Мекка в луганской степи

29 Сентября 2006 0

Мекка

в луганской степи

Дмитрий СЕРЕБРЕННИКОВ

Много ли вы встречали людей, которые побороли неизлечимую болезнь, внесли существенный вклад в историю науки, но в итоге добровольно ушли в отшельники?

Житель села Каменка (Луганщина) Николай Тарасенко — один из таких. Еще в молодости он получил травму позвоночника и был парализован. Вместо того чтобы покориться судьбе, Николай стал упорно тренироваться и уже через год уверенно стоял на ногах. Энергия, накопившаяся во время болезни, нашла выход в археологии. Тарасенко был первым из отечественных «землекопов», кто обнаружил стоянку палеолита в Луганской области. Через несколько лет он повторил свой успех, на этот раз в далеком Никарагуа.

Обогатив копилку отечественной науки, Николай Иванович мог рассчитывать на достойную пенсию и квартиру со всеми удобствами, но выбрал иную дорогу. В разгар перестройки вернулся на родину и поселился в степи на невысокой горе, вдали от цивилизации. Вначале в скале вырубил землянку, а спустя два года заложил фундамент храма всех религий.

Cегодня Каменская гора пользуется большой популярностью. Количество паломников достигает 30—50 человек в день, но ее хозяин с радостью принимает всех, потчует чаем и рассказывает увлекательные истории из собственной жизни. Корреспонденту «2000» также удалось навестить Николая Тарасенко и узнать, что же его привело к уединению.

Обидчик горячих казахов

Родился будущий символ Каменки в восьми километрах от нынешнего «особняка» в многодетной семье партийного руководителя. «Большевистское» влияние отца компенсировалось спокойным воспитанием матери, растившей детей в довольно либеральном духе. Дальше всех от жизненной схемы «пионерия — комсомол — партия» ушел сын Николай. Уже в школе юный Тарасенко сказал решительное «нет» ленинской муштре и с огромным энтузиазмом начал познавать родной край. Уходя «в школу», Коля мог не являться домой по несколько месяцев. Обратно «следопыта» гнал лишь голод.

Окончив кое-как семь классов, Николай поступил в Краснодонское училище механизации сельского хозяйства. Нехитрая наука дается ему без особых трудностей. Через два года он получил диплом тракториста-машиниста широкого профиля.

Взросление Николая Тарасенко совпало с бурным развитием сельского хозяйства в стране. В 1964-м он отправился в Казахстан, в этом году здесь созрел небывалый урожай пшеницы. И партийное руководство приняло решение вернуть земле ее дары. По всей стране создавались отряды добровольцев. Результаты многолетнего крестьянского труда сжигали и развеивали по целине, а то и просто закапывали в огромные ямы, как силос.

Молодой тракторист возглавил бригаду студенток Алма-Атинского мединститута. Девушки сразу попали в поле зрения местных парубков. Когда один из них вышел за рамки приличия, Тарасенко церемониться не стал — на виду у всех проучил нахала.

Несмотря на примирение с драчуном, шестое чувство подсказывало украинцу, что атмосфера азиатской пустыни не для него. На крыше товарняка Николай добрался в Целиноград, а оттуда — в Луганск.

На бабу — с топором

Дома Тарасенко оставался недолго. Окрепшего на казахской «вольнице» парня с радостью приняли в ряды Советской армии. В 1968 году он демобилизовался. Николай хорошо помнит этот год испытаний, который во многом определил его дальнейшую жизнь.

Однажды отец, полагаясь на физическую силу сына, попросил его откатить бетонный столб. Даже по «богатырским» меркам Тарасенко-младшего столб был внушительный — 415 кило. Николай поднял громадину на плечо. Ему удалось пройти только десять метров — и спину пронзила дикая боль.

Диагноз — перелом позвоночника — ставил крест на путешествиях. Единственное, что скрашивало пребывание на больничной койке (нижняя часть тела оказалась парализованной), — книга под названием «Атлетизм» — энциклопедический сборник упражнений для людей, переживших травмы спины и позвоночника. В числе ее авторов был легендарный русский силач Александр Засс по прозвищу Самсон, который разработал цикл уникальных «изометрических тренировок». Они позволяли не только укреплять слабые мышцы, но и поднимали с постели безнадежных калек.

Терять было нечего. Тарасенко стал самостоятельно осваивать упражнения. Через месяц боль впервые пронзила колени. Спустя полгода Николай передвигался, опираясь на палку. Окончательно позвоночник сросся через год.

Когда бывший паралитик как ни в чем не бывало пошел работать в кузницу, он понял, что совершил подвиг.

Потом была женитьба на красавице-грузинке Венере — племяннице Эдуарда Шеварднадзе. Их отношения продлились недолго. Она мечтала уехать в Грузию, а Николай ни за что не хотел покидать родную степь.

Как-то на одном из холмов он случайно обнаружил редкий экземпляр каменной бабы. В местном музее, куда он отнес фото находки, Николаю сказали, что «скульптура» изготовлена из специфического мергеля (осадочная горная порода), который на востоке Украины практически не встречается. Столь неожиданный успех побудил Тарасенко к дальнейшим поискам.

Через несколько месяцев удача повторно улыбнулась ему. Возле села Петровка впервые в истории Луганской области обнаружил стоянку времен палеолита. Матерые столичные археологи над загадкой этой стоянки бились несколько лет.

Подход Тарасенко к историческим пластам земли напоминал стиль дровосека: древние поселения искал интуитивно и с топором. Тем не менее находку в Киеве оценили, признали за Николаем авторство и порекомендовали поступить на курсы повышения квалификации археологов. Это была прямая дорога к высшему образованию. Так Николай стал студентом истфака Луганского пединститута.

Советский мапучо

С самого начала учебы он рвался в экспедиции. Первая из них в Северную Осетию закончилась, едва начавшись, из-за отсутствия финансов. Потом были Херсонес, Армения, Южная Америка.

Уехать за границу оказалось не так-то просто. «Органы» подозрительно относились к свободолюбивому студенту. В конце концов его таки отпустили, но держали «на поводке».

Преодолев дипломатические процедуры, Николай Иванович оказался в Аргентине, где намеревался открыть древнюю обсерваторию. Историческое событие произошло в провинции Кордова на горе Уриторко. На самой вершине он откопал храм Солнца.

После этого наш земляк стал весьма уважаемой среди аргентинцев личностью. Власти Буэнос-Айреса предлагали ему оставаться в городе на постоянное место жительства, а религиозные неформалы приглашали пройти посвящение в свои учения. Больше всех повезло королю индейцев мапучо Винсенту. Последний в свое время участвовал в гражданской войне, где был сильно ранен в руку. Тарасенко в течение двух недель лечил его «по Самсону». К счастью, методика не подвела и в этот раз. В благодарность индеец сделал Николая своим верноподданным.

В следующий раз Тарасенко оказался в Никарагуа. В то время там шла гражданская война. С автоматом наперевес Николай Иванович вошел в город Плаер-Мос — открывать стоянку палеолита. Это была самая древняя находка в истории Латинской Америки...

Правда, на этот раз Николаю не были оказаны почести. Никарагуанцы, сражавшиеся с американскими интервентами, с подозрением относились к любому чужаку. Тарасенко решил не испытывать судьбу и оставил зону боевых действий. А тут еще и ностальгия стала одолевать, в североамериканских горах Николаю Ивановичу привиделся родной Донбасс.

«Знак», — подумал археолог и спешно покинул чужбину. На родине он приступил к строительству храма всех религий.

Долгострой на народные деньги

В этом году самой загадочной стройке страны исполняется четырнадцать лет. Она почти ровесница независимой Украины. Каменская гора стала местом паломничества тысяч страждущих, но даже инициатор не скажет точную дату конца строительства.

Этот храм — не коммерческий проект. Возводится за счет пожертвований. К тому же Николай Тарасенко практически все делает самостоятельно. Среди его помощников — несколько профессиональных каменщиков из соседнего Красного Луча и бывшие шахтеры, которым хозяин горы платит минимальную зарплату. Как только деньги прихожан заканчиваются, работы сворачиваются. И так на протяжении 14 лет.

Сейчас Тарасенко живет не один, а с супругой Натальей и двумя маленькими детьми. Выросшие на природе и на чистом воздухе, они не переносят городской атмосферы. Не тянет обратно в Луганск и Наталью, которая до знакомства с Николаем Ивановичем работала парикмахером.

Люди по-разному относятся к столь экзотическому способу жизни. Одни поддерживают, регулярно навещая с семьями храм. Другие задают резонный вопрос: что строитель дальше с детьми будет делать?

Неоднозначно подходят к идее каменского отшельника и представители официальной церкви. Среди ярых противников — местный протоиерей Александр Авдюгин. В 2003 году в интернет-газете «Светилен» он опубликовал статью «Язычество на желтой заводи», в которой обвинил Тарасенко в распространении сектантства. Святой отец убежден, что под куполом одного храма не могут уживаться разные религии, так как они пропагандируют разные ценности.

Николай Тарасенко спокойно реагирует на подобные заявления.

— Я — православный, и храм тоже строится по православным канонам. Но несмотря на это, не могу игнорировать другие религии. Бог един. И если бы каждый человек уважительно относился к религии других народов, разве было бы в мире столько горя?..


Загрузка...
Загрузка...
Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто

Получить ссылку для клиента
Авторские колонки

Блоги

Лентаинформ
Загрузка...
Ошибка