Разница в возрасте

№33(917) 16 — 22 августа 2019 г. 14 Августа 2019 0

Шотландка Али Смит написала роман о дружбе девушки и мужчины, старшего ее на семьдесят лет. Еще больше разница в возрасте между дедом и внуком из книги француза Паскаля Рютера — семьдесят пять. В центре романа канадской писательницы Бьянки Мараис, посвященного периоду апартеида в ЮАР, — отношения между девятилетней белой девочкой и ее пятидесятилетней черной воспитательницей. Два героя книги украинца Фоззи, регулярно изменяющего музыке с литературой, тоже принадлежат к разным поколениям, правда, здесь возрастная дистанция не так велика, а ментальная и вовсе минимальна.

Душевные паззлы

Автор: Али Смит

Название: «Осень»

Язык: русский перевод с английского Валерия Нугатова

Издательство: М: «Эксмо», 2018

Жанр: драма

Объем: 288 с.

Оценка: *****

Шотландская писательница Али Смит в литературе уже более двадцати лет. Выпустила дюжину прозаических книг (романы, сборники рассказов), выиграла Уитбредовскую премию и премию Costa, несколько раз попадала в шорт-листы других престижных наград (Orange, Букеровская). По-русски ее издавали, но особой популярности на постсоветском пространстве она не завоевала. «Осень» изменила ситуацию: роман привлек внимание, вызвал немало положительных откликов. Отмечая разнообразные его достоинства, критики сходились в одном: книга странная, непривычная, сложная для восприятия. Причем странности романа относятся не только к его манере повествования, но и к содержанию.

32-летнюю героиню книги зовут Элизавет Деманд. Именно Элизавет, а не Элизабет, то, что она не-такая-как-все, подчеркивает уже само ее имя. В русской версии подчеркивание еще более жирное: переводчик романа Валерий Нугатов решил перевести «говорящую» фамилию героини, и она превратилась из Деманд в Требуй. Элизавет и впрямь дама требовательная. К окружающей действительности она относится критически, та постоянно не соответствует ее высоким запросам. Показателен один из первых эпизодов романа: неудачная попытка отправить с почтамта документы и фотографию для нового паспорта вызывает у Элизавет мысли о Шекспире, а в разговоре с почтовым служащим она пускается в рассуждения о приемах киномонтажа.

Мать Элизавет считает, что она живет в мире своих грез, и Элизавет с этим согласна — «если грезы — это когда нет никакой гарантии работы и почти все слишком дорого, а ты по-прежнему обитаешь в той самой съемной квартире, где ютилась студенткой десять лет назад». Непосредственное отношение к грезам героини имеет Даниэль Глюк. Ему 101, он в больнице без сознания, однако это не мешает Элизавет не просто ежедневно его навещать, но еще и читать ему вслух Диккенса и Хаксли. Они подружились еще двадцать лет назад, в ее первые тинейджерские годы, и не-такой-как-все Элизавет стала во многом благодаря Даниэлю. Ничего предосудительного в близких отношениях старика и девочки не было и в помине, однако Элизавет упрямо называет их любовью. Других столь же сильных чувств в ее жизни, похоже, не было.

Сюжет в «Осени» проведен тонкой волнистой линией, да еще и пунктиром. Фрагментарность романа проявляется на разных уровнях, крупные куски могут быть цельными, как, например, сцена на почтамте, а могут и сами состоять из более мелких. Одни эпизоды выполнены в технике, напоминающей поток сознания. Другие похожи на киносъемку: камера фиксирует происходящее, но не комментирует его. Есть отрывки совершенно иного рода, которые можно назвать художественной публицистикой. Смит пристрастно и недвусмысленно высказывается по поводу брекзита: она — шотландка, либералка, открытая лесбиянка — конечно же, его ярая противница. Характерно ее высказывание о столь любимой в наших краях «железной леди»: «Тэтчер научила нас быть эгоистичными и не просто считать, а верить в то, что никакого общества не существует».

Интересы Смит литературой не ограничиваются, и это нашло свое отражение в романе. Она писала тексты для шотландской рок-группы Trashcan Sinatras, и вот пожалуйста: Даниэль Глюк в далекие 1960-е зарабатывал сочинением популярных песен. Смит профессионально занимается фотографией — в результате в «Осени» появляется фотохудожница из тех же 1960-х Полин Боти, которую считают основательницей британского поп-арта. Это еще один не-такой-как-все персонаж романа. Боти умерла от рака в 28 лет, отказавшись от лечения, чтобы выносить ребенка — диагноз поставили, когда она уже была беременна. Ее ранняя смерть контрастирует с долгой жизнью Даниэля и добавляет еще одну печальную ноту в мелодию «Осени», и без того достаточно меланхоличную.

«Деревья обнажают свое строение. В воздухе запах дыма. Всякая живая душа выходит мародерствовать. Но по-прежнему цветут розы. В сырости и холоде, на невзрачном кусте, все еще цветет широко распустившаяся роза. Взгляни-ка на ее цвет». Так заканчивается роман — и право же, в приведенной цитате нет ни малейших признаков спойлера. Собственно, конец романа — еще не конец разговора. «Осень» — лишь первая часть задуманной писательницей тетралогии: «Зима» уже вышла и переведена на русский, «Весна» готовится к печати, да и «Лето» не за горами. Читателям с тонкой душевной организацией есть чему порадоваться. Всем прочим, в частности любителям нарратива, экшена и линейного сюжета, по поводу сочинений Смит лучше не беспокоиться.

Последний смысл

Автор: Паскаль Рютер

Название: «Барракуда Forever»

Язык: русский перевод с французского Елены Тарусиной

Издательство: М.: АСТ, 2019

Жанр: драма

Объем: 256 с.

Оценка: ****

Рютер взялся за перо довольно поздно, в 46 лет, зато уж взялся так взялся, теперь у него каждый год выходит по роману. Подобная плодовитость — характерный признак популярной литературы, и «Барракуда Forever» как раз к ее разряду и принадлежит, хотя и с оговорками. Место Рютера на книжной полке пониже Уэльбека с Бегбедером, но повыше Марка Леви. Пожалуй, где-то рядом с Фонкиносом, Леметром, Дидьелораном, Барбери. Чего-чего, а качественной легкой прозы в нынешней французской литературе хватает с лихвой.

Рассказчику романа Леонару десять, его деду Наполеону, бывшему знаменитому боксеру, принявшемуся на старости лет совершать то странные, то очень странные поступки, — восемьдесят пять. Самая странная из выходок — первая: Наполеон неожиданно для всей родни вздумал развестись со своей женой Жозефиной (ну а как еще должны звать супругу Наполеона?), с которой он прожил в любви и согласии добрых полвека. Отправив никогда ни в чем не перечившую мужу возлюбленную с глаз долой, он то пытается отремонтировать квартиру собственными стариковскими силами, то решает отправиться в путешествие, не очень понимая, в какое именно. Большинство дерзких начинаний постепенно слабеющего деда, конечно же, заканчивается то печально, то очень печально.

Поскольку сын с невесткой являются образцами рациональности и благоразумия, Наполеон их не терпит и, насколько это возможно, предпочитает избегать. По сути Леонар остается его единственным близким человеком, доверенным лицом и соучастником. Стратегия поведения внука — единственно верная: деда можно разве что легонько притормаживать, но нельзя пытаться остановить. Вечный боец по натуре, Наполеон вступил в свой последний поединок — со старостью, с болезнью, со смертью. Выиграть этот бой у него нет никаких шансов, но провести сражение достойно — последнее дело его неиссякаемой чести.

В чем особенности чести Наполеона, Рютер сообщает не сразу, драматургия в его романе просчитана до мелочей. Все карты — и те, которые были на руках, и те, что оказались припрятанными в рукаве, будут раскрыты только к самому концу книги, что сделает финальный катарсис куда более неизбежным и интенсивным. Слезоточивость — еще одна отличительная черта массовой литературы такого рода, в романе Рютера ее уровень равен приблизительно пяти-шести салфеткам. В реквизитах жанр этого произведения обозначен как драма, но с не меньшими основаниями можно было бы дать ему какое-нибудь забавное и парадоксальное определение. Например, назвать его развлекательной трагикомедией.

О морали романа красноречиво свидетельствуют фраза: «Смысл жизни, он совсем несложный, он в том, чтобы хорошо провести время с теми, кого любишь. Выкинь из головы все остальное, это не имеет никакого значения». Пожалуй, в двадцать-тридцать-сорок эту максиму нетрудно оспорить, но если вам посчастливится дожить до восьмидесяти пяти, вы целиком и полностью с ней согласитесь.

За все хорошее

Автор: Бьянка Мараис

Название: «Пой, даже если не знаешь слов»

Язык: русский перевод с английского Елены Тепляшиной

Жанр: социально-политическая драма

Издательство: М.: «Фантом пресс», 2019

Объем: 448 с.

Оценка: ****

Еще одна легкая для восприятия книга — настолько легкая, что одна коллега снисходительно назвала ее детской. «Пой, даже если не знаешь слов» — действительно простая история, написанная простым языком, а еще, как и в романе Рютера, мы видим ситуацию глазами ребенка: один из рассказчиков в книге Бьянки Мараис — девятилетняя девочка. Это дебютный роман канадской писательницы южноафриканского происхождения, причем начала она, как и Рютер, довольно поздно, в сорок лет. Также любопытно, что действие книги происходит в том самом 1976 году, когда Мараис появилась на свет. Именно тогда в крупнейшем городе ЮАР Йоханнесбурге вспыхнули протесты чернокожих против перевода школьного обучения на африкаанс, которые вскоре превратились в вооруженные беспорядки.

Случайными жертвами волнений становятся родители Робин. Возможно, и не совсем случайными: из первых глав романа с очевидностью следует, что они придерживались ярко выраженных расистских взглядов. Оставшуюся сиротой Робин берет на воспитание тетка, но одновременно работать стюардессой и присматривать за ребенком невозможно, и поначалу решения у проблемы нет. Параллельно развивается история 50-летней чернокожей учительницы Бьюти, которая отправляется из своего села в Йоханнесбург, чтобы разыскать старшую дочь Номсу. Бьюти узнает, что когда начались столкновения, Номса оставила учебу в университете и связалась с подпольной террористической группировкой. Бьюти в Йоханнесбурге нужна легализация, Робин нужна няня — так судьба сводит их друг с другом.

Отношения белой девочки и черной женщины становятся основной темой и сюжетным мотором романа. Конечно, тут прежде всего урок для Робин: постепенно она понимает порочность расизма, отказывается от замашек белой госпожи, проникается сочувствием к Бьюти и ее проблемам. В общении с Робин для Бьюти тоже есть своя польза: она перестает чувствовать себя беспомощной жертвой обстоятельств, становится более открытой, знакомится с людьми прогрессивных взглядов, которым можно доверять. Характерная деталь: и Бьюти, и стоящая у нее за спиной Мараис не разделяют позиций Номсы. Писательнице претит политический экстремизм, а зеркальный расизм черных в отношении белых для нее также абсолютно неприемлем, как и расизм белых в отношении черных.

«Пой, даже если не знаешь слов» — роман максимально аккуратный и предельно политкорректный. Необходимости расового равноправия и недопустимости языковой дискриминации Мараис показалось недостаточно. Для полноты картины она решила добавить в роман мотив религиозной терпимости (ближайший друг Робин Морри Голдман принадлежит к еврейской семье, исповедующей иудаизм) и тему защиты сексуальных меньшинств (симпатичный сосед Виктор и его приятели — геи). В общем, книга Мараис, что называется, за все хорошее против всего плохого. Как раз такая, какая нужна если и не для детей, то для подростков школьного возраста. Можно использовать в качестве учебника по всем возможным видам толерантности. Не хватает только борьбы за права животных, хотя не исключено, что она там тоже есть, а я подзабыл.

Новое ретро

Автор: Фоззи

Название: «Чёс для приезжих»

Язык: русский

Издательство: К.: Laurus, 2019

Жанр: ироническо-приключенческий роман

Объем: 216 с.

Оценка: ****

Как-то странно осознавать, что группе «Танок на майдані Конґо» в этом году исполнилось тридцать лет, а одному из двух ее фронтменов Александру «Фоззи» Сидоренко, соответственно, сорок шесть. Литературой он занимается давно, еще с 2009-го, и за это время успел выпустить аж восемь книг, хотя и небольшого объема. «Чёс для приезжих» — третья часть «евпаторийского» цикла. Снова в центре внимания Филиппыч и Цыпа, обитатели города, где Фоззи провел детские годы. Правда, приближающийся к шестидесятилетию Филиппыч на этот раз центральнее своего молодого друга. «Чёс для приезжих» начинается без раскачки: сперва Филиппыч подкладывает бомбу под авто криминального авторитета Рыжего, потом его выгоняет из дому жена, а дальше вскипают страсти вокруг старого пансионата, на который предъявляют права сразу двое собственников.

В общем, на дворе типичные лихие девяностые. Правда, лихость провинциальная, и масштаб ее относительно скромный, но как было отмечено выше, без трупов не обходится. Что характерно, убивает не бандит — убивают бандита. Это Филиппыч, дядька в общем-то незлобивый, но с гонором, мстит за друга-хирурга, ослепленного местными криминальными авторитетами. Потом с Филиппычем невежливо обойдется другой решала, и мститель-любитель начнет напряженно думать, как бы его, гада, отравить. В общем, «Чёс для приезжих», роман бойкий, нескучный, по жанру вполне себе приключенческий. И все же главная его особенность — и не только его, но и всех прочих сочинений Фоззи — заключается не в содержании, а в манере письма. Когда-то я назвал ее пацанской и теперь с уверенностью могу повторить.

Его проза полна просторечиями («гундели», «на крайняк», «фурычил»), жаргонизмами («давил лыбу», «незнакомый штымп», «перебирать ништяками»), украинизмами («терпец сорвался»). В ней часто встречаются шутки-прибаутки, порой непристойного содержания: «Ну шо ты?» — спросил Цыпа, обнажил пачку «Союз-Аполло» и протянул деду. Тот с готовностью ответил: «Дрочу в компоты». Еще в «Чёсе для приезжих» раз за разом встречаются отсылки к советской и ранней постсоветской массовой культуре, персонажи то упоминают Будулая, главного благородного цыгана СССР, то цитируют песенки из «Приключений Буратино», то приводят фразу Горбатого из «Место встречи изменить нельзя». Забавно, что все эти цитаты снабжены «примечаниями переводчика»: Фоззи резонно предполагает, что молодое поколение читателей может не понять, о чем речь.

А еще мне подумалось, что «Чёс для приезжих» зафиксировал одну любопытную тенденцию: 1990-е уже стали нашим ретро. Времена были ой какие тяжкие, но поди ж ты, даже эти годы можно вспоминать с умилением, с симпатией, с доброжелательной усмешкой. Те беды списаны в архив, от них не больно. Нынешние невзгоды вроде бы куда серьезней, но кто знает, может, в воспоминаниях о 2010-х когда-нибудь тоже появится оттенок ностальгии.

*******— великолепно, шедевр

****** — отлично, сильно

***** — достаточно хорошо

**** — неплохо, приемлемо

*** — довольно посредственно

** — совсем слабо

* — бездарно, безобразно

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

загрузка...
Loading...

Загрузка...

Сказка с подсказками

Это первый фильм Тарантино, который частично основан на реальной истории, и зритель,...

Танцуй, люби, побеждай

Триумф картины «А потом мы танцевали» вышел безоговорочным: ей достались и...

Леонардо да Винчи: одиночество Титана

Личность Леонардо актуальна всегда. А поскольку 6 апреля 2020 г. будет отмечаться и...

Станислав Жирков: «Наш театр стал другим»

Государственный театр не имеет права на социальную пассивность. Каждый спектакль...

Загрузка...

Певцом мира-2019 по версии BBC Cardiff стал украинец Андрей...

Победу на международном конкурсе оперных певцов в британском Кардиффе — кубок...

«Битлз» исчезают в полночь

C 27 июня в украинских кинотеатрах идет фантастическая комедия британского режиссера...

Много детей, старушка и бонус

С 20 июня в прокате альманах Oscar Shorts — подборка из пяти лучших короткометражных...

Сорок восьмая — тихая, скромная

Из победителей европейских фестивалей на «Молодости»-2019 показали лауреатов...

«Молодость» — весенняя версия

С 25 мая по 2 июня в Киеве пройдет 48-я по счету «Молодость»

Война за «Сериальный трон» началась

«Игра престолов» кончилась, но дело ее живет: сможет ли Украина снять свою...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Loading...
Получить ссылку для клиента

Авторские колонки

Блоги

Idealmedia
Загрузка...
Ошибка