Владислава Ильинская: «Меня зовут Влада, и я библиофил»

№37(921) 13 — 19 сентября 2019 г. 11 Сентября 2019

Владислава Ильинская рассказала «2000», что приучилась к чтению, лазая по стенке, что в детстве-юности на нее повлияли журнал «Мурзилка» и Герман Гессе, что она может чередовать не только Лема с Набоковым, но и Гомера с Дрюоном, и что избавиться от инфантильных вопросов ей помогли взаимоотношения рака и актинии.

Кто она: поэт, лауреат Международного литературного конкурса «Согласование времен-2010», фестиваля «Славянские традиции-2011», литературной премии им. Ю. Каплана (2011), поэтического конкурса III Международного арт-фестиваля «Провинция у моря-2013». Публиковалась во многих печатных и сетевых изданиях Украины, России, США, Великобритании. Автор книги стихов «Игры разума» (2014). Живет в Одессе.

— Почему и для чего ты читаешь книги?

— Я начала интересоваться книгами приблизительно тогда же, когда передвигаться. В родительской профессорской квартире была огромная библиотека, такой стеллаж во всю стену под пять метров высотой. Я его покоряла постепенно. Сначала доставала до нижних полок — лежавшие на них сказки были не только на русском и украинском, но и на английском, немецком языках. Читать сама начала в три с половиной года. Довольно быстро сказки мне наскучили, и я полезла выше. За это наказывали: на самом деле затея была опасная — со стеллажа легко можно было свалиться. Не помню, как так и почему, но серия «Библиотека приключений», где были и Марк Твен, и Герберт Уэллс, и мой любимый Григорий Адамов, стояла на самом верху. Туда действительно было стремно залазить, но для меня это становилось дополнительным стимулом. Так постепенно и втянулась.

Сейчас, когда приходится много читать по работе, изо всех сил стараюсь находить время для чтения в личных интересах. Скажем, таких писателей, как Орхан Памук, читаешь, чтобы почувствовать себя в совершенно другом пространстве и культуре, осознать какие-то новые взаимосвязи, ощутить вкус Стамбула. Например, почувствовать вкус кофе не как турист, зашедший в первую попавшуюся кафешку, но как маньяк, нашедший аутентичную рюмочную, где еще и накормят до отвала, и некуда спешить, и впереди целая жизнь. Причем эта жизнь регулируемая: ты можешь перемещаться по ней вперед и назад, сравнивать, принимать, отслеживать и исправлять ошибки, сохранять приобретенный опыт.

— Где ты обычно читаешь?

— Здравствуйте, меня зовут Влада, и я библиофил. Если серьезно, не наблюдаю никакой закономерности, никакой привязки. Я читаю запойно в любом месте, в любой таре, в любой позе. Хорошо, что пока мне еще не все равно, что именно читать.

— Предпочитаешь бумажные книги или электронные?

— Конечно же, я человек того поколения, которое не может не испытывать трепет перед бумажными книгами, перед запахом типографской краски, перед предчувствием бумаги, когда еще не осознаешь связь между визуальной картинкой и тактильными ощущениями. Если страница чуть желтоватая, пальцы заранее знают, что они сейчас почувствуют. И то, что ты не осознаешь этого, не лишает тебя необходимости испытывать такие ощущения.

Но электронные книги — это очень удобно, как правило, бюджетно, а главное, экологично. Потому я люблю свой kindle.

— Что входит в круг твоего чтения?

— Прежде всего художественная литература. В ней у меня широкий спектр интересов: от Лема до Виана, от Дрюона до Пратчетта, от Набокова до Эрленда Лу, от Гомера до Джонатана Литтелла. При выборе книги я стараюсь прислушиваться к своему внутреннему состоянию — конечно, если этот выбор мне не навязывают какие-нибудь обстоятельства (а бывает и так), то есть когда я читаю для себя. А настроение бывает очень разное.

— Какая книга больше всего повлияла на тебя в юности?

— Мне кажется, каждая прочитанная книга так или иначе на меня влияла. Особенно влияли, на мой сегодняшний взгляд, несвоевременно прочитанные книги вроде «Игры в бисер» Германа Гессе в 14 лет. Но было несколько книг, которые запомнились мне на всю жизнь еще с детства. Ну, вроде журнала «Мурзилка», который, начиная уже с обложки и названия, учил тебя альтернативному взгляду на вещи.

Одна из таких — Григорий Адамов, «Тайна двух океанов». Это история про советского школьника, потерпевшего кораблекрушение и случайно попавшего на подводную лодку к научно-исследовательской биологической экспедиции. У них там были такие офигительные скафандры с приборной доской, выдвигающейся по нажатию кнопки. И на этом пульте тоже куча кнопок. А за спиной у тебя баллоны не с кислородом, какого-то черта, а с какао и бульоном, кайф же! Нажимаешь на одну кнопку — и ко рту подъезжает трубочка с бульоном. Другую нажал — а там какао. И весь этот подводный мир... А взаимоотношения рака и актинии вообще избавили меня на всю жизнь от большинства инфантильных вопросов.

Ребенок, выросший в портовом городе, я всегда была заложницей водной стихии, ее романтики и ее откровенной беспощадности. В самом широком спектре, от Катаева до Шекспира. Но это скорее про детство. В юности на меня столько всего влияло, что до сих пор сама себе завидую. Виан вот, например, повлиял. «Сердцедер» в свое время был одной из важных для меня книг. Туда же «Кысь» Татьяны Толстой. Эти книги научили меня находить другой ракурс, помогли иначе взглянуть на многие вещи.

— Что ты читаешь сейчас?

— Отложила «Краткую историю человечества» Юваля Ноя Харари и «Шошу» Исаака Башевиса Зингера, чтобы прочесть то, что буду модерировать на BookForum во Львове. Так что прямо сейчас я читаю Галину Горицкую, «Церква святого Джеймса Бонда та інші вороги», это ретророман, недавно вышедший в издательстве «Фолио».

— Как выглядит твоя домашняя библиотека?

— Сейчас ужасно, если честно. От перегруженности книгами поплыл стеллаж (нет, не тот профессорский, а мой собственный), и все книги скопились на подоконниках в ожидании нового дома. Но и в этом я стараюсь находить положительные моменты: иногда всплывают давно не виденные книжные сокровища, появление которых делает меня счастливой.

— Топ-5 главных книг твоей жизни?

— Это самый ужасный вопрос. Я точно не первая, кто так говорит, правда? Будет не очень объективный срез, но я попробую. Хотя придется повториться.

1. Мифы Древней Греции.

2. Георгий Адамов, «Тайна двух океанов».

3. Владимир Набоков, «Приглашение на казнь».

4. Борис Виан, «Сердцедер».

5. Джонатан Литтелл, «Благоволительницы».

Только не переспрашивай меня, я же завтра передумаю и назову совсем другие!

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Улыбка Свободы

Забавные мини-скульптуры Колодко украшают столичный мост Сабадшаг (Свобода)

Кистью и шпагой

60 лет назад в прокат вышел фильм французского режиссера Бернара Бордери «Три...

Несколько слов о живописце Валерии Орле

В наши нелегкие времена, когда ковид существенно мешает проведению любого культурного...

Десять дней одного года

Ученые первыми заговорили о необходимости демократических гарантий от произвола....

О червячках, околовластье и комфорте

Моя цель — на каждом этапе получать удовольствие от собственного развития Я хочу...

Интервью Раисы Орловой с Наумом Коржавиным

Наум Коржавин: «Самиздат был большей частью чисто стихийным делом»

Джанни Родари: когда сказка реальней самой реальности

Волшебный голос Джельсомино оказывается сильнее и силы денег, и силы пропагандистской...

Приглашение переоценить жизнь

Суета жизни и узость кругозора меняют свои объекты, но не свою суть

Лента про афонский монастырь в кинотеатрах Украины

В кинотеатрах Украины начинается прокат документального фильма «Где ты, Адам?» 30...

Андре Тан о детской моде: «Дайте ребенку насладиться...

«Чем детская мода отличается от взрослой? Детей не заставишь носить неудобные вещи...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Авторские колонки

Блоги

Ошибка