есть светило. О том, что Земля не в центре солнечного круга и не в центре мира, но в центре своих стихий, ей близких и с ней соединенных...» — писал об этом, достаточно темно, правда, еще Леонардо. Интересно, что Вазари в своем сочинении утверждал, что философия Леонардо да Винчи была еретической, противоположной христианской религии, но во втором издании он добавил рассказ о том, как тот под конец жизни углубился в чтение священных книг. Что это было: стремление историка обелить великого человека в глазах тогдашних людей (а в это время в Европе уже вовсю бушевал церковный раскол, так что данный вопрос приобрел немалое идеологическое значение!), или в работе Вазари нашло отражение реальное противоречие в мировоззрении Леонардо — мыслителя своей эпохи?

Наступали новые времена, подготавливались крупные перевороты в науке, в экономической жизни и общественном устройстве. Правда, на Италии Великие географические открытия отразились негативно: они, сместив важнейшие торговые пути, послужили одной из главных причин экономического и политического упадка страны, до того стоявшей в авангарде прогресса. Тем не менее в целом, глобально Леонардо жил во времена общественного подъема — вот и во Франции Ренессанс начался после переезда туда тосканца, под влиянием его идей.

Гении обычно раскрывают свою природную одаренность в такие эпохи подъема и прогресса. В такие эпохи им и живется более-менее комфортно — при том только условии, что они не слишком опережают свое время, отрываясь от его общественного запроса. Оттого Леонардо да Винчи, будучи «гостем из будущего», остался одинок и недопонят современниками. Его одиночество — это гордое одиночество гения из далёка.

Но каково ж тогда «человеку из будущего» жить в эпоху торжества реакции, исторического отступления и разрухи в умах, жить в окружении отсталых дикарей и мнящих себя титанами пигмеев, разномастного мракобесия и слепого озлобления?

«Люди будут обращаться к другим, которые не будут слышать; а у тех будут открыты глаза, но они также не будут видеть. С такими они будут говорить, а им не будет ответа; они будут просить милости у тех, кто, имея уши, не слышит; они будут светить тем, кто слеп», — будто пророчествует из глубин веков Леонардо. И мы видим вокруг себя людей, которые и не видят, и не слышат!

Так что незаурядному человеку в реакционное время остается только одно: жить своей жизнью и упрямо делать свое дело, не обращая внимания на мнение общества. Жить будущим и работать на будущее, надеясь на то, что когда-нибудь — пусть даже через 500 лет! — его труды принесут свои плоды и будут по достоинству оценены обществом, поднявшимся до его планки. Такова миссия гениев, которую они обязаны пронести через все испытания и невзгоды, вопреки всему. Ибо: «Не оборачивается тот, кто устремлен к звезде!»

*Здесь и далее в подзаголовках статьи — цитаты из Леонардо да Винчи.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

загрузка...

Загрузка...

Сказка с подсказками

Это первый фильм Тарантино, который частично основан на реальной истории, и зритель,...

Танцуй, люби, побеждай

Триумф картины «А потом мы танцевали» вышел безоговорочным: ей достались и...

Станислав Жирков: «Наш театр стал другим»

Государственный театр не имеет права на социальную пассивность. Каждый спектакль...

Певцом мира-2019 по версии BBC Cardiff стал украинец Андрей...

Победу на международном конкурсе оперных певцов в британском Кардиффе — кубок...

«Битлз» исчезают в полночь

C 27 июня в украинских кинотеатрах идет фантастическая комедия британского режиссера...

Загрузка...

Много детей, старушка и бонус

С 20 июня в прокате альманах Oscar Shorts — подборка из пяти лучших короткометражных...

Сорок восьмая — тихая, скромная

Из победителей европейских фестивалей на «Молодости»-2019 показали лауреатов...

«Молодость» — весенняя версия

С 25 мая по 2 июня в Киеве пройдет 48-я по счету «Молодость»

Война за «Сериальный трон» началась

«Игра престолов» кончилась, но дело ее живет: сможет ли Украина снять свою...

Алла Пугачева. Стоп-игра!

Единственным сольником в Кремле отметила 70-летие Алла Пугачева

Дмитрий Саратский: «Много раз собирался купить...

Дмитрий Саратский рассказал «2000», что к ответственному чтению его приучила...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Получить ссылку для клиента

Авторские колонки

Блоги

Idealmedia
Загрузка...
Ошибка