Оправданные ожидания

№21(820) 26 мая -- 1 июня 2017 г. 23 Мая 2017 5

На прошлой неделе на экраны страны вышел фильм Ахтема Сейтаблаева «Чужая молитва». Лента о том, как крымскотатарская девушка спасала во время Второй мировой войны еврейских детей, ожиданий не обманула: она оказалась именно такой, какой ее можно было представить.

Перед «Чужой молитвой» была «Хайтарма», что на крымскотатарском означает «Возвращение». Режиссер и актер Ахтем Сейтаблаев, родившийся в семье репрессированных крымских татар в Ташкенте в 1972-м и переехавший на родину предков в 1989-м, снял этот фильм в 2013-м, еще до аннексии Крыма. Главного героя, Амет-Хана Султана, летчика-аса и Героя Советского Союза, Сейтаблаев сыграл сам. История о том, как в мае 1944 года Султан прилетает в отпуск в родную Алупку на боевом самолете и пытается противостоять депортации крымских татар, была основана на реальных событиях, хотя некоторые детали выглядели фантастическими.

«Чужая молитва» тоже была задумана до трагедии 2014-го, но воплощение замысла вынужденно отложили на несколько лет. Крымские горы на этот раз пришлось снимать в Грузии. Финансовую поддержку картине оказало Государственное агентство Украины по вопросам кино, премьеру организовало Министерство информационной политики, официальным саундтреком ленты стала песня Джамалы «1944», знаменитая благодаря триумфу на Евровидении-2016. Как и «Хайтарма», «Чужая молитва» основана на реальной истории. Во второй ленте, как и в первой, сыграл сам Сейтаблаев, хотя на этот раз его роль оказалась более скромной. Обе ленты, и в 2013-м, и в 2017-м вышли в прокат ко Дню памяти жертв геноцида крымскотатарского народа.

Есть фильмы, про которые заранее многое понятно, и «Чужая молитва» — кино прямодушное, без претензий на интеллектуальность, адресованное широкому кругу зрителей, — как раз из их числа. Очевидно, что в картине о подвиге бахчисарайской девушки Саиде Арифовой, воспитательницы в приюте для детей-сирот, одна из ключевых ролей будет отдана именно ей. Конечно же, в центре сюжета должен оказаться кто-то из пятерых спасаемых Саиде еврейских детей, и такой фигурой резонным образом становится старший, Ицхак. На роль антагониста мог претендовать либо местный коллаборант, либо офицер СС, и Сейтаблаев выбрал второй вариант. Сотрудничающих с нацистами крымских татар в его фильме нет и, по всей видимости, быть не могло.

Роль Саиде Арифовой исполнила молодая киевская актриса Лилия Яценко, прадед которой был крымским татарином

Обойтись без жертв в такой картине невозможно, однако Сейтаблаев трагедию не нагнетает и аккуратно дозирует. В кадре происходит только одно убийство — маленького мальчика Яши, а вот массовые расстрелы евреев даны отдаленными звуками автоматных очередей. Образам главных героев сообщена некоторая объемность: Саиде не сразу решается приютить еврейских детей, а Ицках, когда в приюте становится совсем нечего есть, пытается приворовывать на рынке. Впрочем, эти мелкие недостатки призваны лишь подчеркивать добродетельность обоих персонажей.

Воплощением зла выступает эсесовский полковник — фанатичный нацист, циничный мерзавец, похотливая сволочь, в общем, сущий дьявол, который все время собирается учинить в отношении Саиде что-то нехорошее, но почему-то никак не может собраться. Характерно, что этот тип периодически произносит пафосные монологи о том, что Крым это исконная арийская земля — аллюзии на современность более чем очевидны. Также характерно, что роли бесов помельче достались персонажам, которые по ряду примет идентифицируются как русские. А вообще весь фильм, кроме той самой «чужой» крымскотатарской молитвы, снят на украинском.

Кульминация ленты — момент, когда на смену нацистскому «окончательному решению еврейского вопроса» приходят советские репрессии в отношении крымских татар. Если в 1941-м дети, которых приютила Саиде, чтобы спастись от гибели, заучивали свои новые тюркские имена и слова исламской молитвы, то в 1944-м, чтобы избежать депортации, требуется прямо противоположное: они должны вспомнить, что на самом деле являются евреями. Саиде отдает особистам припрятанные метрики, после чего ее вместе с остальными крымскими татарами увозит грузовик НКВД.

Режиссер недвусмысленно подчеркивает, что сталинский режим ничем не лучше гитлеровского и что русские в Крыму такие же чужие, как и немцы. На пресс-конференции он на ломаном украинском сказал, что грязный сапог российского солдата ничего хорошего крымской земле не принес. О сложной многовековой истории полуострова в данном случае вспоминать бесполезно: у дважды лишенного родины крымского татарина Ахтема Сейтаблаева на этот счет имеется своя безусловная правота.

По поводу «Чужой молитвы» можно задаваться множеством вопросов. Почему пожилой Ицхак собрался рассказать историю о подвиге Саиде чуть ли не на смертном одре — что мешало ему поведать ее миру раньше? На каком языке немецкий офицер свободно общается без переводчика с крымскими татарами? Зачем полицай, чтобы отличить еврейских мальчиков от татарских, велит всем снять штаны, хотя вроде бы знает, что мусульман подвергают обрезанию точно так же, как иудеев? Может ли режиссер для достижения поставленных задач пренебрегать достоверностью и историческим контекстом? Как относиться к тому, что реальность в фильме Сейтаблаева отображена схематично и однозначно?

Не уверен, что все эти вопросы и впрямь имеют смысл. Более того, оценивать «Чужую молитву» по сугубо кинематографическим меркам, на мой взгляд, занятие рискованное и неблагодарное. Трагические события, о которых идет речь в картине, прорастают из прошлого в современность. Нынешние параллели с ними воспринимаются крайне болезненно. Очевидно, что мейнстрим украинского кино сосредоточен сейчас не столько на творческих задачах, сколько на идеологических. В связи со всем этим о художественной ценности ленты Сейтаблаева говорить не хочется. Это территория не искусства, а национальной судьбы, генетической памяти, почитания святынь.

На пресс-показе фильма зал аплодировал стоя, многие всхлипывали. Коллеги-критики пожимали плечами и разводили руками. Один сетовал, что непонятно, как об этом фильме писать. Другой вздыхал, что лучше о нем не писать вообще. Я все-таки решил рискнуть.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...


Загрузка...

Звезды возвращаются, чтобы спеть

Сценической площадкой будет величественный антураж древней Софии

Сцену диктатору!

Репертуарный план Национальной оперы Украины на июнь

Ярослава Кравченко: «Дикий — это территория свободы»

Стало ясно, что рекламировать все подряд я не могу, что продукт, который я продвигаю,...

Акценты на пять «Сезаров»

С нынешнего четверга в отечественном прокате «До свидания там, наверху», фильм...

Культурный интернационал

1968 год повысил градус протестных движений в Европе. Почему он важен для Украины...

Загрузка...

Майские музы

Национальная опера, Ольга Бессмертная, репертуар в мае

Дневник его семьи

В конце XIX в. в этом камерном, теперешнем музейном зале была бильярдная, после революции...

Без вариантов

В прошлую пятницу, 20 апреля, в столице состоялась торжественная церемония вручения...

Маевка со вкусом

«Никогда не говори «никогда» — эту фразу стоит напомнить режиссеру,...

Погружение в тень

Мысль о том, что графика это особый, глубоко психологический вид искусства, требующий и...

Украинцы едут в Кельн

Ярмарка KÖLNER LISTE, с участием украинских художников пройдет с 20 по 22 апреля в Кельне...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Маркетгид
Загрузка...
Ошибка